Запретная связь

Глава 1

Яна

- Проводила своего ненаглядного? – бубнит себе под нос Звонарёва, не отрываясь от заполнения журнала.

Самая длинная четверть подошла к концу, а это значит, что можно, наконец, спокойно выдохнуть.

- Угу. Вчера ещё уехал. Никто карандаш мой не видел?

В учительской творится такой беспорядок, что можно не только карандаш посеять, но и рабочий ноутбук, который почему-то уже тритий день не включается.

- В шевелюре своей посмотри, приходит на помощь Ниночка.

Она одна из всех присутствующих самая собранная и адекватная. А всё потому, что Ниночка работает уборщицей в нашем дурдоме и в отличие от нас, не растрачивает свою энергию на избалованных подростков.

- Спасибо! – благодарю, вытаскивая карандаш из кудрявой рыжей копны.

Школьники на каникулах, а значит можно позволить себе немного расслабиться и не тратить лишние тридцать минут на плетение кос.

- Опять весь день борщи варила? – продолжает свою тему Настя Звонарева. - Небось ещё и салатик настругала, да?

- Мне не сложно, я уже привыкла, - слегка вгоняюсь в краску. Одно дело обсуждать мою личную жизнь с глазу на глаз, другое – при всем учительском коллективе.

Мой муж работает вахтовым методом на машиностроительном заводе, в Москве.

Я уже привыкла, что каждые две недели месяца он отсутствует. Прожив в таком графике два с половиной года, я даже начала находить для себя плюсы такой семейной жизни.

Выставив второклассникам оценки за третью четверть, нахожу под столом балетки, что скинула пару часов назад, и уже собралась обуть их, как на пороге появилась Анна Павловна, - директор нашей школы.

- Капылова! Хорошо, что ты ещё не ушла, - без элементарного «Здравствуйте, коллеги», находит меня взглядом.

Ничего хорошего… Если она в приподнятом настроении, значит жди беды. В этой школе именно так принято сообщать плохие новости.

- Вам повезло, я уже домой собиралась…

- Я надолго тебя не задержу, - встает в дверном проёме, как будто я собираюсь сбежать. – Со следующей четверти в твоём классе новенький. Прошу любить и жаловать.

- Так у меня и так их больше, чем в остальных классах, - развожу руками в негодовании. – Мне уже сажать их некуда!

Про то, что у меня девяносто процентов мальчишек, вообще молчу.

- Не прибедняйся. Место мы найдём. Я, между прочим, для тебя стараюсь! - шелестит Анна Павловна, выдавливая свою натянутую улыбку.

- Каким же образом? – интересуется за меня Настя Звонарёва. Ей, как и всем здесь присутствующим, непонятен выбор директрисы.

- Этот мальчик не простой ученик. Его отец – глава…

Ну теперь понятно всё! Наша Анна Павловна в очередной раз оправдала свою фамилию и приобрела еще одного претендента на щедрые ежемесячные взносы. Златолюбова достаточно избирательно относится к ученикам государственного учреждения. Она даже придумала негласную шкалу оценок для таких «одарённых» детишек.

Естественно, нас, как учителей это не устраивает, но кто мы такие, чтобы идти против системы. Поэтому, чтобы поставить, а не нарисовать хорошую оценку, лично я провожу дополнительные занятия с такими «отличниками», чтобы те её выстрадали.

- Таким образом, у тебя появится шанс проявить себя, как молодого, но квалифицированного специалиста, - продолжает свою речь Златолюбова.

Перевожу взгляд на Настю, что сидит в углу и соорудив из пальцев пистолет, стреляет себе в висок.

Остальные учителя просто сидят с кислыми минами, время от времени бросая в мою сторону сочувствующие взгляды.

- Всё понятно? – обращается ко мне Анна Павловна, спуская на нос очки. Её глаза так и кричат: «И только попробуй мне возразить».

- Угу, - выдавливаю из себя, заливаясь краской ярости.

- Вот и отлично! Тогда до понедельника коллеги.

Вылетаю со школьного двора в расшатанных шлепанцах, но возвращаться не собираюсь. Сумку не забыла – и на том спасибо!

- Яныч, стой! – бежит за мной Звонарёва. – Че ты так расстроилась? Может там вполне приличный мальчик…

- Приличный? – торможу на секунду, - Может, тогда в свой класс его возьмешь, а?

- Ты же знаешь, мегера не позволит. Она уже всё решила, - поджимает губы Настасья.

- Ладно. Проехали. Не хочу портить себе настроение перед выходными.

- Вот это по-нашему! Узнаю свою подругу, - толкает меня в плечо. – Какие планы на вечер?

- Утопиться в ванной, и до ночи оттуда не всплывать! – задвигаю на полном серьёзе. – Я за эти дни так провоняла едой, что от меня за километр несёт.

- Нехер было так рано замуж выходить! – выносит вердикт Звонарёва. – Жила бы сейчас, как я, в своё удовольствие…

- Ага. Довольствовалась бы сомнительными связями и короткими интрижками. Нет уж, спасибо, это не для меня…

Мы с Настей вместе учились в пединституте. Все пять лет просидели за одной партой. Эффектная блондинка на контрасте с огненно рыжей бестией, мы никогда не были обделены мужским вниманием.

Глава 2

Яна

- Черт, я же не заводила будильник, - бурчу в полусонном состоянии, путаясь в простыне.

Суббота - единственный день в неделе, когда могу позволить себе подольше поспать. Несмотря на то, что я до мозга костей жаворонок, в этот день стараюсь устраивать себе заслуженные отсыпные.

Увидев на дисплее номер матери, сразу же принимаю сидячее положение.

Лямка от пижамной майки сползла с плеча, оголив левую грудь, и я не тороплюсь возвращать её на место. Такую нескромную деталь вряд ли кто-то заметит, ведь кроме меня в доме никого нет.

- Ты чего в такую рань? Что-то серьёзное? – хриплю спросонья.

