Заноза для Чудовища

Пролог

Элла Гринвуд. Поместье Гринвуд.

Никогда... Никогда… Никогда!

Никогда больше не буду…

Никогда больше не буду пить на спор с гномами! Это же где нужно было оставить свои мозги, чтоб забыть главное правило общения с горным народом? Кстати, какое правило в итоге главнее было: никогда не пить с гномами? Или никогда не спорить с гномами на золотые?

Онемевшая от долгого лежания в неудобной позе рука задела закреплённый на поясе кошель, довольно звякнувший монетами.

Непослушная конечность сделала попытку прикинуть приблизительную наполненность кошелька. Кажется, когда я стащила его из тайника с заначками мачехи, он был раза в два легче? Ладно, с этим разберёмся позже…

В дверь спальни с силой забарабанили. Наощупь нашла край одеяла и, потянув на себя, накрылась им с головой. Помогло мало. Тогда рука вслепую нашарила большую подушку, затащила под одеяло и накрыла раскалывающуюся после бурной ночи голову.

– Элла! Дрянная девчонка! – доносился из-за двери визгливый голос мачехи. – Да чтоб ты в аду на вертеле вертелась! Немедленно открывай!

– Нет её! – крикнула из своего укрытия и отправила маленькое безобидное проклятье. За обидные, к сожалению, из Академии могли отчислить.

За дверью красочно чертыхнулись. Ай-яй-яй! Не пристало благородной даме так выражаться! Даже если эта дама по происхождению не выше местного конюха.

– Я тебя слышу, мерзавка!

– Это персональный имитирующий помощник с функциями контроля сна. И прямо сейчас моей хозяйке рекомендован постельный режим. Извольте не беспокоить, идите туда, куда шли… желательно подальше от моей комнаты. В идеале и от моего родового поместья, – пробурчала я уже тише, надеясь, что под дверью не услышали.

Услышали.

– И не мечтай! Выйдя замуж за твоего отца, я стала леди Гринвуд, а после его смерти и главной наследницей и хозяйкой поместья. И сегодня последний день твоего пребывания в моёмдоме, – мерзко выделила она последние слова. – Через четверть часа приедет твой жених. Не успеешь собраться и спуститься в гостиную, тебе помогут спуститься даже в исподнем. Заодно сразу продемонстрируешь герцогу Даркану, за что он платит такие деньги. Тебе же ему ещё наследников рожать в ближайшее время. Ха-ха.

Мои руки с силой сжались в кулаки, в то время как в дверь спальни, повинуясь мысленному приказу, влетела и разбилась на множество осколков уродливая ваза, больше напоминающая ночной горшок. Её слепила моя младшая сводная сестра, возомнившая себя гениальным скульптором.

Рывком села на кровати. Весь сон после общения со змеюкой как рукой сняло. Конечно, я сомневалась, что мачеха перейдёт от угроз к делу, но проверять и появляться в исподнем перед кем бы то ни было мне не хотелось.

Сколько змеюка сказала у меня времени? Четверть часа?

Ха-ха-ха.

За годы учёбы в Академии я научилась собираться и быстрее.

Приняв холодный душ, смывший остатки сонливости, переоделась в свободную белую блузку, кожаную жилетку, брючки, вызывающе обтянувшие бёдра, и мягкие сапожки на небольшом каблуке. Гордо вскинув голову, с выражением холодного безразличия на лице, как и полагается истинной леди Гринвуд (не путать с дешевой подделкой в виде змеюки-мачехи) вошла в гостиную, где меня уже ждали.

_______

Дорогие читатели! Рада представить вам свою новинку!)))

Надеюсь, она вам понравится!)))

Всех обнимаю, ваша Alisiya Pearl...)))

Глава 1. Элла

– Ну здравствуй, дорогая супруга.

Мужчина поворачивается ко мне лицом, и я вздрагиваю. Мне говорили, что герцог ужасен, стар и страшен, как крокодил, но теперь я вижу, что животное незаслуженно обидели подобным сравнением. Крокодила я имею в виду, не герцога.

Хотя что-то от дикого зверя в нём всё-таки ощущалось. Наверное, взгляд: хищный, немного дикий, с лёгким прищуром единственного целого глаза. Левый глаз с настолько светлым зрачком, что казалось его вовсе нет, перечёркнут безобразным рваным шрамом от почти отсутствующей брови до подбородка.

Заметив мою реакцию, мужчина ухмыльнулся, словно она была для него предсказуемой, правый уголок тонкого сухого рта на узком лице дёрнулся вверх. Левая же половина лица осталась неподвижной. Не самое приятное зрелище.

– Вижу, я уже произвёл на вас впечатление, – оскалился герцог, обнажив ряд острых зубов.

Прихрамывая и опираясь на жуткого вида трость с набалдашником в виде оскаленной волчьей морды, герцог сделал несколько шагов к креслу и неграциозно рухнул в него.

– Что же, не нахожу поводов тянуть с пребыванием в отчем доме дольше, дорогая супруга. Надеюсь, ваши вещи собраны к переезду в моё… точнее уже наше поместье. Можете дать указание слугам грузить свои чемоданы в экипаж. Хотелось бы успеть до темноты и не пропустить ужин.

– Безусловно, я сию же минуту распоряжусь насчёт вещей Эллы, – засуетилась змеюка, вызывая слугу колокольчиком. Очень уж не терпелось гадине быстрее выгнать меня из родного дома. – В таком случае, не будем тянуть время и подпишем брачный контракт. Я подготовила все бумаги в соответствии с нашими договорённостями.

Кое-как взяв под контроль эмоции, наконец, вспомнила для чего я здесь.

Мачеха, не скрывая своего злорадного ликования, бросала на меня победные взгляды. Что же, придётся огорчить. Продать меня у змеюки не получится ни сегодня, ни когда-либо ещё.

– Прошу простить, герцог Даркан, но ужин вам придётся провести в одиночестве. Дело в том, что со вчерашнего дня я уже замужем и не смогу стать вашей супругой. Ни сейчас, ни когда-либо в дальнейшем.

Не скрывая торжества, задрала рукав блузки, демонстрируя герцогу и покрасневшей от злости мачехе оплетённое брачной вязью запястье.

Позволила себе немного полюбоваться меняющим цвета лицом опекунши. От бледно-кораллового до карминово-красного. Очень красиво! По глазам вижу, пытается лихорадочно придумать выход из ситуации.

О, глазки заблестели, выдохнула расслабленно. Значит, вспомнила, что существуют лазейки в законе о бракосочетании, с помощью которых можно расторгнуть брак в кратчайшие сроки и даже без согласия и присутствия второго супруга.

Видимо, что-то в голове ещё осталось помимо балов и поиска лучшей партии бегемотикам, по недоразумению зовущимся моими сводными сёстрами. Рано расслабилась, скажу я вам. Сейчас мы обрадуем мачеху ещё больше.

– Как видите, брачная вязь насыщенного золотого цвета, а значит, мой супруг не ниже меня по уровню силы. Наш союз благословили боги, а потому и оспорить его не выйдет. А ещё мой супруг красив, молод и из знатного рода.

Жестом уличного фокусника провела по своей руке и сняла простенькую иллюзию, являя собравшимся родовое парное обручальное кольцо, что вчера в храме надели на мой безымянный палец. Такие кольца сейчас большая редкость и сохранились лишь в нескольких старейших знатных родах нашего королевства.

– Надеяться, что я могу в ближайшее время овдоветь, в том числе «случайно» тоже не стоит. Лично я рассчитываю на долгий и счастливый брак. И да... – Ой, как неловко такое при всех говорить, но поздно уже останавливаться. – Брак консумирован. Можем хоть сейчас позвать лекаря для подтверждения. Возможно, он даже подтвердит, что мы с моим супругом в скором времени станем счастливыми родителями. – Знатно переигрывая, положила ручки на свой плоский живот. – Это было бы чудесно! Готовы нянчить внуков, дорогая мачеха? Я планирую завести не меньше четырёх карапузов и всех их будем вам оставлять на каждые выходные и праздники!

Всё! Закусила щёку с внутренней стороны, чтоб губы сами по себе не растянулись в победоносной улыбке. Естественно, никаких детей ни от кого не планирую, и сказано было чисто подразнить гадину.

Женщина хватает ртом воздух так, словно её камеристка корсет на три размера туже перетянула. Побледнела вся.

Стоп.

А почему герцог такой довольный? Разве не должен он сейчас расстраиваться, что сделка с мачехой пошла по п... не состоится, в общем? Что для рождения сильного наследника, из-за которого весь сыр-бор, ему теперь ещё где-то искать жену придётся? Что этот крокодил задумал?

– Всё абсолютно верно, как вы и говорите, дражайшая моя супруга.

Я поморщилась. Да сколько можно с таким завидным упорством звать меня супругой-то? Я не ясно выразилась? У герцога из-за травмы не только зрение слабенькое, но и слух подкачал от контузии на поле боя?

– Вы позволите взглянуть на метку?

Пожав плечами, неохотно протянула герцогу руку с брачной вязью. Хочет убедиться, что не подделка? Пожалуйста. Мне не жалко.

Я думала, прикосновение герцога Даркана будет холодным и противным, как у мерзкой лягушки, но на удивление его ладонь оказалась очень тёплой. А когда навязанный жених, словно невзначай, погладил брачную отметку большим пальцем, вдруг поймала себя на мысли, что мне приятны его прикосновения.

Что-то в них было подозрительно знакомое, словно кто-то уже прикасался ко мне точно также. Вот только вспомнить кто никак не удавалось.

– Насыщенность цвета означает совместимость магии супругов. Чем ярче вязь, тем сильнее будут рождённые в браке дети. По закону магически одарённая девушка может выйти замуж либо с двадцати одного года, когда сила полностью раскроется, либо до этого возраста с согласия родителей или опекуна. Исключением являются сильные маги с развитым потенциалом не меньше двух сотен пунктов при идеальной совместимости магий и взаимном согласии брачующихся. В этом случае мнение родителей и опекунов не учитывается. Золотой цвет метки означает, что брак благословили сами боги. Такой брак нельзя оспорить ни в храме перед богами, ни в суде перед людьми.

Глава 2. Элла

И колечко! Такое же, как моё, только мужское парное обручальное колечко появилось на безымянном пальце герцога!

– И я очень рад, что наши планы на очень долгую и счастливую семейную жизнь совпадают, моя дорогая Элла, – продолжал добивать этот невыносимый тип. – Оставлять вас вдовой в мои планы точно не входит. Как вы и сами видите, я достаточно молод и полон сил.

А крокодилу скромности не занимать. Да ему только по слухам под шестьдесят! А на самом деле, может, и того больше.

– Про консумацию я предпочёл бы не сообщать всем подряд. Всё-таки это весьма интимная информация, касающаяся исключительно нас двоих. Но раз уж моя супруга так решительно настроена как можно скорее познать радость материнства, кто я такой, чтоб отказывать ей в этом?

«Ой-ой! Что-то мне дурно! Воды!»

В этот момент весьма удачно появился слуга с бокалом успокоительного средства для мачехи. К слову, она во время речи герцога, к сожалению, пришла в себя, а значит, мне этот бокал нужнее.

Едва уловимым движением пальца заставила бокал слевитировать в мои ручки и сразу же осушила одним большим глотком.

Закашлялась, а из глаз полились слёзы. Ох, ничего себе градус у капелек!

Надо бы спросить у змеюки, где берёт. Чувствую, в семейной жизни они мне очень пригодятся. Или герцогу.

– Если с первого раза понести не получилось, не страшно. Мы будем активно работать до положительного результата.

Всё! Конец. Влипла я по самое то самое, неназываемое.

Посмотрела на своего теперь уже точно мужа. Да не может быть, что вчера я вышла за него замуж! Не могла я напиться до такой степени, чтоб спутать вчерашнего мужчину в храме с крокодилом!

– Кхм, ваша светлость, – мачеха окончательно оклемалась и привлекала к себе внимание.

Судя по алчно горящим глазкам, змеища успела проанализировать ситуацию и осталась довольна открывшимися перспективами, несмотря на то что первоначальный её план провалился. Положив на столик перед герцогом договор и ручку, она натянула на своё змеиное лицо самую сладкую из масок и залебезила:

– Раз уж вы с Эллой скрепили брачные узы, осталось поставить подпись на контракте. Прошу вас. Моя уже стоит.

Да, блин! Как я могла так ошибиться и из всех мужчин в городе выбрать именно этого? Сейчас он подпишет контракт, а я официально должна буду бросить учёбу и заняться производством сильных крокодиловых наследников?!

Самое обидное, что мачеха получит за меня огромную сумму выкупа. Видела я количество ноликов! Да уж, весьма не дёшево я обошлась герцогу. Надеюсь, мой женишок не весь семейный бюджет спустит на выкуп. Меня как бы тоже нужно будет одевать, обувать, кормить вкусно. Да и дети, которых ему так надо, дорогое удовольствие…

Герцог задумчиво повертел ручку между пальцев, вчитываясь в строчки контракта. Я смотрела на всё это с обречённой грустью. Мачеха и так уже захапала себе моё наследство, моё поместье, мой титул…

Словно почувствовав моё недовольство, герцог отвлёкся от изучения документа и оценивающим взглядом окинул меня с ног до головы. На короткое мгновение наши взгляды пересеклись, и этот крокодил мне… подмигнул? Да нет же. Показалось.

– Леди Гринвуд, а давайте вместе с вами повторно пробежимся по условиям договора? – обратился он к змеище.

Мачеха недовольно скрипнула зубами, но продолжила держать приторно-слащавое выражение лица.

– Как пожелаете, ваша светлость.

– В соответствии с брачным договором, я обязуюсь заплатить определённую сумму опекуну своей невесты в день передачи невесты жениху. Так ведь? Чтобы вы не сомневались в моей честности, могу продемонстрировать, что вся сумма у меня с собой.

Герцог щёлкнул пальцами. Двое слуг внесли в гостиную здоровенный сундук и, откинув крышку, продемонстрировали, что он доверху набит золотом.

Глаза мачехи загорелись при виде целого состояния, на которое можно безбедно жить до старости. Вы когда-нибудь видели загипнотизированную дудочкой змею? Один в один.

Она уже потянула было загребущие руки к сундуку, как крышка злобно захлопнулась, едва не прищемив ей пальцы.

– Вот только с вашей стороны условия не выполнены.

– Как? – взвизгнула мачеха. – Вот же моя падчерица Элла! Ваша жена!

– Вот именно – жена!

Герцог говорил не громко, но уверенно и жёстко.

– Элла – моя жена. Вы же обязались предоставить мне невесту. С определённым высоким уровнем магии. К магии претензий нет, сам убедился в этом вчера.

Ой-ёй! Надо будет расспросить очевидцев, что всё-таки вчера было? Если герцог видел мою магию… Ой. Надеюсь, таверна не сильно пострадала? Мне она нравилась.

– Вот только моя невеста должна быть свободна от брачных обязательств, а также быть невинной на момент подписания договора и передачи денежных средств.

Моя челюсть, кажется, потерялась где-то под ногами. Это что он сейчас делает? Оставляет мачеху с носом? Дайте я его расцелую, крокодильчика своего! Ай да герцог! Ай да красавчик!

– Как подтвердила моя супруга, невинности уже нет, а брачные обязательства – есть. Таким образом, любые договорённости теряют свою силу. Контракт расторгнут по причине невыполнения вами своих обязательств.

– Но ведь супруг Эллы – вы! Вы!

– А это уже не имеет значения.

