Запретная любовь

От Автора

Предупреждение о содержании

В книге присутствуют откровенные сцены, употребление алкоголя, эпизоды насилия и драки. Также затрагиваются психологические темы, которые могут оказаться эмоционально сложными и вызвать дискомфорт у некоторых читателей.

Материал рекомендуется для зрелой аудитории. Чтение — на усмотрение читателя.

_____________

Уважаемые читатели. Любой негатив, оскорбление это неуважительно по отношению к автору, и другим читателям. Если вам не нравится книга, прошу вас, просто не тратье своё время.

С любовью и уважением ваша Миша Никс

Телеграмм канал: MishaNix_books

Глава 1

С улыбкой на лице, я зашла в квартиру и кинула ключи на тумбу. Сняв наушники, я начала комкать их в руках, как вдруг в коридоре появилась мама. Её глаза были красными, заплаканными. — Что случилось? — спросила я осторожно. Мама лишь кивнула в сторону гостиной и пошла туда. Я последовала за ней, сняв кроссовки.

Я вошла в гостиную и увидела отца. Его лицо было разбитым, где-то застывшая кровь. Во рту пересохло, пульс участился. — Может вы объясните что происходит? — спросила я, стараясь удержать голос. — Присядь, — неожиданно сказал отец. Я послушно опустилась на стул напротив, но глаза всё время метались между родителями. Отец задержал взгляд на маме, и она, будто по невидимому сигналу, вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Почему мама вышла? Почему он хочет поговорить со мной один на один? Его лицо.. эти побои.. что это всё значит? Отец поднялся со стула и подошёл к окну. За стеклом уже сгущался весенний вечер, небо темнело, а лёгкий ветер колыхал тюль. Отец повернулся ко мне, и медленно поднял свои глаза — Если ты хочешь, чтобы я был жив.. тебе нужно выйти замуж. Эти слова ударили сильнее, чем любой крик. Они повисли в воздухе. Я почувствовала, как тело само по себе поднялось с деревянного стула. Ноги дрожали, но держали меня, хотя земля будто ушла из под них. Слеза покатилась по щеке. Я стояла, слегка качаясь, и мотала головой, не веря не понимая. Что за чушь? Бред какой-то. Мысли метались, в груди всё сжалось так, что казалось, я не смогу вдохнуть.

— З’замуж? Чтобы ты был жив? — мой голос дрожал, ломался — Я.. Ничего не понимаю.

В гостиной повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом холодильника и редким скрипом старого паркета под шагами отца. Он подошёл ближе, и я почувствовала запах табака.

— Я должен крупную сумму денег, которой у меня нет, — сказал он глухо, касаясь моего предплечья.

Я сглотнула. Во рту пересохло.

— Если ты её не отдашь.. тебя убьют? — слова сорвались сами. Отец посмотрел прямо в глаза, и в его взгляде на была капля надежды.

— Не убьют. Если ты выйдешь за человека, которому я должен.

Эти слова ударили, как нож в спину. Внутри всё оборвалось. Слышать такое от родного отца.. что может быть хуже? Он предлагает мне продать себя как товар с полки магазина. Я резко протёрла лицо тыльной стороной ладоней, но слёзы всё ровно катились, оставляя солёные следы. В ушах звенела тишина, прерываемая лишь легким шорохом тюля у окна — весенний ветер напоминал, что жизнь идёт дальше, но для меня она будто остановилась. — Ты должна спасти нас, — сказал отец напоследок, и его голос прозвучал как приговор. Выйдя из комнаты, дверь закрылась за ним.

Замуж. Замуж. Тебе нужно выйти замуж. Эти слова застряли в голове, словно заезженная пластинка. Голос отца повторял их снова и снова, эхом отдаваясь в висках. Я закрыла глаза, но даже в темноте они звучали как — приговор, как цепи, которые тянутся к моим рукам. Неужели это единственный выход? Должен же быть другой. Но не ценой моей свободы. Это чушь. Бред.

Сидя за столом, пальцы неровно теребили кружевную скатерть, и каждый её узор казался паутиной, в которую меня хотят поймать. Слезы то и дело подступали к глазам, но я упрямо стирала их ладонями.

Моя вечерняя пробежка закончилась каким-то триллером. Ещё несколько минут назад я слышала только ритм собственных шагов и ровное дыхание, а теперь сердце колотится так, будто хотело вырваться наружу. Я не могу поверить, что всё это связано с отцом. Его небольшой бизнес всегда казался чем-то простым, не способным привести к таким проблемам. И что эта за сумма, из-за которой он может умереть? — мысль резала сознания. Я пыталась представить цифры, но они растворились в страхе. Ветер весеннего вечера шуршал в ветвях деревьев, но даже мягкий звук не мог заглушить гул в голове.