- Так и знала, что ещё спишь. Как там Серёжа добрался? Ты звонила ему?

В голосе мамы сквозит упрек. Ей почему-то кажется, что я не заслуживаю не то, что полноценный выходной, но даже его утренней части.

- Да, ещё вчера. Добрался хорошо. Уже работает, - отчитываюсь на одном дыхании.

- А ты почему ещё спишь. Поздно легла что ли? Опять со своей подругой до утра гуляли? Ты это заканчивай…

Мама ещё что-то говорила, но я прижала телефон к груди, чтобы не слышать её наставлений.

Нет, она у меня вполне нормальная, просто слишком уж обожает собственного зятя и дорожит своей репутацией, которая, к слову сказать, чиста как белый лист.

В нашем маленьком городке, где я прожила большую часть жизни, почти все друг друга знают, если не по имени, то в лицо. Возглавляя центральную библиотеку, Ирина Сергеевна Шац лично встречает каждого «возрастного» посетителя, провожая его в святая святых… За это время она успевает разведать свежие новости, что не всегда оказываются достоверными.

Досчитав до двадцати, возвращаю трубку обратно к уху.

- Я тебя поняла. Как там папа? – перевожу тему, понимая, что так быстро разговор не закончится.

- Да что с ним будет? Вчера с Михаилом разошлись ближе к полуночи, - слегка раздраженно отвечает. – Ты бы заехала к Ане, она вчера пироги пекла.

- Сергей вернётся, вместе заедем, - быстро отвечаю, зная наверняка, что маме это не понравится. – Мам, я в душ собираюсь, завтра к вам постараюсь заехать.

Завершив разговор, ставлю телефон на зарядку и принимаюсь заправлять свою постель. Именно свою.

С недавних пор мы с мужем перестали практиковать навешанные обществом правила о том, что муж и жена должны спать вместе.

Нам так удобно.

Время от времени Сергей появляется на пороге моей спальни, чтобы напомнить о моём супружеском долге, который в последнее время исполняется все реже и реже.

Конечно же так было не всегда.

Сергей со своими родителями переехали в Марьево, когда я училась в девятом классе. Новые соседи сразу же сдружились с моими родителями, появляясь на пороге нашего дома чуть ли не каждые выходные.

Капылов на меня запал. Влюбился так, что не давал прохода ни днём ни ночью. Будучи на год старше, он каждую перемену бегал в мой класс, распугивать ухажеров.

Могла ли я устоять перед таким напором?

Наверное да, но повышенное внимание эффектного блондина настолько вскружило голову, что едва дождавшись выпускного, подарила ему свою невинность на даче у общих знакомых.

Почувствовав себя взрослой, я стала всё чаще пропадать вечерами, обманывав родителей, что иду к подруге, готовиться к вступительным экзаменам.

Сергей уже тогда учился в машиностроительном колледже. Не имея собственной жилплощади, нам приходилось идти на риск, укрощая свои физические потребности где придётся. Словив эйфорию быть замеченными, мы целенаправленно искали приключения, которые только повышали градус нашего влечения.

И вот в один из таких вечеров, едва дождавшись темноты, Серёга потащил меня в парк, гулять под луной и не только…

Свернув с центральной аллее, где чисто теоретически могли встретиться случайные прохожие, мы оказались в достаточно укромном месте.

Прижав меня к шершавому дубу, Капылов предложил по-быстрому осуществить свои грязные фантазии, которые всегда меня заводили.

Задрав юбку и спустив трусики, мой будущий муж вытащил из штанов колом стоячий член и одним движением заполнил до краёв. Кричать было нельзя, как впрочем и издавать протяжных стонов. Всё, что могли выдавать наши разгоряченные тела это тихое пыхтение и громкие прерывистые вздохи.

Не имея достаточного опыта, тогда мне казалось, что я проживаю самые острые моменты, которые так ярко демонстрировали порно актёры. Тягучая пружина внизу живота давила и вызывала приятное томление.

Вы спросите, зачем мы прятались, будучи совершеннолетними личностями?

Причина до банальности проста: ни я ни Сергей не спешили создавать ячейку общества и узаконивать наши отношения. Шалящие гормоны вырывались на волю, давая возможность знакомить меня с новыми гранями и способностями своего юного организма.

Естественно, в моей целомудренной семье такой формат отношений считался неприемлемым и даже аморальным. Судя по маминым принципам, её дочь, как принцесса из сказки, если позволила поцеловать себя, то непременно должна стать верной женой своего воздыхателя.

Глава 3

Кирилл

- Ты куда меня притащил? – с ходу толкаю Саве, глядя на обшарпанное здание, набитое до отказа местными отморозками.

Их внешний вид напоминает запущенных нищебродов, толкающихся на сельской дискотеке. Боевой раскрас местных тёлок не позволяет разглядеть и выбрать себе что-то приличное. Помимо брезгливости и разочарования, появляется ещё и откровенное раздражение, что с каждой минутой все больше нарастает.

Я пришел сюда потрахаться, но вместо этого борюсь с желанием блевануть.

- Харе нос воротить! – толкает в плечо друг детства. – Здесь тебе не Москва. Да и вообще, будь проще, а то с твоей столичной внешностью, нас за петухов примут …

- С хуя ли? - толкаю на эмоциях, открывая пивную банку. – Если я не в китайском спортивном костюме и грязных кроссах, - это ещё ничего не значит.

- Да ты тут, как белая ворона, чистоплюй херов! – подытоживает Сава, начиная громко ржать.

В Москве осталась моя бывшая, с которой разорвал отношения незадолго до последних событий. Глядя на местных шкур, уже начинаю жалеть о своём решении. На фоне их, Анжела выступает английской королевой, несмотря на её тупость и страсть к дорогим безделушкам.

Я здесь почти неделю, и за этот период ни разу не воспользовался гондонами, что раскиданы по всем карманам, в ожидании распаковки.

Не до этого было.