Герцог дал знак, и сундук с золотом унесли прочь под рыдания мачехи, наверняка оплакивающей свои разбившиеся мечты о безбедной жизни.

Глава 3. Элла

Экипаж у моего престарелого супруга оказался очень даже современным и в моём вкусе. Мягкие кресла с откидными спинками меня окончательно подкупили. Пока я с интересом изучала все потайные ящички салона и их содержимое, герцог с не меньшим интересом изучал меня. Ну и пусть смотрит, мне не жалко. Муж как-никак. Пусть привыкает, ему ещё жить со мной долго и счастливо.

Если повезёт.

Чем больше я проводила времени с герцогом, тем чётче формировалась мысль, что мне с ним скорее повезло, нежели нет. Мужик красиво обломал мачеху с брачным договором. Уже один этот факт прибавил ему с десяток пунктов в графе привлекательности.

Но не в плане внешности, конечно. Тут всё по-прежнему печально. За время, пока слуги грузили мои вещи под проклятья змеищи, я успела немного привыкнуть к этому жуткому шраму и отвращения он у меня не вызывал. Да и вообще, если только с подвижной стороны лица на него смотреть, вполне себе обычный мужчина. Или это капельки успокоительные на меня так хорошо действуют?

Надо будет расспросить супруга, можно ли с его дефектами что-то сделать. Лекари сейчас и не такую жуть исправляют, так почему он не обратился к специалистам? Удовольствие, конечно, не дешёвое, но и герцог вроде как не бедствует.

Взять тот же экипаж, он у герцога роскошный. Я успела оценить не только удобство кресел, но и новейшую систему безопасности, артефакт регулировки температуры и освещения в салоне и полное отсутствие тряски.

Ещё в потайных отделениях мною были обнаружены свежие пирожные, конфеты (мои любимые, кстати), целый поднос маленьких бутербродов, а также весьма интригующий мини-бар, в котором плотно стояли пузатые бутыли далеко не морсиков с компотиками. В другой день, быть может, я и порадовалась бы такому открытию, но не после вчерашнего приключения на нетрезвую голову, в результате которого оказалась очень сильно замужем.

От силы минут через пятнадцать, проведённых в нарушаемой лишь моим чавканьем тишине (соблюдать этикет в дороге, когда я осталась без завтрака и обеда? Вот ещё!), дражайший супруг не выдержал.

– Могу я задать один вопрос? – герцог выглядел расслабленным, хоть и немного задумчивым.

С сожалением отложив нежнейший эклер, посмотрела на жуткого супруга.

«Не переживай, моя вкусняшечка, я про тебя не забуду. Сейчас немного пообщаюсь с новым членом семьи, вернусь и обязательно тебя доем!»

– Почему вы вчера в том баре предложили мне на вас жениться?

Да если бы я помнила! Последнее чёткое воспоминание о событиях вчерашнего вечера, сохранившееся в моей голове, это как кто-то из гномов, которым я жаловалась на мачеху-змеюку, предлагает кардинальный вариант решения проблемы с нежеланным замужеством. А ведь я сначала категорически отказалась. Но азарт, подогретый парой бутылок гномьего эля, и неплохая ставка золотом сыграли со мной злую шутку.

И что я должна ответить? Что надралась, проспорила гномам и предложила пожениться красавчику за соседним столиком, от которого так и веяло уровнем силы не меньше трёх сотен пунктов?

– Я приняла это решение спонтанно, под давлением обстоятельств. Мне необходимо было сорвать вашу с мачехой сделку. Она не должна была получить ни медяшки! Я не чья-то собственность, чтоб мной торговать, словно картошкой на базаре по серебрушке за мешок.

– Так в чём разница, если мы всё равно теперь женаты? Не случись этого вчера, поженились бы в самое ближайшее время, по приезду в моё поместье.

– А вы разве её не видите, разницу? Одно дело выйти замуж, выбрав мужчину самостоятельно. Пусть на спор, впопыхах, незнакомого, не любимого. Но выйти за мужчину, которого ты сама выбрала! И совсем другое дело, когда этот выбор сделали за тебя, да ещё и цену назначили, как за племенную кобылу.

– Если вас это хоть немного утешит, столько, сколько я должен был уплатить за вас, не стоит ни одна кобыла самой благородной породы. Я немного в этом разбираюсь. Мачеха оценила вас в пятьдесят раз дороже…

– Это дико и отвратительно!

От слов крокодила настроение резко скатилось ниже плинтуса, даже аппетит пропал.

– Прошу простить меня, – от супруга не укрылись перемены в моём настроении. – Мне стоило промолчать.

– Да забейте, что уж теперь, – отмахнулась от крокодила, вытягиваясь в кресле, не заметив, как перешла на привычную в общежитии Академии манеру разговора.

В Академии примерно половина студентов не имеет титулов, а потому никто не заморачивается с обращениями по этикету. А я продолжила дальше прощупывать допустимые границы в общении с муженьком.

– И давайте перейдём на ты? Всё же не чужие люди. Кстати, я уже сутки ваша жена, но до сих пор не знаю вашего имени. Давайте хоть познакомимся по-человечески, раз с остальным у нас всё через… кхм.

– Моё имя вы… ты уже спрашивала и даже произносила в храме во время принесения брачных клятв, – нахмурился супруг, поглаживая набалдашник трости.

– Ну, прости, дорогой. Я вчера не в том состоянии была, чтоб запоминать несущественные детали.

Я развела руками, а крокодил подпрыгнул на своём кресле от возмущения:

– Серьёзно? Элла, ты назвала брачный ритуал несущественной деталью?

А я что? Я рассматриваю очень интересный узор на занавесочках. Очень увлекательно. В сторону крокодила даже не смотрю.

– Что ещё из вчерашних событий для тебя было не существенным?

Молчу. Ой, какая интересная резная дверка шкафчика! Просто идеальная симметрия линий.

– Элла! – обманчиво спокойным тоном позвал супруг.

Точно знаю – злится. У него резерв фонит на все три с половиной сотни пунктов.

– Брачная ночь у тебя тоже в памяти не отложилась?

«И не надо так растягивать шипящие в словах, словно в твоём роду драконы потоптались!»

Всё ещё молчу, проверяю ноготком на прочность подлокотники кресла. Плохое покрытие, царапки остаются. Крокодил сопит и раздражённо вертит в руках свою трость. Не смотрю на него, но левой пяткой чувствую: сверлит взглядом.

Глава 4. Ричард

Герцог Ричард Даркан

Первым делом, как прибудем в поместье, уничтожу все запасы того пойла, что Элла вчера употребляла. Оставшееся спиртное соберу и запру далеко в подвале, чтоб у супруги даже соблазна не было до него добраться. Это же надо так напиться, чтоб на следующий день не помнить что творила?

Если на забытое имя и церемонию моя реакция была относительно спокойной, то осознание что Элла не помнит, как мы консумировали брак, весьма ощутимо попрыгало по моей мужской самооценке. И ведь до вчерашнего вечера девушка была абсолютно неопытна в любовных утехах, хоть и отвечала на мои ласки со всей возможной страстью.

Воспоминания о вкусе губ Эллы и сладких стонах, срывавшихся с них, до сих пор будоражат кровь и вызывают желание схватить и овладеть чертовкой прямо на этих креслах. Чтоб в этот раз точно на всю жизнь запомнила нашу близость.

А ведь я чуть было не решил, что вынужденное почти пятилетнее воздержание от плотских утех посрамило мою репутацию опытного любовника. Раньше ни одна красотка не оставалась неудовлетворённой в моих объятьях.

Несомненно, сейчас моя внешность далека от той, что была пять лет назад и вызывает отвращение даже у меня самого. В те времена женщины с большим энтузиазмом согревали мою постель, а теперь не найдётся желающих добровольно приласкать старое хромое чудовище, как меня часто называют за спиной.

Можно было бы посетить публичный дом, где за хорошую сумму закроют глаза на любое уродство, но всё моё нутро противилось подобному досугу. Я на дух не переношу продажных женщин. Не важно, кто они: прелестницы из публичных домов, продающие тело за звонкие монеты, или же высокородные леди, что продают себя за статус и покровительство. Обе категории мне одинаково противны.

А ведь сегодня я собирался купить себе жену! Оправдывает ли меня отсутствие альтернативы? Однозначно нет. Но я не в том положении, чтоб ослушаться приказа короля.

Герцог Ричард Даркан. Месяцем ранее. Королевский дворец.

– Рад, что ты так быстро прибыл, Ричард. Присаживайся!

Мужчина, в одиночестве расположившийся во главе заставленного изысканными блюдами стола, указал мне на место по правую руку от себя и жестом приказал слугам удалиться.

– Давай пообедаем, прежде чем говорить о делах. Я ужасно голоден, а повар сегодня постарался на славу.

Королю Виттара Годрику III на днях исполнилось сорок три года. Всего лишь. Но выглядел он не властным правителем в полном расцвете сил, а уставшим и потрёпанным стариком с растраченным резервом. Что удивительно, ведь у его величества самый большой официально зафиксированный уровень магии в королевстве за последние сто лет – триста восемьдесят девять пунктов. Это безумно много, учитывая, что сильными считаются маги с резервом выше двухсот пунктов.

Магов, имеющих уровень от ста до двухсот, у нас принято называть способными. В большинстве своём это отпрыски знатных родов. Их способности позволяют занимать неплохие должности, даже если они не развивали свой дар в академиях.

Те же, кто имеет уровень ниже ста пунктов, зовутся слабосилками. Они почти не отличаются от простых людей, не обладающих магией, по уровню здоровья и долголетию. И мало кто из слабосилков способен пользоваться заклинаниями, за исключением простейших бытовых.

Считается, что чем выше резерв у мага, тем прочнее его здоровье и больше продолжительность жизни.

Обычно магия пробуждается у детей с пяти до восьми лет. К восемнадцати годам она постепенно развивается до максимального заложенного природой уровня.

Следующие три года – идеальное время для дополнительного развития резерва в специальных учебных заведениях. Потому, если у обычных людей без магических способностей совершеннолетие начинается с восемнадцати лет, у магически одарённых оно наступает в двадцать один год.

Я не был голоден, но приглашение короля поддержал. За трапезой неотрывно наблюдал, как король с усилием разрезает и без того мягкое мясо на мелкие кусочки и тщательно пережёвывает дольше, чем это требуется. При этом казалось, что каждое движение челюстью ему даётся с трудом, словно у него болят разом все зубы.

Решительно отложив в сторону приборы, осмелился задать мучивший на протяжении всей трапезы вопрос:

– Годрик, что с тобой происходит? Я не узнаю тебя! – Хоть я и пытался сдерживать рвущийся наружу гнев и негодование, сделать это было сложно. – Из пышущего здоровьем и силой мужчины ты превратился в какого-то заморённого слабосилка!

Так и не притронувшись к какому-то странному протёртому через сито супу, король с тяжёлым вздохом отставил в сторону тарелку.

– Ричард, ты должен жениться и обзавестись наследником. Это приказ.

В воздухе вспыхнул магический знак, обозначающий приказ короля, надлежащий к обязательному исполнению. Это был первый раз, когда кто-либо использовал его на мне.

– Что, прости? – сначала решил, что ослышался. – Это какая-то шутка?

– Нет, это не шутка, это приказ твоего короля. Мне нужен наследник. Твой сын.

Новость настолько шокировала меня, что я взял со стола бокал, даже не посмотрев, что в нём налито и залпом опустошил, не чувствуя ни вкуса, ни крепости напитка, ни его запаха. Будь в том бокале яд, и его бы не заметил.

– Объяснишь зачем? У тебя уже есть наследник – принц Патрик. И если мне не изменяет память, он уже должен был вступить в силу. Сколько ему сейчас? Лет девятнадцать? – немного успокоившись, решил всё-таки выяснить подробности столь внезапного стремления меня женить.

– Двадцать, Ричард. Патрику уже двадцать. И хоть ещё остается небольшая надежда, что случится чудо и мои усилия не напрасны, но с каждым днём её всё меньше. Он не сможет наследовать.

Глава 5. Ричард

Брак королевской четы был благословлён богами, и наследники должны были родиться сильными магами. К сожалению, её величество королева Патрисия смогла родить только одного ребенка, и того раньше рассчитанного акушерами срока. Две последующие беременности королевы заканчивались выкидышами.

– Всё равно не понимаю, зачем тебе нужен именно мой наследник? Даже если Патрисия больше не может понести, у тебя же наверняка полно фавориток. Неужели ни одна не смогла бы родить тебе наследника?

Король устало потёр глаза рукой и откинулся на спинку стула.

– Нет. С тех пор как у супруги случился второй выкидыш, она, чтоб не впадать в депрессию, полностью посвятила себя воспитанию Патрика. Всегда считалось, что раз наш брак благословили боги, то мои наследники гарантированно должны быть сильными магами. Но я всё равно решил подстраховаться и завести ребёнка на стороне, на случай если, не дай боги, с Патриком бы что-то случилось. Мы же правители. У нас тут на каждый квадратный метр дворцовой площади по пять интриганов и десять заговорщиков. Это разумно – иметь «запасного принца», как гарантию на самый крайний случай, чтобы род не прервался. Но за долгие годы ни одна из моих любовниц не смогла понести. Тем временем принц подрос, но к восемнадцати годам его уровень едва поднялся выше пятидесяти пунктов. Лучшие преподаватели почти два года занимались с ним увеличением резерва. Два года! За это время резерв Патрика увеличился почти вдвое. Колоссальный прогресс, казалось бы, если бы не низкий природный уровень.

– Вы хотели подтянуть его силу хотя бы до способного уровня?

– Да, Рич. Делать ставку только на преподавателей я изначально не планировал, а потому долго искал различные варианты, как расшатать его уровень. И не так давно мне в руки попал занятный ритуал передачи магии.

– Только не говори, что ты им воспользовался! – Ответ мне не требовался – внешний вид Годрика был куда красноречивее слов.

Я схватился за голову. Раньше ведь слышал про подобные ритуалы. Донорство магии радикальными способами давным-давно под запретом. Наиболее опасным последствием может стать полная потеря магии у донора. В то время как ритуал не даёт никакой гарантии, что у реципиента она повысится, а не вытечет из сосуда, как вода сквозь сито.

– Ритуал оказался бесполезен, я потерял много сил и сомневаюсь, что когда-нибудь сумею восстановиться до прежнего уровня. Потому мне и нужен ты и твой наследник, в идеале не один, но там уж как получится. Будучи моим троюродным братом, ты, Ричард, основной претендент на трон после Патрика. Но и ты уже далеко не юноша. А потому тебе просто необходима сильная магически одарённая супруга.

Позволил себе рассмеяться в голос:

– Может, ты мне ещё и отбор невест устроишь? Я прям так и вижу толпы юных прелестниц, спешащих наперегонки в объятья старого хромого герцога со шрамом в половину рожи, чтоб подарить стране наследника.

– К слову об этом. О том, что твой наследник, возможно, займёт трон, не должна знать кроме нас ни одна живая душа. В том числе и твоя будущая супруга. Мне бы не хотелось повторения той трагедии. – Годрик явно винил себя за поспешность в решениях, которая привела к случившемуся пять лет назад. – Я по-прежнему не верю, что смерть мальчика была случайной и продолжаю расследование. Им занимаются мои лучшие люди.

Мальчика. Ха-ха. Даже немного смешно. Этому мальчику пять лет назад исполнилось двадцать два года, а его уровень силы был всего на дюжину пунктов ниже, чем у коронованного родственника.

