Замошье

Глава 1

Картинка была безрадостная. Под стать Дуниному настроению. Сквозь выгоревшую на солнце траву змеилась узкой лентой мутная речка, по обеим берегам которой выстроились неказистые домишки деревенских. На хлипких мостках клевал носом мужик с удочкой, не обращая внимания на носившуюся по мелководью ребятню.

Пока Дуня медленно ехала по деревне к дому ведовки, местные недружелюбно поглядывали на нее из-за заборов и штакетников, а одна бабка, встретившись с Дуней глазами, резко отпрянула в глубину двора да закрестилась судорожно, словно девушка была прокаженной.

А может, и вправду - была? Не зря же последнее время ей снился один и тот же страшный сон, образы из которого продолжали преследовать ее и наяву.

Разговор с ведовкой получился коротким, точнее и не было никакого разговора. Феодора Панкратовна лишь взглянула на неё в щелку приоткрывшейся двери и прошипела сухо:

- Уезжай!

- Да вы что! - от возмущения Дуня забыла поздороваться. - Как это - уезжай?! Я хочу с вами поговорить! Мне нужна ваша помощь!

- Я не всемогущая. - голос бабки дрогнул. - Да и нет против такого средства!

- Против какого - такого? - Дуня вцепилась в дверь, не давая её закрыть.

- От естества своего не избавишься. Никто тебе в том не помощник.

- Про какое естество вы говорите??

- Да про кровушку вашу. Порченная кровушка. - Феодора резче потянула дверь. - Отпусти. Сказано же - не помогу.

- Феодора Панкратовна! Хоть объясните про кровь. Я хочу понять!

- Объясните... - проворчало с той стороны. - А ты после в обморок хлопнешься. Только я возиться с тобой не стану. И дочке не дам.

- Я не хлопнусь! Я сильная! Я должна это узнать! - Дуня постаралась придать голосу бодрости, и бабка купилась.

- А должна - так и знай! С мамки пошло. Мамка никак упокоиться не хотела. К младенчику все сорок денёчков хаживала. Мертвым молоком кормила. Вот по роду и пустилось! Этому помочь невозможно. Уезжай!

Ошеломленная услышанным, Дуня ослабила хватку, и дверь с треском захлопнулась.

"Мёртвым молоком кормила".

Что за бред?!

Уставившись на взявшуюся струпьями краску, Дуня попыталась осмыслить откровение бабки. Но в голове только и вертелось заезженной пластинкой: мертвым молоком кормила... мертвым молоком... молоком... мертвым...

Стоп. А правда ли это?

Такие шокирующие подробности проще было придумать, чем узнать. Феодора Панкратовна не пустила её дальше порога, не поговорила толком, поспешив отделаться. А чтобы не приставала - ляпнула про «приходящую мамку» и «младенчика». И огорошила упоминанием мертвого молока.

По дороге сюда, просчитывая возможные варианты встречи, Дуня не могла даже предположить, что её ждёт настолько грубый приём.

Бабка была последней надеждой. Поделившаяся её координатами известная в их городке знахарка Любава прямо так и сказала: «Если Феодора не поможет, то всё».

Дуню тогда очень встревожило это категоричное «всё».

А полученная от Феодоры Панкратовны информация придала ему зловещий смысл.

Нужно было во что бы то ни стало добиться от бабки разъяснений, и Дуня снова постучала.

- Феодора Панкратовна! Откройте! Я не отстану, пока мы нормально не поговорим! Феодора Панкратовна! Я не уеду!

Дуня забарабанила в дверь изо всех сил, но реакции не дождалась.

Отчаявшись, начала сбивчиво рассказывать про все, что тревожило исподволь: про одиночество, про жизненный тупик, про давящую на душу тоску. И про женщину из сна, настойчиво зовущую к себе.

Дуня говорила всё громче, почти кричала: умоляла о помощи, сулила любые деньги, просила проявить человечность. А не получив ответа, рухнула на скрипучие ступени и завыла тоненько, не зная, как быть дальше.

Какая-то тётка вынесла ей воды в заляпанном стакане, повздыхала для приличия, и, отводя глаза, сообщила, что если мамаша не впустила - то всё, уже не уговорить.