Утро было тихим, но тягостным. Я сидела за столом и ковыряла яичницу вилкой. А за окном мягкий свет, который пробивается сквозь белую тюль, слегка колыхавшийся от утреннего ветра. Мама всегда любила открытые окна, свежий воздух, даже зимой. Где-то в дали слышны голоса прохожих и лай собак.

Кухня выглядит как всегда. Протертые шкафчики с ретро ручками, старый холодильник, гудящий в углу кухни, кружевная скатерть на столе, деревянные стулья с тёплым блеском лака. На стенах старые картины и часы с тихим тиканьем. Запах заваренного чая смешенного с ароматом жареных яиц, но вместо уюта он приносил ощущение тревоги.

Мама молча наливала чай в фарфоровые чашки, её движение были размеренными, почти механические — как будто она старалась не думать о происходящем. Пар поднимался над чашкой, растворяясь в утреннем свете.

Внутри меня всё сжалось. Простая утренняя кухня, где когда-то звучал смех и запах еды казался домашним, теперь превратилась в сцену драмы.

— Сегодня вечером ты познакомишься со своим будущем мужем. Он пришлёт за тобой машину, — неожиданно нарушил тишину отец.

Я продолжала смотреть в окно.

— Мм-мм.. личный водитель значит.

Внутри меня тут же вспыхнула мысль: значит деньги у него есть.. но, может ему мало.. хочет больше. И ради них, готов угрожать, и не только. Я повернулась к отцу, вглядываясь в его лицо.

— Скажи пап.. а ты можешь рассказать всё с самого начала? — слова звучали с непониманием, внутри кипела злость. — Ты занял деньги.. и даже не подумал как ты будешь их возвращать?

— Прекрати! Ты как разговариваешь с отцом? — мамин голос сорвался, защищая отца.

Я стиснула зубы, едва удерживая себя от крика. — Да я смотрю, вы спелись. Родители. — выдохнула я, и в голосе прозвучала горечь.

Отец взяла руку мамы в свою. — Ничего ничего. Она права, — сказал он тихо.

— Ты понимаешь, что предлагаешь мне выйти замуж за человека, который мог тебя убить? — я не выдержала, голос сорвался на громкость.

Отец опустил глаза, его плечи поникли.

— На самом деле он не плохой… — пробормотал он, оправдываясь.

— Не плохой?, — переспросила я, — Да вы с ума сошли! — из меня вырвался истеричный смех. Я резко отодвинула стул, он скрипнул, и я встала.

Глава 2

Выйдя из машины, мои глаза устремились вверх, всё выше и выше, пока линии фасада не исчезли в темноте. Такая высота вызвала головокружение, и на мгновение земля под ногами показалось шаткой. Вдалеке доносился шум машин: ровный гул моторов, редкие сигналы. Ночь прохладная. Ветер мягко коснулся моей кожи, пробежал по волосам, заставив их слегка колыхнуться. Он обволакивал тело, принося лёгкую дрожь. Я стояла неподвижно, глядя вверх, и чувствовала, как небоскрёб давит своей высотой. — Следуйте за мной. — сказал водитель и направился к входу. Я шла за ним, ускоряя шаг, чтобы не отставать, и почувствовала, как сердце бьётся быстрее — не только от холода, но и от напряжения.

Когда мы вошли внутрь. Мои глаза расширились. С приоткрытым ртом от удивления я рассматривала мраморный пол, который блестит в свете люстр, стены украшены золотистыми узорами, а воздух пахнет дорогим деревом и свежестью кондиционеров. Да, мой подъезд и рядом не стоит. Лифт встретил нас холодным блеском металла и мягким светом потолочных панелей. Двери закрылись плавно, бесшумно. Водитель протянул руку к панели. Его пальцы коснулись холодных кнопок, и он нажал « 18 ». Цифра загорелась мягким светом а рядом вспыхнул индикатор движения. Пока мы поднимались, мой взгляд скользнул по зеркальной поверхности стен — отражение показывало моё напряжение, которое я пыталась скрыть.

Двери лифта плавно разъехались, и передо мной открылся длинный коридор. Мягкий свет, встроен в потолок. Пол из светлых плиток. Я шла чуть позади водителя, ускоряя шаг, чтобы не отставать. По обе стороны коридора тянулись двери — тёмные, массивные.

Дверь щелкнула тихо, когда мужчина приложил карточку к считывателю.

Красный индикатор сменился на зелёный. Мужчина уверенно открыл дверь, затем вытянул руку в сторону прохода — жест вежливый, но твёрдый.

Я послушалась.

Сделала шаг вперёд.

Мужчина оказался позади, а я вошла внутрь.

