Злодейка в Академии магии. Попаданка для драконов

Глава 1

Первое, что я почувствовала, когда проснулась было тепло. Необычное. Не то мягкое тепло, которое бывает от одеяла или батареи. Нет. Это было живое тепло, исходящее с двух сторон одновременно. Оно обволакивало плотным коконом, проникало сквозь поры в кровь. И какая-то часть меня хотела просто нырнуть в это тепло глубже, завернуться поглубже и не просыпаться никогда.

Второе, что я почувствовала, была боль. В каждой клеточке тела. Голова гудела так, словно внутри черепа кто-то методично и без остановки бил молотком. Без устали и не зная пощады. Каждый удар пульса отзывался острой вспышкой под веками, и я невольно поморщилась, попытавшись поднести руку ко лбу.

Рука отчего-то не слушалась. Точнее будет сказать, она слушалась, но двигалась как-то странно, будто тело мне не подчинялось. Было не моим.

Я открыла глаза. Уставилась на свои руки. Пальцы вдруг стали длиннее, чем я помнила. А ногти были аккуратно подпилены, с едва заметными следами облупившегося лакового покрытия цвета глубокого рубина. Я не крашу ногти. Предпочитаю натуральный маникюр.

Но больше меня поразило другое. Кожа на тыльной стороне ладони была идеально гладкой, без крошечного шрамика от велосипедной цепи, который у меня был с двенадцати лет.

Я перевела растерянный взгляд на потолок надо мной. Он был высоким. Метра четыре, не меньше. И сложенным из тёмного камня, по которому вились резные узоры. Переплетение листьев, звёзд и какие-то руны, вычерченные с ювелирной точностью. Между камнями тянулись тонкие серебристые прожилки, слабо светящиеся в полумраке. И это был не электрический свет, нет. Что-то иное. Что-то будто живое.

Это не моя комната, в которой я засыпала поздней ночью, прижимая к груди книгу. Эта мысль промелькнула и осела где-то в районе желудка холодным комком страха и накатывающейся паники.

Я медленно перевела взгляд на постель, в которой сейчас лежу. Она оказалась огромной. Широкой, как небольшой бассейн, застеленной простынями светлого цвета, смятыми и запутанными. Балдахин над кроватью был из тёмно-бордового шёлка с золотым шитьём, тяжёлый и богатый.

И снова пришло осознание, что в моей комнате такой роскоши не место. Но следующее осознание с силой бьёт по макушке пыльным мешком. Я лежу в постели не одна. По обе стороны от меня лежат мужчины. Двое мужчин.

Я скосила глаза, стараясь не делать резких движений, и почувствовала, как сердце моей груди пропускает удар.

Молодой мужчина справа от меня лежал на боку, лицом ко мне, и даже во сне выглядел так, словно его нарисовал художник одержимый идеальными пропорциями. Волосы у него были чёрными. Не просто тёмными, а по-настоящему чёрными, как вороново крыло в ночи. Они разметались по подушке в беспорядке, который каким-то образом всё равно выглядел безупречно. Лицо с резкими скулами, прямым носом с едва заметной горбинкой, тяжёлыми бровями, сведёнными во сне в лёгкую хмурость. Губы, плотно сжатые даже во сне, казались вырезанными из камня. Длинные ресницы отбрасывали тени на скулы.

Он был великолепен настолько, что было больно смотреть. А ещё огромен, как древнегреческий бог. Широкие плечи, мощная рука, лежащая поверх простыни, с тёмными метками-татуировками, ползущими от запястья к локтю. Его татуировки представляли собой сложные геометрические узоры.

Я сглотнула и перевела взгляд влево.

Там тоже был молодой мужчина. Он лежал на спине. Одна рука закинута за голову, вторая лежит на торсе. И если первый являлся воплощением тёмной, давящей красоты, то второй был его полной противоположностью. Волосы у него были серо-серебристые, почти белые у висков и темнеющие ближе к корням. Черты лица мягче, чем у первого, но не менее острые. Высокие скулы, прямой подбородок с ямочкой, длинные пальцы. На правом плече такие же огненные татуировки, зеркальные тому, что были у темноволосого.