- Феодора Панкратовна сказала про порченную кровь... - Дуня резко отпихнула стакан и поднялась. - Та женщина из сна... Она приходит ко мне наяву! Я ее вижу, понимаете? Вижу! Она меня зовёт!

- Хоспадя, хоспадя... - тетка перекрестилась и попятилась. - От дела-то! Хоспадя спаси от такого! Ехала бы ты отсель, милая. Прочь, прочь, прочь!

Сплюнув, она быстро ретировалась за дверь. Клацнул замок. Зазвучали возбужденные голоса, явно обсуждая её, Дуню.

Дуня встрепенулась, подумала было, что ведовка всё же выйдет к ней. Но, к сожалению, ошиблась.

В напрасной надежде Дуня посидела еще немного, потом спустилась с крылечка, подошла к окну, попыталась заглянуть внутрь через прозрачные занавески. Кто-то быстро отступил назад. Темная тень скользнула в сторону и пропала. Будто бабка наблюдала за ней исподволь. А может, показалось.

Время давно перевалило за полдень. Нужно было возвращаться домой. Путь был неблизкий - несколько часов по сложной дороге. И Дуня заспешила - важно вернуться было до темна, чтобы успеть заехать к Любаве, рассказать про неудачный визит. Хотела или нет, но Феодора дала ей слабую зацепку - брякнула про порченую кровь. Возможно, это поможет Любаве понять... И она посоветует хоть что-нибудь... Подскажет, как с этим жить дальше.

Глава 2

С тем, что ей придётся остаться в Замошье Дуня смирилась не сразу.

Присев на продавленный диван, уныло оглядела грязь и разруху бесхозного жилища. Начинать уборку совсем не хотелось. Да и не было сил после поездки в Степное и неожиданного переноса сюда.

- Мне бы домой, - почти умоляюще Дуня взглянула на топчущуюся напротив Марыську, но та только прянула ушами раздраженно и пояснила как маленькой:

- Не выпустит тебя. Даже не думай об том.

- А вдруг выпустит? Если ты поможешь! - не отставала Дуня. - Мы же можем попробовать!

- Не в моей компетенции это! - буркнула коза и вяло зевнула. - Белена только в одну сторону дорогу отворяет.

- Но ты же бываешь у... нас?

- Я-то иное дело. У меня пропуск есть. - коза сунулась мордой к Дуниным коленям. - Вишь пятнушко? То знак. Он меня здесь и держит. Как понадобится - так обратно притягивает. А на тебе знака нет, да и не нужен он. У тебя, хозяйка, другая миссия!

Заявление про миссию прозвучало настолько комично, что Дуню разобрал смех.

Вот ведь как обстоятельства сложились - попала не пойми куда и беседует с ученой козой.

Дуня долго не могла успокоиться и даже начала икать.

- От истерики у прежней хозяйки травки хранилися. Только в подпол я сейчас не полезу. Очистить его надо прежде. Помощники тебе нужны. Старого домового соседка сманила. Но то и хорошо - злющий был до невозможности. Как прежняя хозяйка. Так что домовой первым делом у нас в списке. И кикиморка ему под пару. Вместе и дом обиходят. И перекус какой-никакой сообразят. По соседям пробегутся, если чего понадобиться. Кикиморку мы после приманим. Сначала домового выберем.

- А ты разве не помощница? - Дуня только ресницами хлопала, слушая такие речи.

- Я? - взмекнула Марыська с возмущением и недовольно поддернула обрубком хвоста совсем как кошка. - Я секлетарь! По другой части то ись. Подсказать чего тебе. Присоветовать. А помощники - те для черновой работы. Ну и по кухонным делам. По хозяйству.

- Откуда ты знаешь такие слова?

- Это какие? - коза заинтересовано пожевала губами.

- Ну... Миссия. Секретарь. Компетенция.

- Дык мотаюся к вам. Вот и понахваталася. Ну, и от пришлых.

- Пришлых? Здесь есть еще кто-то с нашей стороны?

- Есть. Кандидатки на роль Хозяйки.

- И у всех ты секретарем?

- Зачем я? Другие имеются. Одна деваха в доме у бабки Кули обосновалася. Вторая в пустом. Бесхозном, вроде этого.

