Запах сена

Запах сена

Запах сена

Где-то далеко слышались ритмичные звуки пилы, размеренно отрезающей, скорее всего, очередной чурбанчик. Это деревенские начали заготавливать себе дрова на зиму. Откуда-то доносился запах бани: терпкий дымок с привкусом березового влажного листа и пихты.

Оля сидела в густой траве среди полевых цветов: ромашек, фиолетовых колокольчиков, мелких незабудок и желтых цветов, названия которых она не знала. Она глубоко и долго вдохнула, чтобы сполна насладиться ароматом свежей зелени.Теплое закатное солнце окуталорозовыми лучами все вокруг, в том числе Олю, раскрасило всё и всех своими нежными красками. Как здесь тихо, медленно и безмятежно...

Оля сорвала травинку, взяла её в рот и, как в детстве, откусила сочный кончик. Она почти забыла, как тридцать лет назад, бойкой девчонкой, бегала по свежескошенной траве с деревенскими пацанами, ловила кузнечиков, собирала коллекцию божьих коровок и босыми ногами ходила по грязным лужам. Все это было будто в прошлой жизни, где она еще не погрязла в работе, в мучительных отношениях и долгом одиночестве.

В эти выходные за город Олю вывезли почти силой. Подружка Яна решила устроить день рождения именно в частном доме вдали от городских стен. Она сняла двухэтажный просторный коттедж с отдельно стоящей баней, деревянной беседкой, огромным печнымкомплексом из жёлтого кирпича, в котором можно было одновременно жарить дюжину порций шашлыка, коптить рыбу и варить плов в казане.Компания собралась немаленькая: сама именинница, Яна, её муж –добродушный дядька,чуть седеющий, с небольшим животиком. Три подруги, сестра Яны со своим красавцем мужем, заводной и веселый Колька, так хорошо подходящий ко всем праздникам со своей ворчливой женой, и двое коллег с Яниной работы – Соня и Денис. Они хорошо ладили с Яной и неровно дышали друг к другу, хотя до сих пор оба стеснялись в этом признаться. Повинуясь своим сводническим наклонностям, Яна позвала этих скромняг на день рождение– может, тут они найдут смелость поговорить. А, может быть, не только поговорить.

Оле не хотелось ехать, да ещё и так далеко, ночевать не у себя дома, в шуме проводить вечер. Но подругине хотели слышать отказов.

«Олька, ты смеёшься?! Мы, значит, детей своих бросаем на бабушек, все готовим, снимаем дом, чтобы в кои то веки повеселиться компанией, а ты, вреднее всех на свете, отказываешься? Та, которой больше всех надо развеяться, которая с утра до ночи на работе, хочет слинять?»– возмущалась Катя, выпучив свои зелёные глаза.

«Оль, это же моё день рождения, не просто выезд», – давила на жалость Яна.

Вот так Оля и поехала. Пока мужчины укрощали мангал, а девчонки резали овощи, Оля вышла за пределы участка взглянуть на окрестности её заточения. Вблизи трассы стояли старые почерневшие деревянные хатки местных жителей, чуть дальше встречались домики из газоблока, окруженные добротными заборами, а еще дальше ближе к речке находились самые богатые и крупные дома и коттеджи. Оля прошла к последнему дому, стоявшему на самом краю посёлка, вышла в поле и села в траву, погрузившись в свои детские воспоминания.

Оля сорвала несколько полевых цветов и собиралась вернуться, как увидела в стороне за деревьями и широкими кустами невысокую заброшенную постройку.

«Любопытно, что там», – подумала она. До постройки надо было пройти не больше ста метров, зато по траве, которая успела вырасти по колено и могла колоть Олины стройные ноги. И все же любопытство повело Олю к зарослям.Подойдя ближе, она увидела, что за этим строением открывалась ещё одно, чуть меньше и длиннее. Все было заброшено, поросло травой, по которой давно не ходила нога человека, крыша у низкого строения местами обвалилась. Оля прислонилась к квадратному низенькому окошку: внутри темно,захламлено и отчасти разрушено временем.С пола свисали прогнившие и разломленные балки, из пробитых стен сочился тусклый свет. Оля увидела чёткий ряд – это были стойла. Похоже на заброшенную ферму.

Оля прошла к более высокому строению, которое было поставлено видимо позже и сохранилось значительно лучше. Его украшало лишь маленькое прямоугольное окошко под самой крышей. На огромных распашных дверях висел под стать им большой ржавый замок. Очень странно было то, что он был открыт и лишь соединял засов с петлей, чтобы двери не болтались на ветру.Оля сняла тяжёлый замок, тихонько приоткрыла дверь, вошла и поняла, что это сеновал.Большая часть его была пуста, и лишь у дальней стены на том конце виднелась горка сена. Оля подошла ближе.Да, для сеновала эта кучка была лишь малой частью, но для Оли, городского жителя, столько сухой травы казалось настоящей горой.

Чуть горьковатый запах сопревшей травы колол в носу. Местами сено истерлось от времени, рассыпавшись на мелкие соринки. Оля осторожно вскарабкалась на горку – здесь сухая трава была чуть свежее, не крошилась в пыль, её пряный аромат был гораздо приятнее и мягче.

«Как, наверное, здесь хорошо и тихо спится»,– подумала она.

Оля встала на носочки и выглянула в окошко, до которого едва могла дотянуться. Сквозь ветки черемухи, раскинувшейся перед самым сеновалом,виднелись деревенские домики и поле, по которому она шла.Оля прилегла на сено, провалившись в него, закрыла глаза и улыбнулась – прелестная находка.

«Ну, где ты ходишь! Мы уже тебя потеряли,–с упреком говорила Катя, когда Оля вернулась в дом. – Шашлык и баня готовы давно».

День рождения шёл в полную силу. Все хохотали, ели сочный с ароматом дымка шашлык, весьма неплохо сделанный мужем Яны. Пили кто шампанское, заедая покупной клубникой, кто пиво, кто водку. Оля лишь немного поела, да символически глотнула игристого. Баня была приятно натоплена. Оля долго грелась, слушая шипение пара, рождавшегося от тонкой струи воды, которую она медленно подливала на камни. И только девчонки, ворвавшиеся в парную с гоготом, нарушили её тихое парение.