Я скользнула взглядом вниз и тут же покраснела, стоило увидеть, что оба образчика мужественности и красоты были... очень мало одеты.

Мой взгляд против воли заскользил по их телам. Изучая. Запоминая и впитывая.

Тяга была иррациональной. Она не спрашивала разрешения. Просто поднималась откуда-то снизу живота, тёплая и настойчивая, как второе дыхание. Хотелось придвинуться. К обоим сразу. Зарыться лицом в плечо темноволосого, туда, где кожа пахла чем-то острым и смолистым. Поймать руку серебряного, сплести пальцы и не отпускать.

Я снова перевела взгляд в потолок и заставила себя думать.

Итак. Я нахожусь в незнакомом месте. В постели с двумя незнакомыми мужчинами. Я осторожно, стараясь не потревожить ни одного из спящих, подняла руку и посмотрела на неё. Кожа была светлее моей. Фарфоровой и белой, со следами пальцев на кистях.

Перед глазами мгновенно замелькали картинки-воспоминания. Но не мои. Чужие.

Фрагменты ночи, где эти двое мужчин окружали меня, их руки скользили по моей коже, губы касались шеи, а дыхание обжигало уши. Темноволосый, с его доминирующим взглядом, прижимал меня к себе, его татуированные руки сжимали бёдра, впиваясь пальцами так, что оставались следы. Серебристый, более спокойный, но не менее настойчивый, целовал мою спину, его огненные татуировки горели под моими ладонями, передавая жар. Сердце заколотилось чаще. Тяга нарастала, превращаясь в пульсирующее желание. Я осторожно пошевелилась, простыня соскользнула с моего тела, обнажив фарфоровую кожу, покрытую лёгкими царапинами от их ногтей. Воздух в комнате был тяжёлым, пропитанным ароматом секса. Солёным потом, мускусом их тел и чем-то сладким, как ладан.

Я поднесла руку ко рту и прижала к губам пальцы. Чёрт. Чёрт. Чёрт. Это что же получается, она сразу с двумя?

И в голове вдруг будто прорвало плотину. Хлынул поток чужих воспоминаний. Оглушая. И загоняя в тупик.

Глава 2

Это было больно и оглушительно. Образы налетали со всех сторон, как осколки разбитого зеркала. Роскошный особняк где-то в городе с мощёными улицами и газовыми фонарями. Строгое лицо отца, высокого мужчины с холодными серыми глазами, который смотрел на свою дочь как на досадную помеху. Академия магии. Огромная, величественная, выстроенная из серого и белого камня, с башнями, уходящими в облака, с садами, где цвели растения, не существующие ни в одном ботаническом атласе.

Но больше всего поразили чувства бывшей хозяйки тела. Жалящее чувство злости и раздражения на весь мир. Зависть, как постоянная спутница. А ещё нечеловеческое сильное желание унижать и оскорблять слабых. Бить в спину. Строить козни.

Элизе Вейн.

Так звали хозяйку тела, в которое я попала. Имя всплыло само, как пузырь на поверхность воды. Элизе Вейн, дочь архимага Дариана Вейна, студентка третьего курса Академии Арканум. Самого престижного магического учебного заведения в империи Серебряный Предел.

И, судя по воспоминаниям, которые нахлынули на меня с такой стремительностью, законченная дрянь. Здесь её ненавидели все. Боялись. Избегали. Старались не попадаться на глаза. Никто не может противостоять ей, потому что все боятся могущественного отца. Я осторожно села, надавила пальцами на виски.

Чёрноволосый вздрогнул во сне и нахмурился сильнее. Я напряглась всем телом и поняла, что мне нужно было уходить. Немедленно. Пока они не проснулись.