- Если так, то почему ты называешь хозяйкой меня?

- Ндравишься ты мне. Не языкатая. Смирная. Истериков на публику не устраиваешь. В обмороки не хлопаешься. Лучшее подходишь на должность, чем те. Но поглядим. Время покажет какая из вас с делами ловчее управится.

- Время? - Дуня уже ничего не понимала. - Мы должны устроить что-то вроде соревнования??

- Зачем. Хотя было бы весело поглядеть. А ну-ка девицы и все такое, - всхрукнула коза и слегка боднула Дуню в коленку. - На самом то деле каждая будет себе жить-поживать, хозяйство обустраивать. Деревню поднимать. И у которой получится - та и останется хозяйствовать.

- А как вы узнаете - у какой получилось?

- За то не волнуйся. Прознаем.

- А другие. Что с ними будет?

- Хозяйка как в силу войдет - обратно отправит. Если захочет, конечно.

- Хозяйка сможет их вернуть?

- Ага. На то она и Хозяйка!

Это безапелляционное заявление немного взбодрило Дуню. Шанс выбраться отсюда всё же был! В то, что она подходит на роль хозяйки этих мест Дуня не верила - не чувствовала в себе ни силы, ни особенностей, ни, главное - желания заниматься не пойми чем.

- И что ждет тебя дома? Очередной визит мертвячки из сна? Не боишься, что заберет тебя? Там, где она обретается, будет похуже чем здесь. Если ты вообще сможешь что-то чувствовать! - внутренний голос постарался осадить Дунину радость, и коза в унисон с ним мрачно подтвердила: «Вертаться обратно тебе нельзя. Уведёть!»

- Кто? - вздрогнула Дуня.

- Да неупокоенная же! Из твоей родни. Является же? Манит?

- Ты подслушала Феодору Панкратовну?

- Очень надо! Без неё всё вижу.

- Что видишь?

- Да след. Во взгляде проявляется. У таких как ты взгляд другой.

- Нормальный у меня взгляд... - до сих пор ничего странного Дуня за своими глазами не замечала.

- То ты так думаешь. А нам видно.

- Кому это вам? Что видно? Объясни!

- Сама разберешься как время настанет! А только нельзя тебе с ней! Она молоком кормила? Кормила. Теперь должок забрать хочет!

Дуня хотела возразить, но в это время в дверь размеренно и негромко постучали три раза.

- Пипилюнчик явилася. - довольно взмекнула коза. - Помощников принесла. Одного выбери. Только не пушистого! Они на вид-то все неказистенькие. Но работают справно.

Глава 3

- Ты бы не торопилась, безрогая, - проворковал прокуренный голос. - Нет покуда в Замошье Хозяйки!

По то сторону сруба медленно проявились две фигуры: бабка в широких штанах и стоптанных кедах, обмотанная платками как капуста, и эффектная смуглянка с глазами такой неестественной голубизны, что Дуня сразу подумала о линзах.

- Нет у нее никаких линз. - среагировала на ее мысли бабка. - От природы все. От естества. Не обделена красотой как некоторые.

На подковырку Дуня внимания не обратила. Напряглась от неожиданного появления парочки да от способности местных угадывать мысли.

Интересно, девица тоже так может?

- Скоро сможет. Не боися. - бабка сплюнула на плешь бельмастому, появившемуся из колодца с ведром воды. На бледной черепушке вспыхнуло красным пятно ожога. Бельмастый заверещал белуХой и ухнул вниз, а ведро брякнулось на лёд, расплескав содержимое.

- Зачем вы это сделали? - возмутилась Дуня.

Она уже поняла, что не нравится старухе. Но зачем же так нарочито откровенно демонстрировать свою неприязнь?

- А чего такова я сделала-то? Чего такова? Водицы испить не дала? Еще наберешь водицы-та. Не королевна чай. Только сразу к колодцу не суйся. Он сейчас не в настроении. Уволочет. И ведерко больше не поможет. Разве только ты колодезного закляткой какой пощекочешь. - прохрипела бабка, а девица позади хмыкнула. За все это время она ни произнесла ни звука. Только надменно поглядывала на Дуню. Марыська тоже помалкивала и вздыхала - предоставляла ей возможность самой разобраться с несправедливостью.

