Здесь не любят поэтов

Здесь не любят поэтов

ЗДЕСЬ НЕ ЛЮБЯТ ПОЭТОВ

однажды поздней ночью

Безликая пятиэтажка. Тускло освещенный подъезд. Облупившаяся краска на стенах. По этажам эхом доносились, поднимающиеся по ступенькам шаги. Костя, крепко держал блокнот, прислонившись ухом к входной двери.

— Ты чего тут? — в коридоре показалась зевающая Зоя.

—Тсссс, — Костя обеспокоено приложил палец к губам. — Уходи, — отмахнулся Костя.

—Ну уж нет, составлю тебе компанию, братец,

—Да чтоб тебя! Ты то че тут забыла?

— Мимо проходила, а вообще живу тут! — иронично отметила Зоя.

— Ничего себе, так мы значит соседи!

—Говори уже, что происходит, — Зоя скрестила руки на груди.

— Кто-то ошивается у нас на лестничной площадке, — быстро и с легким раздражением проговорил Костя.

— Кто?

— Не знаю,

— Отойди, в глазок посмотрю,

— Нет! — Костя оттолкнул Зою.

— Поняла! У тебя опять приливы! — Зоя закатила глаза. — Никто не придет изымать твою рукопись, а тем более арестовывать тебя за это. Наши власти еще не дошли до такого, спасибо господи! Успокойся и иди спать,

— Не понимаю о чем ты,

— Не придуривайся, братец. Всё ты прекрасно понимаешь. Твои параноидальные мысли, Костя, прямой путь в психушку,

— Иди ты, сестренка. И да, спасибо за понимание,

— Спокойной ночи,

страдания Кости

Саша проснулась посреди ночи из-за доносившейся из коридора шороха и голосов. Девушка протерла глаза и скинула с себя одеяло.

— Время видели!— Саша убрала волосы с лица. — У меня завтра съемка свадьбы. Вставать рано!

— Все окей, мы уже закончили, — буркнул Костя отходя от входной двери.

— Да все окей! Просто у Кости опять началась паранойя. Ничего необычно - все как у нормальных людей, — съязвила Зоя и скрылась в своей спальне.

Саша недовольно вздохнула и захлопнула за собой дверь в комнату. Костя остался один стоять в коридоре. Старый торшер, который был куплен Сашей на барахолке, освещал его разочарованное лицо. «Эти Зоины насмешки уже начинают меня выводить из себя. Нет, я точно в один момент сорвусь. Как пощечиной по лицу. И так достало непринятие обществом моих литературных трудов! Романы над которыми я работаю годами!» — кричало внутри Кости от возмущения и не справедливости. Он получал отказ за отказом в городском издательстве. Костя прекрасно запомнил последнюю встречу с главны редактором. Тот лично пригласил Костю на беседу официальным письмом. Главный редактор возвышался в совсем кожаном коричневом кресле; одетый в костюм тройку и пуговицы на жилете еле сдерживали его раскормленный живот. Положив маленький гребень, которым он укладывал свои седые волосы в то время когда Костя постучал в его кабинет. Главный редактор сложил руки на столе: « Константин Забытин, — поприветствовал его главный редактор. — Знакомая у Вас фамилия. Проходите, присаживайтесь. Я собственно для чего Вас пригласил, — главный редактор откашлялся. — Вы усердно жаждите попасть к нам в издательство, но Ваши тексты, молодой человек, не несут патриотичной или образовательной повестки. Тот жанр в котором Вы, Константин пишите - мы не издаем, и не будем издавать такую литературу. Хотя мне стыдно называть это литературой. — главный редактор отхлебнул воды, чтобы успокоить кашель. — Меньше фантазируйте - здесь Ваши сказки никому не нужны. Поймите, простым людям интересны реальные герои, а не Ваши выдуманные рыцари на белых конях сражающихся с зловещими драконами,

—Я не пишу про рыцарей сражающихся с драконами! — возразил Костя.

—Не важно, все равно на один лад все эти сказки. Такое даже литературой назвать нельзя, опять же повторюсь. — снисходительно улыбнулся желтыми зубами главный редактор. — Вот мое мнение. А оно бесценно и к нему все прислушиваются потому, что Я человек с огромным опытом в издательском деле. Знаю о чем говорю,

— Вы меня за этим позвали? Высказать свое мнение? Могли бы просто письмо направить. — злился Костя. — Я с Вами крайне не согласен: не считаю, что мои романы никому не нужны. С чего Вы вообще взяли это? «Не литература»- бред!— негодовал Костя.

— Вместо того чтобы спорить со мной, Константин, слушайте и внимайте!— главный редактор покраснел и нахмурил брови. Он поправил сдавливающий горло галстук. — Спуститесь на первый этаж и поверните на право, там есть книжный магазин. Да, Вам и так должно быть это известно, писатель обязан читать. И ознакомьтесь с тем что и как нужно писать. Вот это литература! Может, это вообще не ваше? Мой совет: не занимайтесь ерундой. Будь моя воля я б таких писак как Вы в дурку отправлял. Как уличных художников, которых в парке отлавливают,

Костя в тот момент не выдержал и захлопнул за собой дверь. Пока главный редактор кричал ему вслед, что никто и никогда не издаст эту дрянь. И он не применено натравит на Костю полицию».

Никто не запрещал заниматься творчеством до тех пор пока ты не выносишь его за пределы своего дома. Творцов не воспринимали всерьез и смотрели на них свысока. Только смелые и бесстрашные могли заявить о себе. Другие же прятались в своих темных каморках не высовываясь, боясь осуждения и возможности стать всеобщим изгоем, а не любимцем. Костя как раз таки входил в число тех кто не боялся, а наоборот гордился. И отцом - поэтом гордился, и шел по его стопам. Именно он научил Костю не стыдить своего «Творца», и не заглушать его голос.

— Я лишь боюсь повторить судьбу отца, — проговорил Костя стоя у комнаты Зои.

— Его посадили за нелегальное распространение своих поэтических сборников, что квалифицировалось на тот момент как двойное преступление против общества и власти. А еще сыграли против него аресты за многочисленные попытки несанкционированных публичных выступлений, — через дверь сказала Зоя.

— Вот именно!

— Костя, это давно было! За такое уже не сажают! Давно бы чилил в тюряге. Тебе напомнить сколько раз ты отправлял в издательство рукописи, и что? Почему ты до сих пор здесь - стоишь у моей комнаты и не даешь мне спать?