Понятно, на что делает ставку Годрик: раз уж бастард от простой способной магини получился по силе почти равным королю, то в благословлённом богами браке с сильной он рассчитывает на наследника не слабее себя.

Как бы ни претила мне мысль, что предстоит плодить элитное магически одарённое потомство, жениться всё равно придётся.

Приказ короля, бабушку его в пяльцы.

– Хорошо. Допустим, с женой я что-нибудь придумаю. Но что будет с Патриком? – не сказать, что меня сильно интересовала его дальнейшая судьба, но спросить был обязан.

– У меня на примете есть несколько принцесс соседних государств, где нет наследников мужского пола. Попробуем за год всё-таки дотянуть Патрика хотя бы до способного уровня, а там женим и отправим в одно из них. С правителями-то я договорюсь, тем более уже брачные предложения от некоторых из них поступали. Так что не переживай на счёт принца, а лучше начинай подбирать супругу. Не позднее чем через месяц жду вас с будущей герцогиней во дворце.

Пока я размышлял, с чего начать поиски подходящей кандидатуры и в какую сумму мне эти поиски обойдутся, в комнату, предварительно постучав и получив приглашение войти, втиснулся слуга с подносом, на котором красовался пузатый чайник и пара кружек.

– Ваше величество, её величество просила напомнить о необходимости пить розовый чай, – отрапортовал слуга, прежде чем его отпустили на все четыре стороны.

Из интереса сунул нос в чайничек и громко чихнул. Нет, ну кто так чай заваривает? От концентрированности и приторности запаха даже глаза режет.

– Зачем ты пьёшь эту дрянь? – поморщился я.

– Патрисия утверждает, что это для восстановления потерянных сил полезно. Она лично эти цветы выращивает уже много лет, и чего только с ними не делала: маски, шампуни, чаи. Один раз даже варенье сварила.

Бедные подданные, которым это варенье пришлось пробовать.

Присмотрелся к содержимому сквозь прозрачное стекло, а затем решительно забрал кружку у готового было сделать глоток короля и вылил в цветочный горшок в углу комнаты.

Глава 6. Элла

Герцогиня Элла Даркан

Несмотря на то что в экипаже не укачивало, под конец поездки я всё-таки незаметно для себя уснула. Проснулась от странного ощущения, словно прижата к чьему-то крепкому фактурному и очень по-мужски вкусно пахнущему телу, при этом одна посторонняя горячая ладонь покоится на моём бедре. Другой рукой крокодил, а сомнений, что это был именно он, у меня не осталось, лёгкими движениями подушечками пальцев поглаживал мою шею, аккуратно откинув локоны. И мне бы возмутиться, но…А-а-ах! Как классно!

Меня до мурашек пробрало, когда супруг задел какую-то особенно чувствительную точку. По-хорошему, всё-таки стоило бы возмутиться, что эта наглая личность себе позволяет.

«Ах-хах! Да! Пройдись ещё раз ногтями именно в этом месте, где сейчас массажировал!»

«О, да! Боже! Пусть ещё пять минуточек так поделает, а потом уже буду возмущаться, что он себе позволяет, морда крокодилья!»

Тем не менее, не смогла отказать себе в удовольствии и немного пройтись ладошками по твёрдой груди герцога и чуть ниже, пересчитав сквозь шёлковую ткань рубашки не замеченные ранее, но вполне себе реальные кубики пресса. А у муженька-то, оказывается, с физической формой всё в порядке, хоть на первый взгляд и не скажешь. Рукам своим я доверяла сейчас больше, чем глазам, а потому самым бесстыжим образом на правах законной супруги облапала ещё и плечи его светлости.

Интересно, как и когда это он успел пересадить меня к себе на колени? Обычно я сплю очень чутко, и на перенос собственного тела из точки А в точку Б среагировала бы сразу.

– Элла, я знаю, что ты уже не спишь, – хрипло прошептал на ушко этот невыносимый тип и прекратил сладкую пытку, убрав руки. – Ты мне сейчас всю рубашку слюнями закапаешь, а запасной у меня нет. Придётся твою надевать.

– Да что вы себе позволяете! – возмутилась я, открывая глаза и разворачиваясь корпусом, чтоб посмотреть в лицо супруга.

– Прошу прощения, – на мгновение показалось, что глаза герцога сверкнули знакомым зелёным оттенком. – Я позволил себе лишнего.

«Эллочка, только посмотри какой зеленоглазый экземпляр сидит за дальним столиком! И без брачной вязи! Да не пались ты, аккуратно направо голову поверни. Направо, Элла, это лево и это орки – они везде зелёные, кроме глаз и волос! Да, всех волос, и там они тоже не зелёные. Наш вон тот, с тросточкой страшненькой. Глянь, какой хорошенький! Надо брать!» – вспомнился эпизод из вчерашнего приключения.

Моргнула. Ещё раз присмотрелась. Да нет, показалось. Глаза как были один карий, а второй со светлым, почти белым зрачком, так и остались.

– Что вы себе позволяете? Руки верните, где лежали, и продолжайте то, что делали! – заявила шокированному супругу, поворачиваясь обратно и удобнее устраиваясь на ручках крокодила.

Удивительно, но спустя несколько часов наедине с герцогом меня совсем перестал волновать и пугать его безобразный шрам. Да и в целом, не понимаю, почему так дёрнулась при первой встрече? Ну, страшненький немного, но вы ещё нашего ректора не видели: там вообще обнять и плакать хочется, а в столовой его портреты тайком к стеночке переворачивают, чтоб молоко не скисало.

Но и с таким недостатком вполне себе можно жить. Отец же со змеюкой жил, а она страшнее перележавшего мертвяка, как на мой вкус.

Сделаем муженьку стрижку молодёжную, к лекарям-косметологам походим на процедуры, гардероб немножко подправим, и будет вообще красавец. А что с ногой у крокодила всё в порядке, подозревать начала, когда выезжали из поместья Гринвудов – подозрительно ловко для хромого человека он запрыгнул по ступенькам в экипаж. А сейчас меня на руках держит и даже не морщится.

На всякий случай решила проверить свою догадку и немного поёрзала попой на коленях крокодила, задевая ногу.

– С-с-с…– сквозь зубы зашипел муженёк, а я, испугавшись, что по глупости своими проверками сделала ему больно, подскочила, неловко рукой натолкнувшись на некую бугристость в брюках крокодила.

Он сдавленно замычал.

На моё счастье, в этот же самый момент экипаж остановился, и лакей распахнул дверь, к которой я и ломанулась, напугав несчастного парня своим лихим и немного растрёпанным стараниями его светлости видом.

Остановилась я уже около тяжёлых резных дверей, дожидаясь герцога у входа в имение. Шикарное, насколько успела заметить, пока неслась от экипажа. По традиции, впервые супругу в свой дом муж вносит на ручках.

Супруг появился спустя пару минут, заметно прихрамывая, когда я придирчиво изучала странного вида кусты кислотно-жёлтых роз. Будучи высаженными по периметру поместья, они абсолютно не вписывались в окружающий ландшафт.

Вообще-то я очень люблю растения, в частности розы. Когда был жив отец, у меня была личная теплица, где я собрала самые редкие сорта.

Но конкретно с этими кустами мы не подружимся: нос, который умудрилась сунуть в кислотный бутон, желая понюхать, нещадно чесался, а сама я расчихалась до позорных соплей и слёз из глаз. Похоже, у меня впервые в жизни на что-то появилась аллергия.

– По традиции, порог нового дома жена должна пересечь на руках у мужа, – произнёс герцог, на что я смогла только в очередной раз чихнуть. – Вот видишь, правду говорю.

– Не стоит, – отмахнулась от идеи следовать традициям. – Можете просто взять меня за руку. У вас нога болит.

– Элла, если ты переживаешь, что я тебя случайно уроню, не бойся, этого не случится, – нахмурился мужчина, недовольный моим отказом.

– Вот дались вам эти пережитки. Я – девушка современная, в приметы не верю…

Не успела договорить, как мир резко перевернулся и я оказалась легко перекинута через твёрдое плечо. Вот так попой вперёд меня бесцеремонно и внесли в мой новый дом.

Глава 7. Элла

Супруг не только через порог меня перенёс в таком виде, но и донёс до покоев на втором этаже. Свалив мою тушку, словно мешок с картошкой на огромную кровать, герцог, не говоря больше ни слова, удалился, чтоб спустя десяток минут вернуться с несколькими небольшими пузырьками в руках.

– Это зелья от аллергии, – пояснил он, заметив как я, щурясь воспалёнными глазами, пытаюсь прочитать мелкую надпись на этикетке. – Первые три раза необходимо принимать каждые двадцать минут. Затем три раза в день в течение недели, чтоб окончательно прошли симптомы.

– Вы так уверены, что это именно она? У меня такое впервые с организмом. Может, стоит вызвать лекаря? – спросила, устало откидываясь на подушках.

– Уверен, – произнёс герцог, присаживаясь на край кровати и отмеряя нужную дозу лекарства. – У тебя пыльца на носу. У меня на эти цветы такая же реакция.

– Зачем вы их держите тогда, да ещё и рассадили в таком количестве? – возмутилась я, послушно выпивая лекарство.

– От подарков её величества не положено отказываться, – даже не видя его лица из-за своих слезящихся глаз, чувствовала, что мужчина скривился. – Дары этой с-с…сказочной доброты души женщины принято выставлять на самом видном месте в доме. Дабы остальные, кого не одарили королевской милостью, видели, восхищались и завидовали.

О, как я тебя понимаю, дорогой супруг! Если наша с-с…сердобольная королева Патрисия решила тебя облагодетельствовать своей милостью, она это сделает, не смотря ни на что. Твоё мнение при этом учитываться не будет.

Именно с лёгкой руки королевы почти два года назад, когда погиб отец – барон Гринвуд, моим опекуном назначили змеищу-мачеху. Её же, не меня – единственную родную дочь почившего барона, королева сделала единственной наследницей моего поместья и титула. Левую тётку вместо родной крови.

Род Гринвуд пусть и не из древних, но всегда был одним из сильнейших в Виттаре. В моей семье всегда рождались сильные маги. А сейчас во главе рода поставили слабосилку, дети которой не унаследовали даже крупицы магического дара.

И как удачно для мачехи оказалось, что барон Гринвуд якобы не оставил завещания, оспорить которое не смогла бы даже сама королева. А ведь оно было! Я это точно знаю!

Гр-р-р.

Ненавижу! Обеих!

В особых случаях магически одарённых людей могли признать самостоятельно дееспособными до полного раскрытия дара к двадцати одному году, но не раньше восемнадцати лет. Мне как раз уже исполнилось на тот момент восемнадцать, и я даже успела поступить в Академию.

Я неоднократно писала ходатайства в высший магический суд, отсылала даже прошения его величеству, но все они неизменно возвращались спустя время либо как не доставленные адресату, либо с пометкой «отклонено».

Только потому, что моё имя уже значилось в списках студентов, мачеха не смогла лишить меня, помимо титула и дома, ещё и возможности развивать свой и без того не маленький от природы потенциал. И я зубами вцепилась в возможность учиться, словно голодный зверь в кусок свежего мяса. Это был мой последний шанс на светлое будущее, которого меня в одночасье лишили с лёгкой руки королевы.

Так что придётся нам с супругом искать компромисс. Потому как в мои планы на ближайшие годы абсолютно точно не вписывается рождение герцогских наследников, ради которых он на мне женился.

***

Герцог приходил ещё два раза с положенными перерывами, чтоб дать мне лекарство. Он уже успел переодеться в простую рубашку и хлопковые свободные штаны и выглядел очень по-домашнему.

После третьей порции лекарства, отёк спал и супруг спросил, буду ли я ужинать. Прислушалась к своим желаниям, и поняла, что перебив аппетит вкусняшками в дороге, сейчас с куда большим удовольствием предпочла бы хорошенько поспать и набраться сил. Всё же приключения последних дней давали о себе знать.

Ричард не стал настаивать и, пожелав спокойных снов, удалился, а я кое-как приняла душ и нырнула в сладкие объятия подушек и одеяла.

Снилась мне моя спонтанная свадьба. Вот открываются двери храма, в руках у меня странного вида цветы, перевязанные голубой лентой, по всей видимости, имитирующие букет невесты. Пока иду по ковровой дорожке к алтарю, где меня уже дожидаются, приходится немного пригибаться в бок.

Почему? Не вижу. Картинка расплывается, словно в сероватой дымке. Но мне кажется, кто-то ведёт меня под руку.

Жрец монотонно зачитывает стандартную клятву, а я пытаюсь разглядеть незнакомца, что стоит напротив меня у алтаря.

Хмм… Молодой. Я бы не сказала, что выглядит старше тридцати. Высокий, темноволосый, черты лица смазываются, словно на зеркало воды налили, но успеваю разглядеть схожесть со своим крокодилом, только уродливого шрама у мужчины на лице нет. Не могу понять, герцог Даркан ли этот мужчина, или другой человек?

А вот глаза у него бесподобные! Ярко-зелёные, сверкающие, словно в них скрыто изумрудное пламя. И он смотрит этими глазами на меня с такой страстью и желанием, что не возникает сомнений, куда мы направимся прямиком из храма.

Жрец объявляет нас мужем и женой, и вот я уже кусаю нижнюю губу в предвкушении поцелуя с зеленоглазым красавцем, который только что стал полностью моим. Его лицо близко-близко к моему, я закрываю глаза и…

Глава 8. Элла

Просыпаюсь с чувством глубокого неудовлетворения.

Ну как так? На самом интересном месте!

Кто там у нас в божественном пантеоне сновидениями заведует? Верните меня обратно, я не всё досмотрела! Мне срочно нужно узнать, удачно ли я замуж сходила, или мне совсем ничего не понравилось, раз из памяти стёрлась практически вся ночь.

Возвращаться сон категорически не желал.

Пришлось неохотно подниматься, умываться и приводить себя в порядок. Из записки, оставленной герцогом на тумбе у кровати, я узнала, что ему пришлось внезапно уехать на несколько дней. Свадьба свадьбой, а службу никто не отменял. Я же на правах новой леди Даркан могу потихоньку осваиваться и изучать владения.

Молодец какой! А кто меня покормит? А с работниками поместья меня познакомит? А то представляю их реакцию: спускается какая-то странная незнакомая им девица и начинает разгуливать по дому, совать везде свой очаровательный носик и раздавать приказы.

Приблизительно так я однажды обзавелась мачехой.

Хотя, они могли быть свидетелями, как герцог чтил свадебные традиции. Это я из-за слезящихся глаз и неудобной позы видела перед собой только герцогские чресла.

Размышления прервал назойливый вибрирующий звук. В одной из сумок, что стояли не распакованными у стенки, надрывался переговорник – редкий и дорогой артефакт. С его помощью два мага могут не только отправлять текстовые и голосовые сообщения, но и общаться в реальном времени в виде проекций на поверхности артефактов.

Несмотря на многочисленные преимущества в сравнении с обыкновенной магической почтой, переговорник особую популярность среди населения не приобрёл. Всему виной высокое потребление магической энергии владельца. Мало того, что стоил он баснословно дорого, так ещё и кушал резерв за милую душу.

В основном такие артефакты использовались на государственной службе. И мало кто из знати приобретал переговорник для личного пользования, а не для того, чтоб пустить пыль в глаза завистникам.

У отца был такой артефакт. После многочисленных намёков, я, которая за всю жизнь ничего никогда не выпрашивала у отца, тоже получила свой собственный переговорник на восемнадцатилетие.