Но Дуня не спешила выяснять отношения с неприятной парочкой. Неизвестно еще на что способны эти двое.

Молча подняв ведро, она осторожно двинулась к срубу, и тогда у смуглянки прорезался голос:

- Голова плохо работает? Тебе же сказали подождать. Колодезный теперь злится.

В подтверждение ее слов из отверстия в срубе донесся шум и глуховатые стоны-вскрики. Потянулось кверху тусклое облако, в котором плавали зеленоватые хлопья. Почти сразу они слепились в маску-лицо, похожую на карикатурную копию Дуни. Лицо исказилось и извергло изо рта комок из водорослей и пиявок. А потом подняло на Дуню остекленевшие, неживые глаза.

Сердце кувыркнулось и встало поперек.

Все-таки привыкнуть к подобному было сложно.

Зачем колодезный скопировал ее лицо? А может и не колодезный вовсе. А противная бабка?

Лицо неотрывно смотрело на Дуню, губы кривились, пытаясь что-то произнести, и Дуня не выдержала - швырнула вперёд ведро, попав прямо в центр жуткого морока.

Подернувшись судорогой, лицо взялось трещинами. Изо рта вывалился длинный язык и змеёй нацелился на Дуню.

Марыська позади раздраженно взмекнула:

- Зря ведро бросила. Тут кулак надобен. Долбани его как следует, хозяйка. Морок и развеется.

Но Дуню опередила смуглянка - ухмыльнувшись, ткнула ногтем в пузырь.

Под бабкин ехидный смех на Дуню брызнули ошметки тины и чего-то липкого, вонючего.

- Вот тебе и хозяйка! Такой же пшик, как этот пузырь!

- Зачем? Я бы сама справилась. - у Дуни язык не поворачивался поблагодарить девицу.

- Видали мы как ты сама... - хохотнула бабка и резво просеменив вперёд больно щелкнула Дуню по носу.

Кожу неприятно продрало, она стала лопаться, покрылась панцирем из твердых чешуек... Все произошло настолько стремительно, что Дуня скорее поняла, чем прочувствовала как её нос превратился в небольшую еловую шишку!

- Симпатишно получилось... - смуглянка скорчила забавную рожицу. - Я бы еще волосам придала изюминки. Сюда прямо просятся еловые ветки. Для полноты образа.

Она протянулась руками к стоявшей столбом Дуне, но бабка удержала, пробормотав, что для первого знакомства сойдёт и так.

- Никакая ты не Хозяйка. И думать об том забудь. Да ты сама уж все поняла. - проскрипела она, увлекая смуглянку за собой. Парочка обогнула растрепанный куст с незнакомыми синими ягодами и пропала, но их голоса и поскрипывающие на снегу шаги еще долго звучали в разболевшейся Дуниной голове.

Снег и не думал прекращаться.

Вокруг колодца успели образоваться небольшие сугробы. Снежинки не задерживались лишь на темнеющих досках сруба, соскальзывая в бормочущую глубину колодца. И оттуда медленно поднимался влажный густой пар, превращаясь в искристые хрусталики.

Дуня окоченела от стылой сырости. Нос, обращенный в шишку, побелел.

- Ничего! Ты еще с ними поговоришь по-свойскому. Как полагается поговоришь. Бабка Куля поплачет за свою грубость! - Марыська подтолкнула Дуню в сторону дома. - Пошли скорее в тепло. Вишь, закоченелая вся. Ну, то не страшно - отогреешься. Вон и дымок уже поднимается. Мышуха уважила, постаралась.

Мышуха действительно постаралась - затопила печку и смела пыль из середины комнаты к углам, образовав небольшие живописные барханчики. Подлетев к вошедшим, она забухтела было недовольное про отсутствие воды, да осеклась при виде пострадавшего Дуниного носа, с жаром принялась нашептывать что-то Марыське на ухо.

Глава 4

Девица, в гости к которой отвела Дуню Марыська, была её второй конкуренткой.

