Заговор в Академии

Глава 1. План побега…

– Леди Элизабет, ну куда же вы? – в который раз разводила руками Ида, пытаясь остановить меня от поспешного сбора моих личных вещей.

– Перестань кудахтать, как курица в хлеву, и помоги мне, – уставилась я на горничную, уперев руки в бока, чтобы сделать как можно более устрашающий вид.

– Но что же скажет Его Милость, если обнаружит, что Вы ослушались его? – все еще не сдавалась Ида, пытаясь меня остановить от гнева отца, совершенно не обращая на мой гнев никакого внимания.

И здесь стоило согласиться с Идой, что Герцог Ранский действительно будет пребывать в полнейшей ярости, если узнает, что я без его ведома отправилась учиться в Транвильскую Академию Магии, вместо того чтобы изучать целительство у лучших преподавателей местного университета Травологии и Лекарного дела.

У отца недавно появилась идея выдать меня замуж за второго сына Короля Вильгельма двенадцатого, чтобы породниться с семьей правителей. И для того, чтобы осуществить свои планы, я должна была стать целителем, как и все жены Королей. И действительно, мой дар, что достался в наследство от бабушки со стороны отца, позволял мне научиться исцелять. Только вот практическая магия и азарт, что передались мне от отца, брали надо мной верх. Я буквально сгорала без приключений и не могла усидеть на месте. А моя сила так и рвалась наружу, не зная ни устали, ни преград.

Боюсь представить, что может быть, если вовремя не обуздать ее и не найти ей применение. Дело в том, что маг, не использующий свой более сильный дар по назначению, может впасть в безрассудство и ненароком сойти с ума, начиная крушить все вокруг. Конечно, есть разные зелья и снадобья, которые могут глушить вырывающуюся наружу магию, но их необходимо пить пожизненно. Да и зелья, скажу вам, удовольствие не из дешевых. А уж последствия после резкого прекращения приема снадобий могут привести к плачевным результатам. Например, вырастет третья рука, или из молодой девушки можно превратиться в старуху. И эта перспектива пугала меня больше всего. А вдруг настанет такой момент в жизни, когда снадобья не окажется под рукой? Нет, риск однозначно не оправдан. Конечно, при возобновлении приема этой гадости, по-другому назвать язык не поворачивается, все встанет со временем на свои места. Но для чего подавлять себя, если есть еще возможность найти применение своему преобладающему дару?

Поэтому я втайне от родителей подала заявление в Транвильскую Академию магии, самую лучшую в нашей стране, но также самую далекую от нашего Герцогства. Зато отец точно мне ничего не сделает, если, конечно, я доберусь до нее. Боязнь очернить имя Герцога Ранского возьмет своё.

Именно поэтому в последнее время я все чаще стала задаваться вопросом почему принц Ронгвар погиб, не оставив наследника? Теперь семья Короля занята поиском будущей жены для новоиспеченного Наследника престола. Отец и до этого случая заикался о том, что хотел бы породниться с Королевской семьей. Вот только как ни крути, я первая кандидатка в жены сыну правителя, как бы странно это не звучало. Наше Герцогство находится не близко от столицы, но среди титулованных особ мое имя возглавляет список кандидаток в жены. Мой возраст, статус и среднее образование в школе целительства, как нельзя, кстати, подходит для кандидатки. И эту радостную весть мне сообщил отец месяц назад. Ну как, радостную только для него. Я же не испытывала никакого желания становиться женой наследника престола.

Все было бы здорово, если бы не слухи о характере Кронпринца Ингвара. Невыносимый и эгоистичный тип с дурной славой. Любитель женщин и невообразимый ловелас. Говорят, что он обесчестил немало приличных девушек из хороших семей, и Королю Вильгельму приходилось не раз пристраивать этих несчастных жертв Кронпринца замуж в приличные семьи. Неизвестно насколько правдивы эти слухи, но как-то их подлинность проверять на себе не хотелось от слова совсем. Хоть имена пострадавших девушек тщательно замалчивались, дабы скрыть похождения сына, все же я придерживалась того, что сплетни не расползаются на ровном месте.

– Ида, это мои проблемы, и мне разбираться с ними, – успокаивала я девушку, когда та не останавливала попытки вразумить меня.

Невысокая брюнетка посмотрела на меня своими большими карими глазами, и тяжело вздохнув, начала все же складывать мои вещи по сундукам.

– Не переживай, все получится. Ты же знаешь меня. Когда это у меня не выходило что-то? – улыбнулась я ей, чтобы приободрить девушку.

Ида была чуть старше меня, и мы хорошо с ней ладили. Она не имела никакого магического дара, от чего, как и все простаки работала на семьи магов. Так выстроилась иерархия этого мира. Чем больше в тебе магии, тем больших высот ты сможешь достичь, даже если родился в бедной семье. Но таких случаев практически не встречалось. Как правило, все сильные представители рождались у потомственных магов, поскольку богатые семьи, как моя, роднились только с наиболее подходящими кандидатами. Только вот смысла я все равно не понимала в таких браках. Какой толк жениться на сильных мира сего, если работать и приносить пользу обществу практически не сможешь? Эти все «высшие чины» только и делают, что ходят по балам и болтают между собой. И среди них мало тех, кто действительно занят наукой и новыми открытиями, дабы облегчить жизни неодаренных. Потому мы живём в эпоху застоя, где наличие магии дает преимущество его обладателю жить достойно, а «бездарных» безнадежно порабощает, вынуждая работать без устали, выполняя прихоти одаренного.

– Ой, не на месте у меня душа, леди Элизабет. Если Ваш батюшка заподозрит обман, то и Вам несладко придется, и мне головы не сносить, – переживала Ида, бурча себе под нос, но все же продолжая укладывать вещи по сундукам.

Глава 2. Транвиль.

Условленное место, где мы должны были пересечься с настоящей Элизабет Андерссон, имя которой я временно позаимствовала, находилось недалеко от нашего родового поместья. По плану, она должна была прибыть верхом на лошади, поскольку это единственный транспорт, который выделила ей тетка. Скупая женщина даже не потрудилась отправить родную племянницу в экипаже. Но оно и к лучшему. Чем меньше людей знает о нашем с тезкой сговоре, тем лучше, потому как заклинание внушения мне давалось с трудом.

Я все две недели тщательно тренировалась, чтобы посредством заклинания внушить нашему семейному кучеру, что в управляемом им экипаже нахожусь только я, и никакой другой Элизабет. И тренировалась я благодаря Иде, с ее позволения, с огромной осторожностью, потому что боялась навредить ей. На простых людях заклинание внушения все же удалось после длительных тренировок. А вот на магах еще не срабатывало. Да и заклинание это было не совсем легальным. И чтобы кучер не вспомнил о том, что находился все то время в мороке, пришлось даже применить целительную магию. То есть симптомов после вмешательства заклинания внушения у него не последует. И несмотря на самостоятельность в изучении некоторых заклинаний практической магии, все же мне стоило еще многому научиться, чтобы действительно стать хорошим магом. От чего я торопилась попасть в Академию и еле могла сдержать радостные эмоции свершающегося, чтобы ненароком не оплошать в своем несовершенном и рискованном плане побега.

В тот момент, когда мы пересеклись с Элизабет, я уже была полностью переодета в костюм для верховой езды, а мои вещи уменьшены и уложены в походную сумку. Её я с легкостью прикрепила к седлу скакуна, с которого спешилась моя тезка.

– Он очень капризный, береги его, – сообщила Элизабет, уже скучающим по скакуну видом.

– И как его звать? – переспросила ее, посмотрев в глаза бурого жеребца, таким образом знакомясь с ним, чтобы войти к нему в доверие. При этом медленно поглаживала коня по загривку, а тот гордо фырчал.

– Аарон, – с тоской и небольшим придыханием говорила Элизабет.