- Допивай быстрее, со своим не пустят, - подгоняет Сава. – И так опаздываем. Я обещал Аське, что приеду пораньше.

Бросаю в переполненный мусорный бак недопитую банку и ловлю на себе осуждающий взгляд, в очередной раз убеждаясь, в каком нищем городе мне предстоит перекантовываться.

Савелий Игнатов, - единственный чел, с которым мне удалось сдружиться со времен моего детства. Приезжая на каникулы к бабке, каждое лето, ему приходилось скрашивать мои тухлые будни.

Мы были соседями.

Охуевая от моих выходок, со временем, он превратился из вылизанного ботана, в нормального пацана.

Я, можно сказать, вытащил его из цепких лап долбоебического пролетариата и подарил билет в нормальную жизнь.

Запах пота, что стоит шлейфом, пока проходим сквозь местную шушеру, вызывает очередной приступ тошноты.

- Я сейчас сдохну от этой вони, - кричу в пространство, зажимая локтем нос.

Мои рваные джинсы и косуха моментально впитывают в себя «местный» парфюм. Зажмурив один глаз иду за знакомой джинсовкой, надеясь, что эти жертвы оправданы…

- Знакомься, - это моя Ася! – доносится сквозь музыку, когда открываю глаза.

Первый и единственный вопрос, внезапно возникший на повестке дня:

«Как они спариваются?»

Рука Савы, пытающаяся обнять свою девушку, так и не показывается с другой стороны её талии. Я, конечно, слышал про извращенные парочки, где самка значительно превышает в весе своего самца, но чтобы настолько!?

Только сейчас понимаю, что я нихуя не в курсе вкусовых предпочтений своего друга. Знал бы его фетиш, - не скидывал бы фильмы со стройными порнозвёздами, под которые сам дрочил ночами.

Лоханулся, признаю…

- Ну, здравствуй, Ася! – изо всех сил пытаюсь сдержать сарказм, сквозящий в голосе. На Саву не смотрю, иначе не сдержусь. – Очень приятно познакомиться.

Отбросив все возможные комплексы, девушка моего друга утягивает бедолагу на танцпол, по пути что-то предъявляя.

- Отлично! – провожаю их взглядом. – Ну и что нам тут делать, Кирилл Александрович? – бурчу себе под нос.

Подняв глаза к потолку, замечаю местное вип-ложа.

- Да ну нахер!

Я, в принципе, не любитель танцевать, а учитывая музыку, что здесь гоняют, не раздумывая поднимаюсь по лестнице и усаживаюсь на потертый кожаный диван.

Засунув косарь в карман охранника, прошу сгонять его за пивом, ничуть не сомневаясь, что тот окажется исполнительным.

Раскидываю ноги максимально удобно и принимаюсь изучать местный контингент.

Обводя ленивым взглядом звериную клетку, глаза почти сразу же находят ярко-рыжее пятно, выделяющееся среди всех присутствующих.

Яркие пряди, доходящие до аппетитной задницы, переливаются в свете софитов, плавно раскачиваясь в такт музыки.

Фокусирую взгляд. Прищуриваюсь. Изучаю объект.

Лица почти не видно. Оно то и дело прячется в копне рыжих волос, зато фигурку сразу же отмечаю. Она идеальна.

Узкая талия, обтянутая черным корсетом, с выпирающими полушариями и голым пупком, оживляет моего, до этого спящего друга. Из-за обилия людей на танцполе, не получается оценить по достоинству всё, что находится ниже живота. Фантазия дорисовывает эту картину сама. Безошибочно…

Она мелкая. Если встану с ней рядом, девчонка максимум дотянет до плеча. И это при наличии каблуков, которые без сомнения присутствуют в её образе.

Сместив слегка фокус внимания, сразу же цепляю взгляды, что сканируют её ладную фигурку.

Я не один такой…

Глава 4

Яна

Мои щёки горят адским пламенем, когда вылетаю из клуба. Сжимаю пальцы в кулаки, пытаясь совладать с нахлынувшей волной паники.

Дышать не могу, на ногах еле стою. Мои лёгкие перестают функционировать, а сердце колотится с такой силой, что вот-вот выпрыгнет из груди.

Что это было?

Вместо того, чтобы вызвать такси, ну или бежать на его поиски, я прижимаюсь к холодной шершавой стене и рвано выдыхаю, когда понимаю, что на меня больше никто не смотрит.

Моя подруга осталась там, в клубе, и мне ничуточку не стыдно, что бросила её. Уверена, что она всё видела, как и все окружающие.

Ноздри до сих пор щекочет цитрусово-мятный аромат его одежды. Запах дорогой, не похожий на все остальные.

А этот взгляд…

Как можно быть настолько наглым и бесцеремонным? Кто ему дал право прикасаться ко мне?

Никогда ещё я не попадала в настолько стрессовую ситуацию! Даже когда меня застукали с поличным, занимающейся непристойными вещами со своим будущим мужем, мне не было так стыдно…

Чувство вины, возникшее не на пустом месте, начинает царапать изнутри.

Я не давала своего согласия! Это произошло спонтанно! Я не могла его оттолкнуть!

Перед глазами снова возникает образ мажора, с его точеными чертами, приближающимся до дрожи наглым взглядом и жесткими губами, не знающими отказа.

Откуда он взялся?

Он не похож на наших ребят, ни внешностью, ни характером… Мне хватило пары минут, чтобы сделать такое заключение. Слишком самоуверенный. Слишком бестактный. Слишком красивый…

На мне обручальное кольцо, которое сейчас прилично давит, хотя всегда было великовато.

Как поступить? Самой позвонить Сергею и рассказать или дождаться, когда ему передадут «добрые» люди?

Нет. Нельзя, чтобы он узнал.

Он у меня хоть и вполне спокойный, но такое не спустит с рук.

В кармане пищит телефон, и я не сразу достаю его. Любой посторонний звук вызывает взрывную волну паники.

