Затерянный код. От тайны к тайне

ГЛАВА 1. Сорванцы.

 Меня подвёл куст. Да, да, не дерево, не травинка, а куст! Большой раскидистый куст, под кроной которого мы сейчас и сидели. Все вместе. Все пятеро! Страх творит чудеса и легко упихал пятерых подростков под свои сени. При чём я оказалась прижатой к самому его стволу. Колючему стволу, а оттого раздражение росло с каждым малейшим движением.

Страшный вой раздался вновь…, и парни попрятали головы в плечи. Ещё никогда не слышала волчьего воя. И не представляла себе насколько это жутко. А этот вой перемежался ревом и скулежом, будто тому, кто выл, причиняли боль. Выло все вокруг: чернота ночи, само небо над нами, а не отдельный индивид или стая волков. Не выдержав, я ненадолго прикрыла уши.

- Говорила вам, что это была плохая затея! – выпалила я, негодуя от общей глупости и неразумности. – Так вы, адреналин, адреналин…

Привозя подросших детей на лето в деревню, привыкших к гаджетам и интернету, родители часто и не подозревают насколько их отпрыскам бывает скучно и тошно от этих мест. И они, как могут, и на что у них хватает ума и фантазии, сами придумывают себе развлечения. И порой их выдумки бывают совсем не детскими…

Сад в этом дачном посёлке родители купили три года назад, и пока у мамы был отпуск с середины июня по конец июля мы жили здесь безвыездно, а в остальные садово-огородные месяцы приезжали на выходные. Сегодня отрывной календарь нам показывал последний день первого летнего месяца.

В помощниках у мамы была я и мой брат – двойник – Славка. Папа гостил здесь редко, так как летом у него горячий сезон командировок. Мама быстро обзавелась знакомыми и общением. В принципе, как и мы с братом, нашли друзей по интересам… вот только все они были мужского пола. И в свободное от прополки и поливки грядок время усердно думали, чем себя потешить.

Интернет здесь был, но не такой быстрый, как в городе, а потому уставая от постоянного зависания парни гоняли на квадроциклах, не уставая делать селфи в выгодных позициях, и тут же выкладывать в соцсети. Мол, как я круто отдыхаю на даче!

Уже не помню, кто из них ещё прошлым летом предложил под покровом ночи сгонять в соседнее село с довольно неприятным названием Увыл … мол там, в сгоревшем практически дотла селении, жил старик про которого поговаривали, что он – оборотень. И оборачивается только по ночам на полную луну... Глупости, говорила я им. Оборотней не бывает. Выдумки фантастов и больных людей. Но разве будут пять парней слушать одну девчонку! Конечно же нет! Вот потому мы и сидим сейчас под этим кустом.

- Что ж ты тогда пошла с нами на это дело? – заворчал один из них.

- Проконтролировать, чтоб вы больших глупостей не наделали! Вам же мало маленьких, - сморозила я какую-то чушь. - Славка мой брат, как никак…

- Да ладно тебе, Анька, - отозвался мой двойник. – Весело же было. А то молодость пройдёт, а вспомнить нечего будет.

- Ага, - язвительно фыркнула я, - вспомнишь - или за решеткой, или в животе у волка. Вон как бедного деда испугали, он чуть не в оборотня, а в мертвеца не превратился. Говорила же, не бывает оборотней!

- Кстати, откуда здесь волки? – прошептал один из соучастников. - У моего отца друг охотник, говорил, что здесь они не водятся.

- Ошибся твой знакомый охотник. По звукам, которые они издают – их здесь минимум, как стая, - не унималась я.

- Может они здесь и не водятся, а так мимоходом, - ответил другой голос.

- И зачем я с вами пошла… сидела бы дома, узор вышивала, а вы сами по своим кустам бы тут лазали.

Состряпав для родителей лживую историю о якобы вечернем просмотре нового блокбастера у одного из друзей, чьи предки уехали в город, мы повскакивали на квадроциклы и через лес, напрямки, как угорелые понеслись до выжженного Увыла. Я ехала с братом.