– Ну что Аарон, нам предстоит нелегкий и довольно долгий путь. Надеюсь, немного магии ускорения тебя не испугает, – с улыбкой продолжала гладить моего нового друга, вливая в него свою магию, чтобы тот начал привыкать к ней.

Жеребец недовольно фыркнул и стукнул передним копытом по твердой почве, как бы соглашаясь на вызов, который я ему огласила. Моя магия была мягкой, поскольку обладала целительной силой. Но любое существо на нее могло отреагировать неоднозначно. Потому делала все поэтапно и с осторожностью.

– Что ж, мне пора, да и тебе не стоит задерживаться, – обратилась я к девушке, как только почувствовала, что Аарон готов отправиться в путь. – Ида полностью в твоем распоряжении. Надеюсь, вы с ней подружитесь. Она тебе будет верной помощницей, пока мы учимся в Академии, - шепнула Элизабет на ухо, когда обнимала ее на прощание. - Жду от вас писем. Кстати, ты взяла Почтафон? – спросила я об аппарате, с помощью которого переправлялась магическая почта.

– Да, все взяла. Спасибо, что научила меня уменьшать вещи с помощью магии. Я бы сама ни за что не справилась. Слишком для меня сложно. Но ты доходчиво объяснила, и у меня всё вышло. Теперь буду с радостью использовать это заклинание, – радостно проворковала она.

– Не за что. Надеюсь, что все пройдет гладко, и наш план удастся. Удачи тебе. И не забудь, что ты должна выглядеть, словно ты Герцогиня Ранская. Ни с кем не общайся первое время без надобности, и сразу присылай мне письма, – обняла я свою подругу по заговору еще раз.

– Удачи, – проговорила она мне в ответ.

– Счастливого пути, – пожелала мне Ида, недовольно поджав губы.

Я на это не обратила особого внимания и обняла ее в ответ на недовольство. Применив еще раз заклинание внушения на кучере, как только Элизабет и Ида уселись в родовую карету с изображенным на ней семейным гербом, я оседлала Аарона и двинулась в противоположную от них сторону.

Походная черная накидка развевалась позади меня на ветру от достигнутой скорости моим жеребцом. Магия, которую я применила для ускорения скакуна, почти полностью истощила мой резерв. Путь предстоял отнюдь не близкий, от чего мне пришлось потратить немало сил, чтобы сохранить животинку в тонусе. Этому заклинанию научил меня отец, когда я стала уверенным наездником. Он всегда говорил, что девушка должна уметь защитить себя и вовремя убежать, чтобы остаться в целости и невредимости. Наконец-то эти знания пригодились мне, хотя когда-то вовсе не хотела их учить, поскольку эта магия не поддавалась долгое время, как бы я не пыталась применить на практике. Но в итоге все же смогла выучить нелегкую формулу, незаурядное движение рук и пару магических слов в необходимом порядке, чтобы оно сработало как положено.

Несмотря на скорость, с которой мы неслись на коне по притоптанной дороге вдоль леса, прибыли мы с Аароном в Транвиль уже ближе к ночи. Я пару раз останавливалась, чтобы самой испить воды и напоить скакуна. Как ни странно, есть совсем не хотелось, хотя я приготовила себе обеды, которые смогла бы быстро разогреть с помощью несложного магического заклинания, не требующего большого резерва. Вот только кусок в горло совсем не лез от волнения и желания оказаться в Академии как можно скорее. Казалось, если я остановлюсь на перекус, меня может кто-то догнать или что-то не пустить туда. К тому же слишком переживала, что весь мой план побега пойдет прахом, и отец обнаружит мой побег до того, как я окажусь на пороге учебного заведения. Но стоит только его перейти, моя миссия будет выполнена.

Глава 3. У ректора Академии

Проснулась чуть ли не с первыми лучами солнца, несмело пробивавшимися сквозь плотную ткань штор. Тут же поняла, что спала прямо в одежде, не расправляя постель, хоть и привыкла к самостоятельному ведению хозяйства, пока училась в школе магии. И, несмотря на мой статус и положение, никогда не просила себя обхаживать со всех сторон. Всегда считала, что любой обеспеченный маг попросту обязан хоть немного понимать труд простолюдина. А вчера так сильно вымоталась, и потратила огромный резерв энергии, от чего даже не хватило сил приготовиться ко сну должным образом.

Я с трудом поднялась с кровати. Тело все ныло, и я чувствовала себя как разбитое корыто. Но, собрав всю волю в кулак, заставила себя умыться и привести в порядок. К тому же вещи остались не разобранными со вчерашнего вечера, и этот факт тяготил. Посмотрев обреченно на свои вещи, применила пару незамысловатых и уже привычных заклинаний, чтобы мой багаж приобрел свою изначальную натуральную форму. Сразу взяла оттуда самое необходимое, чтобы пойти принять душ полноценно.

Хорошенько отмокнув в купальне, собралась и надела простенькое платье из не самой дорогой ткани. Выглядело оно довольно мило и элегантно, в стиле настоящей Элизабет Андерссон. Конечно, я не привыкла к такому фасону, но если надень что-то изысканное и дорогое, меня быстро заподозрят в подмене. А я этого не планировала. Вообще, изначально задалась целью отучиться спокойно без всяких эксцессов. Еще мне не хотелось видеть лукавые улыбки сокурсников в мой адрес. К тому же все наше Королевство, скорее всего, уже подозревало, кто является первой претенденткой в жены наследника. А мне ой, как не хотелось привлекать к себе лишнего внимания и интриг за моей спиной.

Разложив все вещи по новым местам, применив с опасением бытовую магию, поскольку она мне не особо поддавалась, я решила отправиться осмотреть окрестности. До начала приема ректора еще оставалось немного времени. Покинув и закрыв свою комнату на ключ, я спустилась вниз по парадной лестнице и вышла на улицу. При свете солнца территория Академии казалась еще более завораживающей. Хоть я и привыкла к изысканности, но множество красивых цветов в клумбах и аккуратно остриженные кустарники, как в лучших придомовых поместьях, притягивали взгляд. Я обошла большое здание вокруг. Даже не стала вдаваться в подробности, что еще есть поодаль от него, потому что потратила достаточно много времени на мой обход. Кроме хозяйственных построек и спортивной площадки увидела тропинку, ведущую к небольшому озеру. Только идти к нему не стала, поскольку необходимо было возвращаться в здание Академии, чтобы попасть на прием к ректору до прибытия основного потока студентов.

Придя к назначенному времени, заранее взяв все необходимые документы, я стояла за широкой дверью ректора на четвертом этаже. Не успев постучаться, массивное полотно распахнулось, и оттуда вышел молодой человек, чуть не столкнувшись со мной от неожиданности. Я пошатнулась и еле удержалась на ногах. Подняв взгляд на незнакомца, была удивлена, поскольку его лицо мне показалось уж очень знакомым. Но я никак не могла вспомнить, где мы встречались ранее. От чего сильно забеспокоилась, ведь он мог узнать во мне дочь Герцога Ранского. Поняв это, я очень постаралась не выдавать своего страха.

– Нехорошо подслушивать чужие разговоры, – злорадно ухмыльнулся тот, не пропуская меня в кабинет.

Несмотря на свою красивую внешность, он мне показался довольно грубым. Меня его надменность и высокомерие возмутили, но не остановили от изучения внешности. Темные волосы в сочетании с карими глазами делали его лицо еще более выразительным. Только вот его ухмылка портила все впечатление о нем. Белая рубашка, расшитая узорами на широких длинных рукавах, и черные брюки, заправленные в кожаные высокие сапоги по последнему писку моды, говорили о состоятельности семьи этого молодого мага.

– С чего вы взяли, что я подслушиваю? – ответила я на его беспочвенные обвинения. – Вы чуть не сбили меня с ног, и вместо того, чтобы извиниться перед леди вы еще меня и обвиняете в столь низком поступке, как подслушивание чужих разговоров? Да и не вижу смысла в этом, поскольку с вами не знакома! - без капли страха возразила ему.