- Ты куда убежала? – пищит Звонарёва на том конце провода. – Надеюсь, без меня не уехала? Если не забыла, я у тебя сегодня ночую…

Откидываю голову назад, больно ударяясь затылком о стену, и прикрываю веки.

- Я оставлю тебя на ночь, если пообещаешь забыть о том, что сейчас произошло и больше никогда не поднимать эту тему, - проговариваю достаточно жестко.

В трубке повисает тишина. Видимо моя любопытная подруга в данный момент борется с собственными соблазнами, но в итоге все же сдаётся.

- Подруга, называется… Поняла!

- Вызови такси к соседнему зданию, - полушепотом прошу её. – Я буду там через минуту.

Всю обратную дорогу, с лица Звонарёвой не слетала широченная улыбка, а глаза горели так, будто это её совсем недавно чуть не трахнули посреди танцпола…

- Может уже прекратишь себя вести, как полоумная? – не выдерживаю, когда переступаем порог моей квартиры.

- Ну хоть намекни? – просит Звонарёва, демонстрируя жалобную гримасу.

Не понимая, что ей от меня надо, смотрю вопросительным взглядом.

- Как он целуется? – произносит шепотом, как будто нас может кто-то услышать. - Ну, этот красавчик, - добавляет на всякий случай, как будто через меня прошла целая армия.

- Ты совсем дура, Насть? – срываюсь, не в силах себя контролировать. – Думаешь, я способна была в тот момент оценивать его извращенские качества?

- Ну почему сразу «извращенские?», - не понимает подруга. – Если бы меня засосал на танцполе такой жеребец, я бы сейчас прыгала от счастья!

- А ты разницу не чувствуешь? – продолжаю срываться, тыча ей в лицо обручалкой. – Что мне делать теперь?!

Не дожидаясь её ответа, разворачиваюсь и иду в ванную, оставляя нараспашку дверь. Подхожу к крану и врубаю ледяную воду, в надежде, что та хоть немного остудит мои пылающие щёки.

- Ну ты даешь! – звенит за моей спиной. – Ты поэтому так убиваешься? Подумаешь, урвала поцелуй незнакомца! Не ты же на нем повисла…

- Это картины не меняет! – фырчу, размазывая косметику по лицу. – Как теперь Сергею все рассказать?

- С ума сошла? – шипит Звонарёва, слегка заплетающимся языком. Дорвавшись до бесплатных коктейлей, моя подруга начинает икать. – Зачем Серёге об этом знать?

- Ему всё равно доложат, - произношу обреченно, усаживаясь на край ванны.

- Да с чего ты взяла? Там никого из ваших не было.

Может она и права, вот только на душе всё равно кошки скребут, в нехорошем предчувствии.

- Сопли не разводи! – подходит вплотную. – Ничего криминального не произошло. Подумаешь, нарвалась на ходячий тестостерон! Он явно не местный. Завтра уедет и вспоминай, как звали. Кстати, вы не познакомились?

Выгнав подругу из ванной от греха подальше, встаю под тропический душ.

Моё тело до сих пор пребывает в волнительном томлении. Каждая клеточка ощущает недавнюю близость, особенно в тех местах, где побывали наглые руки мажора.

Глава 5

Кирилл

- Я не маленький! Зачем ты привёз сюда эту тётку? – возмущается девятилетний пиздюк.

Еще не успели толком обосноваться, а он уже подкидывает проблемы.

Я знал, что будет нелегко, поэтому готов был к чему-то подобному, когда искал няню для родного брата. Меня не интересовали молоденькие сиделки, как и дамы за шестьдесят. Последние при всём желании не справились бы с выёбистым характером моего младшего брата. Избалованный повышенным вниманием отпрысков и современными гаджетами, Антону приходится сейчас нелегко.

- У меня нет времени с тобой возиться, а Зоя Ивановна будет помогать тебе со школой.

- Я не буду ходить в эту задрипаную школу. Хочу назад, в свою! – Не унимается малой.

- Ты её даже не видел, - пытаюсь сохранять спокойствие, хотя это нихрена не просто. – Доучись последнюю четверть, а там видно будет, - неопределённо выдаю.

- Почему нельзя было доучиться в моей старой школе? Там все друзья, да и учителя нормальные!

Тут не поспоришь… Гимназия, в которую Ледяев засунул своего сына, с какой стороны не посмотришь, выигрывает в сравнении с любой школой этого Мухосранска…

У меня был выбор: оставить брата в гимназии, подвергнув его жесткому буллингу со стороны сверстников или на время увезти его в другой город, пока страсти не улягутся.

Ощутив все эти прелести на собственной шкуре, принял решение, о котором, надеюсь, не пожелаю. Отучившись всего год в одном из самых престижных вузов Москвы, после определённой череды событий, меня попросили забрать документы, дабы не порочить честь престижного заведения.

Антона ждала бы та же участь, и я не стал дожидаться этого унизительного процесса.

Спонсором такого расклада событий стал его папаша, - мой отчим, который сейчас находится в сизо. Его обвиняют в краже в особо крупных размерах, чему я нихуя не удивлён.

Мне слишком часто приходилось сидеть под дверями его кабинета, где тот проворачивал свои грязные дела, подвергая опасности всю нашу семью.

Пока мать была жива, он хоть как-то пытался держать марку порядочного бизнесмена, хотя там всё было написано на лбу.

Грузоперевозочная компания, не имеющая абсолютно никакой конкуренции, лидировала на рынке и приносила Ледяеву баснословную прибыль. Успешный бизнесмен активно участвовал во всех благотворительных мероприятиях, пуская пыль в глаза правоохранительным органам, которых нисколько не смущали доходы местного бизнесмена.

Если бы не несчастный случай, перевернувший всю нашу жизнь, Ледяев так бы и оставался на свободе, устанавливая свои порядки и нарушая закон.

Я не интересовался, сколько грозит моему отчиму, но судя по конфискованному имуществу и блокировки всех наших счетов, наворовал он достаточно.