Выглядела она настоящей русской красавицей, какими раньше их изображали на полотнах художники. Фигуристая, белокожая, румяная, кареглазая, с длинной пшеничного цвета косой и сияющей улыбкой. Бархатный ободок надо лбом походил на кокошник. Льняное платье было изукрашено вышивкой, гармонирующей по цвету с красными теплыми носками на ногах. Двигалась дева неторопливо, разговаривала певуче, немного растягивая гласные, и не заметно для себя Дуня расслабилась и даже перестала стыдиться своего пострадавшего носа.

Аглая - так звали красавицу - сразу пригласила Дуню к столу, налила крепкого душистого чая, пододвинула тарелку с румяным, теплым еще пирогом, выставила вазочку с печеньем и сушками. Дуня едва сдержалась, чтобы разом не отмахнуть от пирога половину и, аккуратно отколупнув ложкой кусочек, медленно, с наслаждением прожевала. Тесто у пирога было сладкое, сдобное, начинка - её любимая: яблоки в карамели слегка кислили на языке, корицы и ванили было добавлено в меру. Дуня так увлеклась пирогом, что не сразу расслышала обращенный к ней вопрос Аглаи про домового.

- Кто у тебя в домовых? - Аглая подлила чая и повторила вопрос.

- Домового у меня еще нет. - честно ответила Дуня, не обратив внимание на тихое предупреждающее покашливание Марыськи.

- Вот и хорошо, - Аглая улыбнулась и подперла подбородок пухлой рукой в ямочках. - Я тебе сама его подберу. Так будет надежнее.

- А разве так можно? - Дуня поискала глазами козу, но Марыськи с Мышухой нигде не было видно. Только снова негромко взмекнуло откуда-то, будто призывая Дуню быть настороже.

- Ты и дом себе неудачный выбрала, - вздохнула Аглая. - И фамильяра бестолкового. А про помощницу лучше умолчу.

- Фамильяра?.. - Дуня не сразу сообразила, что речь идёт о Марыське. - Кстати, где он... она?

- Как где? - в свою очередь удивилась Аглая. - На улице обе тебя дожидают. И коза. И мышь.

- Почему на улице?

- Ну не в дом же их пускать? Много чести для прислуги. Кстати, как тебе у меня? Нравится?

Слегка обескураженная заявлением про слуг Дуня обвела глазами густо заставленную комнату и поморщилась от пестроты и тесноты. Здесь было слишком много всего - и мебели, и побрякушек-статуэток, и накидочек-ковриков, и зеркал, и лубочных картинок на стенах, и расписных аляпистых сервизов.

- Все от прежней хозяйки осталось? - у Дуни зарябило в глазах от такого великолепия.

- Если бы. От прежней только коробка и была. С тетрадью да кой-чем еще. Все остальное я сама!

- Но откуда? - воодушевилась Дуня. - Ты смогла вернуться назад? В наш мир?!

- Чего я там забыла. - отмахнулась Аглая. - Подучилась, постаралсь да и наколдовала себе прекрасную жизнь здесь.

- Ты всё это наколдовала?

- Ну да. Моя работа. Пирог да чаи с конфетами откуда, думаешь, взялись?

- Тоже от колдовства? - Дуня только теперь вспомнила, что говорила ей чуть раньше Марыська. Ну, точно - в Замошье таким не разжиться!

- Без колдовства мы бы сейчас зубами щелкали. - кивнула Аглая. - Я потом и тебе подскажу, что да как делать нужно. Как Хозяйкой полноправной над всем стану, так сразу и подскажу. Скоро уже. Вместе мы с тобой горы свернем. Станешь мне верной пособницей. Ох, и заживем, Дунь! Вся власть и сила будут в наших руках. - Аглая поджала губы и искоса взглянула на Дуню. - Правда же, здорово звучит?

- Не знаю... - пожала плечами Дуня. - Никогда не мечтала о власти.

- Это очень вдохновляюще! Поверь! Заживем, Дунь! Ты только пообещай мне кое-что. Пустячок. Хорошо?

- Что пообещать? - не поняла Дуня.

- Да, пустяк, говорю же. Пообещай, что... не будешь мне мешать.

- Стоп. - Дуня отставила чашку и полезла из-за стола. - В смысле - не буду мешать? Ты хочешь, чтобы я не претендовала на... ммм... на... - она запнулась, подыскивая нужное слово, - не претендовала на... должность Хозяйки?