– Вы так в этом уверены, леди? – спросил он едва слышно, приблизив свое лицо к моему так близко, что я невольно отстранилась назад.

От этого неожиданного действия я замерла на месте, заметив, как начинаю краснеть. Ведь расстояние между нашими лицами превышало дозволенное в приличном обществе.

– Да что вы себе позволяете? – прошипела, чтобы ректор не смог услышать нашей перепалки.

Ни один молодой человек не позволял себе так вести себя с леди. По крайней мере, среди моего окружения таких не водилось. Или просто я так далека от реальной жизни, что не встречала таких хамоватых личностей. Только второй день нахожусь вдали от Герцогства, и уже второй раз сталкиваюсь с невоспитанными мужчинами.

«Постойте, разве это не тот, кого повстречала вчера?» – промелькнуло в моей памяти.

– Так это ты? – попыталась я произнести эти слова не сквозь зубы, но мне это не очень удалось.

В ответ же я только получила еще одну ухмылку и ни одного слова.

– Вы ко мне? – раздался голос появившегося в дверях ректора.

Я обратила встревоженный взгляд на ректора Академии и кивнула головой в знак согласия. Незнакомец же, не теряя момента, поспешил удалиться, самодовольно улыбаясь. А я не могла понять, что его так позабавило. Оставить девушку одну среди ночи в беде или обвинение в том, чего не совершала? Да уж, если он студент этой Академии, то этот год, по всей видимости, не пройдет для меня спокойно, как хотелось бы.

Глава 4. Случай в столовой.

«Да как он смеет так нахально себя вести? Зря я не спросила его имя. Хоть знала бы ту семью, которая воспитала такого наглеца», – кружились эти мысли в моей голове все время, пока я не пересекла порог своей комнаты.

Громко хлопнув дверью, сразу же попыталась успокоить свой пыл. Не пристало так себя вести благовоспитанной Леди. Тяжело выдохнув, прилегла на кровать. Сделала дыхательную практику и приступила к более здравым размышлениям. Итак, этот «тип» узнал семейный герб на моем медальоне. У каждой знатной семьи есть свой родовой герб, и в Королевстве таких немало. Почему же он узнал именно мой? Все отпрыски здешних родов учились в той же Академии магии, что и я. Не припоминаю никого, кто отправил бы чадо на обучение в чужие земли. Стало быть, версия о том, что он с наших земель отпадает.

В Королевстве всего семь Герцогств. Графства в расчёт не беру - этот тип вел себя слишком нагло с дочерью Герцога Ранского для отпрыска более низкого статуса. Подобная дерзость возможна лишь в случае, что он сам сын одного из Герцогов. Теперь все встает на свои места. Значит, он один из семи наследников. Вернее, один из троих, ибо только у трех Домов есть сыновья моего возраста. Лишь три древние фамилии могут скрываться за этим мерзким наглецом.

– Ой, простите! – дверь в комнату резко распахнулась, и мои мысли были прерваны визитом незнакомки.

Я резко открыла глаза и приподнялась на локти, чтобы понять, что происходит в комнате, и кто вошел так внезапно. Кареглазая брюнетка ошарашено смотрела на меня лежащую, хлопая длинными ресницами, при этом заметно краснея. Ее бледная кожа лица покрылась яркими пятнами. Я тотчас поднялась и в непонимании уставилась на нее.

– Я перепутала двери, – пояснила она и удалилась, захлопнув за собой полотно.

Не успев ей ничего ответить, я встала с кровати и повернула ключ в замке, чтобы подобной ситуации больше не повторилось. Ее визит меня нисколько не огорчил, но вот сбил с хода мыслей однозначно.

Отбросив все раздумья, я принялась писать письмо для Элизабет, чтобы отправить его по почтафону. Сообщила, что меня успешно приняли в Академию и что я пребываю здесь с комфортом. При этом я умолчала о том, что мой первый день в Транвиле сложился не столь удачно, как могло показаться со стороны. В конце добавила, что с нетерпением жду её вестей о том, как она устроилась вместе с моей Идой.

Конечно, если бы я пребывала в Транвильской Академии под своим именем, то мне бы тоже разрешили взять с собой горничную. К тому же было бы не так скучно, если бы Ида сейчас находилась со мной. Она смогла бы выслушать меня и, возможно, подсказать, как себя вести с этим неприятным созданием, моим новым знакомым. Но ее нет рядом, поэтому буду стараться решать вопросы, полагаясь лишь на свои силы и возможности.

В поисках избавления от скуки, в глаза бросился путеводитель, который я так и не дочитала до конца. Его я взяла с прикроватной тумбы. Открыла небольшой буклет на странице правил Академии. Один из пунктов гласил о запрете применения магии на студентах. Прочитав несколько страниц мой живот заурчал, напомнив о том, что я ничего не ела со вчерашнего дня. И мне пришлось отложить путеводитель в сторону, чтобы направиться в столовую. О времени обеда как раз оповестили магические часы, которые я удачно прихватила с собой из поместья.

Есть хотелось жутко. Я пропустила общий завтрак, ограничившись лишь чашкой кофе и прихваченным из дома печеньем. А вчера из-за волнения и усталости кусок в горло не лез. Теперь же мой живот взбунтовался и просил накормить его чем-нибудь более сытным, а желательно жирным. Поэтому я вскочила с кровати со скоростью ветра и буквально понеслась на всех парусах в сторону столовой.

Когда я вошла в помещение столовой, меня пронзило неловкое ощущение. Практически все студенты разбились по парочкам и тройкам. Одиночек как я практически не наблюдалось. К кому примкнуть я не думала, но быть обособленной от всех тоже не хотелось. Тем не менее не унывала. Взяла поднос для еды и набрала все то, что мне показалось довольно съестным. Каких-то изысков от Академии не ждала, но на вид еда оказалась вполне приличной. Вот только приземлиться с полным подносом было практически некуда. Все столы вблизи меня оказалась заняты. С трудом отыскав свободное место, я двинулась именно туда.

– Простите, тут не занято? – женский голос, легкий и мелодичный, вторгся в тишину, едва я успела приняться за свой обед.

Я оторвалась от тарелки и подняла взгляд. Передо мной стояло уже знакомое лицо.

– Ой! – тут же попятилась назад брюнетка, что бесцеремонно ввалилась в мою спальню немногим раньше. Легкий румянец залил её щёки.

– Ничего страшного, присаживайся, – поспешно произнесла я, кивком указывая на свободный стул.

– Я прошу прощения за мой неожиданный визит в твою комнату, – смущенно пробормотала она, опускаясь на стул напротив и пряча взгляд в подносе с едой.

– Бывает, – мои слова прозвучали суховато, но без неприязни. – Элизабет Андерссон, – представилась я, отложив вилку.

– Софи Лондберг, – в ответ её губы растянулись в робкой, но искренней улыбке. – Я очень беспокоилась, когда шла сюда учиться, что не смогу найти друзей. Надеюсь, что мы сможем подружиться, – выпалила она на духу, словно боясь, что передумает, и тут же снова уткнулась в свою тарелку.

«Лондберг…, Лондберг…», – судорожно вспоминала, где я слышала эту фамилию. Потом меня озарило….

Глава 5. Непредвиденные враги.

– Элизабет, подожди меня, не спеши ты так, – запыхавшимся голос Софи настиг меня уже в коридоре у спален девочек.

Я пребывала в такой ярости, что бежала со столовой чуть ли не со всех ног. К тому же забыла о присутствии Софи вовсе. Но после ее слов остановилась и обернулась к новой знакомой лицом.

– Ты такая смелая, – перевела она дыхание, сделав паузу в предложении. – Я даже не могла и слова против вымолвить, а ты лидера этой компании прямо-таки до ярости довела. Но подумай, они ведь такие красавцы. Ну и пусть что характером не выдались. Зато представь, если такой парень обратил на нас внимание, это же здорово... – замечталась Софи.