Рёв моторов будоражил уже засыпающие леса, поднимая зверьков и птиц с насиженных мест. Ох, и неправильно мы поступаем. Ох, и неправильно. Нельзя беспокоит сон леса. Когда мы домчались до сосновых боров Увыла, то сбросили скорость. Через полкилометра и вовсе сделали привал, спрятав технику подальше от основной дороги.

- Не трусь, Анютка, столько мужиков вокруг, и ты одна, мы тебя при любом раскладе спасём, - блеснул юмором брат, и его тут же поддержали гогочущие голоса.

Очень смешно. Весельчаки. Что ж они так не смеялись, когда, дождавшись кромешной темноты, миновав мост через пруд, шагали мимо обугленных домов. Запах гари, так и стоял в воздухе, оседая в горле неприятным вкусом. Сегодня была полная луна, но переменная облачность сыграла не в нашу пользу.

Не знаю, как остальным, но мне не хотелось полностью лицезреть последствия той трагедии, что произошла здесь три или четыре года назад, до нашего заселения в рядом стоящий поселок. Слухов было много. Кто говорил о случайности и беспечности. Кто о преднамеренности… что посёлок спалили потому, что здесь жили оборотни. И местные обходят эти леса стороной, хоть они и богаты на грибы, ягоды и рыбалку.

За всю жизнь мне даже кошка дорогу не перешла, так что в первый вариант я верила больше. Вцепившись в плечо брата, я шла за остальными, куда-то вперёд, а по бокам, мертвыми статуями, то тут, то там, зловеще высились обломки жилищ. До чёртиков жутко. И тут парни взбодрились, увидев на конце улицы тусклый свет.

Свет исходил из окон покосившейся избёнки, едва держащейся на ногах. Выходит, сгорело не всё. Или её отстроили из старья снова. Повытаскивав из карманов телефоны, чтоб заснять оборотня, они опустились на землю и практически ползком, подлезли под чужие окна.

Я же осталась стоять в стороне. И Славку не выпустила тоже. Он не был против, боясь потерять меня из виду. Мать не пережила бы моей утраты. Парни начали снимать, выжидая долгожданное превращение. Вот это будет бомба, которая всколыхнёт весь инет, судачили они! Но, как назло, старичок не делал ничего особенного. Тихо и мирно курил трубку, выпуская пар колечками.

ГЛАВА 2. "Оно".

- Чего ты копаешься?! – заорал Славка, едва сдерживая гнев и страх, рвавший его вперед. Мы остались одни.

- Я не копаюсь! Ветка зацепилась за кофту и не отпускает, - сиплым голосом ответила я, шаря по одежде руками. Я пыталась понять, что меня держит – крупная ветка, как по маслу вошедшая в объёмную вязку моего свитера и упорно упирающаяся мелкими отводками, не проходящими обратно. – Блин, ничего не получается! Я не могу её достать.

- Снимай свитер! – приказал брат.

- Ты что? Я его вязала несколько месяцев! Да и что, я в бюстгальтере останусь?

- Да кто тебя видит ночью?! – не выдержал тот, и рванул вверх мою одежду, сбив с волос заколку. Лес оглушил рёв нескольких моторов. Вот тебе и спасатели! Скрылись быстрее всех! Спасли, называется, единственную женщину…

Мой верх остался висеть на злополучном кусте. Славка рывком поднял меня на ноги и толкнул вперёд. Впереди замаячила гладь местного пруда, и вырисовался длинный деревянный мост с металлическими перилами.

Кеды предательски застучали по шаткому деревянному настилу, звонким эхом разнося по округе наше бегство.

Лишь бы не споткнуться, лишь бы не споткнуться – стучало в разгорячённом мозгу. Удержаться на ногах, едва шевелившихся от всеобъемлющего ужаса. Я не была спортсменкой, а потому не любила бегать. Лучше пешком, так надежнее. Как и не была авантюристкой, и отважилась на это дело только из-за брата. Для меня больше подходили слова – домашняя девочка, отличница, рукодельница и трусишка. Вот кем я была на самом деле, а не бегуном по пересеченной местности от стаи волков.