- Антох, давай не будем усложнять друг другу жизнь? Ты доучиваешься в Зодчинске до конца учебного года, а я обещаю обновить модель твоего телефона до последней версии. Идёт?

Посмотрев на меня исподлобья, малой немного тормозит с ответом, а потом все же выдаёт:

- Новый телефон мне так и так папа купит, когда его выпустят. Так, что засунь своё предложение куда подальше.

Разворачиваюсь в сторону двери, борясь с желанием расхуярить косяк. Дышу со свистом, выпуская из ноздрей невидимый пар.

За девять лет жизни, мой брат достаточно хорошо изучил меня, и отлично научился пользоваться своим положением. Я не записывался к нему в няньки и если бы не недавняя трагедия, разговаривал бы с ним иначе. Ледяев постарался сделать всё, чтобы создать пропасть между родным сыном и его сводным братом, которого приходилось не просто терпеть, но ещё и финансово обеспечивать. Вот только жизнь сыграла с ним злую шутку, и теперь судьба его единственного наследника целиком и полностью в моих руках.

Забавно, правда?

- Хорошо, - говорю с расстановками. – Твоего папочки сейчас здесь нет! На данный момент я являюсь твоим представителем и официальным опекуном. Если не будешь дружить со мной, я перестану быть добрым. Сечешь, мелкий?

Для убедительности подхожу вплотную и нависаю сверху. Благо я пока ещё обладаю ростовым преимуществом, которое с каждым годом заметно сокращается.

- Да пошли вы все! – Цедит малой сквозь зубы, отталкиваясь от стены. – Мама бы никогда не допустила, чтобы я учился в этой задрипаной школе! – Выплевывает напоследок слова, которые мне приходится проглотить.

Не могу же я сказать ему, что нашей матери последние месяцы вообще было похуй: учимся мы или нет. Всё, что её заботило, - это где достать очередную дозу антидепрессантов, которые врачи давно запретили ей принимать. Мой отчим и здесь постарался, хоть и главного не учел…

Но об этом Антон не узнает, по крайней мере в ближайшие лет пять. Возможно, когда-нибудь, я поведаю ему правдивую историю, а не те байки, которыми кормит его отец, выставляя себя едва ли не самым святым человеком.

Отдав распоряжения помощнице по дому и по совместительству няньке для мелкого, выхожу из подъезда покурить. По привычке, натягиваю кепку, чтобы лишний раз не светить узнаваемым фейсом, что последний месяц слишком часто мелькает на обложках газет.

В отличие от столицы, здесь не надо заморачиваться со шмотками, когда отлучаешься на пару минут. Мои самые потрёпанные джинсы на фоне местной моды смотрятся, как нечто шедевральное и запредельно дорогое.

Глава 6

Яна

Неделя пролетает незаметно.

Отсутствие учеников в классах немного сбавляет градус напряженности и постоянной суеты, но в целом, школьная рутина не позволяет прочувствовать в нормальном объёме эту передышку.

Я не жалуюсь. Работа меня вполне устраивает. Более того, в какой-то момент ловлю себя на мысли, что хватаюсь за любую возможность задержаться в стенах школы, заваливая себя дополнительными делами.

Так, в пятницу, вместо того, чтобы пораньше уйти домой, как это сделали большинство моих коллег, я остаюсь в классе и помогаю Ниночке навести чистоту, а после, распечатываю дополнительные учебные материалы.

Прошло шесть дней, с тех пор, как я в последний раз видела источника моих ночных кошмаров. За это время я превратилась в ходячего параноика, оглядывающегося на каждый шорох и вздрагивающего при любом сомнительном звуке.

Вместо того, чтобы отдохнуть и набраться сил перед последним учебным рывком, моя нервная система день за днём теряет сотни, а то и тысячи жизнеспособных клеток, превращая меня в оголённый провод.

Скрывая от всех свою новую фобию, я стараюсь постоянно находиться на людях, даже если мне не совсем приятно их общество. Когда же остаюсь одна, стараюсь заваливать себя по максимуму домашними делами или часами трындеть по телефону, лишь бы забить чем-то тяжелую голову.

Звоню Сергею при каждом удобном случае и разговариваю с ним до тех пор, пока он сам не отключается.

Палюсь конкретно!

Я знаю, что обсуждаемые темы ему не интересны. Рассказывая про брата, что навещал меня на днях, мне пришлось ещё раз напоминать Сергею, о ком идёт речь, так как мой муж не из тех, кто держит в памяти посторонних ему людей.

Даже не пытаясь сделать вид, что ему интересно, Капылов просто терпеливо молчит в трубку, не задавая попутных вопросов. Но мне и этого достаточно…

Последние выходные перед началом учебной четверти решаю провести дома. На все уговоры Звонарёвой, отвечаю твёрдым отказом.

Даже невинный поход в кино воспринимается мною, как одно из гипотетических мест пересечения с настырным мажором, которого уже успела окрестить маньяком.

Серёга возвращается в четверг, а значит надо продержаться каких-то шесть дней и попытаться не сойти с ума за это время.

Переделав все домашние дела, решаю понежиться в ванной, предварительно сыпанув в нею добрую порцию морской соли.

Избавившись от одежды, не спешу перешагивать бортик ванны. Собираю высокий пучок и подхожу к зеркалу. Я никогда не боролась с лишним весом, но всегда радовалась уходящим килограммам. Обычно, этот процесс сопровождался суетливыми днями, или незначительными стрессами.

Даже не вставая на весы, понимаю, что в этот раз случился перебор.

Если бы не третий размер груди, моя фигура вполне могла бы соответствовать параметрам четырнадцатилетнего подростка, которому только предстоит познакомиться со всеми прелестями взрослой жизни.

Поглаживая плоский живот, понимаю, что не готова менять его формы предстоящей беременностью. Ещё понимаю, что выскочив замуж, автоматически лишила себя возможности экспериментировать в своих сексуальных предпочтениях. Сергей стал моим первым и единственным мужчиной.