– Где твоя комната? – резко прервала ее сладкие нюни из розовых облаков.

Ох, как же не люблю, когда девушки распускают слюни по парням. Так и хотелось применить какое-нибудь интересное заклинание, чтобы стереть с ее лица этот глупый, восторженный блеск. Жаль, что такого не знаю, а так, давно бы уже использовала.

– Эммм...., - задумалась она в ответ. - Следом за твоей, – тут же ответила Софи, переменившись в лице с восторженного на задумчивый.

Заклинания я не знала, но мастерски смогла перевести тему в другое русло. И это меня порадовало.

– Я бы хотела немного передохнуть, ты не против, если я пойду к себе? – моя улыбка получилась слегка натянутой, потому что из головы никак не выходили недавние происшествия.

– Д-да, конечно, – Софи явно сбилась с толку моей внезапной просьбой. Она замерла на месте, а ее зрачки забегали в растерянности.

Но хоть до моей комнаты мы шли в полном молчании. А это мне сейчас было необходимо, поскольку хотелось расслабиться и подумать о правильности своих поступков. Я однозначно вела себя несвойственно для меня, но в то же время не могла совладать с собой от наглости, проявленной к моей персоне.

– Надеюсь, ты на меня не обижаешься, – грустно произнесла моя новоиспеченная знакомая, когда мы приблизились к двери в мою спальню.

– Мне не на что на тебя обижаться. Извини, просто голова разболелась, – попыталась я оправдаться, чтобы не обидеть девушку, что не совсем было ложью. Голова действительно гудела, но не от боли, а от хаоса мыслей.

– А, ну тогда до вечера? Ты же пойдешь на ужин со мной? – с надеждой в глазах спросила меня Софи.

Должно быть она увидела во мне человека, который не крутит при виде нее у виска, считая ее отца сумасшедшим. Поэтому мне все же стоило быть с ней несколько мягче. Укор совести начал съедать меня изнутри за свое поведение по отношению к ней. Она неплохая девушка, только говорит без устали. Но пока это единственный, да и не такой уж большой недостаток. Да и подруг у меня самой никогда не водилось, если не считать Иду и ту, настоящую Элизабет. Нужно присмотреться к Софи получше, может и выйдет что путное из нашего общения. К тому же теперь я такой же изгой, как и она, если судить по неприятным взглядам в нашу сторону, когда мы покидали столовую.

– Думаю, что пойду на ужин. Но мне правда следует немного отдохнуть, – улыбнулась я ей, сглаживая возникшую напряженность.

Теперь улыбка получилась мягкой и искренней, а также по моему выражению лица можно было прочитать небольшую усталость.

– Очень здорово! – воскликнула она. – То есть я хотела сказать, мне очень жаль, что у тебя разболелась голова, я не имела в виду...

– Я тебя поняла Софи, – перебила ее, видя, как она стоит растерянности от такой бурной реакции на мое согласие составить ей компанию во время ужина.

– А, ну, тогда до встречи, – улыбнулась она мне, помахав рукой перед уходом.

Я тоже скрылась за дверью в свою спальню. Взгляд машинально скользнул по письменному столу, где стоял Почтафон. Оттуда выглядывал уголок пергамента, говоря о новом сообщении для меня. Стремительным шагом подошла к столу и тут же, взяв пергамент в руки, начала читать.

«Дорогая Элизабет!

Я разместилась в Ранской Академии успешно. Мне выделили одну из самых больших и шикарных комнат. Я никогда не имела таких покоев и этому безмерно рада. Но боюсь, если завтра откроется наша тайна, что я Андерссон, и никакого отношения к Герцогу Ранскому не имею, то меня переведут в другие апартаменты. Хотя, если даже так и произойдет, то я ничуть не расстроюсь, поскольку моя мечта сбылась, и я учусь в лучшей Академии лечебного дела. Так что, могу уверить, что всё прошло очень удачно. Поэтому за нас с Идой не переживай. Мы уже подружились и достаточно хорошо ладим. Спасибо тебе и привет от Иды. Если бы не ты, то я была бы самым несчастным человеком Королевства.

С Благодарностью от всего сердца. Твоя Элизабет Андерссон».

Отложив пергамент в сторонку, я вздохнула с облегчением. Хоть что-то вышло так, как планировалось. Я подошла к кровати и прилегла, раздумывая о своем слегка бурном поведении. Как ни крути, а я не должна была так вести себя на людях. Если бы окружающие знали, что я дочь Герцога Ранского, то, скорее всего, не обратили бы на меня никакого внимания за мои резкие высказывания. Но я здесь Андерссон, и мне не стоило забывать об этом. Хотя… его наглая рука, вцепившаяся в мое запястье, была непростительна независимо от титулов. И все же мне стоило быть более сдержанной. К тому же, я ничуть не сомневаюсь, что эти три товарища являются сыновьями трех Герцогов. А в обществе все же принято уважительно относиться к титулованным особам.

Глава 6. Первое занятие.

– Спасибо, – тихо поблагодарила я Эдварда, все еще чувствуя напряжение в воздухе от несостоявшейся пощечины.

– Не стоит благодарности, – ответил он и на его губах появилась мягкая, ободряющая улыбка. – Не могу пройти мимо, когда кого-то обижают.

Я тут же перевела взгляд на Софи. Ее бледное лицо начало немного розоветь, и сама она стала приходить в норму. А Эдвард до сих пор стоял около нашего столика, будто в ожидании чего-то, создавая легкую неловкость.

– Я Элизабет Андерссон, а это моя подруга Софи Лондберг, – представилась я себя и свою подругу по несчастью, чтобы разбавить неловкое молчание.

Теперь, без суеты, я разглядела Эдварда получше. Заметила, что он действительно хорош собой. Прямая, почти военная выправка и хорошие манеры так и говорили о нем, как о представителе элиты общества. Независимо от слухов о его семье, он мне казался воплощением здравомыслия и правильности. По крайней мере, так было на первый взгляд. Его русые, слегка волнистые волосы в сочетании с яркими голубыми глазами вселяли невольное доверие. Полная противоположность тому хаосу, что звался Генри Берггреном. При воспоминании о последнем меня тут же бросило в дрожь от злости.

– Очень рад знакомству, – проговорил быстро Эдвард. – Желаю приятного аппетита, а мне уже пора идти, – он улыбнулся, сделал легкий, почти незаметный поклон и направился к выходу. Мы с Софи проводили его взглядами, в которых смешались восхищение и облегчение.

– Я, пожалуй, наелась, – выдохнула, разбавляя напряженную обстановку. Аппетит бесследно испарился.

– И я, – с досадой произнесла Софи, отодвигая свою тарелку.

Мы снова стали центром внимания студентов Академии в первый же день. Завтра начнутся занятия, а мою персону уже обсуждают, когда лекции еще и не начинались. Я прикусила нижнюю губу и, поднявшись, решительно направилась к выходу. И здесь, в дверях я поняла, что фортуна окончательно отвернулась от меня, поскольку я чуть не столкнулась нос к носу с Генри. Софи еле удержалась, чтобы не взвизгнуть от неожиданно материализовавшейся троицы в проходе, преграждающей нам путь. Я же лишь устало прикрыла глаза и тяжело вздохнула.

Как жаль, что нет таких заклинаний, которые могли бы стирать память. Точнее они есть, только их использование запрещено. Максимум, что ты сможешь сделать, это внушить, немного изменить воспоминания другого человека. Но вот стереть их совсем – каралось смертной казнью. А совершить такое над любым существом незаметно не получится. Каждое заклинание оставляет свой след. Магия вообще не бывает незаметной. И разведка обязательно найдет того, кто нарушил закон, в случае расследования. Уж как это действует на самом деле, сложно сказать, никогда не сталкивалась, но ищейки умеют вынюхивать крупицы магии, которые остались после применения какого-либо заклинания. Возможно, я когда-нибудь тоже научусь видеть эти крупицы. Но этому еще предстоит долго учиться. Собственно, для этого я и прибыла в Транвильскую Академию. Но вот незадача. Эти трое портят мне абсолютно все!