Сказать, что змея-мачеха негодовала из-за такой пустой, по её мнению, траты денег на падчерицу, ничего не сказать. То, что сама она тратила на свои развлечения гигантские суммы, в расчёт не бралось.

Я уже строила планы, как часто буду созваниваться с отцом из Академии, до отъезда в которую оставалось чуть больше месяца, когда с бароном Гринвудом случилось несчастье.

Сразу после похорон сотрудники управления внутренней безопасности перевернули поместье Гринвуд вверх дном. Из кабинета изъяли львиную долю документов, над которыми отец работал, а также затребовали его личный переговорник, который внезапно потерялся. Мачеха весьма убедительно врала, что нигде его не видела и, возможно, артефакт пропал во время несчастного случая. В том, что это была наглая ложь, я убедилась спустя неделю, обнаружив его в одном из тайников змеищи.

Скорее всего, его припрятали, чтобы через какое-то время продать за хорошие деньги. Для самой мачехи артефакт был бесполезен: резерва у неё кот наплакал, а без силы пропадает возможность полноценно им пользоваться. Разве что с большим количеством накопителей, заряжать которые могла в доме только я, но не стала бы этого делать для мачехи или сводных сестричек. А на магическом рынке за зарядку накопителей заламывали нескромно высокую цену.

Естественно, отцовский переговорник я мачехе не оставила. Прежде чем увезти его с собой в Академию, две недели наслаждалась нервозным состоянием женщины. Она допрашивала слуг и перетряхнула все остальные помещения, до которых не добрались сотрудники внутренней безопасности, в том числе комнаты своих бегемотиков.

В мою комнату она тоже пыталась проникнуть под различными предлогами, но каждый раз здоровалась с закрытой дверью. Пыталась даже устроить пожар, но отец установил все виды защиты на комнату единственной дочери сразу после моего рождения. Так что ни одна из попыток навредить не увенчалась успехом.

Глава 9. Элла

На поверхности экрана мерцал портрет Анны Брукс – моей лучшей подруги. Единственной, которой удалось обзавестись за время учёбы. Именно ей я однажды подарила свой переговорник, потому что ближе человека для меня нет. Я же использую артефакт отца.

С друзьями у меня в принципе складывалось туго. В большей степени их отсутствию способствовала мачеха, запрещавшая заводить дружбу с простолюдинами, ибо это не по статусу дочери барона. С аристократами уже я сама не стремилась водиться, считая их заносчивыми и высокомерными болванами. Благо, что в Академии никто не придавал значения происхождению, и о маге судили по его способностям, а не по громкому имени рода.

Анна Брукс была младшей дочерью обедневшего аристократа и чудом поступила в Академию на стипендиальное место в двадцать лет.

Почему не в восемнадцать, как все остальные?

Будучи талантливой травницей, Анна с ранних лет подрабатывала в аптекарской лавке, некогда принадлежавшей её семье, но за многочисленные долги семьи отошедшей в собственность города.

Помимо основной работы, связанной с заготовкой трав, варкой зелий и настоев, девушка была и уборщицей, грузчиком, продавцом, кассиром. В общем, занималась абсолютно любой работой, которую перепоручал ей ленивый толстяк-управляющий, назначенный городской администрацией.

Из жалования, что получала за свой труд, Анне перепадало лишь с десяток медяков на мелкие личные нужды. Все остальные заработанные деньги поступали на счёт её родителей, как законных представителей несовершеннолетней магини. Девушка наивно считала, что копит себе на обучение и не задумывалась, как обстоят дела на самом деле.

Когда пришло первое письмо о зачислении Анны в Академию, родители решили скрыть его от дочери, чтобы не потерять свой единственный источник дохода. Долгие годы они тратили поступающие на счёт деньги на себя и старших дочерей, по старой памяти считая себя высшей аристократией, а она наравне с простолюдинами трудом подошв не оскверняет.

Эгоистично с их стороны? Не то слово! Два года родители успешно скрывали от Анны письма из Академии. В ответ оба раза отсылали отказ от имени младшей дочери, ссылаясь на якобы её слабое здоровье. Девушке же говорили, что ей не хватило баллов для поступления, а письма из Академии якобы выкидывали, чтоб её не расстраивать.

Тем не менее, Анна не теряла надежды поступить и с завидным упорством трижды подавала документы.

На третий год ректор, получив очередной странный отказ, лично приехал по указанному в письмах обратному адресу. Он счёл не логичным, что девушка со слабым здоровьем подавала документы на поступление столько раз, проходила по конкурсу и тут же отказывалась от обучения. Каково же было их с Анной обоюдное удивление, когда встреча всё-таки состоялась.

Скандал с родителями был жуткий.

Все два года, что она думала, будто не поступила из-за недостаточных знаний или отсутствия таланта, каждую свободную минуту девушка усиленно занималась самоподготовкой. При проверке резерва стало большим сюрпризом как для преподавателей, так и для самой Анны, что её резерв составляет почти двести пунктов. За остававшийся до совершеннолетия год под руководством профессоров Академии подруга достигла уровня сильного мага.

Рассорившись с родителями из-за их мерзкого поступка, она так ни разу и не приезжала к ним на каникулы. Естественно, ни о какой финансовой поддержке со стороны семьи и речи не шло.

Дождавшись совершеннолетия, Анна устроилась на подработку в академическую оранжерею и в лабораторию факультета зельеварения, где часто помогала в первый год учёбы. Видя её старания и успехи, ректор платил ей небольшую стипендию из собственного кармана.

Официально устроиться до совершеннолетия подруга не могла. Если бы о подработке узнали родители, они были бы вправе потребовать от Академии перечислять зарплату девушки напрямую на их банковские счета.

Несправедливый закон, когда магически одарённые граждане на три года позже пустышек становятся дееспособными и могут не подчиняться воле родителей или опекунов, невероятно девушку злил. А спонсировать предавших и использовавших её людей Анна не хотела.

Глава 10. Элла

– Я жду подробностей! – с ходу заявила подруга, скрестив руки на груди.

– И тебе не хворать, дорогая, – пробурчала я в экран. – Каких конкретно подробностей ты ждешь? О том, как я по-глупому проспорила гномам? Или, как пытаясь избежать брака с герцогом Дарканом, случайно сама затащила его под венец? Или как абсолютно не помню первую брачную ночь, но она точно была? Или как змеищу-мачеху мой муженёк кинул на деньги, что должен был выплатить за меня по брачному договору?

– Что?! – завизжало голографическое изображение Анны.

– Прикинь, сама в шоке. В кои-то веки нашёлся кто-то, кто мачеху на место поставил.

– Я не про это, – отмахнулась Анна, изображение слегка пошло рябью. – Хотя нет, стой. Это тоже интересно, но не первостепенно. Рассказывай с самого начала и подробно, что случилось, с того момента как ты уехала домой два дня назад?

– Да если бы я помнила! Чёртов гномий эль!

Тщетно пыталась заставить свою головушку работать, только всё без толку. Тогда подруга решила мне помочь:

– Ты прислала мне голосовое сообщение, что тебя собираются продать замуж.

– Ага, – кивнула я, вспомнив как ругалась на этот счёт с мачехой.

– Мои ответы сразу тебе не дошли: над Академией купол защитный обновляли, пока у студентов каникулы. Он блокировал отправку сообщений. Утром от тебя получила ещё несколько непонятных голосовых, разной степени трезвости. В первом ты злишься и собираешься идти по барам искать наёмников. Не спрашиваю для чего. Во втором срочно зовёшь приехать подружкой невесты на твою свадьбу, потому что нашла себе жениха.

Третьим пришло видео, явно снятое каким-то гномом или ребёнком. На нём видны только твои ноги рядом с чужими мужскими. А звук перебивают рыдания басом. Затем один голос пытается успокоить рыдающего – некоего Брона, что это свадьба, а не похороны, и «детки обязательно будут счастливы вместе». Другой голос начинает ржать, что Брон хнычет, как девчонка и грозит всё ребятам рассказать. Затем переговорник куда-то уронили, и этот Брон, похоже, на кулаках объясняет второму разницу между позорными слезами от избытка чувств и аллергией на букет невесты. Потом кто-то радуется, что свадьба без драки – это детский утренник, а другие голоса кричат «горько»…

Брон? Брон… Что-то знакомое. Ладно, подумаю об этом позже.

– И? – не выдерживает Анна. – Элька, ты так и будешь молчать, пока из меня переговорник весь резерв не высосет?

Вздохнув, взяла себя в руки и пересказала максимально быстро и по порядку события последних двух суток. Пока говорила, решила открыть окно и подышать свежим воздухом. Окна в покоях выходили на сад, за которым поблёскивал лазурной гладью большой пруд. Но стоило только дёрнуть на себя тяжёлую раму, как в нос ударил раздражающий запах роз.

– Апчхи! Да что же такое-то? – нервно захлопнула окно, от чего звук получился слишком громким, а стёкла в раме опасно задрожали.

– Будь здорова. Эль, ты чего расчихалась? Простыла?

– Нет. Ты удивишься, но у меня внезапно появилась аллергия на розы! Представляешь! Двадцать лет не было, а как замуж вышла – появилась.

– Это странно, – Анна задумалась. – У тебя иммунитет как у молодого дракона с твоим-то резервом! А тут ты ещё толком вздохнуть запах не успела, а у тебя скоро из носа до подбородка дотечёт! – негодовала подруга. – Что это за сорт такой?

– Я не знаю. Какой-то эксклюзивный. Для избранной аристократии... Апчхи… Лично королева разводила. Крокодил сказал, отказываться было нельзя. Причём, представляешь, у него самого тоже на них аллергия. Он мне вчера зелья, которыми сам лечился, из своих запасов принёс.

– Это очень странно, – Анна нахмурилась и задумчиво потёрла лоб. – Эль, ты не могла бы выслать мне образец этих роз? Я могу провести кое-какие тесты, а там, глядишь, и выясню причину, вызывающую твоё недомогание.

– Знаешь, у меня есть идея лучше. Приезжай ко мне погостить! – предложила я, глядя как глаза подруги становятся круглыми, словно блюдца. – Заодно и нужные тесты проведёшь на месте.

– Думаешь, это хорошая идея? Что-то я опасаюсь реакции твоего герцога. Вдруг он будет против гостей, тем более у вас разве не медовый месяц?

– Сомневаюсь, что ему вообще до этого есть дело, – отмахнулась я. – Он уехал по службе и неизвестно когда вернётся. Комнат в поместье полно, но даже если крокодил зажмёт гостевую спальню, мы и в моих покоях вместе переночуем. Тут одна только кровать размером с нашу каморку в общежитии. Да на ней потеряться можно! И потом, я на правах новой леди Даркан имею полное право пригласить лучшую подругу в свой дом.

– А ты быстро освоилась в новой роли, – хихикнула Анна.

– Если честно, на роль герцогини я вообще не набивалась. Когда всё раскрылось, сначала хотела возмутиться, сбежать, потребовать развод. Потом подумала: а чем мне тут плохо? Если закрыть глаза на аллергию и дурацкие цветы, с которыми мы обязательно разберёмся, мужчина мне достался очень даже адекватный. Не давит своим статусом, возрастом, умеет разговаривать и слушать. И хотя я не помню нашу брачную ночь, но пока ехали в экипаже, успела немного изучить его рельефы. И скажу тебе, была приятно удивлена! Если бы не его хромота, я точно бы утверждала, что герцог из спортзала не вылезает. Да и другими достоинствами природа не обделила, – вспомнив случайно задетый рукой бугор, покраснела, что не укрылось от внимательной подруги.

– Ладно, уговорила. Судя по твоим словам, его светлость не такой и страшный, как о нём разговоры ходят.

– Так ты приедешь? О деньгах не беспокойся – все траты за мой счёт! Я стащила у мачехи из тайника мешочек золотых и немного их приумножила, – сделала жалостливое выражение лица, на которое всегда покупался папа, а подруга через раз.

Судя по тяжёлому вздоху Ани, это был тот самый «раз», который сработал.

– Хорошо, – согласилась она. – Я приеду. Только сначала мне нужно закончить кое-какие текущие дела. Думаю, несколько дней мне хватит. Максимум через неделю буду у тебя.

Глава 11. Элла

Стоило распрощаться с подругой, как голодный животик песней раненого кита напомнил, что последний раз нормально кушали мы с ним в экипаже. Но одними бутербродами сыт не будешь, и вообще, с таким неправильным подходом к питанию, можно запросто заработать язву желудка.

Изменив обычным предпочтениям в одежде, надела довольно простое домашнее, но всё же платье и направилась на поиски места, где бы меня покормили.

Дом был огромным, а потому я старалась хорошенько запомнить свой путь, чтоб без проблем вернуться в выделенные мне покои. На убранство и предметы роскоши в доме крокодила не поскупились, что не могло не порадовать. Это значило, что в средствах супруг не стеснён, и тот симпатичный сундучок, что привозили в качестве выкупа за меня, наверняка не единственный. О себе не скажу, что являюсь меркантильной особой. Вовсе нет. Скорее прагматичной.

Несколько дверей оказались запечатаны магически, и, запомнив их местонахождение, пообещала позже обязательно добраться и выяснить, что за ними скрывается. Уж от меня-то что-либо скрывать абсолютно бесполезно.

Есть у меня особенный, но не всегда подчиняющийся дар, что позволяет находить скрытое или потерянное. Вот и сейчас я призвала его, чтоб подсказал, куда мне идти. Дар отозвался неохотно, словно бурча, что тревожу его из-за какого-то пустяка, но ноги сами потянули меня вниз по лестнице.

Удивляло, что на всём пути до кухни на глаза никто из слуг не попался. Можно было подумать, будто их и вовсе нет в поместье, но это явно не так: в доме прибирались и очень тщательно.

Подойдя к двери, из-за которой доносились умопомрачительные запахи, безошибочно определила за ней кухню. Сначала хотела было зайти, но резко замерла, услышав смутно знакомые голоса, и затаилась.

– …А я говорю, что понесла!

– Да брось! – скептично протянул другой голос. – Как можно ребёночка зачать, когда спишь с женой в разных покоях?

– Так ясно дело у себя спит, потому что молодуха спать не даст. А он к супружнице трижды ходил! Баська видел! Правда-правда! – не унимался первый.

– Тю… А внутри сколько пробыл? Не больше пары минут каждый раз. Да что ж за такой срок успеть-то можно? Даже портки не снять, не то что девицу на кровати найти …

– Так человек военный. А у них пока спичка горит можно столько всего сделать…

– Хоть свечку не держал, готов на золотой поспорить, что не было у них ничего!

– А чего ж тогда хозяин приказал весь алкоголь припрятать? Его девкам-то в положении нельзя! Точно говорю! Понесла!

«Да о ком это они рассуждают?» – со злостью подумала я, смутно догадываясь.

– Точно-точно! Моя Гарка, когда сынишку старшего ждала, всю самогонку приказала из дома вынести! Мутило её страшно с одного вида бутылок…

– Во! Точно говорю – пацан будет!

– Ох! Неужели наследничек родится? Радость-то какая! – охнул женский мягкий голос.

Осторожно приоткрыв дверь так, что образовалась небольшая щель, заглянула внутрь. Маленькая пухленькая женщина с собранными под объёмный чепчик тронутыми сединой волосами прижимала к груди испачканные в муке руки, оставляя на цветастом фартуке белые следы.

Напротив неё на высоком барном стуле сидел и что-то мешал в большом тазу деревянной ложкой … гном! Причём смутно знакомый, словно где-то я его уже видела.