Впервые за все эти годы, в моей голове появились сомнения о том, что наша семейная жизнь идеальна в вопросах, связанных с удовлетворённостью и насыщенностью. Мне не с чем сравнить, разве что в теоретическом плане…

Пересмотрев сотни фильмов, развратного содержания, мне всегда казалось, что эмоции актёров всего лишь хорошая игра, не более. Примерив на себя этот образ, могу с уверенностью заявить, что моя интимная жизнь далека от картинки на экране.

Глупости!

Что только не взбредёт в голову отчаявшемуся человеку…

- Я просто соскучилась по мужу, - убеждаю своё отражение в зеркале. – Просто хочу, чтобы он поскорее вернулся.

Накрученная подобными мыслями, беру в руки телефон и фотографирую своё отражение.

Недолго думая, отправляю Сергею. Пусть помучается на ночь глядя…

Попутно пишу своему мастеру по эпиляции и записываюсь на процедуру. Хуже обросшей женщины может быть только начисто лишенный волос мужчина!

С этим заключением погружаюсь в солёную воду, не забыв зажечь ароматическую свечу, что хранила для особого случая.

Пролежав в ванной не менее тридцати минут, периодически отвлекаюсь на телефон, ожидая жаркой смс от мужа. Мой «подарочек» он увидел, но вот с ответом как-то не спешит.

Надо будет запомнить это и предъявить ему по приезду!

Распаренная и чересчур расслабленная, ползу в кровать, где тут же вырубаюсь.

Наутро меня ожидает сюрприз в виде толпы родственников, что нетерпеливо наяривают в домофон, не заботясь о том, что могут кого-то разбудить.

Мысленно отвешиваю себе поклон за идеальную чистоту в доме, и быстро натягиваю на себя первое попавшееся приличное платье.

Пока иду открывать дверь, пытаюсь восстановить по памяти содержимое холодильника. В отсутствие мужа там обычно кроме яиц и молока ничего съедобного нет, и как мне теперь выкручиваться?

Глава 7

Яна

- Ты собираешься до ночи тут сидеть? – интересуется Настя, заглядывая в мой класс.

Судя по её потрёпанному виду, её первый рабочий день, так же как и мой оказался не из легких.

За время каникул дети соскучились друг по дугу и вместо того, чтобы сосредоточиться на учебе, болтали без умолку, постоянно отвлекаясь.

В отличие от Звонарёвой, мои голосовые связки не обладали могущественной силой, поэтому к концу рабочего дня, я хрипела, как прокуренный зек.

- Почти закончила, - полушепотом отвечаю. – Так и знала, что с новеньким будут проблемы…

- Что случилось? – вздыхает Настя, усаживаясь на первую парту, напротив меня. - Он оказался неуправляемым монстром?

Пожимаю плечами, так как не знаю, каким характером обладает Антон Ледяев.

- Он не пришел.., - устало выдаю, пялясь в одну точку.

Вытаскиваю карандаш из собранной шевелюры и зарываюсь пальцами в копну рыжих волос, в попытке хоть как-то облегчить головную боль.

- И что? – не понимает Звонарёва. - Сегодня не пришел – завтра появится. Нашла из-за чего расстраиваться! – заявляет оптимистично.

- Хотела позвонить его родственникам…

- Ну и?

- Открыла его личное дело, а тут хоть роман пиши…

Спрыгнув со стола, моя коллега подходит и раскрывает папку, что находится перед моим носом.

- Симпатичный мальчишка, - замечает, глядя на фото. - Сразу видно, что мажор.

- Личное дело можешь пропустить, там ничего интересного. Переходи на последнюю страницу, там Златолюбова специально для меня накатала дополнительную характеристику.

Пока Настя с широко распахнутыми глазами бегает по строчкам, мой «пустой» взгляд продолжает рассматривать противоположную стену.

- Даа, подставила она тебя конкретно! – озвучивает то, что я сама знаю. – Как планируешь укрощать?

- Сама не знаю. Для начала, хотелось бы увидеть его вживую. Что-то мне подсказывает, что этот мальчик будет редким гостем нашего заведения…

- Ну и радуйся! – подытоживает моя подруга. – Пошли домой, а то у меня в голове звенит, после такого бешеного дня.

Оставив на вахте ключи, бежим на остановку. Апрельская погода не располагает к прогулочному шагу, подгоняя порывами ветра. Запрыгиваем в маршрутку, и буквально через секунду на город обрушивается ливень!

- Вот дерьмо! – не выбирает выражений моя подруга. – Ну и как нам выходить? Тебе вообще бежать ещё дальше. Зонт не брала?

Мотаю головой, прикусив нижнюю губу.

С утра светило солнышко, и я подумать не могла, что погода сыграет такую злую шутку…

Залетаю в супермаркет, что в двух шагах от дома, насквозь мокрая. Снимаю сырой пиджак, в надежде, что под ним ещё остался сухой лоскут ткани, ну чуда не происходит. Белая блузка прилипла к телу, выставляя напоказ кружевной лифчик, а с брюк по ногам стекают тонкие струи, прямо в замшевые батильоны.

Ощущение дискомфорта не позволяет сосредоточиться на продуктах, и я уже забыла, зачем вообще сюда пришла. Сканируя глазами всё подряд, пытаюсь определить визуально, чего же хочет моя душа.

Как назло, любимые кукурузные хлопья находятся на недосягаемой высоте. Смотрю на них и мысленно оцениваю свои возможности. Встаю на носочки и тянусь изо всех сил, пытаясь подцепить несчастную коробку.

Когда до цели остается каких-то пару сантиметров, на мои пальцы ложится горячая мужская ладонь, заставляя дёрнуться и резко отскочить. Задев тележку с продуктами, не удерживаюсь и падаю, чудом не задевая полки с продуктами.

Пуговицы на блузке летят в сторону, выставляя на всеобщее обозрение мою грудь.