– Дай пройти, – холодно произнесла я, не в силах сдерживать раздражение.

Моя мать, будь она здесь, упала бы в обморок от такой вопиющей моей невоспитанности. Она бы начала винить себя в том, что недостаточно принимала участие в нашей жизни, то есть в жизни своих детей. А еще бы она вспомнила старую Герцогиню, мою бабушку, которая в карман не лезла за словами, и стала бы сравнивать меня с ней. «Недаром бабуля отписала тебе все наследство, – вздохнула бы она, – ты вылитая она в молодости, и характером, и внешностью». Хотя бабушка, надо отдать ей должное, была куда более вежлива…

– Это так ты меня приветствуешь? – спросил Генри, ехидно ухмыляясь. Он скрестил руки на груди, тем самым давая понять, что не собирается двигаться с места.

– Уйди..., просто уйди, – прошипела я в ответ, чувствуя, как терпение лопается.

Он нахмурил брови и совершенно неожиданно для меня сделал шаг в сторону от прохода. Его два верных друга также расступились, поэтому я двинулась вперед, но тут же была поймана за руку. И как я могла подумать, что этот тип мог так просто отпустить? Я резко обернулась и попыталась вырваться из цепких рук, но попытка оказалась тщетной.

– Пусти, – произнесла я сквозь зубы.

– Скажи мне, что случилось, и я отпущу, – он будто бы почуял, что в столовой до него что-то произошло. Но зачем ему это знать?

– Не твое дело.

– Ладно, я все равно узнаю, можешь не говорить, – после его слов я снова дернула свою руку, и он выпустил ее.

Мы зашагали с Софи из столовой очень быстро, но идти в комнату не было никакого желания. Поэтому я направилась к выходу из здания Академии, чтобы немного прогуляться и подышать свежим воздухом. На улице уже вечерело и становилось прохладно. Но именно такой воздух мне сейчас бы не помешал, чтобы охладить пыл и немного прийти в себя.

– Это все моя вина, – сказала Софи, нарушая тишину. Она молча шла за мной следом, и теперь ее голос прозвучал особенно громко.

– О чем ты? Ты же ничего не сделала, – не понимала я ход ее мыслей.

– Если бы моего отца не считали сумасшедшим, то и на тебя бы не так отреагировали те девицы, – она сделала свой вывод, и в ее голосе снова зазвучала привычная горечь.

– Ты ошибаешься, Софи. И перестань уже во всем винить свое происхождение. Вот увидишь, твой отец еще докажет всем, что он умнейший ученый–изобретатель. И вообще, переставай хандрить. Ты здесь не причем. Просто, так сложились обстоятельства и только, – я попыталась вложить в слова как можно больше уверенности.

Глава 7. Неприятные известия.

– Ты в порядке? – тихо спросила меня Софи, вынырнув из тени колонны в коридоре.

– Да, в порядке, – ответила ей. – Спасибо тебе, Эдвард, – повернулась я к своему спасителю, когда мы отошли на безопасное расстояние от аудитории, где все еще находилась троица моих неприятелей.

– Всегда рад помочь, – улыбнулся он в ответ.

Оказалось, что Софи после своего занятия ждала меня у главной лестницы, где мы договорились с ней встретиться перед обедом, но я так и не появилась, когда все мои одногруппники прошли мимо нее. Также она и не встретила Генри, поэтому заволновалась и пошла проверить. Увидев, что дружки Берггрена стоят у входа в аудиторию, направилась к ним. Заметив Эдварда неподалеку, обратилась к нему за помощью. Он тоже не стал долго раздумывать над тем, чтобы вызволить меня из очередной ловушки. Теперь же мы шли в столовую все вместе, хотя у меня не было аппетита вовсе. Но Софи тихо, но настойчиво уговаривала меня, и я сдалась.

Эдвард действительно оказался тем приятным, воспитанным молодым человеком, каким и показался вначале. За обедом мы много смеялись, обменивались впечатлениями от первых лекций, и на какое-то время я почти забыла о своих неприятелях. Но время пролетело быстро и пришлось возвращаться в свои Аудитории.

– Несмотря на то, что ты первая кандидатка в жены к Его Высочеству, ты строишь глазки Бергу? – его голос, низкий и насмешливый, настиг меня прямо у двери, пока коридор был пуст.

– Твое какое дело? – резко ответила ему, чувствуя, как закипаю.

– Могла бы хотя бы выбрать более лучшую кандидатуру, а не этого..., – он не договорил, но по язвительному тону и красноречивому молчанию было ясно, кого он имел в виду.

– Ты такой же, как и все, предвзято относишься к происхождению. Тем более о том, что он бастард Короля, это только слухи. Да и ты хуже него в несколько крат раз, поэтому не тебе говорить о том, какой он, – выпалила я, скрестив руки на груди. – Я буду благодарна, если ты хотя бы не будешь оскорблять моих друзей, Берггрен.

– Друзей? – Генри засмеялся, от чего мне стало неловко и неуютно. – Ты еще узнаешь, кто на твоей стороне, Элизабет, а кто нет. Запомни мои слова.

– Почему еще не в Аудитории? – над нами, словно из ниоткуда, навис профессор Фальк.

– Простите, профессор, уже заходим, – подняла я взгляд на преподавателя и направилась в Аудиторию.

Я долго не могла сосредоточиться на том, что рассказывает профессор. Почему-то последние слова Генри мне показались странными. Что он имел в виду, когда говорил о моих друзьях? Я, конечно, не была особенно близка ни с Софи, ни с Эдвардом, но такое пренебрежение к людям, которых он едва знает… С усилием встряхнув голову, я попыталась вникнуть в лекцию. Развернув записную книжку, я потянулась за ручкой и замерла. В руке лежала не моя. Генри подменил ее, когда я отвлеклась на Эдварда. Но зачем?

Медленно, почти невольно, я повернула голову назад. Он поймал мой взгляд, усмехнулся и подмигнул.

«Что это с ним?». Я принялась разглядывать новую ручку. Такая же черная, с золотистой отделкой, только без фамильного герба. Странно. Может, он просто хочет, чтобы я не выдала себя? Зная мой секрет, он держит козырь, и ему выгодно, чтобы правда не всплыла. Но что он замышляет?

С этими мыслями вторая часть лекции прошла бессмысленно. Я так и не смогла сосредоточиться на занятии, и могла упустить несколько важных деталей, о которых рассказывал профессор. Хоть я всегда была прилежной и лучшей ученицей, моим главным секретом в учебе являлось именно умение сосредоточенно слушать преподавателя.

Выслушав домашнее задание, я быстрее всех выбежала из аудитории, чуть ли не раньше самого профессора. Поступила так, чтобы снова не разговаривать с Берггреном, а он, казалось, был не прочь пообщаться подольше. Поэтому помчалась к аудитории, где проходили занятия у Софи. Мы договорились посетить библиотеку сразу же, чтобы получить необходимые книги для самостоятельного изучения. И я всякий раз вздрагивала, когда мимо нас проходила троица парней.

– Что-то еще случилось, Элизабет? – спросила меня Софи по пути в библиотеку, увидев, что я странно себя веду, оглядываясь по сторонам.

– Нет, ничего! Просто не хочу сталкиваться с Берггреном, – пояснила ей причину своего странного поведения.