- Ну да. Ты правильно поняла. Зачем тебе эта маята? Я уже многое освоила. А тебе все в новинку. Да и не справишься. Это уже понятно, - Аглая красноречиво скосила глаза на многострадальный Дунин нос-шишку.

- Вот если не справлюсь, тогда и поговорим, - уязвленная таким заявлением, Дуня подошла к стене, сделав вид, что заинтересовалась картинками. На каждой была запечатлена одна и таже модель - женщина в старинном русском наряде - то за столом. то возле печки, то в пол-оборота к зрителю за прялкой, то рядом с почтительно склонившимися людьми.

- Кто это? - Дуня ткнула пальцем в одну из картин.

- Может прежняя жиличка. Не знаю, - равнодушно передернула плечами Аглая и быстро косанула в угол.

Там бесшумно ворохнулось что-то. Сгусток темноты, нечто, отдаленно напоминающее женский силуэт.

Дуня дернулась, вспомнив свою преследовательницу, а когда решилась посмотреть вновь - в углу медленно колыхалась тонкая паутина да тянулись по стене тени от наставленных повсюду горящих свечей.

- Ты подумай. Я не тороплю. - Аглая медленно направилась к дверям, давая понять Дуне, что аудиенция окончена. - В Замошье голодно и холодно. С такими нерадивыми помощничками ты долго не выдержишь. Подумай. Евдокия. А я пока домового тебе подберу. Пришлю завтра. Понравится.

Глава 5

Разбудили Дуню птичьи голоса. Сквозь приоткрытое окошко лился солнечный свет, и преображенная за ночь комнатушка выглядела почти уютной. Звездочка постаралась на славу - отмыла полы, побелила печь и вычистила кастрюли, набросила на старый стол скатерку с поблекшей вышивкой по краю.

Пожелав всем доброго утра, Дуня выглянула в окно - проверить какое теперь время года сейчас на дворе, и невольно залюбовалась зелеными молодыми листочками на деревьях и высокой сочной травой, густо разросшейся возле крыльца. Зелень растений казалась приглушенной, чуть отдавая в серость, но все равно радовала глаз. Впечатление портило только отсутствие цветов и гроздья засушенных синих ягод, так и болтающихся на кустарнике.

- Ягоды со времен прежней Хозяйки торчат. - постукивая копытцами сзади подошла Марыська. - Вот как приклеил кто к веткам! Ни ветер, ни дождь, ни снег им нипочем!

- Почему так?

- А шут их разберет. Ядовитые они. Может, поэтому.

- Хозяюшка, - уважительно прошелестело возле ухо. - Каша готова. Пожалуйте к столу.

- Спасибо, Звездочка! - Дуня поблагодарила кикимору и поинтересовалась про умывальник. Не мешало бы привести себя в порядок перед завтраком.

С печки с шумом сорвалась Мышуха, сделав круг под потолком, выскользнула в сени и уже оттуда позвала:

- Кому из умывальни полить? Кому помывку устроить?

- Иду, - Дуня поспешила на голосок. - Какие вы молодцы, что смогли добыть воду!

- Звездочка принесла. - отрапортовала коза. - Она чистим-блистим полночи наводила.

- А колодезный что? Не мешал? Не пугал?

- Нас-то? Обижаешь, хозяюшка. Мы сами кого хочешь припугнем! - Марыська просеменила за Дуней, подала ей чистое, хоть и не новое, полотенце. - Вытирайся и пошли уже кашу есть. А то ведь простынет.

- Кашу тоже Звездочка сварила?

- А кто ж еще? - натурально удивилась Марыська. - От Мышухи толку маловато. А мне по должности не положено.

- А ты и рада, да? - шутливо поддела ее Дуня. - Наверное, и готовить не умеешь?

- Не положено мне! - упрямо мотнула головой коза. Умолчав о своих умениях в кулинарии, первой проскакала к столу и начала принюхиваться.

На скатерке уже расставлены были три деревянные плошечки. Рядом с ними помещались такие же ложки, стояли стаканы, наполненные непонятной жидкостью и пустая пузатенькая сахарница с надкусанным окаменелым сухарём на донышке. В стеклянной вазочке красовался незамысловатый букет из нескольких веточек с клейкими зелеными листочками.