Я не из робкого десятка, и при других обстоятельствах не стала бы делать из этого трагедию. Вот только почувствовав на себе обжигающий до костей взгляд, на меня обрушивается волна потрясения.

Сердце начинает биться часто-часто, а в лёгких заканчивается воздух, но мне на это плевать, ведь прямо сейчас надо мной возвышается фигура того самого мажора, которого я надеялась никогда больше не видеть!

Источник моих ночных кошмаров сканирует глазами мою фигуру, задерживаясь на груди, а после впивается взглядом в рот. При этом, его губы раздвигаются в наглой похабной улыбке.

Не сразу замечаю протянутую ладонь, а когда замечаю, подрываюсь с места, резко принимая вертикальное положение.

Вместо того, чтобы развернуться и бежать, ну или хотя бы прикрыться, я стою как вкопанная, впиваясь взглядом в лицо молодого парня.

А он гораздо моложе, чем я думала…

Сколько ему, семнадцать?

Короткая стильная стрижка не прибавляет ему лет, а дерзкий ребяческий взгляд только подчеркивает самоуверенность. В глазах пляшут игривые черти, указывая на то, что эта ситуация его забавляет.

- Ты всегда расхаживаешь по магазинам в таком виде? – интересуется глубоким низким голосом, от которого проступают мурашки по всему телу.

Ему идёт этот голос.

Глава 8

Кирилл

Отчим изменял моей матери.

Как трус конченный скрывался по командировкам, а сам возил своих шлюх в жаркие страны, пока мать воспитывала его наследника. Его не смущали общие знакомые, которые были в курсе его страсти к молодым шкурам. Несмотря на красоту и высокий статус образованности, мать так и не смогла посадить на цепь породистую кобелину.

Именно это стало причиной её невротического состояния. Она не догадывалась, она всё знала. Почему не ушла, - до сих пор для меня загадка, которую уже видимо не разгадаю…

В моей копилке жизненных ценностей, институт брака стоит едва ли не на последнем месте.

Для себя я давно решил, что никогда не залезу в эту петлю. Ничто в этой жизни не вечно, и я не вижу смысла клясться в высоких чувствах одной единственной, чтобы потом как крыса шоркаться по углам только потому, что моя жена перестала меня возбуждать.

Взять хотя бы рыжулю, которая в отсутствии мужа позволяет себе висеть на шее приходящей к ней ёбарей… А ведь могла бы быть нормальной свободной тёлкой, с её то внешними данными.

Где логика?

И ладно, если бы не ломалась и не строила из себя недотрогу. Прикинулась невинной овечкой, оскорбленной одной сказанной фразой. Ещё и въебала для убедительности…

Может ну её нахер?

В конце концов, таких, как она пруд пруди!

Да, понравилась! Да, встал!

Нет. Не просто понравилась… Тут что-то ещё.

Рыжая ведьма сумела заинтересовать. Этакая, блядь, загадка… Если бы своими глазами не увидел, то мог бы принять за вполне приличную. Может быть даже на свидание позвал…

Короче, нахуй её.

Я не настолько обделён женским вниманием, чтобы гоняться за замужними бабами, в попытке укротить свой член. Обломится, ничего страшного. Другую найдём.

Паркуюсь возле подъезда так, чтобы из окон квартиры смог присматривать за своей ламбой, что успела вызвать подозрительный интерес у местных подростков.

Мать, как чувствовала, что ей недолго осталось, поэтому последние годы радовала меня особо дорогими подарками. Помимо крутой тачки, она открыла счет на моё имя. Сумма там небольшая, но этого хватило, чтобы начать собственное дело, позволяющее иметь вполне приличный доход.

- Как прошел первый день в школе? – интересуюсь у мелкого, едва перешагнув порог квартиры.

- Извините, Кирилл, но я не смогла его уговорить, - отвечает за него наша помощница по дому.

Бросаю ключи на стол, почувствовав резкий прилив крови. В голове переклинивает, срывая шестерёнки, и я без стука вламываюсь в комнату брата. До рукоприкладства не опускаюсь. Отвешиваю словесных пиздюлей, перечислив мелкому все прелести детдомовской жизни.

На мои плечи взвалили ответственность, к которой я нихуя не был готов, и теперь приходится как-то выкручиваться.

Получается пока херово, но я, сука, стараюсь изо всех сил.

Может литературу какую почитать или с психологом пообщаться?

Одно дело присматривать за мелким, и время от времени учить его уму-разуму, и совсем другое заменить ему родителей, когда ты сам ещё не оперился. Мне бы баб трахать, да студенческой жизнью наслаждаться, но никак не подтирать сопли девятилетнему пацану.

Зарываюсь пальцами в короткую стрижку, расхаживая по комнате кругами. Где-то на заднем плане мельтешит домработница, прибежавшая на мой ор. Если так и дальше пойдёт, то скорее всего сбежит от нас, настучав куда надо…

- Где твоё расписание? – понижаю тон насколько это возможно в сложившейся ситуации.

Ноль эмоций. Со стеной разговариваю.

- Я уже заполнила его дневник, - отвечает за Антона Зоя Ивановна. – Завтра четыре урока. Антош, мы же завтра пойдём в школу?

- Я сам его отвезу. Если потребуется, за ручку отведу в класс! Нравится такой расклад, мелкий?

- Только попробуй! – рычит исподлобья.

- Вот и хорошо. Ты меня услышал…

Остаток дня провожу в компании Савы, который с недавних пор работает на меня. Ввожу его в курс дела, обучая хакерским заморочкам.

Разрабатывать компьютерные игры, только с виду кажется увлекательным занятием. На деле же – это достаточно трудоёмкий и муторный процесс, требующий определённых знаний.

Учась в местном техникуме и вися на шее у родителей, Савелий не торопится напрягать свои мозги, чтобы запомнить элементарные вещи. К концу дня, от его тупости моя голова готова биться о стену. Желание помочь другу, обеспечив стабильным доходом, уже не кажется мне такой хорошей затеей.