Вечером, после ужина мы сидели в общей гостиной, сбросив с себя ученические мантии, которые были обязательным атрибутом на лекциях. Здесь собирались абсолютно все. А забрели мы туда с Софи первыми, когда еще никого не было, и наслаждались общением друг с другом, делясь впечатлениями первого дня занятий. И уже собирались уходить, когда в гостиную вошла Лурье со своей свитой. Конечно же, она не могла пройти мимо нас.

– Ну и как тебе учиться в одной группе с Генри? Если честно я тебе завидую. Простушка вроде тебя смогла привлечь внимание не только трех самых лучших парней нашего Королевства, но и Эдварда Берга. Предлагаю подружиться. Я – Эйлин Лурье, а это мои подруги Жаннет Хансен и Фрида Хольм, – Эйлин протянула мне руку, в знак своей благосклонности.

– Я не горю желанием с вами сближаться, – честно признались я, даже не взглянув на ее ладонь.

Ее предложение скорее несло тактический характер. Она явно хотела сблизиться с парнями, которые почему-то так и не давали мне проходу. И при первой же возможности она подставит и предаст. Такие личности не умеют дружить. Они действуют только в своих интересах, шагая буквально по головам. Да и их первое проявление себя говорило о напыщенности и тщеславии. А я таких на дух не переносила.

Глава 8. Два странных незнакомца.

Моему возмущению не было предела. Даже если Генри – сын Герцога Галийского, он не имеет никакого права так со мной обращаться. Он ведет себя по-хамски, и это невозможно не заметить. При этом он знает, что я - Элизабет Клаессон, и все равно позволяет себе разговаривать со мной, как с безродной. Хоть я и не приветствую классовое неравенство и унижение одного человека другим, такое поведение обычно встречается только по отношению к тем, у кого нет титула.

За этими распрями с Генри я и вовсе забыла, что отец узнал о моем побеге. Поэтому утром следующего дня, когда меня вызвали к ректору, я была удивлена не меньше, чем Софи.

– Почему тебя вызывают? – спросила она, с тревогой глядя на меня после того, как миссис Лунд передала мне сообщение от профессора Енссона во время завтрака.

– Не знаю, Софи, – ответила я, стараясь звучать спокойно, но до меня быстро дошла суть происходящего.

Поэтому, отложив приборы в сторону и оставив завтрак практически нетронутым, я отправилась к ректору. Меня начало трясти от страха почти сразу. И когда я столкнулась с Генри, выходя из столовой, даже не извинилась и быстрым шагом пошла в направлении нужного кабинета. Моя голова была занята мыслями о том, что отец может потребовать немедленного возвращения дочери домой и выслать меня со всеми пожитками прямиком ко двору Кронпринца. Сердце в груди забилось чаще, когда я приблизилась к кабинету ректора.

– Входите, – раздался из-за двери размеренный голос ректора Енссона, в которую я постучала, прежде чем войти.

Войдя внутрь, я приготовилась увидеть отца, но Герцога Ранского в кабинете не было. Я выдохнула с облегчением и подошла к креслу для посетителей.

– Элизабет, – начал профессор, складывая руки на столе, – ваш отец только что ушел. Он просил меня открыть для него портал этим утром и отправился тем же способом. Я поговорил с ним, и мы пришли к выводу, что вам действительно лучше остаться учиться здесь. Дело в том, что сейчас в Королевстве не все спокойно, и вам, как первой претендентке в жены будущего Короля, безопаснее оставаться инкогнито.

– Это все из-за покушения на Его Высочество? – прямо спросила я, впиваясь в него взглядом.

Может, он хоть что-то расскажет об этом. Раз все настроены на то, что я точно стану женой Наследника, мне нужно быть в курсе происходящего во Дворце. Если уж и отец решил оставить меня здесь инкогнито, хотя всегда был против поддельных имен, значит, дело серьезное и мне тоже может грозить опасность.

– Если вы в курсе, то я немного поведаю об этом, – выдохнул профессор, и его лицо стало напряженным и сосредоточенным. – Дело в том, что кто-то действительно задался целью уничтожить Королевскую семью. И этот кто-то очень силен. Он не оставляет следов и действует аккуратно. К тому же он прекрасно знает Дворец и смог обойти многоуровневую защиту не раз. Я не знаю ни одного мага, способного на такое. Смерть принца Ронгвара не была случайной. На него покушались уже несколько раз, и последнее покушение оказалось успешным. Теперь этот кто-то нацелился на второго сына Короля. Его Величество тоже был отравлен, но его успели вовремя спасти. Ваш отец беспокоится и за вас. Боится, что и вы можете попасть под удар. Поэтому вы правильно сделали, что явились в Академию под другим именем. Вам несказанно повезло.

Сказать, что я была удивлена таким заявлением, – значит, ничего не сказать. Мои догадки, что принца Ронгвара убили, оказались верны. Я приложила усилия, чтобы не разинуть рот от осознания правды, которую мне поведали. Если убийца захватит трон, над всем нашим Самилерийским Королевством нависнет огромная угроза. Этого нельзя допустить. Даже если меня не устраивает то, как Король Вильгельм управляет подданными, мы не видели войн уже более тридцати лет. Приди к власти новый правитель – и может произойти все что угодно. Тем более если это будет убийца.

– Что ж, тогда я буду осторожнее, чтобы не выдать себя, – отозвалась я, обдумывая его слова. – Только вот боюсь, что Генри Берггрен уже знает, кем я являюсь на самом деле, – решилась озвучить, сочтя, что утаивать это не стоит.

Профессор удивленно приподнял брови и улыбнулся.

– Ну, это и к лучшему, – проговорил он, к моему изумлению. – Другим же не позволяй узнать о себе, – дал он мне наставление, и в уголках его глаз собрались лучики морщинок от его улыбчивой гримасы.

Я молча кивнула и направилась к выходу. Почему он так доверяет Берггрену? Почему, если он знает, кто я, – это к лучшему? В голове вертелась уйма вопросов, и никаких ответов не приходило. То, что Генри – друг Его Высочества, я узнала из его уст. Может, дело в этом?

– Элизабет! – мои раздумья прервал сам Генри, его голос прозвучал резко, когда я вышла из кабинета ректора. – Что произошло? Почему тебя вызывали?

«Что с ним?» – промелькнуло у меня в голове. Во-первых, Берггрен был один, без своих верных товарищей, что уже показалось странным. Во-вторых, он был явно чем-то обеспокоен.

– Не твое дело, Генри, – бросила я через плечо, не останавливаясь, и направилась к лестнице, пройдя мимо него.

– Элизабет, я серьезно, – он шагнул вперед, преграждая путь, и сложил руки на груди. Мне пришлось остановиться и встать напротив.

Я приподняла одну бровь в удивлении. Таким я еще не видела этого задиру. Он всегда был веселым и уверенным в себе. А сейчас в его глазах читался страх.

Глава 9. Неожиданные обстоятельства.

– Нужно идти за ними, – прошептала я, бросая взгляд на Берггрена.

– Я не могу подвергать тебя опасности, – возразил он, не шевелясь.

– Мы должны узнать, кто это! – воскликнула я и упрямо потянула Генри за собой. Но он даже не пошевелился, оставаясь на месте.

– Элизабет, если этот маг смог обойти охрану Короля, как ты думаешь, что будет с нами, если мы вот так пойдем за ними?

– Но если мы вот так упустим, то другой возможности может и не быть, – возразила я.

– Нет, Элизабет, это дело тебя не должно касаться! – отрезал он и снял защиту.

– Подожди. Змея! – вдруг осенило меня. – Это ты в прошлый раз призвал змею, когда гулял с Лурье? – только сейчас до меня дошло, откуда взялась в северных районах ползучая тварь.

– Долго же до тебя доходит, – хмыкнул он и улыбнулся.

– Но зачем, Генри? Что это дало тебе? – спросила я его. – И как ты смог вызвать змею? Это же не все маги могут сделать!

– Я не хотел, чтобы ты гуляла с Бергом, – признался он, удивляя меня еще больше. – Я знал, что Эйлин отреагирует так на змею.