Или одного волка… Я не могла понять, сколько зверей выло. Звяканье деревяшек прекратилось и ноги вынесли меня на грунтовую дорогу, слегка мягкую от послеобеденного дождика. Я рванула вперёд к спасительному квадроциклу, чтоб быстрее вернуться в наш посёлок! И долбиться в любую первую попавшуюся дверь. Как ни прискорбно, но друзья нас бросили…

Не сразу, пробежав ещё несколько метров, до моего рассудка дошло, что я слышу только одно шлепанье – своё… Признаков присутствия брата не было… Кое-как остановив бегущие ноги, я развернулась, как безумная вглядываясь в черноту ночи. Пасмурная погода давала о себе знать, затянув небо свинцовыми тучами. Всё говорило о том, что ближе к двенадцати пойдёт дождь.

- Славка? – выдавила я, стараясь унять душившее от бега дыхание. – Славка, ты где? Отзовись, пожалуйста, - уже жалобнее пропищала я. – Не поступай так со мной… пожалуйста.

Ответа не последовало. Все стихло разом. И шаги. И вой. И даже ветер. Оглушительная, звенящая тишина давила на мозги. И этот запах гари… Я помолчала, прислушиваясь к темноте. Покрутилась вокруг себя, шаря густой вечерний воздух дрожащими руками. В чаще леса пискнула птаха. Я вздрогнула всем телом, но не от этого, а от холодной капельки, приземлившейся на нос. Ошиблась, дождь собрался куда раньше.

За спиной послышался шорох, и вдохнув полной грудью, я обернулась полная надежд.

- Славка! – вскрикнула я и понеслась навстречу, и тут же затормозила, оставив на влажной грунтовке след. Легкая радость от хорошего исхода тут же сменилась на царапающую тревогу, так и морозящую нутро.

Это был не мой брат. И не местный дед, напуганный подростками. Трудно было понять, что сейчас высилось надо мной… Человек или… или… я никак не могла подобрать определение тому, что стояло в паре метров от меня. Высокое двуногое мохнатое существо, чем-то похожее на древнего человека или наполовину зверя. Частично оголенного, частично в шерсти.

Я не шевелилась, не моргала и даже перестала дышать, глупо надеясь на то, что «Это», вроде как, не обнаружит моего присутствия. Или примет меня, ну не знаю, за дерево в бюстгальтере.

Думаю, мои чаяния и сбылись, если в заднем кармане джинсов не завибрировало… нарушая возникшую тишину, выдавая моё, как бы, незаметное присутствие. Вот чёрт! Беглецы решили узнать, как наши с братом дела! Скорее всего, остановились, отъехав от Увыла, и не дождались нашего квадроцикла. А сразу посмотреть все ли в сборе не хватило смелости. Трусы!

Или может это Славка звонил, потеряв меня из виду. С полминуты я по-прежнему стояла, болезненно воспринимая вибрации, сотрясающие моё заднее место. «Это» не шевелилось тоже… Я слышала, как глубоко оно дышало, сжав огромные лапы в кулаки, но не шевелилось.

Что же мне делать? Ответить и попросить помощи? Или не двигаться, надеясь, что тому, кто сейчас не сводил с меня флюоресцирующих глаз, надоест эта игра и оно по-тихому свалит восвояси. А я чуток пореву, отходя от испытанного шока.

Рука, медленно, очень медленно, поползла по мягкой джинсовой ткани, нащупывая двойную ткань кармана. Вошла в него, и накрыла теплый корпус не замолкающего аппарата. Только не переставай звонить, только не переставай…

Колыхаясь от панического страха, я всё же подтащила телефон к оголенному животу и перевернула, озарив своё лицо и грудь светом, исходившим от экрана… «Мамулечка» - было написано на вызове… Кажется, нас с братом потеряли. И мама знала, что, если мы куда-то запропастились вдвоём, стоило ждать беды… Дрожащий палец, лёг на экран, пытаясь принять входящий вызов.

«Оно» зашевелилось, сделав навстречу шаг… Кожу тут же обожгло, как жидким азотом, и непослушные руки выронили телефон…

- Алло! – послышался мамин голос, откуда-то снизу, из-под ног, где лежал мой телефон. – Аня, ты где? Анна, немедленно отвечай, что за шутки?! – начинала нервничать мама. – Где твой брат? Ох, и вернетесь вы у меня домой! Обоих выпорю! Нюта, почему ты молчишь? – На Нюту мама переходила в двух случаях – нахлынувшей нежности или сильной тревоги.