Я уже начала осторожно спускать ноги с кровати, когда память Элизе подсунула мне ещё один осколок. Острый и жалящий. Вчерашний вечер. Банкет по случаю начала нового учебного года. Элизе что-то подмешала в бокалы этих двоих. Какое-то зелье, которое она раздобыла у торговца в нижнем городе. Она хотела... она хотела привязать их к себе. Скомпрометировать. Использовать.

Потому что эти двое были драконами. Настоящими. Живыми. Драконами.

Кайрен Ашторн и Сорен Дэйл. Принцы драконьего клана Ашторн, одного из древнейших и могущественнейших кланов в мире. Они учились в Академии Арканум на особых условиях, в рамках мирного договора между Империей и Драконьими горами, и каждый из них стоил десятка лучших боевых магов. Они были красивы, опасны и горды.

И они ненавидели Элизе Вейн давно. Презирали и даже не смотрели в её сторону, для них она была пустым местом. Что крайне сильно бесило девушку.

А теперь они проснутся в одной постели с ней. Только это уже не Элизе. Это я.

Саша Нестерова. Студентка первого курса. И теперь мне придётся разбираться со всем тем, что натворила прошлая хозяйка тела. Мне стало по-настоящему плохо.

Я уже почти соскользнула с кровати, нащупала ногой холодный каменный пол, когда услышала голос. Низкий, хриплый, подавляющей своей властностью.

— Куда собралась?

Я замерла. Медленно обернулась.

Кайрен Ашторн смотрел на меня. Он уже не спал. Чёрные глаза, совершенно непроницаемые, цвета тёмного обсидиана, смотрели на меня с таким холодным, выверенным презрением, что я почувствовала, как по спине пробежала волна мурашек.

— Я... — начала я и осеклась, не имея понятия, что сказать и как оправдаться.

Я очень сильно сомневаюсь, что моя правда будет звучать нелживо из уст хозяйки этого тела.

— Молчи, — сказал Кайрен, властно вскидывая руку. Тихо, почти без интонации, но так, что стало понятно, это не просьба, а приказ. — Ни единого слова. Ты понимаешь, что ты сделала?

С другой стороны донёсся короткий, резкий звук. Сорен тоже проснулся. Я повернула голову и встретилась с его взглядом. Если у Кайрена в глазах был лёд, то у Сорена был огонь. Янтарно-золотые глаза, почти неестественного оттенка, горели яростью, и даже спросонья, с примятой от подушки щекой и растрепавшимися серебристыми волосами, он выглядел опасным.

— Тварь паршивая, — произнёс он коротко.

Я открыла рот, закрыла его. Сглотнула. Они ждали. А потом что-то во мне, какой-то инстинкт самосохранения, пересилил панику. И вместо того, чтобы оправдываться или кричать, я просто сказала:

— Мне жаль.

Оба дракона смотрели на меня с одинаковым выражением не злости, а скорее изумления, которое они тщательно скрывали за маской холодного безразличия. Видимо, подобных слов от Элизе Вейн не ожидал никто.

Кайрен вдруг подался вперёд. Сократил между нами расстояние, прижался носом к кожу на скуле и втянул с шумом запах. Издал странный звук и так же резко отстранился, будто обжёгся.

— Уходи, — сказал наконец он. Голос у него был ровным, как лезвие клинка. — Пока я ещё способен себя сдерживать.

Я встала. Нашла на полу одежду и туфли. Натянула платье, путаясь в завязках и юбке, а поверх натянула плащ, обнаруженный на спинке стула. И направилась к двери. На пороге я остановилась, взявшись за ручку.

Не знаю, зачем. Что-то заставило меня остановиться. Что-то странное, необъяснимое, похожее на чувство, когда читаешь последнюю страницу книги и знаешь, что ещё не готова с ней расстаться.

Я не обернулась. Просто стояла и чувствовала спиной их взгляды. Тяжёлые, разные и одинаково обжигающие.

— Этого больше не повторится, — сказала я тихо, не оборачиваясь. — Обещаю.