– Но зачем тебе это? – не отступала я, пытаясь вырвать свою руку из его.

– Ты мне нравишься, Элизабет. И я не позволю такому, как Эдвард Берг, ухлестывать за тобой, – прямо заявил он, глядя мне в глаза.

– Он намного лучше тебя, Генри, – парировала я. – По крайней мере, он не досаждает мне и пытается всячески помочь, когда я в беде, а не доставляет мне неприятностей.

– Ты ошибаешься, Элизабет. И я докажу тебе это, – проговорил он, и его взгляд стал серьезным.

– И ты готов посоперничать с Его Высочеством, зная, что ты вовсе мне не интересен? – решила ему позлорадствовать.

– С ним, уж поверь, я договорюсь, – уверенно улыбнулся он.

– С моим отцом тоже? Да и я не давала тебе никакого согласия, – усмехнулась я.

Он лишь улыбнулся в ответ, но по его взгляду было понятно, что он не собирается легко сдаваться.

Вернулись в Академию мы вместе, верхом. Софи, которая прогуливалась по аллейке с Эдвардом, увидев нас, сначала удивилась, потом по моему взгляду поняла, что Генри сам за мной увязался. Я дала ей знак, что подойду позже, когда отведу Аарона в стойло, и отправилась в конюшню.

– Не ходи к нему, – остановил меня Генри за руку, перегородив дорогу, когда я уже собиралась выходить из стойла.

– Генри, я, по-моему, ясно выразилась, что не собираюсь выполнять твои нелепые желания, – отчеканила я.

– Элизабет, ты не понимаешь, что он может быть не тем, за кого себя выдает, – тихо, но настойчиво сказал Берггрен.

– Это уже будет моя забота. Я вправе сама себе выбирать друзей, – резко дернув руку, я высвободила локоть из его хватки.

– Ладно, как хочешь. Я больше тебе ничего не скажу насчет него, если ты согласишься пойти со мной на прогулку. В противном же случае я расскажу ему о том, кто ты есть на самом деле. И поверь, его к тебе интерес пропадет. Вот увидишь, – поставил он меня перед ультиматумом.

– Генри, я не пойду с тобой никуда. Уясни уже, наконец. Ни с Бергом, ни с тобой я не собираюсь ходить на свидания. Мне это неинтересно. Я приехала сюда учиться. И это единственное, что меня действительно интересует, – четко заявила я.

– Тогда можешь мне ответить, почему ты против того, чтобы выходить замуж за Наследника? – спросил меня он.

– Если скажу, точно отстанешь от меня? – ответила я вопросом на вопрос.

– Договорились, – согласился он сквозь зубы.

– Во-первых, я не хочу стать очередной куклой для Его Высочества, которой он наиграется и бросит. А во-вторых, я не хочу жить с мужем, как с чужим человеком. И я уверена, что браки по договоренности делают людей несчастными на всю жизнь, – наконец, развеяла все сомнения на счет Кронпринца и сказала правду.

– А если ты полюбишь его, а он тебя? – снова спросил меня Генри.

– Это маловероятно, Берггрен. Я не терплю ловеласов и напыщенных хамов, коим по слухам является Наследник. Вряд ли меня заинтересует такой человек, – ответила ему.

– А что, если это только слухи? Ты же даже не пыталась о нем узнать больше. Ты просто доверилась мнению людей, которых не знаешь. И, возможно, у него были причины так себя вести в обществе. Ты никогда не задавалась этим вопросом?

– Я знаю, что ты его друг, и ты в любом случае будешь его защищать. Я даже не хочу узнавать его ближе, поскольку даже не допускаю мысли о знакомстве с ним. И почему так желаешь, чтобы я поменяла о нем свое мнение? То зовешь с тобой на свидание, то буквально переубеждаешь меня поменять мнение о Кронпринце.

– Я могу рассказать тебе о нем больше. И мне не хочется, чтобы ты думала о Кронпринце предвзято. Поэтому завтра в два у главных ворот Академии я буду тебя ждать. Не смей опаздывать, – его тон не оставлял пространства для возражений, но я не восприняла его слова всерьез.

А он ушел, оставив меня в смятении, так и не получив ответа. Скорее всего, он просто не хотел слышать отказа, поэтому быстро скрылся с глаз.

Глава 10. Двойное свидание.

Генри действительно увязался за нами. Я чувствовала себя неловко, особенно перед Эдвардом. Но почему-то именно сейчас вспомнилось, как вчера у озера Генри затягивал шнуровку на моем платье, и я, украдкой взглянув на него, покраснела. Поэтому не стала устраивать сцен, понимая, что это бессмысленно. Да и возвращаться в Академию не хотелось, раз уж выдалась возможность выйти в город.

– Куда направимся? – оживился Генри, нарушая молчание. – Не проще ли поехать в экипаже?

Неподалеку от нас ждал экипаж, скорее всего, подготовленный Берггреном заранее. Я от этого осознания смутилась еще больше.

– Извини, Эдвард. Я не ожидала, что так выйдет, – обратилась я к Бергу, чувствуя вину.

– Не думаю, что в этом есть твоя вина, Элизабет, – проговорил он спокойно.

– И если честно, то до города действительно лучше добраться экипажем, – согласилась я с Генри. – Если уж так вышло, то давайте постараемся вести себя по-дружески. Все же мы хотели просто прогуляться и осмотреть окрестности, – попыталась я сгладить ситуацию улыбкой.

– Ты же не думал идти до города пешком? – с ехидцей обратился Генри к Эдварду, но тот ничего не ответил, скорчив недовольную гримасу.

Забравшись в экипаж, Генри, пропустив меня вперед, ловко проскользнул перед Эдвардом и занял место рядом со мной. Эду ничего не оставалось, кроме как сесть напротив. Как только карета тронулась, я попыталась приподняться, чтобы пересесть к своему спутнику, но Генри остановил меня.

– Не думаю, что это хорошая идея – пересаживаться на ходу, – сказал Берггрен, не отпуская моей руки. – Ты можешь ненароком удариться.

Ох, какая же победная улыбка красовалась на лице Генри, когда я молча снова заняла свое место. Так, больше не вымолвив ни слова, мы проехали весь путь до центра города. Хоть расстояние и было небольшим, идти по узким улочкам в жару было бы сущим мучением. Остановившись у торговой аллеи, мы вышли. Яркие вывески, гласившие о том, что продают в той или иной лавке, привлекали внимание. Особенно понравилось название – «В гостях у ведьмы» – написанное ярко-зелеными буквами на черном фоне. За стеклянной витриной виднелись котлы разного размера, из которых валил разноцветный дым. Видимо, здесь продавали различные зелья и снадобья на все случаи жизни.

Я редко выезжала в город, даже когда жила у себя в Герцогстве. Отец не позволял мне ходить куда-либо одной, а родные всегда были заняты своими делами. Любые мои уговоры посетить со мной ту или иную лавку заканчивались ничем. Все, что было необходимо, всегда имелось. Все покупки совершала прислуга. А пошивом платьев занималась знаменитая в нашем Герцогстве портниха, которая сама вместе со своей ученицей приезжала к нам в поместье по первому зову. Мне удавалось иногда украдкой сбегать, когда родители были в отъезде, но это случалось редко. Поэтому кафе и булочные обошли меня стороной.

– Это просто невероятно! – воскликнула я, оглядываясь по сторонам.

– Не говори, что ни разу не была на торговой аллее. Они же в каждом Герцогстве есть, – удивился Эдвард.

– Бывала, конечно. Правда, Элизабет? – не дал мне ответить Генри, подмигнув мне.

– А ты откуда можешь знать? Вы знакомы всего пару дней, – возразил Эд, нахмурившись.

Я взглянула на обоих. Возмущение кипело во мне. Похоже, эти двое так и будут препираться всю прогулку. Сейчас они смотрели друг на друга, и, казалось, чуть ли не метали молнии из глаз.