- Потренируйся, и завтра пришлешь мне на почту, что получилось.

- Ты серьёзно? – чуть ли не визжит мой подопечный. – У меня сейчас глаза лопнут! – начинает ныть. – И вообще, на вечер у меня другие планы…

- Поведёшь за ручку свою Аську в парк выгуливать? – стебусь откровенно. – На гостиницу то денег нет, а дома предки…

- Тебе бы только потрахаться, - обиженно замечает Сава. – Мы идём в филармонию! Ее родители достали билеты. Хочешь, пошли с нами?

Глава 9

Яна

Появление на пороге класса нового мальчика не предвещает ничего хорошего. Такие выводы напрашиваются сами собой, стоит только взглянуть в воинственно настроенное лицо.

Пока Анна Павловна распинается перед всем классом, пытаясь завоевать у тех хоть каплю симпатии к новоиспеченному ученику, главный герой, задрав подбородок, демонстрирует отсутствие дисциплины надувая из жевательной резинки внушительный пузырь.

В мою сторону не смотрит. Его глаза с нескрываемым призрением лениво блуждают по своим сверстникам. Не вынимая рук из карманов, он самовольно проходит к последней парте и плюхается на свободный стул.

- Прошу любить и жаловать, - заканчивает свою речь Златолюбова, скосив в мою сторону запугивающую гримасу.

Могла бы не распинаться. Итак поняла, что этот «золотой ребёнок» требует особого подхода и повышенного внимания.

Не могу вспомнить, когда в последний раз при детях мне доводилось так нервничать, как сейчас. Разве, что в мой первый рабочий день, когда два года назад впервые увидела своих первоклашек. За это время мне удалось приручить даже самых неуправляемых хулиганов, завоевав доверие и уважение к своей персоне.

Здесь другой случай.

Я уже говорила директрисе, что скорее всего мальчик нуждается в помощи психолога и обычный учитель начальных классов вряд ли сумеет исправить эту ситуацию. Однако Анна Павловна была непреклонна в своём решении напомнив, что я единственная из всех учителей заканчивала психологические курсы.

Это было давно. Повысив свою квалификацию, мне ни разу не пришлось применить на практике полученные знания.

Растирая вспотевшие ладони, вскидываю голову и иду к парте своего нового ученика.

- Антон, у тебя со зрением всё в порядке? – интересуюсь исключительно потому, что парень уселся далеко от доски.

- А у вас? – хмыкает мой новый подопечный.

- В смысле? – слегка начинаю краснеть, понимая, к чему идет дело.

- Вы видите у меня очки? – задирает высоко брови, буравя меня наигранно удивленным взглядом. – Вот и я не вижу… Еще вопросы?

- Кто тебя привел в школу? – спрашиваю достаточно спокойно. - Или ты сам пришел? – не просто так интересуюсь. Мне внезапно очень сильно захотелось пообщаться с его представителем. Если мне память не изменяет, то его официальным опекуном выступает старший брат. По крайней мере, так указано в личном деле моего ученика.

- Какая разница? – дерзит мальчишка, подавая своим одноклассникам не самый лучший пример.

- После уроков задержись ненадолго. Это не просьба! – на всякий случай добавляю.

Пронёсшийся по классу гул тут же прерываю одним движением руки. У нас с детьми негласная договорённость: если они ведут себя тихо и внимательно слушают новый материал, то я заканчиваю урок на пять минут раньше, давая возможность заниматься их личными делами.

- Яна Андреевна, а почему новенький не решает примеры, как все? Он что, особенный? – недоумевает один из учеников.

- Заткнись, ботан, пока не заставил тетрадь сожрать, - доносится с задней парты.

Всё гораздо хуже, чем я предполагала…

- Антон останется после уроков и будет в индивидуальном порядке решать у доски, - успокаиваю Фролова. – Заодно и повторим с ним правила поведения в стенах школы.

- Не имеете права меня задерживать! – начинает качать права мой новый ученик.

Игнорирую его провокацию и продолжаю дальше вести урок, время от времени заглядывая в его пустую тетрадь.

В конце последнего урока, как и планировала, прошу Антона Ледяева задержаться, однако тот, целеустремлённо направляется к выходу.

Не силой же удерживать его…

Выхожу следом за ним, и сопровождаю парня до ворот школы, где судя по всему его должны встречать. В попытке за ним угнаться, практически перехожу на бег.

Для четкости своих намерений кладу ладонь парню на плечо, давая понять, что сбежать не получится.

- Че прицепилась? Заняться больше нечем? – ведёт плечом новенький, оглядываясь по сторонам. На меня не смотрит. Не царское это дело! Выискивает кого-то, кто явно выступает для него авторитетом. Делаю такие выводы только потому, что парень определённо начинает нервничать, когда понимает, что я не отстану.

Творящийся бедлам немного отвлекает. Стоя на школьных ступеньках, нас то и дело кто-то пихает, спеша поскорее убраться отсюда.

Когда прямо на школьный двор заезжает дорогущая иномарка кричащего цвета, все дружно оборачиваются в её сторону. Все, кроме Антона Ледяева!

Тот, наоборот, решает стушеваться, стараясь остаться незамеченным.

Кажется я нашла того, кто мне нужен…

- Это твой брат? – указываю на тонированное авто, наплевавшее на запрещённую парковку.

Молчание только подтверждает мои догадки, и я подталкиваю юношу к машине, не желая тратить ни минуты своего личного времени.

Непонятное волнение окутывает с головы до ног, когда приближаемся вплотную к водительской двери. Брючный костюм давит, ощущаясь на три размера меньше, чем я ношу и от этого чертовски некомфортно. Грудь и низ живота пробивает спазмами, неизвестного происхождения. Мне становится душно, несмотря на то, что я выбежала без верхней одежды и в открытой обуви, которую ношу исключительно в школе. Канаты внутри меня натягиваются, когда стекло со стороны водителя начинает медленно ползти вниз.