Помимо этих двоих, в просторной светлой кухне ещё с полдюжины гномов в ярких фартуках и таких же чепчиках активно занимались приготовлением обеда: чистили овощи, отбивали мясо, помешивали густой наваристый суп в огромной высокой кастрюле.

Все были при делах, но при этом умудрялись активно болтать и беззлобно спорить между собой, от чего в помещении стоял весёлый гул.

Решив больше не скрываться, толкнула дверь сильнее, делая шаг вперёд. Раздался скрип несмазанных петель.

– Ой, – глаза пухленькой женщины стали круглыми и большими, словно чайные блюдца. – Хозяйка!

– Шухер! – крикнул, судя по всему самый младший лихой гном, с отсутствующим передним зубом, что, собственно, не помешало ему залихватски свистнуть.

И начался хаос. Я не ожидала, что моё появление на кухне вызовет столь бурную реакцию. Гномы побросали свои занятия и кинулись врассыпную, а я так и застыла с открытым ртом.

Охнувшая повариха была единственной, кто не растерялся. Она с причитаниями пыталась спасти пригорающие котлеты на брошенной сковородке и другие блюда. Поспешила на помощь гномочке, так как, несмотря на абсурдность ситуации, не планировала остаться сегодня голодной. Управились мы довольно быстро в шесть рук – отловив за ухо того самого щербатого гнома, приставили к делу.

– Фух… думала, не сдюжим, – вытерла гномочка пот со лба уголком фартука. – Благодарю, госпожа. Меня Риной зовут. Я старшая на кухне. Вы, верно, кушать хотите, раз сами к нам спустились? Да и завтрак пропустили…– охала она. – Его светлость приказал вас не тревожить, пока сами не проснётесь. А нести завтрак в покои ребята не осмелились.

В ответ на мой положительный кивок, Рина начала споро собирать на широкий серебряный поднос ароматно пахнущие кушанья. Посуда, в которой они подавались, была из настолько тонкого (явно очень дорогого!) фарфора с вензелями, что казалось коснёшься прибором и разобьёшь на мелкие осколки. В голове крутилась одна-единственная мысль, затмевающая собой все остальные:

«Сейчас меня покормят!»

«Но ты же хотела познакомиться с обитателями и дом осмотреть?»

«На голодный желудок сами знакомьтесь!»

Глава 12. Элла

– Пройдёмте в столовую, госпожа, – Рина ловко подхватила поднос, словно он ничего не весит, и поспешила на выход из кухни.

Я не отставала.

Толкнув пухлым бедром одну из дверей, Рина боком протиснулась в просторный светлый зал, в центре которого величественно стоял огромный стол из благородного дерева.

Я мысленно поморщилась от окружающего пафоса.

Только люстра над головой – размером с карету – чего стоила! Про стоимость фарфора вообще страшно подумать. У нас в семье когда-то был похожий набор посуды и доставался он исключительно в праздники или когда приезжали важные гости к отцу.

В академической же столовой быстро привыкаешь пользоваться одной вилкой и ложкой. А не целым метательным набором, как полагается по этикету. Пока была маленькая, до того как отец женился повторно, часто посещала с ним светские приёмы и, конечно, знала этикет великолепно, но академическая простота всё же больше пришлась по душе.

Вот зачем занимать целый зал в одиночку? Статус герцогини обязывает? Пф-ф.

«Сегодня как-нибудь переживу, но в следующий раз попрошу накрывать или в моих покоях, или просто на кухне поем, – размышляла про себя. – Я всё-таки дома, а не на королевском балу. Могу не держать марку. Думаю, крокодильчик за это на меня не обидится. Наверное…»

Несмотря на странное поведение при моём появлении, готовили местные гномы великолепно. Когда я, расслабившись и слегка распустив шнуровку платья, слизывала с пальцев остатки заварного крема от десерта, в зале снова появилась Рина с подносом, на который составила грязную посуду. Поблагодарив гномочку за вкусный обед, решила сразу расспросить, о причинах странного поведения остальных.

– Ох, госпожа…

– Элла, – перебила повариху. – Рина, пожалуйста, зовите меня так, хотя бы наедине. И если вас не затруднит, может, покажете мне здесь всё? А то крок…кгхем, – закашлялась, едва не назвав супруга данным ему прозвищем при посторонних (Анна не в счёт!). – А то супруг на службе, а мне даже показать как пройти в библиотеку некому, – состроила максимально грустную физиономию.

То, что библиотека у герцога была, не сомневалась ни минуты. Дорогие канделябры, пафосные витражи, старинные гобелены во всю стену – это всё, конечно, роскошь, но главную ценность в хозяйском доме всегда представляли книги. Именно по тому, какая в доме библиотека, можно сделать вывод и о хозяине, его характере и, что немаловажно, достатке.

Например, барон Гринвуд много времени проводил за чтением научных трактатов и жизнеописаний полководцев прошлого. Отец часто делал пометки на полях, отмечая интересующие его моменты и загибая уголки страниц.

А вот матушка, судя по небольшой библиотеке в закрытых после её смерти покоях, куда даже змея-мачеха не смогла добраться, как ни уговаривала батюшку, была натурой романтичной. На книжных полках в её комнатах хранились томики поэзии и красивых историй о любви.

Отец мне рассказывал, как каждый вечер перед сном матушка перечитывала наиболее полюбившиеся романы и обходилась с книгами всегда очень аккуратно. Потому они до сих пор остаются в идеальном состоянии, будто только из типографии. К сожалению, в плане бережного отношения к вещам я больше в папу пошла.

Сейчас же мне не терпелось узнать секреты своего герцога. Рина проводила меня в библиотеку, предварительно занеся поднос с посудой на кухню. С её слов, поведение остальных помощников (гномы предпочитали, чтоб их называли именно так, а не слугами) было вызвано именно приказом герцога.

Перед тем как отбыть во дворец, супруг строго-настрого запретил всем гномам попадаться мне на глаза. Причину такого странного распоряжения он не объяснил. Судя по тому, как рьяно все ринулись выполнять приказ его светлости, мой крокодил среди гномов в большом авторитете.

Приказ не касался только Рины. Пухленькой хозяйке кухни супруг дал несколько индивидуальных поручений относительно меня. Но о них Рина обещала рассказать позже, за чаем с пирожными.

Хоть я уже и наелась до отвала за обедом, отказываться не спешила. Жизнь в Академии научила двум главным правилам: есть всегда, когда выпадает возможность и спать в любую свободную минутку.

«Ох, ты ж крокодилы зелёные! Обалдеть!»

Насколько я всегда считала библиотеку в поместье Гринвуд огромной, то, что предстало моему взору ни в какое сравнение с ней не шло. На беглый взгляд, она у герцога минимум в два раза больше. На полках преимущественно редкие или коллекционные издания в красивых обложках. А какой тут стоит запах! М-м-м! Нового пергамента, типографской краски и кожаных переплётов…

Удивительно, но мне даже показалось, здесь больше книг, чем в академической библиотеке. Уж кто-кто, а мы с Анной там разве что не ночевали.

Планы по знакомству с поместьем до возвращения моего крокодила резко поменялись. Я ещё не видела всего остального, но даже если в подвале сокровищница древнего дракона, забитая доверху золотом и драгоценными камнями, с любимым местом в этом доме я определилась.

Глава 13. Ричард

Герцог Ричард Даркан. Королевский дворец.

Срочный вызов во дворец от короля Виттара Годрика III поступил мне на личный переговорник. Я как раз проконтролировал, чтобы Элла приняла лекарства от аллергии. Основной отёк с лица и глаз успел сойти, а потому уже можно не переживать за её состояние.

Я хоть и не целитель, но первую помощь пострадавшим на поле боя при необходимости оказать смогу. Ну а с недомоганием супруги, оттянувшим и так вряд ли бы состоявшуюся вторую брачную ночь, справиться было проще. По удивительному совпадению, у нас с Эллой именно на мерзкие цветы королевы оказалась одинаковая реакция организма.

Сказать, что такие сильные маги как я или Элла вообще никогда не болеют, значит соврать. Болеют, просто намного реже, чем все остальные маги и люди. Каждый выявленный случай недомогания фиксировался и исследовался лично главным королевским лекарем.

Конечно, я должен был сообщить и в этот раз, но мне не захотелось подвергать супругу ещё одному стрессу. Ещё свежо в памяти, как мой «уникальный случай» больше недели изучали с десяток лекарей, проводили множество бесполезных, а порой и абсурдных процедур и анализов, а в итоге выдали пузырьки с лекарством от обычной аллергии. Нет уж, Элла не пришла бы в восторг, подвергни я её тому же.

Оставив указание тётушке Рине приглядеть по возможности за супругой, а остальным убрать полностью алкоголь из дома и не попадаться ей на глаза, со спокойной совестью отправился во дворец.

Годрик нашёлся в своём кабинете, внимательно изучающий доклады из приграничных населённых пунктов. Судя по глубоким морщинкам между нахмуренных бровей, а также поджатым в тонкую линию губам, хорошего в них мало.

Догадывался, что речь шла о необычной подозрительной активности на севере. Армия королевства Лобас проводила ежегодные учения слишком близко к границе, что не могло не привлечь внимание нашей разведки. Нейтральную полосу военные не пересекали, но от жителей приграничных районов уже начали поступать многочисленные жалобы.

Виттар и Лобас сотню лет вели кровопролитные войны за спорные территории, что сейчас входили в состав Виттара. Чуть больше двух десятилетий назад между враждующими сторонами, наконец, был найден компромисс и подписан мирный договор. Как и полагается в таких случаях, подкреплённый браком.

В этот раз супругами стали юная принцесса Лобаса Патрисия и молодой король Виттара Годрик III. На заключении этого брака настоял старший брат Патрисии – на тот момент король Лобаса. Он полагал, что с поддержкой Виттара укрепит свои позиции на троне.

Вот только серьёзно просчитался.

Ради достижения своей цели правителю Лобаса пришлось расторгнуть помолвку сестры с герцогом Ильясом де Толедо. Отвергнутый жених, к слову, оказался злопамятным. Настолько, что спустя несколько лет собрал сильную армию и пришёл к власти, совершив государственный переворот и свергнув брата бывшей невесты с трона.

Виттар, как и лично Годрик III, вопреки чаяниям свергнутого короля, не поспешил на помощь: хитро составленный мирный договор между двумя государствами не допускал вмешательства во внутренние конфликты.

Поговаривают, что её величество королева Патрисия лично попросила супруга не вмешиваться во внутренние дела родной страны. Таким образом злопамятная сестрица отомстила старшему брату за свой вынужденный брак.

Придя к власти, Ильяс де Толедо первым делом перезаключил мирный договор между Виттаром и Лобасом. И всё на границах между странами было тихо до сегодняшнего дня.

– Не знаю, чего добивается Ильяс, но всё это очень похоже на провокацию, – Годрик отложил в сторону очередной документ и устало откинулся на спинку кресла.

За прошедший с последнего разговора месяц король Виттара заметно восстановился. Его лицо приобрело здоровый цвет, из движений исчезла скованность, и он всё больше становился похож на свою прежнюю версию, до клятого ритуала.

– Это с какой стороны смотреть, – задумался, изучая отчёты. – Границ наших они не нарушают, но учения проводят в пределах бывших спорных земель.

– Думаю, будет лучше проконтролировать лично. Сам бы отправился, да ещё не восстановился до конца. Не хочется ударить перед своими же воинами в грязь лицом в том случае, если придётся вступить в бой.

– Так понимаю, мне выезжать к границе?

– Да, и желательно прямо сейчас, чтоб до полудня уже прибыть на место и доложить обстановку. Мне, конечно, шлют доклады, но не всегда они могут отобразить реальное положение дел. Вдруг моих генералов уже подкупили, и они играют на стороне де Толедо, а эти бумажки – фикция? Дня три, я думаю, хватит. А там уже решим, отправлять подкрепление к границам или нет. Если выяснится, что наши опасения по Лобасу напрасны, к концу недели вернёшься…

«Как же не вовремя де Толедо решил нас подразнить! Ни раньше, ни позже», – подумал я.

– Не вариант, – отрицательно покачал головой, не соглашаясь с планами Годрика. – Я сейчас не могу так надолго оставлять молодую супругу одну.

Ага. Хотя бы, потому что она мне половину поместья разнесёт, если не проконтролировать. Я все горячительные напитки приказал убрать, но кто знает, что она из дома с собой прихватила.

– Женился?

Мой утвердительный кивок.

– Врёшь! – брови Годрика взлетели вверх, а лицо озарила широкая улыбка.

Молча закатал рукав, демонстрируя золотую брачную метку. Король Виттара заливисто расхохотался.

– И ты молчал? Да с этого и надо было начинать. Что мне этот де Толедо с его провокациями? Ну, рассказывай! Кто? Когда? Сам уговорил, или выкуп родителям уплатил?

– Скорее уж она меня уговорила, – хмыкнул я. – Если точнее, у меня просто не было шансов отказаться.

– Да ладно! – удивился Годрик, комично раскрыв рот. – Это чем же ты так девушку очаровал, что она тебе шансов не оставила? Девушка же? – игриво подвигал бровями.

Глава 14. Ричард

– Ты где такой самородок нашёл? Почему мне не доложили о магинях, что владеют магией на таком уровне, чтоб по щелчку пальцев пульсар высшего уровня создавать?

Промолчал, что на самом деле получилось это у Эллы с третьего щелчка. Девушка никак не могла сосредоточиться именно на озвученном мной уровне.

Кто бы мог подумать, что для моей супруги создание более слабого пульсара окажется почти невыполнимой задачей. Зато как эффектно за доли секунд в таверне остались только мы вдвоём, да бесстрашные гномы, которые уже настолько глаза себе залили, что инстинкт самосохранения отключился напрочь.

– Третий курс Академии, – пожал плечами.

– И почему ректор молчит о таких уникумах? – возмутился его величество. – Эх, жаль, что там сейчас каникулы начались. Но надо будет обязательно туда наведаться, как начнётся учебный год. Вдруг и себе подберу фаворитку со схожим уровнем, – мечтательно закатил глаза.

А я задумался: зачем королю любовница со столь высоким резервом? Разве что Годрик не теряет надежды успеть в последний вагон и заделать «запасного принца» на стороне? Всё-таки тема наследников для него действительно болезненная.

– Ну и после такой демонстрации, ты как человек слова сразу согласился?

– А кто бы отказался, когда перед его носом на маленькой изящной ладошке мерцает сгусток энергии, способной разнести половину улицы за один вздох?

– Вот ты везучий засранец, Рич! – восхитился Годрик. – Завидую белой завистью! Ещё не видел твою супругу в глаза, но она мне уже нравится. Раз студентка, значит, молоденькая ещё девчонка. Красивая хоть?

Я улыбнулся подвижным уголком рта. В воспоминаниях всплыл образ голубых, словно бездонные чистейшие озёра глаз, в которых я тонул без шанса на спасение… Шёлк тёмно-каштановых волос, что пропускал сквозь пальцы... Нежность коралловых губ, что жадно целовал до лёгкой припухлости… Женственные изгибы тела, что плавилось в моих объятьях…

Я был впервые так счастлив с кем-то, за последние годы изголодавшись по ласке.

И ненавидя себя за внешность, которая теперь со мной до конца жизни.

Боги, как мне хотелось верить, что в тот момент она видела меня настоящего, а не чудовище, которым я обречён существовать.

– О-о-о! – протянул король, когда моё молчание затянулось. – Ты посмотри, как зацепила! Ричард, желаю поскорее познакомиться с этой красоткой! Отомри! Глупая и мечтательная улыбка на твоей роже смотрится жутко. Того и гляди, сейчас так замечтаешься, что ещё в штанах от воспоминаний о супруге привстанет.