Внутри царила густая темнота. Глаза пытались привыкнуть, но темнота настолько вязкая, не дающая ни малейшего намёка на очертания. Я всматривалась, напрягала зрение, надеясь увидеть хотя бы силуэт, движение, отблеск — но безуспешно. Я сделала шаг вперёд, и пол тихо отозвался гулким звуком. Есть ли здесь кто? — Мысль пронеслась в голове, и сердце забилось быстрее. Я остановилась, прислушиваясь. Вдалеке — тишина. Ни шороха, ни голоса.

Вдруг начали двигаться шторы, медленно, словно кто-то невидимый тянул их в стороны. Я вздрогнула, сердце сжалось, и рука сама собой прижалась к груди. Темнота постепенно уступала место свету. Когда шторы полностью разошлись, в комнату проник золотистый отблеск: свет исходил от небольшого балкона. Он казался островком ясности в этой густой тьме. Я стояла несколько минут, не решаясь, а потом медленно направилась туда. Я подошла к балкону, за спиной осталась темнота комнаты. Здесь меня встретил мягкий свет свечей. Они горят на столике, на полу — маленькие огоньки, создающие атмосферу тепла и уюта. Пройдя дальше, взгляд упал на диван с мягкими подушками и пледом. На столике букет красных роз, их насыщенный цвет выделялся на фоне свечного сияния. Как будто сцена из фильма. — мелькнула мысль. Атмосфера одновременный роскошная, и интимная.

Я подошла к перилам и провела рукой, чувствуя прохладный металл, взгляд мой задержался на горизонте. Как же всё красиво…но это не моё. Огни города будто пытались мне сказать: Жизнь продолжается, она огромна и многогранна. Но для меня этот свет чужой, как декорация, созданная для кого-то другого. — Я уже подумал, что ты не придёшь, — уверенный, почти вибрирующий басовый голос, раздался за моей спиной. Я сжала сумочку, пальцы побелели от напряжения. Сердце ударило сильнее, и я сглотнула, пытаясь справиться с нахлынувшим страхом. Голова оставалась не подвижной — только глаза метнулись в сторону. Я стояла неподвижно, сжимая сумочку, и чувствовала, как моё дыхание становится коротким. — У меня не было выбора, — быстро отвечаю я и сглатываю, не решаясь повернуть голову. Плечи напряжены, стою неподвижно. — Ты садись, не бойся. Я тебя не трону — за спиной раздался спокойный, уверенный бас.

Ну спасибо! Что не убьёшь меня.

Я это должна сказать?

Внутри всё дрожит.

Сжимаю сумку ещё сильнее — это единственная защита.

— Слушай, Анна. Я бы мог уйти и оставить тебя любоваться видом.. Но, кажется, ты здесь не для этого, не так ли? — его голос прозвучал твёрдо. Это он так напоминает мне, почему и для чего я здесь. Его слова ударили прям в сердце, как холодный ток. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, пытаясь собрать в себе все силы, и медленно выдохнула. И всё же я решилась. Медленно, с внутренним усилием, я повернулась. Свет свечей мягко осветил моё лицо, а огни города за спиной стали фоном для этого момента.

Передо мной мужчина — высокий, уверенный. Широкие плечи, прямая спина. Лицо спокойное, но внимательное. Чёткие линии скул, лёгкая тень от щетины придавала ему зрелость, а глаза кажутся тёмными и глубокими, и смотрят они прямо на меня, не отводя взгляд. Как бы глупо ни звучало, но я рада, что он не выглядит на шестидесятилетнего деда, хотя мне это никак не поможет. — Присаживайся, — сказал он спокойным, уверенным голосом. Я молча подчинилась. Мягко опустилась на диван, положив сумочку рядом. Мужчина, чьего имени я не знаю, взял плед, слегка наклонился и бережно накинул плед мне на плечи. Я вздрогнула больше от страха, чем от неожиданности.

Я отпустила взгляд на стол. Я, конечно, не в восторге, что нахожусь здесь.. Но я очень голодна. А на столе даже еды нет. В этот момент мужчина, словно прочитав мысли, говорит — Я сейчас вернусь. Я сидела молча, чувствуя тепло пледа.

Вдруг. Он снова появляется. Посуда тихо звякнула, когда он поставил всё на стол. На тарелках лежало мясо, румяное, сочное, рядом — запечённая картошка с золотистой корочкой. От блюда сразу пошёл тёплый аромат, наполняя пространство уютом и вызывая у меня невольный голодный отклик. — Могу предложить вино, — сказал он, чуть приподняв бровь. Я не раздумывая быстро ответила — Чай. Мужчина кивнул коротко, без лишних слов, и снова исчез.