И вышла в коридор.

Глава 3

Коридор был длинным, выложенным серым камнем. Я прижалась спиной к стене и несколько секунд просто дышала. Коротко, судорожно, как человек, только что выбравшийся из воды. Потом, опираясь на память Элизе как на ненадёжную карту незнакомой местности, двинулась к своей комнате.

Академия Арканум открывалась передо мной медленно, по кусочку, с каждым пройденным коридором. Она была огромной. Не просто большой, а монументальной, выстроенной так, что подавляла своей мощью и восхищала одновременно. Корпус, в котором я сейчас находилась, назывался Северным Крылом. Здесь жили старшекурсники. Стены были украшены барельефами с изображением существ, которых я ещё только предстояло научиться распознавать: драконы, переплетённые с грифонами, единороги в окружении звёзд, фигуры в мантиях с поднятыми руками, из ладоней которых вырывалось пламя.

Страха, как ни странно, почти не было. Пусть мир ещё неизведанный, но крайне интересно будет изучить его. Погрузиться с головой в то, что когда-то просто казалось сказкой. Выдумками, про которые я так сильно любила читать книги.

Меня охватило чувство нетерпения, похожее на то, когда открываешь первую страницу книги и погружаешься в новый мир, наполненный новыми героями и красками. Вот только в этот раз в центре сюжета буду я.

Азарт, смешанный с тревогой. Предвкушение чего-то грандиозного. И где-то глубоко внутри засело жгучее, почти болезненное любопытство к двум парам глаз, которые смотрели мне вслед.

Я нашла свою комнату на третьем этаже. Ключ был в кармане плаща, видимо, Элизе не расставалась с ним. Замок открылся с тихим щелчком, и я вошла внутрь.

Комната оказалась... яркой манифестацией личности прежней хозяйки. Дорогая мебель, зеркала в золочёных рамах, туалетный столик, заваленный флаконами духов и косметики. Платья в открытом шкафу были роскошные, в основном тёмных оттенков. На письменном столе лежали учебники, аккуратно сложенные стопкой, а рядом записная книжка в кожаной красной обложке.

Я подошла к большому зеркалу у окна и впервые посмотрела на своё отражение.

Элизе Вейн была красивой. Это было неоспоримо и, честно говоря, немного несправедливо, ведь такая красота не должна была принадлежать человеку с таким отвратительным характером. Высокая, стройная, с осиной талией и горделивой осанкой. Светлые волосы с медным отливом падали до лопаток мягкими волнами. Овальное лицо, с тонкими чертами, высокими скулами и губами идеальной формы ярко красного цвета. Глаза... Глаза у Элизе были необычными. Серо-фиолетовыми с серебристыми вкраплениями. Ещё и длинные ресницы насыщенного чёрного цвета.

Девушка была красавицей. Этого не отнять. Но своим ужасным характером она отпугнула от себя всех.

За окном академия просыпалась. Слышались голоса, далёкие шаги, скрип тяжёлых дверей.

Новый мир.

Новое тело.

Новая жизнь.

И мне нужно постараться, чтобы выжить в теле Элизе Вейн.

Я открыла записную книжку Элизе и начала читать.

Записная книжка оказалась сокровищницей. И одновременно — бомбой с часовым механизмом.

Элизе писала убористым, острым почерком, который, казалось, царапал бумагу с каким-то особым злорадством. Страницы были заполнены именами, датами, короткими пометками на полях. Список обид. Список должников. Список тех, кого она планировала уничтожить. Методично, без спешки, с холодным расчётом человека, который никогда не забывает и не прощает.

Первые десять страниц я просматривала быстро, скользя взглядом по именам. Незнакомым. Всех этих людей мне предстоит ещё узнать. Потом стали появляться знакомые имена, всплывающие из памяти Элизе смутными силуэтами. Кажется, её память всё больше и больше раскрывается мне. Отрывками.