Кхм… Незаметно оправил камзол.

– Тогда поступим следующим образом. На границу с Лобасом перенесёшься порталом. Туда и обратно, сэкономим дни на дорогу. Наблюдение должно быть минимум сутки, чтоб оценить полную картину происходящего и днём, и ночью на этих так называемых учениях. Раньше освободиться, к сожалению, не получится. Кроме тебя у меня больше нет человека, которому я бы доверял как себе и кого мог бы отправить на это задание. Ну а как вернёшься, жду с супругой. Патрисия готовит очередной приём через три дня. Приглашения вам в поместье сегодня же доставит курьер.

Чашка с чаем, которую его величество забыл выпустить из рук, почти коснулась его губ, но в последний момент король опомнился и брезгливо отставил её.

– Патрисия всё не уймется со своей народной медициной, – пояснил он, кивая на чашку с многострадальным напитком.

– Ты так и продолжаешь пить эту дрянь? – я нахмурился, догадавшись о содержимом. Ещё месяц назад состав чая показался мне подозрительным, но вслух сомневаться в чистоте намерений королевы при Годрике не рискнул.

– Нет, что ты. Выливаю каждый раз. Но она как чувствует и везде эти чашки под руку подсовывает. Не сама, так слуги. А я забудусь в работе, нет-нет, да спутаю и схвачусь.

– Почему просто не откажешься пить эту гадость?

– Ещё больше травмировать жену не хочу. Тут ведь нам доложили, что её брат на днях скончался в центральной тюрьме Лобаса. Говорят, от магического истощения. Кандалы, в которые его заковали, были антимагические. И это он ещё долго прожил в тех условиях, в которых как мне докладывали, его содержали. Так что хочется ей быть хоть в чём-то полезной – сделаю вид что пью. Мне не сложно, а она спокойнее от этого себя чувствует и не ковыряет мне мозг десертной вилкой.

– Понятно…– протянул я, с трудом веря в отсутствие у её величества мотивов подсовывать Годрику свою цветочную отраву. – Мне нужно оставить супруге записку, на всякий случай захватить кое-какие артефакты из дома, и я выдвинусь на границу. Буду держать связь по личному переговорнику. Не уверен, что служебный не попытаются прослушивать.

В поместье из дворца вернулся уже глубокой ночью. Элла, по словам гномов-помощников, из своей спальни не выходила. Для неё последние дни выдались не менее насыщенными, чем для меня.

Признаюсь, и сам был бы не прочь прилечь рядом с молодой женой и забыться глубоким сном, но у меня есть обязанности перед королевством в целом и Годриком в частности.

Достал из тайника необходимые артефакты, после чего подумал о необходимости оставить записку Элле, что ближайшие день-два меня в поместье не будет. Хотел вместе с запиской оставить букет, но вовремя вспомнил про аллергию.

Пусть она и проявилась только на проклятые розы, рисковать и экспериментировать с другими цветами не стал. Нам ещё на приём во дворце через три дня ехать.

Точно. Приём. Есть у меня одна идея, как порадовать супругу. Но сделаю это лично, когда вернусь с границы.

Глава 15. Поместье Гринвуд

Фальшивая баронесса Гринвуд, она же мачеха ненавистной девчонки, что была ей словно кость поперёк горла, не находила себе места и мерила шагами гостиную. В очередной раз падчерица сорвала ей все планы.

Лже-баронесса хоть и получила титул, поместье и кое-какие средства в обход завещания, оставленного бароном Гринвудом, её покойным супругом, всё равно не имела доступа к огромным суммам, что лежали на счетах, открытых на имя падчерицы.

Как ни старалась мачеха извести ненавистную девчонку, ничего не получалось. Отозвать согласие на обучение в Академии она не успела, и как назло, не было повода к отчислению за неуспеваемость.

И вот, абсолютно случайно, женщина прознала, что герцог Даркан – главное чудовище королевства – ищет в супруги девушку с высоким потенциалом. Молодые одарённые аристократки не спешили выстраиваться в очередь за титулом герцогини Даркан. Жуткие слухи, что ходили о мрачном хромом чудовище со шрамом на лице, отпугивали и без того немногочисленных сильных магинь брачного возраста.

«А ведь герцог неприлично богат!» – вспомнила вдова Гринвуд, и в её злобной расчётливой голове мгновенно оформился план, как и ненавистную девчонку извести, и в выигрыше остаться.

Стребовать за падчерицу неприлично большую сумму оказалось на удивление легко: герцог даже не торговался. Правда, радость от удачной сделки немного омрачалась тем, что его светлость наотрез отказался подписывать брачный договор заранее, до встречи с потенциальной невестой. Впрочем, встреча была запланирована на следующий день после приезда падчерицы домой на каникулы. Но на этот счёт женщина не волновалась: Элла была воспитана как истинная аристократка, а потому и мысли познать мужчину до брака не допускала. Тем более, как у законного опекуна, у мачехи был доступ к лекарской карте мерзкой девчонки.

И вот настал день, когда девушка вернулась в родовое поместье. Баронесса при очередном обмене любезностями огорошила падчерицу новостью о её скором замужестве, не преминув сообщить и о сумме, которую герцог Даркан заплатит семье за будущую супругу. Женщина уже представляла, как и на что будет тратить золото, видела его блеск. Вот только даже монетки коснуться не смогла. Опять эта девчонка всё испортила!

Звук подъезжающего к поместью экипажа заставил мачеху напрячься. Дочери отправлены в город за обновками и не должны были вернуться так скоро. Других гостей она не ждала.

Внезапное появление в комнате персоны в чёрном плаще с глубоким капюшоном, скрывающим лицо, напугало леди Гринвуд. За спиной визитёра возвышались две огромные молчаливые фигуры.

– Ты опять всё испортила, идиотка! – прошипел голос из-под плаща, услышав который баронесса упала на колени и задрожала как осиновый лист.

– Я не виновата! – зарыдала она, хватаясь влажными от страха руками за полы плаща своего неожиданного гостя. – Это всё Элла! Опять она меня подставила!

– Ну конечно! – голос таинственного незнакомца сочился ядом и презрением к пресмыкающейся женщине. – А чья была идея продать девку герцогу? Хочешь сказать не твоя? Ты должна была следить за девчонкой до её совершеннолетия!

– Но если бы не эта с…

– Довольно! – жёстко прервали попытки оправдаться. – Мне надоели твои промахи. Слишком много их было!

– Но… Но… – заикалась обливающаяся слезами женщина. – Но я не виновата! Правда! Переговорник тоже она стащила!

– Нет, это ты его упустила. Так же, как допустила её поступление в Академию, хотя приказано было держать девчонку в поместье и не светить нигде. Чтобы после смерти отца о ней никто не вспомнил.

– Но её отец уперся! Я…

– Довольно!

Мачеху грубо откинуло от фигуры в плаще и больно приложило спиной о комод. Затем два огромных как медведи наёмника подхватили её под руки и хорошенько встряхнули, заставляя выпрямиться.

– Тебе не говорили, зачем нам нужна твоя падчерица… – человек в плаще ненадолго задумался. – А знаешь, хоть толку от тебя – капля, пусть это станет тебе уроком. Сейчас ты испытаешь на себе, зачем нужна была девчонка.

– Нет! Пожалуйста! – взмолилась женщина, тщетно дергаясь в руках стражей. – Умоляю! Дайте мне ещё один шанс! Я всё исправлю!

– Поздно. Нужно было покончить с этим ещё два года назад. Теперь мне снова исправлять твои промахи. Заткните её чем-нибудь, – раздался грубый приказ наёмникам.

Рука, затянутая в грубую кожаную перчатку, достала из складок плаща испещрённый рунными символами кристалл размером с небольшое куриное яйцо. Как только кристалл коснулся груди мачехи, он слабо засветился алым светом, а сама женщина истошно завизжала в широкую ладонь наёмника, закрывшую ей рот. Спустя минуту кристалл потух, а бессознательное тело женщины грубо сбросили на софу. Кожа её посерела, волосы потускнели и истончились, лицо покрылось сеткой морщин, как у дряхлой старухи.

– Бесполезная слабосилка… – пренебрежительно выплюнули в сторону баронессы. – Уходим. Здесь нам делать больше нечего.

Дверца экипажа открылась, и пассажир, что всё это время ожидал внутри, подал руку человеку в плаще, помогая забраться внутрь. Один из наёмников занял место возничего, другой устроился на запятках. Когда экипаж отъехал на достаточное расстояние от поместья Гринвуд, второй пассажир заговорил:

– Как всё прошло?

Ему на колени молча упал кристалл, внутри которого слабо мерцала красноватая энергия.

– Стоило ли осушать слабосилку ради этих крох? – покачал он головой. – Она вообще выживет?

– Мне плевать, – отрезал пассажир в плаще. – Эта алчная дрянь всё испортила. Она продала её герцогу Даркану.

– Что? – подскочил второй пассажир. – Чудовищу?

– А у нас есть ещё один герцог Даркан? Помнится, лет пять как он снова последний в своём роду.

– В любом случае так и должно оставаться.

– А потому тебе придётся заняться девчонкой лично.

– Это будет нетрудно, – самодовольно усмехнулся второй пассажир, поигрывая перстнем с небольшим перламутровым камнем. – Ещё ни одна простушка не устояла перед моими чарами.

Глава 16. Элла

Герцогиня Элла Даркан. Три дня спустя.

Крокодильчик отсутствует уже три дня. Сама от себя не ожидала, но даже немного соскучилась. Чуточку самую. Зато потихоньку с помощью тётушки Рины, оставившей на кухне за главного молодого гнома с щербатой улыбкой, что помогал нам в первый день, изучала поместье и обживалась. Остальные помощники на глаза по-прежнему не показывались, старательно исполняя приказ герцога.

Как и хотела, договорилась с Риной, чтоб еду мне приносили или в покои, или в библиотеку, где я проводила большую часть времени. Изучать окрестности без герцога поостереглась: жуткие розы были сейчас в самом цвету, а с последствиями аллергии я справилась не до конца. Не дай бог опять приступ случится, а супруга не будет рядом, чтоб своевременно принять меры.

Правда, удовольствие от шедевров Рины, поглощаемых прямо в библиотеке, изрядно портило ворчание старика-библиотекаря, что все фолианты отбивными да супами пропахнут.

Ну а что? Сказано было не попадаться на глаза, но общаться-то никто не запрещал. Собственно, этой лазейкой в приказе герцога мы с Букой и пользовались. На самом деле старого ворчуна звали Бук, но мне больше нравился мой вариант.

Бука хоть и ворчун страшный, но мы с ним поладили сразу. Моя тяга к знаниям пришлась ему по душе, а потому я получила полный карт-бланш. Да-да. Конкретно в этой части дома даже герцог без разрешения сурового библиотекаря не мог хозяйничать в полной мере.

Ещё вредный гном намекнул, что в имении есть целый тренировочный комплекс, где частенько любил проводить время мой супруг. Вот только он уже несколько лет стоит магически опечатанный и не используется. Почему, ворчун не пояснил. Поставила себе пометку в списке, что нужно обсудить с герцогом, когда Его Светлость соизволит домой вернуться.

И где он пропадает? Мы вроде ни с кем не воюем, иначе боевиков бы сдёрнули с учёбы заранее, как обычно, за несколько недель, чтоб успеть подготовиться к операции. Так что тут сразу мимо.

Я хоть и числюсь вместе с Анной по документам на факультете зельеварения, уговорила декана боевиков заниматься со мной факультативно. Конечно, у меня нет тех же прав и льгот, что есть у боевиков, но их обязанности и ответственности мои в полной мере: в случае военных действий я буду призвана с ними наравне.

К зельеварам же я попала по настоянию отца. Он хотел, чтоб я пошла по стопам матушки, в своё время окончившей именно этот факультет. Но не срослось. Талантливым зельеваром меня не назовёшь. Я всё-таки больше папина дочка.

Если бы не помощь Анны, которая просто богиня котелков и травок, я бы завалила все сессии ещё на первом курсе и с позором вылетела за неуспеваемость. Быть может, воспитывайся я матушкой, которая, к сожалению, умерла сразу после моего рождения, я проявляла бы больше интереса к этой науке.

Близилось время обеда. Облюбовав диванчик у окна, обложилась учебниками по высшей магии и не заметила появления тётушки Рины. Гномочка пришла звать меня в ту столовую, где я обедала в первый раз.

– Его светлость прибыл, – объяснила она перемены. – Сейчас только с дороги, отдал распоряжения насчёт блюд. И приказал оповестить вас, что обедать будете вместе.

– Вот гад! – возмутилась я. – Пропал на три дня, ни весточки за это время супруге не отправил. Единственную записку, что нашла утром в спальне, можно не считать. А не успел вернуться, уже распоряжения раздал и мне в том числе.

– Не серчайте на него, Эллочка, – попыталась остудить моё негодование гномочка. – Это же мужчины. Тем более военные. Они же деревянные по самые уши, простите боги. С ними если хочешь сладить, чтоб делали по-твоему, хитростью надо, да лаской. Послушай тётушку! Расплеваться вы всегда успеете!

А ведь Рина права. Герцог Даркан отдал службе больше лет, чем мне сейчас. Конечно, он привык раздавать приказы и мысли не допускает, что его могут ослушаться. Ну что же. Будем приучать старого вояку к семейным обломам и учиться договариваться.

Критически оглядела себя в отражении витрины с книгами. Свободная голубая блузка с подвёрнутыми длинными рукавами подпоясана широким плетёным ремнём, серебристые кожаные легинсы красиво облегают длинные ровные ноги. А на ногах мягкие домашние балетки. На голове, конечно, чёрти что. Причесаться бы.

– Кгхем…– услышала покашливание за спиной, а на стол что-то тяжело шлёпнулось.

Повернувшись на звук, заметила свою расчёску, а рядом небольшую сумочку-косметичку. Бука, ты просто чудо! Как только отменим дурацкий приказ гномам не попадаться мне на глаза, расцелую ворчуна. Я ведь только подумала и ничего даже вслух не просила.

Пары минут мне хватило, чтоб соорудить гладкий конский хвост и немного подкрасить глаза, чтоб замаскировать усталость от долгого чтения.

Такой по-домашнему простой я и предстала перед обожаемым супругом.

Ричард же был одет гораздо более солидно: в дорогой чёрный камзол с серебряной вышивкой, того же цвета брюки и до зеркального блеска начищенные сапоги с серебряными пряжками. Тоже чёрные. Я, конечно, люблю чёрный, да и супругу он на удивление шёл, но…Бррр. Жутковато. Да и тросточка его эта милоты образу не добавляла.

– Вы будто на похороны собрались, дражайший супруг, – вместо «здравствуйте» сказала я, входя в не полюбившееся мне помещение, и присела в книксене. – Кто-то умер?

– С чего ты так решила, Элла? – вздёрнул бровь Ричард, в то же время скользя жадным взглядом по моим ногам в легинсах.

Ну да, ножки у меня красивые. Самой нравятся.

– Ваш внешний вид слишком мрачен для обеда. Разве что вы скорбите по кролику, из которого сегодня приготовлено рагу.

– Увы, к кролику я настолько тёплых чувств не испытывал, – развёл руками муж, показывая, что нисколько не сожалеет о его участи.

– Значит, вы всегда обедаете в камзоле дома, даже когда гостей нет? Или это попытка произвести на меня впечатление?