- Веточки я наломала... - смущенно прошептала Звездочка, поправляя шапку-гнездо. - Люблю, когда красиво.

- Что ветки! - вздохнула Марыська, нетерпеливо покосившись на печь. - Цветов бы сюда. Забыли уже какие они. Как пахнут.

- Ты то точно не забыла, - фыркнула на это Мышуха. - Шастаешь туды-сюды, на той стороне пасесси. И цветы видала, и ягоды едала!

- Да что там едала. Кто мне их дасть, - раздраженно повела ухом коза. - Что смотришь, Звездочка? Тащи свою кашу.

Звездочка пошлепала к печи, а Дуня потянулась к лежащему на противоположной стороне стола небольшому зеркалу.

- Не трожь. - взмекнула Марыська, но опоздала. Дуня успела перевернуть зеркало и посмотрелась в затуманенное, словно подернутое пленкой стекло. Зеркало ничего не отражало. Показывало одну лишь тусклую муть со смутными тенями в глубине.

- Оно испорченное... - разочарованно протянула Дуня.

- А вот и нетушки. Специяльное оно! Я ненужное в дом не таскаю! Озаботилась вот тебе на пользу. В хозяйстве все сгодится.

- Это ты его принесла? - удивилась Дуня. - Когда успела? Где взяла?

- Ночью к Филипихе забегала. Она и передала.

- Зачем??

- Пригодится, говорю. Это зеркало Филипиха в лесу нашла. Еще девчонкой. Да такие страсти в нем увидала, что больше не заглядывала вовсе. Попрятала и забыла.

- А ты напомнила? Ну зачем мне это зеркало?

- Используешь как время придёт. Мало ли... - многозначительно пробормотала Марыська, пододвигая к себе полную миску дымящейся каши.

Мышуха уже уплетала свою порцию, расположившись прямо на столе и в упоении постукивая лапкой о столешницу.

- Ну, приятного нам! - Марыська слизнула несколько комочков с верхушки и сощурилась. - А ничего варево! Я-то думала, что совсем несъедобно будет.

Кикимора прошелестела что-то тихонько и подала Дуне ее порцию.

- Присаживайся с нами, - пригласила ее Дуня, но Звездочка испуганно качнула головой:

- Не положено мне со всеми. Я после поем.

- Глупости! - Дуня выдвинула из-под стола табуретку и похлопала по ней рукой. - Накладывай себе каши и садись. Я... я приказываю!

Ослушаться приказа кикимора не посмела - плюхнула в плошечку немного каши и тихонечко принялась есть. Из всех присутствующих только Дуня возила ложкой по слипшейся комочками массе, пытаясь заставить себя попробовать хоть чуть-чуть.

Глава 6

- Привязку бы ему сделать, - негромко взмекнула Марыська, когда домовой снова нырнул в подпол. - На лапоток. Или на веник.

- Без привязки он хуже работать будет? - не поняла Дуня.

- Свинтит он без привязки. Или переманит его кто к себе.

- Марыся права, хозяюшка. - поддержала козу кикимора. - На чердаке и лапти есть старые, и метла...

- Пускай прежде в деле себя покажет! Испытательный срок пройдёт. Тогда и решу, как с ним быть.

Дуня не знала, как делается привязка, но расспрашивать о том Марыську не стала - хотела сначала разобраться с носом, а уж потом со всем остальным.

Коза настойчивости не проявила, задумчиво покивав головой, предложила пойти, наконец, на болото к Виринейке - раздобыть съестное.

- С таким носом - ни за что! Хочешь, чтобы все надо мной потешались?

- И то верно... - Марыська внимательно осмотрела шишку. - Да нос-то никак побольшел? Твоя правда, хозяюшка. Убирать его надо. А то ведь перетянет тебя к полу. Как станешь ходить? Только ползать.

От таких прогнозов Дуня немедленно ощутила тяжесть в носу и судорожно схватилась за шишку. Та будто бы стала длиннее и немного раздалась в ширину!

- Что нужно сделать? Как ее убрать??

