За Стеной

Глава 1. Последнее мирное утро

Эйлин проснулась от того, что в щель между ставнями пробился солнечный луч.
Он упал ей на лицо, и она зажмурилась, сладко потянулась и улыбнулась, ещё не открывая глаз. На душе было легко. Она знала почему — сегодня Кейд обещал прийти к ней после обеда.
Она села на кровати и оглядела свою комнату.
Маленькая, но уютная. Под потолком висели пучки сухих трав — мать говорила, что они отгоняют злых духов. На подоконнике стоял глиняный горшок с засохшим цветком — Эйлин забыла его полить, и теперь он грустно склонял голову. Стены были выбелены извёсткой, и на одной из них висела вышитая ею картина: два коня, белый и чёрный, мчатся по зелёному полю. Белого коня звали Буран — он принадлежал Кейду. Чёрного — Ветер, её собственный.
Эйлин любила эту комнату. Здесь пахло деревом, травами и воспоминаниями.
Она встала, подошла к маленькому треснувшему зеркалу на стене и посмотрела на себя.
Ей было девятнадцать. Из зеркала смотрела девушка с русыми волосами, которые она заплетала в тугую косу, чтобы не мешали в кузнице. Глаза — серо-зелёные, с тёмными крапинками, как у отца. Лицо — бледное, усыпанное веснушками, которые она ненавидела, а Кейд называл «поцелуями солнца». Губы — тонкие, часто сжатые в задумчивости. Нос — чуть вздёрнутый, с маленькой горбинкой.
— Выглядишь как чучело, — сказала она своему отражению. — Иди умойся.
Она умылась ледяной водой из ведра, надела старую коричневую рубаху и темные, почти что черные, штаны, которые носила в кузнице, и вышла во двор.
Двор был небольшим, зато очень живым.
Слева стояла кузница — почерневшее от копоти строение с открытыми воротами. Оттуда уже доносился звон молота — отец начал работу ещё на рассвете. Справа — конюшня, где фыркал Ветер, её вороной жеребец. Он был крупным, с длинной гривой и умными тёмными глазами. Отец привёз его три года назад из соседнего города, сказав: «Это тебе, дочка. Учись быть сильной». Эйлин научилась.
Посередине двора стоял старый колодец с журавлём, и на его срубе, свесив ноги, сидел Кейд.
Он ждал её.
— Долго ты, — сказал он, спрыгивая на землю.
— А ты чего так рано?
— Соскучился.
Он улыбнулся, и Эйлин в который раз подумала, что он похож на мальчишку с картинки из старой книги.
Кейд был высоким и широкоплечим, с тёмно-русыми волосами, которые вечно падали на лоб. Глаза — светло-карие, почти золотые, с весёлыми искорками. Он часто улыбался — широко, открыто, показывая ровные белые зубы. И когда он так улыбался, Эйлин казалось, что мир становится добрее.
— Ты пришёл помочь или мешать? — спросила она, скрестив руки на груди.
— И то, и другое, — он протянул ей букет полевых цветов — ромашки, васильки, колокольчики. — Это тебе.
— Кейд…
— Знаю, знаю. Ты не любишь цветы. Но я всё равно дарю.
Она вздохнула, взяла букет и понюхала. Ромашки пахли мёдом и летом.
— Спасибо, — тихо сказала она.
Он наклонился и поцеловал её в лоб.
— Ты — драгоценная, Эйлин. Ты знаешь?
— Знаю.
— И я никогда тебя не брошу. Никогда.
Она поверила ему.
Это было утро предательства. Но она тогда не знала.