– Вовсе нет. Я просто решил сэкономить время перед приёмом, на который мы отправимся сразу после обеда. Зная, какие угощения заказывает её величество, лучше поесть дома перед отъездом, так как во дворце даже перекусить вряд ли получится.

Глава 17. Элла

Послышался скрежет отодвигаемого стула по мраморному полу и тяжёлые шаги. Крокодил развернул стул со мной на себя, и я подняла на него взгляд.

– Ты пила лекарства? У тебя опять началась аллергия?

– У меня нет платья! – на одном выдохе резко озвучила я свою главную проблему.

– Что?

– Мне не в чем ехать на бал, – прикусила губу, а супруг нахмурился.

– Если ты не успела заказать новое платье к балу – не страшно. Можешь надеть любое другое. Даже если тебя в нём уже видели, я знаю хорошее средство, как сделать, чтобы этого никто не заметил.

– Ричард, – обратилась к супругу по имени, впервые даже в мыслях не называя крокодилом. – У меня нет бальных платьев. Ни одного. Вообще!

– Ты разве никогда не выходила в свет? Твой отец – барон. Он должен был посещать как минимум обязательные ежегодные приёмы вместе с семьей.

– Он и посещал. С мачехой и её дочерьми – моими сводными сёстрами, – вздохнула я, чувствуя, как подступают обидные слёзы от нахлынувших воспоминаний.

Я изначально не хотела, чтоб отец женился на змеище, а потому отказалась посещать эти приёмы, если на них будет и она. Благо, что на моём присутствии никто и не настаивал. Так что и наряды мне не заказывали, с подачи мачехи считая это неразумной тратой денег. Конечно, если бы я попросила, отец, безусловно, заказал бы самое лучшее платье, да не одно, но я и не хотела никогда ими обзаводиться. В моём гардеробе пара простых домашних платьев, а остальные вещи больше спортивного плана.

– Пойдём! – герцог схватил меня за руку и потянул на выход.

– Куда? – не поняла я, куда меня потащили.

– Рина! – крикнул супруг, когда мы оказались в коридоре.

– Да, ваша светлость, – гномочка не заставила себя ждать, появляясь рядом.

– Принеси из моего кабинета оба переговорника и вызови ко мне своего племянника. Срочно. И ожидайте подле хранилища.

Я даже не пыталась запомнить, какими коридорами меня вели. В конце концов, мы оказались возле сплошной кирпичной стены. Ричард приложил руку к одному из кирпичей, и стена отъехала в сторону, открыв проход, огороженный непрозрачным защитным магическим барьером. Будь сейчас другая ситуация, я бы заинтересовалась и поизучала плетения наложенных защитных заклинаний.

Супруг взял меня за руку и сделал шаг внутрь.

Что я говорила про сомнительное родство крокодила с драконами? Теперь я в нём абсолютно уверена! Даже если его фамильное древо кричит об обратном, какая-то бабка точно нагрешила и громко молчала.

Передо мной бесконечными рядами предстали всевозможные сокровища: от сундуков с золотыми монетами до витрин с шедеврами ювелирного искусства, которые не то что в руки страшно взять, на них смотреть боязно.

К одной из витрин супруг и потянул меня. На бархатной подушечке россыпью бриллиантов мерцала в свете магических светильников невозможно шикарная бриллиантовая парюра.

– Только не говори, что это мне? – округлила я глаза, когда супруг достал подушечку с драгоценным набором.

В жизни такой красоты не видела. Да на одни эти камушки можно маленькое королевство выкупить целиком!

– Хорошо, не буду, – ухмыльнулся супруг, явно довольный моей реакцией. – Тебе нравится? Я подумал, что бриллианты универсальны и подойдут к любому платью.

– Мне кажется, с таким набором я даже в пижаме могу явиться на приём, и за блеском украшений её никто не заметит. Или вообще без неё.

– Нет, в пижаме лицезреть мою супругу разрешено только мне! – в голосе крокодилища появились рычащие собственнические нотки, а желваки опасно заиграли. – А уж тем более без неё!

Приподнялась на носочках, всё-таки я по сравнению с герцогом, да ещё и в балетках, коротышка, и поцеловала куда дотянулась – в щёку, не обезображенную шрамом.

– Спасибо! – прошептала и обняла супруга, прижавшись к крепкой горячей груди. Спустя мгновение тяжёлая рука обняла меня, прижимая ещё ближе. – Но что делать с платьем? Может, у тебя есть такая же сокровищница как эта, только с женским гардеробом на все случаи жизни?

– Такой комнаты нет, но судя по всему, завести придётся, – серьёзно произнёс Ричард.

Эй, я же пошутила!

– Платье выберем по пути. В город за ним мы уже не успеваем, а потому мой помощник привезёт его к дворцу. Правда, переодеваться придётся быстро и в экипаже.

– За это не волнуйся. Не проблема. Справлюсь, – заверила я супруга и ещё раз чмокнула в щёку.

Не ожидала, что Ричард так легко решит проблему. Вот теперь попробуйте, скажите кто-нибудь, что мне не повезло с ним.

Тётушка Рина ждала на выходе из сокровищницы, держа в руках два переговорника.

– У моего супруга имеется переговорник, но пропав на три дня, он даже не догадался хоть раз позвонить?! – возмутилась я.

– На самом деле я не знал, что у тебя есть подобный артефакт. Насколько мне известно, леди обычно предпочитают стандартную магпочту. Но теперь, конечно, добавлю в контакты дорогую супругу, чтоб не волноваться, как она без меня дни коротает.

– И зачем два? Ты одновременно ими пользуешься? Они же энергии вместе, наверное, жрут целую прорву.

– Один служебный, второй личный. И о нём мало кто знает. Энергия не проблема, вот только надо накопители большего объёма установить, разряжаются быстро. Хм-м… Как некстати разрядились сразу оба.

Ричард приложил ладонь на заднюю панель одного из артефактов и пустил энергетический импульс. Не успел индикатор сообщить о завершении зарядки, как на экране загорелся портрет… нашего короля!

Удивившись, супруг сразу принял вызов. Тихонько стою рядом, не отсвечиваю. Интересно же, зачем могут звонить сильные мира сего.

– Ричард, как хорошо, что ты вышел на связь! – Король Виттара выглядел взмыленным и нервничающим.

– Что-то произошло? Лобас? – нахмурился супруг, а я не поняла, при чём тут соседнее государство.

– Хуже… Мне срочно нужна твоя помощь. Дело государственной важности.

– Я слушаю!

Глава 18. Элла

– Какое из них тебе больше нравится? – ко мне развернули переговорник лицевой стороной.

Один из артефактов Ричард передал своему помощнику, которого отправил в город в салон готового платья. По видеосвязи мне демонстрировали несколько эксклюзивных готовых нарядов моего размера. Больше всего мне понравилось длинное в пол платье тёмно-синего цвета с расшитым серебром лифом, что удачно гармонировало с камзолом герцога.

– Вот это, – ткнула пальцем в экран. – Мне всегда шёл тёмно-синий цвет.

– Какое невежество! Это же благородный сапфировый, а не просто какой-то тёмно-синий! – донеслось возмущённое из артефакта.

– А это просто золотые, с просто портретом нашего просто короля. И мы просто закроем глаза на тонкости цветовых гамм, а госпожа герцогиня Даркан может называть его хоть серо-буро-малиновым! – Мешочек с золотыми звонко шлёпнулся о стол, но уже спустя миг бесследно исчез в руках модистки.

Мне не видно было с той стороны экрана лица помощника, но переговоры он проводил мастерски.

– Аксессуары? Туфли? Перчатки? – предложили любезным голосом.

– Упакуйте всё, что необходимо к платью, мы уже сами разберёмся, что подойдёт, – произнёс герцог.

– Одну минуту, всё будет сделано в лучшем виде, – заверили с другой стороны экрана.

Всё то время, пока мы ехали в сторону дворца, я нервно карябала заусенцы. Да, вредная привычка, но что поделать. Идеальный маникюр – это не про меня.

Не доезжая до главных ворот в королевский дворец сотню метров, супруг дал знак вознице притормозить. Выглянув в окошко, увидела небольшую крытую повозку, к которой герцог направился сразу, стоило той поравняться с нами. Вернулся супруг достаточно быстро, неся в руках чехол с моим платьем. За ним следом, кряхтя, семенила большая гора фирменных коробок.

– Куда складывать? – подал голос гном, что нёс всю эту гору, а я могла только удивиться, как он умудрился её не уронить, ведь покупки полностью закрывали ему обзор.

Герцог передал мне платье и помог гному сложить часть коробок на кресло. Когда же помощник повернулся, я ахнула, не ожидая увидеть своего недавнего знакомца. Весьма приметная серебристая по-модному уложенная шевелюра, аккуратно стриженая бородка, обрамляющая круглое лицо, лукавый взгляд и приметная расшитая бисером жилетка. Это точно тот самый гном – с другим не спутаешь.

– Брон? Так это ты помощник Ричарда? – возмущённо воскликнула я.

– Как тесен мир! Не правда ли, моя герцогиня? – усмехнулся наглый гном и подмигнул мне, пока я некрасиво хватала ртом воздух, не зная ругаться ли или требовать объяснений.

– Ты всё специально подстроил! Эта встреча, сам появился, будто из ниоткуда. Разговоры за жизнь… – начала догадываться, что встреча именно с этой группой гномов в тот самый знаменательный день была не случайной.

– А ты! – а это я уже накинулась на удивлённого супруга. – Ты был в курсе их аферы! Вы специально сговорились меня развести на брак? Подстраховались, на случай если сделка с мачехой сорвётся?

– Элла, успокойся и послушай, – сурово осадил меня супруг, прежде чем я успела набрать воздуха, чтоб высказать этим гадам всё что я о них думаю. – Сейчас мы ставим на паузу зарождающийся скандал. Я, к слову, тоже не до конца понимаю, как всё так удачно совпало, что мы в тот день встретились в таверне. Но у нас не так много времени в распоряжении, чтоб тратить его на выяснение отношений и гадания о причинах удивительного совпадения. Это терпит. А вот его величество, напомню, ждёт нас с его подарком через семь минут, из которых две нам ещё до входа ехать. Брон, поезжай в поместье, завтра с утра жду объяснений.

Наглый знакомец поклонился герцогу, подмигнул мне на прощание и, ловко соскочив со ступеньки, вернулся в свою повозку.

– Элла, тебе помочь с платьем? – задал вопрос супруг, когда мы уже тронулись дальше, на что я отрицательно помотала головой, начиная скидывать верхнюю одежду, оставаясь в одной блузке, облегающих штанах для верховой езды и кожаных сапогах с тяжёлой высокой подошвой.

– Нет. Я сама переоденусь, подожди меня несколько минут снаружи.

– Хорошо, – герцог кивнул и, держа в руках отдельный свёрток, который Брон из всей кучи вещей передал ему лично в руки, покинул экипаж, оставляя меня наедине с покупками.

Платье сидело как влитое и идеально сочеталось с подаренными украшениями. Со шнуровкой на спине не было особых проблем: чтобы справиться с немудрёными завязками применила простое бытовое заклинание, из тех что учат на первом курсе в Академии. Критично осмотрев свои неидеальные ногти, решила добавить к образу невесомые серебристые кружевные перчатки. Сели великолепно!

Вот только кое-что пошло не по плану.

Слегка приоткрыв дверь, выглянула наружу в поисках своего герцога. Он нашёлся в паре метров: разговаривал с его величеством Годриком III собственной персоной. Не узнать короля, чей профиль смотрел на тебя с любой золотой монеты, мог только тот, кто этих денег сроду в руках не держал. Мне вот посчастливилось. Словно почувствовав мой взгляд, Ричард повернулся в мою сторону, нахмурился и направился ко мне. Король не подошёл, но и уходить во дворец не спешил.

– Что на этот раз стряслось? – супруг помог мне спуститься по ступенькам экипажа.

Я немного приподняла подол платья и сразу опустила обратно. Подвижная бровь супруга взлетела вверх, а его взгляд требовал объяснений.

– Размер перепутали. У меня тридцать шестой, а привезли тридцать девятый. Я потеряю туфли, даже если шнурками их к ноге привяжу. Не говорю уже про возможность ходить и танцевать. Не смогу.

– Оставайся в своих сапогах, только прошу, следи, чтоб подол не задирался. Он достаточно длинный чтобы их скрыть. Никто не заметит.

– Спасибо, – чуть сжала ладонь Ричарда в знак благодарности за поддержку бедовой меня. Вот стоило внимательнее смотреть, что использую вместо закладки, не попала бы в такую ситуацию.

– Ты просто бесподобно выглядишь, – шепнул супруг, заставив меня широко улыбнуться. – Тебе и правда идёт тёмно-синий.

Глава 19. Элла

– Ваше величество, позвольте представить вам мою супругу – герцогиню Эллу Даркан.

– Весьма наслышан и рад, наконец, познакомиться с женой моего первого советника и по совместительству троюродного брата.

Ой, как-то я зря, выходит, не интересовалась генеалогическим древом супруга. Мы, оказывается, с королём родственники!

Его величество взял мою руку и легко поцеловал, а я вспомнила, что забыла сделать положенный этикетом книксен в качестве приветствия. Огляделась по сторонам – никого, кто мог бы заметить и предъявить мне за нарушение этикета.

Фу-х… Не успела прибыть во дворец, а уже косячу. Надо брать себя в руки и не допускать впредь подобных проколов. К слову, вход, около которого мы оказались, точно не был парадным. Скорее всего, он вообще для прислуги. Ну что же, вполне логично, учитывая, что мне нужно было переодеться, а Ричарду передать королю его подарок без лишних свидетелей.

– Сожалею, что не можем дольше пообщаться без постороннего внимания, меня здесь сейчас и быть-то не должно, еле нашёл предлог сбежать. Но надеюсь, я могу рассчитывать на танец?

– Это будет для меня большая честь!

Так, вроде всё правильно сказала, вот как наш коронованный родственник довольно улыбается и кивает.

Интересно, что такого успел наговорить королю мой супруг о наших отношениях? Мы ещё недели не женаты, а вместе провели в общей сложности не больше суток с учётом всех поездок в экипаже и ночных приключений. Ладно, потом будем пытать крокодила с особой жестокостью, а сейчас улыбаемся и вспоминаем всё, чему тебя учили, Элла. И помалкиваем. Пусть супруг отдувается. Он на этих приёмах гость частый, а я последний раз была лет в семь.

– Тебя трусит, словно загнанного кролика, расслабься и будь собой, – шепчет супруг, обдавая шею горячим дыханием, что вызывает ещё больше мурашек.

– Если я расслаблюсь, напрягаться будешь уже ты!

Чем ближе мы подходили к бальному залу, тем громче становились звуки музыки и гул разговоров.

– Переживу, – отмахнулся он, когда мы достигли высоких белых дверей в бальный зал.

– Готова?

– Мы что, последние?

– Я всегда прихожу последним.

– Ричард, стой! – внезапно остановила герцога, решив предупредить заранее о своих переживаниях. – Есть кое-что, в чём я могу опозориться сама и тебя опозорить…

– Переживаешь, что плохо танцуешь?

– Как ты узнал?

– Ты же на подобных мероприятиях не была практически никогда, – объяснил свои догадки супруг. – Где бы набралась опыта? В Академии у вас если и велись факультативы, то тебя и на них не было, скорее всего.

– Танцы не относились к обязательным предметам, теорию так-то я знаю, что-то учила. Но вот практики не было.