– Эдвард, мы хотели зайти в лавку с мороженым, – решила я разрядить обстановку. – Я думаю, сейчас самое время, – улыбнулась я ему.

– Что это? – спросил Эдвард, указывая на небо.

Черная дымка буквально расползлась над нами, затягивая пространство, словно густой туман.

– С дороги! – послышался топот копыт. Королевские стражи неслись по улочке, едва не сбивая с ног прохожих.

Я узнала их по форме. Генри, недолго думая, схватил меня за руку и притянул к себе, пропуская пятерку всадников. Так мы с Эдвардом оказались по разные стороны улицы. Я тут же отпрянула от Берггрена, так как оказалась к нему неприлично близко. Стражи выпустили магические сети и накрыли дымку. Черное облако исчезло, и вместо него появился человек, прижатый к вымощенной камнем дороге. Судя по всему, он был из дворцовой прислуги: на нем была мантия, какую носят при дворе, причем высшего ранга. О статусе говорили пять нашитых золотых полосок на рукавах бордовой накидки. Он выглядел потрепано, а рыжая щетина говорила о нескольких днях скитаний. Примени он магию, его бы сразу нашли, поэтому все эти дни ему пришлось нелегко.

– Вот ты и попался, Гуннар, – подошел к нему один из стражников.

– Уходим отсюда, – резко шепнул мне на ухо Генри.

– Ваше Высочество, пощадите вашего верного слугу, – послышалась мольба из уст узника. Он говорил словно в пустоту, но его взгляд был направлен прямо в нас.

Улочка тем временем быстро наполнялась зеваками.

– Быстрее, нам нельзя здесь находиться, – прошептал он, и мы начали пробираться сквозь толпу.

– Заткнись, Гуннар. Ты предатель, как ты смеешь о чем-то просить? Тем более у Его Высочества, которого рядом нет, – сказал старший из стражников.

Высокий, в черном камзоле с золотыми вставками, уже не молодой, но и не старый. Все остальные стражи были в таких же камзолах, но нашивки у них были изумрудного цвета. Все они, как один, обладали крепким телосложением. В Королевскую гвардию не брали кого попало. Туда принимали только сыновей графов или, в крайнем случае, баронов и маркизов. Кроме того, они должны были в совершенстве владеть магией и проходить строжайший отбор.

Глава 11. Новое преступление.

Вошла в комнату на цыпочках, стараясь, чтобы Софи не услышала щелчка дверного замка. Хотелось побыть одной и все хорошенько обдумать, хотя времени до ужина оставалось совсем мало. Взглянув на себя в зеркало, я увидела, что щеки пылают багрянцем. Пришлось умыться и немного привести себя в порядок.

И что на меня нашло в тот момент, почему я не оттолкнула Берггрена сразу, понять не могла. Да и зачем я вообще позволила ему это? Прикоснувшись к своим губам, снова вспомнила его мимолетное прикосновение. Помотав головой из стороны в сторону, чтобы сбросить наваждение, я прилегла на кровать и провалилась в сон. Проснулась от настойчивого стука в дверь.

– Иду, – вскочила я с кровати и бросилась к зеркалу, торопливо приглаживая растрепанные волосы.

– Элизабет, ты там? – раздался из-за двери встревоженный голос Софи.

– Да-да! – откликнулась я и распахнула дверь.

– С тобой все в порядке? Я не слышала, как ты пришла, – забеспокоилась подруга, заглядывая мне в лицо.

– Извини, Софи, я уснула сразу, как только вошла, – улыбнулась я, жестом приглашая ее войти.

– А на ужин хоть пойдешь? – полюбопытствовала она.

– Пойду, только нужно переодеться, – ответила я.

Платье изрядно помялось и стоило его сменить. Да и к тому же не пристало леди выглядеть абы как. Поэтому, сменив туалет на более подходящий для ужина, я вышла из спальни.

Мыслями так и возвращалась к тому, что произошло сегодня днем. Мне было стыдно за свое поведение, и сталкиваться с Генри в столовой вовсе не хотелось. И мои молитвы были услышаны. Берггрена там действительно не оказалось. С облегчением выдохнув, мы с Софи заняли свободное место.

– Ну и как прошло свидание с Эдвардом? – оживленно поинтересовалась подруга.

Обо всем рассказала Софи, упустив момент посещения тайного убежища друзей Его Высочества. На что девушка лишь улыбнулась в ответ.

– Если честно, то я поступила бы так же на месте Генри, – выдала Софи, обдумав мои слова. – Ну и ты определилась теперь, кто тебе больше нравится? Я делаю ставку на Берггрена, – хихикнула она, подмигивая.

– О чем ты, Софи? Он мне вовсе не интересен, – после этих слов я отвела взгляд в сторону, вспомнив случившееся в лаборатории. Изрядно покраснев, немедленно приступила к еде. Софи засмеялась громче.

– Я же сказала, – самоуверенно протянула она.

– Вовсе нет, – все еще пыталась я отнекиваться.

На следующее утро ни Генри, ни Эдварда так и не увидела. К тому же, Генри со своими друзьями пропустили занятия. Если бы не письмо от Элизабет, которое пришло после лекций, я так бы и не узнала причину их отсутствия. В нем она сообщала, что жена Ронгвара найдена отравленной в дворцовом саду. Эти новости ей передала подруга, с которой они познакомились в Ранской Академии. Ее мать – королевский целитель. К тому же очень близка с королевой. Вот она и рассказывает дочери все из ряда вон выходящее, что происходит при дворе.

С этой информацией я поделилась с Софи сразу же, когда она пришла ко мне в комнату. Подруга сидела молча, оторопев от услышанного. Я даже подумала, что однокурсница не дышит, настолько была в шоке.

– Но зачем? – внезапно нарушила она повисшую тишину.

– Что «зачем»? – переспросила я, не понимая.

– Зачем и ее убили? Она тут при чем вообще? Она не была беременна и не претендовала на трон. Просто жила в трауре после смерти Ронгвара, – пояснила Софи суть своего вопроса.

– Может, она что-то знала об убийце? Или узнала его. Ведь убийство произошло днем, а значит, она с ним встретилась лицом к лицу. Может, преступник и не планировал ее убивать, но она вынудила его своим поведением? – предположила я после минутного молчания.

– А что, если это действительно так, и она знакома лично с убийцей? – начали мы строить догадки. – Значит, что-то выдало его. Что-то он упустил, и это нельзя было скрыть другим способом, – продолжила мою мысль Софи.

– Я думаю, так и есть. Если она была отравлена, то, возможно, приняла напиток или угощение от убийцы. А это может значить только одно. Если она не проверила содержимое на предмет яда, то она доверяла убийце. А если доверяла, то этот кто-то из ближайшего ее окружения. И этот кто-то недалеко от нас. Но кто? У кого есть мотив убивать наследников трона и приближенных к королевской семье? Ведь этот убийца готовился не один день и не один год. У него был план задолго до его осуществления. Он набирался опыта, а после приступил к действиям. Так тщательно все спланировать, что королевская разведка не может его найти. Такое ощущение, что он знает все изнутри. В его действиях ощущается месть и ярость. Такая, которую он копил годами. Но кто на это способен? У кого может быть столько злости на королевскую семью? – высказала я вслух свои соображения.

В дверь постучали.

– Элизабет Андерссон, откройте, – раздался за дверью строгий голос миссис Лунд.

– Что случилось? – спросила я, открывая.

– К ректору, сию же секунду, – поджала она губы и удалилась по коридору, не дожидаясь ответа.

Я пожала плечами, глядя на подругу, и вышла. Подойдя к двери ректора, постучала и вошла. В кабинете находилось несколько человек. Ректор стоял, повернувшись лицом к окну. А на диванах для посетителей сидел мой отец и еще несколько незнакомых мужчин.