Лира Соул. Однокурсница. Элизе ненавидела её тихую уверенность и то, что та никогда не отводила взгляда первой. Смотрела прямо, не боясь её гнева. На полях стоят три восклицательных знака и слово должна уничтожить эту тварь.

Профессор Эйдан Кросс. Преподаватель боевой магии, молодой эльф, лет тридцати. Строгий и неподкупный, не обращающий внимания на попытки девушки соблазнить его. Элизе дважды подчеркнула его имя и написала рядом: не взял взятку. Не принял плату. Унизил при всех. Уничтожить!

Я перевернула ещё несколько страниц и наткнулась на разворот, от которого по спине прошёл холодок.

К.А. и С.Д.

Кайрен Ашторн. Сорен Дэйл.

Элизе посвятила им целый разворот, исписанный мелким почерком, выходящим за поля. Она изучала их. Долго, терпеливо, как охотник, который месяцами следит за добычей. Расписание. Привычки. Слабые места. С какой стороны подойти, что сказать, как зацепить.

Зелье, которое она им подмешала, называлось «Серебряная нить». Судя по записям, оно должно было создать иллюзию влечения, искусственную привязанность. Заставить их думать о ней. Искать её. Стать одержимыми ей.

Только что-то пошло не так. Потому что вместо Элизе теперь здесь я. Я закрыла книжку. Отложила на стол. Встала и подошла к окну, обхватив себя руками за плечи.

Я прижалась лбом к прохладному стеклу. Значит, вот как обстоят дела.

Теперь я нахожусь в теле Элизе Вейн. Злодейки. Если бы это была книга, то Элизе была бы именно тем персонажем, которого читатель с наслаждением ненавидит и ждёт, когда же ей наконец воздастся. Только теперь расплачиваться придётся мне.

Интересно, а куда делась настоящая Элиза? Проснулась в моём теле? Или же…

Я тряхнула головой, выбрасывая все мысли. Подошла к шкафу, достала самое скромное платье и, направилась в столовую.

Глава 4

Столовая академии называлась Большой Трапезной. Потолок уходил вверх метров на десять, поддерживаемый рядами колонн из белого камня с прожилками из золота. Вдоль стен тянулись витражные окна. Огромные, в полный рост, изображающие сцены из истории магии. Сквозь цветное стекло утренний свет падал снопами рубинового, синего и золотого, и от этого всё пространство казалось живым и радужным.

Столы стояли длинными рядами, за каждым из которых могут поместить неменьше тридцати человек. И практически все они уже были заняты. Студенты в тёмно-синих мантиях с серебряными нашивками курса сидели, ели, разговаривали. Я остановилась на пороге столовой и несколько секунд просто смотрела, приоткрыв от удивления и восторга рот.

Это было невероятно! Здесь были не только люди. За одним из столов у окна сидели трое с острыми вытянутыми вверх ушами и кожей оттенка свежей листвы. Эльфы, подсказала мне память Элизе. Воздушные эльфы из клана Силинэ, известные своим даром магии ветра. Взгляд скользнул дальше и зацепился за двоих парней с серебристой кожей и абсолютно белыми глазами без зрачков. Полукровки из морского русалочьего народа.

Я сделала глубокий вдох. И напомнила себе, что задерживаться и так откровенно пялиться нельзя. Сложнее всего было помнить о том, кем меня здесь считают.

Пока я шла по проходу между столами к свободному месту, несколько человек оглянулись. Один рыжеволосый парень с добродушным лицом и россыпью веснушек на носу увидел меня и тут же отвернулся, сделав вид, что очень занят своей кашей. Девушка рядом с ним что-то шепнула соседке, и они обе чуть отодвинулись, вжавшись в стол и опустив головы.

Я почувствовала, как щёки предательски краснеют. От стыда. И от желания сбежать отсюда как можно скорее.

Взгляды ощущались физически. Как холодный ветер, прошедший по спине. Я видела эти взгляды. Настороженные и недружелюбные, а у некоторых наполненные страхом, что мой взор упадёт на них.