– Не волнуйся, один короткий танец с его величеством можно пережить. Годрик не любит танцевать, а потому пара символических кругов по залу, а потом будешь свободна. Со мной вообще танцевать не придётся, у меня пожизненное освобождение по состоянию здоровья, – он приподнял руку, в которой держал неизменную трость.

Не знаю, как у него так легко получилось, но я почти перестала нервничать.

– Его светлость герцог Даркан и её светлость герцогиня Даркан! – раздался громкий голос церемониймейстера, прежде чем двери распахнулись, впуская нас в роскошно украшенный зал.

Ой, мамочки, сколько народу! И все сплошь знать. Так, Элла, ты тут следующая по важности дама после королевы. А ну не сутулься! На тебе набор украшений стоимостью как маленькое королевство! И муж, которого не знают и не боятся только глупцы или мертвецы.

К слову, этот самый муж сейчас уверенным шагом вёл меня через весь зал туда, где на величественном троне восседал его величество Годрик III. И как он так быстро успел вернуться? И вид такой невозмутимый, будто не с ним мы несколько минут назад тайно встречались.

По левую руку от Годрика восседала на троне поменьше её величество королева Патрисия. Женщина сдержанно улыбалась, но при нашем приближении эту улыбку стёрло с её лица. И без того небольшие узкие глазки сомкнулись практически в щёлочку, изучая меня ледяным взглядом.

По всему телу словно прошлись сотни мелких иголочек. Хотелось поёжиться, но я лишь сильнее сжала руку герцога, выдавая вновь нахлынувшее волнение. Внутри меня словно саму душу лихорадочно трясло. В ответ тыльную сторону ладони едва заметно успокаивающе погладили большим пальцем, и эта нехитрая ласка придала мне сил и уверенности.

И правда, почему я стушевалась? А главное перед кем? Странно, что я испытываю волнение и страх выставить себя в дурном свете, когда должна злиться и ненавидеть. Именно из-за королевы я лишилась поместья, титула и наследства. Из-за неё меня чуть было не продали замуж как племенную кобылицу, будто всего уже сделанного недостаточно. Ещё и прав распоряжаться своей свободой и телом чуть не лишили. Уверена, существуй такой способ, они с мачехой с удовольствием и в накопители всю мою магию выкачали бы.

Позволила себе рассмотреть королеву пристальнее. Как уже отмечала ранее, мелкие глазки непропорционально смотрелись на длинном узком лице, тёмные гладкие волосы были убраны в сложную причёску, которую украшала тиара с огромными безвкусно подобранными, но безумно дорогими камнями. Я мысленно засчитала очко в свою пользу, так как моя парюра выглядела на порядок дороже.

Не отказала себе в удовольствии позлорадствовать, заметив косметическую иллюзию, что была призвана скрывать дефекты кожи, многочисленные мелкие морщинки, а также крайне дряблые руки королевы. Даже над ними постарались маги-косметологи, превратив в ухоженные и утончённые. Интересно, король в курсе, сколько королевского бюджета ушло на иллюзию молодости королевы?

Ха-ха. Путь её величество других обманывает своими фокусами. Мой особый дар помогает видеть скрытую от других реальность. Обычно я его не применяю, но сейчас мне стало крайне интересно, что ещё скрывает королевская чета. Потому я перевела взгляд на юношу, стоящего за троном королевы.

Глава 20. Элла

Принц Патрик, а это был именно он, ибо фамильного сходства с матерью не заметил бы только слепой, меня даже немного разочаровал. Иллюзиями наследник не пользовался, не пытался придать себе более мужественный вид на радость поклонницам. Худой как жердь, немного сутулый, темноволосый, с вытянутым, как у королевы, лицом и маленькими глазками на нём. От отца-короля принцу не перепало ни капли.

Его величество же, напротив, был широкоплечим, мощным мужчиной с копной медовых чуть волнистых волос, широким лицом с крупными чертами и большими голубыми глазами. Полная противоположность жене и сыну. Мысленно хихикнула, допустив мысль, что король в семье приёмный, но сразу же от неё избавилась.

Единственное сходство между отцом и сыном, которое я подметила – магия. Обычно у близких родственников она схожа, но не абсолютно одинакова, ведь ребёнок берет её частички от обоих родителей. За всю жизнь я не встречала случаев, когда магия одного из родителей и ребёнка была бы идентичной.

Сейчас же, чем ближе мы подходили к тронному возвышению, тем отчётливее я понимала, что не ошиблась. У короля и принца магия ощущалась настолько схожей, словно им её из одного магического источника наливали. По типу магии, но не по силе. В силе принц значительно уступал своему венценосному отцу, и это я тоже отчётливо улавливала. Со стороны казалось, словно король ей с принцем поделился. Но разве можно передать часть своей магии другому человеку? По крайней мере я раньше о таком никогда не слышала.

Рассматривая королевскую чету, не сразу заметила, что принц изучает меня с не меньшим любопытством. Вот только взгляд у него был оценивающим, мерзким и липким. Блин, это же не прилично, так пялиться на кого бы то ни было!

По всей видимости, интерес принца заметила не только я, ибо с левой стороны потянуло могильным холодком. Это что? Ревность? Да быть не может! Я что-то явно путаю. Наверное, просто сквозняки в зале гуляют.

– Патрисия, Патрик, позвольте представить вам эту юную леди, нового члена нашей семьи – её светлость герцогиню Эллу Даркан. Супругу моего троюродного брата, – с гордостью произнёс король. – Добро пожаловать в семью, дорогая. А тебя, Ричард поздравляю с удачным выбором жены. Она просто очаровательна и с невероятно мощным магическим потенциалом, я даже отсюда его чувствую. Элла, надеюсь, вы не заставите долго ждать с наследниками? Уж очень хочется понянчиться с маленькими племянничками.

– Благодарю, ваше величество. Постараемся не затягивать с наследниками, а там как боги решат, – ответил за меня супруг, пока я улыбалась натянутой дежурной улыбкой и следила за эмоциями королевы.

Насчёт маленьких крокодильчиков мы дома поговорим.

– Элла, – задумчиво протянула женщина. – Как интересно! Раньше я вас при дворе не видела, но ваше лицо и имя кажутся мне смутно знакомыми. Не подскажете, когда вас могли мне представить?

– Не могу знать, ваше величество! – Боги, кто бы знал, как мне тяжело было сейчас говорить вежливо, не послав эту с…, помня, что королева выше меня по статусу. – Я не посещала королевских приёмов ранее.

– Ох, я как-то не подумала… – Да всё ты подумала, врёшь ведь! – Ваши родители наверняка не знатного происхождения, раз вы впервые во дворце. Я ведь права?

– Вовсе нет. Я дочь барона Гринвуд, что погиб два года назад при исполнении долга перед королевством, – сказала с гордостью.

Мой отец – настоящий герой, и я никому не позволю отзываться о нём с пренебрежением!

– Вот как! Да, барона я помню хорошо. Соболезную вашей утрате, – сказала королева с таким лицом, словно ей пришлось выдавить эту дежурную фразу из себя через пресс. – Он посещал приёмы с вашей матушкой и, по всей видимости, с вашими сёстрами.

– С мачехой, – сквозь зубы поправила я, – Моя мать умерла при родах. И со сводными сёстрами! У своего отца я единственная родная дочь, – специально сделала акцент на некровном родстве с детьми мачехи.

– Что же, в любом случае, теперь вы не леди Гринвуд, а герцогиня Даркан, – ввернула шпильку стерва. – Уверена, мы будем часто видеться, так как ваш новый статус обязывает сопровождать супруга. Мне бы хотелось познакомиться с вами поближе, Элла. Мы же теперь практически родственницы.

Да упаси боги такую родню иметь, как эта лицемерка! Ненавижу её!

– Итак, раз все теперь в сборе, можно переходить к торжественной части! – вовремя подал голос его величество, давая передышку моим истрёпанным нервам.

Зазвучала музыка, а по залу пронеслись аплодисменты. А ведь я, заигравшись в свои гляделки, чуть не забыла что мы в зале не одни.

– Прошёл двадцать один год с того светлого дня, когда благословлённый богами союз между мной и её величеством позволил заключить мир между двумя великими странами: Виттаром и Лобасом. И потому я, в знак своего глубокого уважения, сегодня преподношу этот свадебный дар своей супруге.

Король щёлкнул пальцами, и в его руке материализовалась бархатная подушечка с браслетом из россыпи турмалинов и бриллиантов, в центре которого располагался крупный опал необычайно редкой расцветки. Брон удивительно удачно выбрал подарок для королевы в соответствии с пожеланием «дорого и богато». Даже жалко, что он будет украшать руку такой стервы.

Весёлый хмык супруга заставил меня чуть склонить голову влево и вопросительно посмотреть на него.

– Что-то не так? – спросила шёпотом, наблюдая, как его величество надевает свой подарок королеве прямо рядом с другим широким браслетом. Подобные украшения у женщины были на обеих руках.

– Брон – молодец. Идеально со смыслом подобрал украшение, – так же тихо, чтоб слышала только я, шепнул, чуть склонив голову, супруг. – Видишь камень?

– Да, шикарный опал! Очень редкой расцветки, – кивнула я.

– А знаешь ли, что он обозначает?

– Только его использование в артефакторике в рамках академической программы.

– Двадцать один год – это опаловая свадьба. По древним гномьим традициям, в этот день супруг должен преподнести супруге украшение с этим минералом в качестве подарка. Ирония в том, что по тем же поверьям, именно опал является камнем, который вызывает у человека отталкивающее и негативное чувство к тому, кто его подарил. Любимым жёнам такой камень не дарят.

Глава 21. Элла

– Первый танец молодожёнов! – громко объявила королева, а мне это уже не понравилось. – По традиции приём должны открывать мы с его величеством, как делали это уже два десятилетия. Но мне кажется, в этом году можно сделать исключение. Сегодня в зале присутствует молодая семья, чей брак, как и наш, благословлён богами. Надеюсь, они не откажут нам и откроют этот вечер.

Вот же ссс... Знает, что у меня это первый приём, а у крокодила травма ноги, из-за которой он не танцует. И всё равно просит исполнить первый танец, надеясь, что мы опозоримся на глазах у всей аристократии. А ведь именно это и случится, если супруг согласится.

– Прошу простить, ваше величество, но вынужден отказаться, – обломал Ричард гадину. – Всему виной моя травма. Не хотелось бы оттопать прекрасные ножки моей драгоценной супруги.

– Ох, я и вправду забыла про ваш недуг, ваша светлость, – с плохо скрываемым злорадством отозвалась королева. – В таком случае, мы можем попросить его высочество подменить вас. Он великолепно танцует и уж точно не отдавит ноги вашей дорогой Элле. Патрик, ты же не против составить пару этой юной леди?

– Почту за честь, – подозрительно резво отозвался наследник, приближаясь к нам.

Что? Зачем? Не надо мне никаких принцев! И первых танцев не надо! Я себе уже диванчик приглядела, пока никем не занятый, чтоб упасть на него и тихонечко отсидеться всё мероприятие.

Беспомощно оглянулась на супруга. Сама не знаю, каких действий ожидала от Ричарда. Повторного отказа королеве в её упорном желании заставить меня осрамиться на весь высший свет? Или собственнического заявления, что не позволит другому мужчине прикасаться к своей жене?

Но уж точно не ожидала, что крокодилище кивком головы даст своё согласие на мой танец с принцем. Что? Да он совсем страх потерял? Я же и отомстить могу!

Краем глаза замечаю, что по залу расползаются удивлённые шепотки. Все гости стоят по стеночкам, освободив центр для первой пары. Музыканты уже притомились, ожидая, пока мы с монаршей семьёй выясняем, кто первый пойдёт позориться на публику. Скрипач, спрятавшись за широкой крышкой рояля, что-то воровато попивает из фляжки, занюхивая смычком, не обращая внимания на осуждающий взгляд пухленькой пианистки.

Преодолев небольшое разделявшее нас расстояние, принц Патрик смело протянул мне свою определённо лишнюю конечность. Дольше затягивать было бы верхом неприличия, и мне всё-таки пришлось вложить свою ладонь в его. И тут я порадовалась решению надеть перчатки не столько из-за неухоженности рук, сколько из-за возможности не соприкасаться напрямую кожа к коже с влажной ладошкой наследника.

Бр-р-р.

Под завистливые шепотки меня повели в самый центр зала. Спину жгло от пристальных взглядов придворных прелестниц, коих было немало, что не удостоились чести открывать бал с наследником Виттара.

Зазвучала музыка. Меня притянули к себе, обхватили второй рукой за талию и повели в танце. Хотелось бы позлорадствовать, что танцует принц отвратительно, но нет. К сожалению, сносно.

– Вы так напряжены, леди Даркан, – сократив расстояние между нашими лицами больше, чем предполагал этикет, заговорил принц.

Изо рта у него отвратительно пахло перегаром, зажёванным мятой, которая, вероятно, должна была отбить запах, но сделала только хуже. Это его обычное состояние, или его высочество так к приёму подготовился заранее?

– Вам показалось, – ответила, ища глазами в зале своего крокодила, который как сквозь землю провалился. На прежнем месте его уже не было.

«Ну, герцог, будь уверен, я тебе это припомню!»

– Как так вышло, что мы с вами не были представлены друг другу, Элла? Я же могу называть вас так? Мы же как-никак теперь одна семья!

Принц попытался ещё больше сократить расстояние между нами, что мне категорически не понравилось. На очередном развороте мне всё-таки удалось восстановить дистанцию.

– В таком случае, не забывайте добавлять «тётушка». Всё же я – супруга вашего дяди! – сквозь зубы процедила, стараясь не замечать каким сальным взглядом «племянничек» пялится в декольте.

– Вы даже не представляете, как я ему завидую сейчас, – принц скривился при упоминании герцога. – Как так вышло, что такая красавица стала супругой хромого чудовища?

«Можно подумать, сам красавец писаный! Да если бы не корона на голове твоего отца, которая однажды перейдёт твоему высочеству, больше и посмотреть-то не на что. Магии даже на способный уровень едва-едва. Внешность в матушку – худющий, лицо вытянутое как у лошади, глазки мелкие, волосёнки жиденькие, хоть и уложены по-модному. Ещё и горбишься. Да на твоём фоне мой крокодил выглядит намного привлекательнее как мужчина!»

– Увы, на всех красавиц прекрасных принцев не напасёшься, – произнесла, «случайно» наступая принцу на ногу тяжёлым сапогом. – Ой, простите! Я такая неловкая!

Будет знать, как критиковать моего крокодила! Это только моя привилегия как законной супруги, между прочим!

Принц коротко зашипел от боли, но намёку не внял. Его рука, которая должна была покоиться на талии, упорно предпринимала попытки соскользнуть ниже.

– И всё же, Элла, ответьте, чем вас так покорил мой дядюшка? – Да что ты приставучий такой? – Чем старое чудовище может быть лучше… скажем, того же прекрасного принца?

– У моего супруга масса достоинств, и если кто-то их не видит, то советую обратиться к лекарям, проверить остроту зрения! – Этот мальчишка начинает меня откровенно злить.

– Уверен, пообщайся мы с вами поближе, скажем, в менее людной обстановке, я бы сумел вас убедить, что в молодости намного больше преимуществ! – самоуверенно выдал принц, пока я всё не могла определиться: он настолько бесстрашный или бессмертный?

– Не сомневаюсь, что в зале найдётся немало прекрасных юных леди, которые с радостью пообщаются с вами поближе в менее людной обстановке.

– Мне не интересны другие! Мне интересны вы, Элла!

«Это что, Его Высочество Потные Ладошки ва-банк пошёл?»