- Дак говорила же! - коза подвела глаза к потолку и начала перечислять. - Первым делом, значится, травку выбрать. После покрошить как следует, да в толокне том свечу выкатать. Зажечь и заговор пошептать. Ну, и выпустить дым-то наружу! Чтобы куда надо утёк

- Какая трава нужна?

- Дак полынька. У хозяйки то прежней есть запасец. Взять хорошую жменю, перетереть ступочкой в пыль, а уж потом обвалку сделать. Воск в той пыли обвалять.

- А воск где взять? - Дуня заметно расстроилась. - Его же еще растопить или размять? И что потом?

- Ты что - свечей никогда не делала? - изумилась Марыська.

- Никогда. Зачем, если можно купить? Их много разных продается. И ароматизированных. И простых.

- Может и так. Да только тебе со свойством свеча нужна. Чтобы помогла. Такую в магазине не купишь. А насчет воска не волнуйся. У прежней хозяйки заготовочки в подполе положены. Ты домового попроси, чтобы достал. Заодно узнай - как работа продвигается. Не уснул он там часом?

Из подвала не доносилось ни звука, и Дуня даже подумала, что домовой сбежал. В подпол очень не хотелось заглядывать - мало ли кто там сейчас мог обретаться.

Словно отвечая на Дунины мысли внизу протопало громко, и из-под ляды показалась растрепанная голова дедка.

- Принимай работу, хозяйка. - прохрипел он, отдуваясь. - Ты сама спустишься или пособить? Я хламьё основное наружу через лаз повыносил. Потом кой-чего закопаю. А что-то в костерок пущу. Пущай сгорит. Часть добра к стене складировал - там утварь, для этих ваших... для обрядов.

- А травы где дел? - деловито осведомилась Марыська и, видя, как Дуне не хочется спускаться, завила, что сама примет работу. Потому как секлетарь. И первейшая рука у хозяйки!

Домовой возражать не стал, полез вниз вслед за козой. За ними туда же спустилась кикимора и слетела любопытная Мышуха.

Компания возбужденно переговаривалась о чем-то. Изредка слышалось громкое взмекивание Марыськи и веселый бубнеж мыши. И восхищенные восклицания Звездочки.

- Ну что там? - не выдержала Дуня. - Долго вы еще?

- Идём. Идём, хозяюшка. - заторопилась наверх коза. - Домовой все хорошо сделал. И неугодных отвадил, и травки перетряс. Вещички опять же со всем уважением к твоей профессии сложил. Ни одна не пострадала. Вот! - она сунула Дуне хилый пучочек засушенной полыни. - Можешь приступать. Сперва разотри, потом...

- Помню, что потом. - Дуня приняла траву и направилась к столу. - Свечу-то нашли?

- Нашёл, матушка. И свечи нашёл. И остальное, - проинформировал Дуню домовой. - Мне бы теперь на зуб чего прикусить. Ты обещала.

- Сейчас Звездочка тебе подаст. - Дуня вопросительно посмотрела на кикимору, и та кивнула, захлопотала у печи.

А Дуня, вздохнув, занялась приготовлением к обряду, стала перетирать в пальцах хрупкие истонченные стебельки полыни под пристальным наблюдение Марыськи.

- Свечу в руках подержи. Охвати ладошками. Она прогреться должна твоим теплом. Чувствуешь, как воск мягчеет?

- Вроде чувствую... - неуверенно произнесла Дуня. - Но слабовато. Может ее лучше на печке подержать?

- Чтобы расплавилась? Нее. Хватит и этого. Ну? Помягчела что-ль?

- Помягчела... кажется...

- Да что ты заладила - кажется, кажется! Тут точность нужна. Если помягчела - клади на крошево и прокатывай. Чтобы вся облепилась.

Дуня послушно стала «прокатывать». На пальцы сразу же налипли сухие крошки травы. Ощущение было не слишком приятное. Но она молчала, чтобы не вызвать недовольство своей наставницы.

- Вот так. Правильно. - наставница продолжала отдавать указания. - А теперь поджечь надо. Пошептать заговор на пламя.

Звездочка сунула Дуне коробок со спичками, и с третьей попытки свеча загорелась. От волнения у Дуни сильно дрожали руки, все таки это было её первое приобщение к колдовству.