Что успела сделать прежняя хозяйка этого тела, чтобы заслужить такое? И память тут же подбросила мне пару эпизодов.

Элизе Вейн испортила репутацию как минимум четырём однокурсникам, распустив слухи. Довела до нервного срыва тихую девочку с первого курса. И делала она это методично и изощрённо, на протяжении целого семестра. Однажды подпортила чужой зачётный артефакт, в результате чего студент провалил итоговое испытание и его чуть не отчислили. Это было лишь то, о чём я узнала из первых двадцати страниц дневника.

Я взяла тарелку с едой и направилась к свободному месту. Но меня окликнули.

— Элизе, — раздался сладкий голос, — мы здесь. Иди к нам.

Я обернулась. За столом у окна сидели три девушки. Память Элизе услужливо подсветила их имена, как подсвечивает нужную строчку в тексте.

Вивьен Ласс. Миранда Холт. Селена Прайс.

Свита.

Элизе называла их именно так. Своей верной свитой, хотя сами они, вероятно, предпочитали слово «подруги». Все трое были хорошенькими, холёными и одетыми с той нарочитой небрежностью, которая стоит немалых денег. Вивьен улыбалась широко, но эта улыбка не касалась её глаз. Миранда рассматривала ногти с нарочитой небрежностью. Селена похлопала ладонью по скамейке рядом с собой, призывно и сахарно улыбаясь.

Клубок змей, который только и ждёт, когда девушка оступится, чтобы станцевать на её костях. Я подошла к ним и села рядом на свободное место рядом с Селеной.

— Ну? — Вивьен наклонилась ко мне, понизив голос до заговорщического шёпота. Глаза у неё блестели от предвкушения новое сплетни. — Как всё прошло? Зелье сработало? Ты смогла?

Три пары глаз уставились на меня. Ждущих. Алчных до чужой тайны. Или провала. Я медленно поставила тарелку перед собой и взяла ложку. Зачерпнула кашу, поднесла ко рту.

— Нет, — сказала я спокойно, окидывая взглядом каждую и пытаясь уловить реакцию.

Вивьен моргнула, Миранда прижала пальцы ко рту, а Селена сложила руки на груди и откинулась назад на спинку стула.

— Как нет? — спросила Вивьен с растерянностью.

— Вот так. Нет, — я пожала плечами и отправила кашу в рот. — Ничего не вышло.

Во взгляде Миранды мелькнуло что-то похожее на злорадство, которое она не спешила прятать. Я сделала вид, что ничего не заметила. Уставилась в тарелку, рассматривая консистенцию каши.

— Ты серьёзно? — протянула Селена. — Мы столько готовились, ты достала это зелье, и просто... ничего?

— Просто ничего, — подтвердила я, кивнув для убедительности.

Повисла пауза. Я чувствовала, как они переглядываются, обмениваясь взглядами, полными невысказанных вопросов. Эти трое преданы ей ровно настолько, насколько им это выгодно. Никакой настоящей дружбы. Только взаимный расчёт и негласное понимание, что Элизе самая опасная из них, а значит, держаться лучше рядом, чем пытаться победить.

— Элизе, — Вивьен снова наклонилась ко мне, теперь её голос стал тише и острее, как лезвие, — они тебя видели в том платье? Ты была с ними?

Я подняла на неё взгляд. Судорожно размышляла, что ответить. Девушка побледнела под моим взглядом.

— Вивьен, — сказала я так же тихо, — оставь это.

Снова пауза. На этот раз более долгая и неловкая. Что-то в моём тоне заставило её чуть откинуться назад. Она смотрела на меня с прищуром, и я видела, как в её голове крутятся шестерёнки. Что-то не так. Что-то изменилось. Она пока не могла понять что, но чувствовала это. Я снова опустила взгляд в тарелку.

Столовая гудела вокруг. Звенели приборы, смеялись студенты, откуда-то доносился запах свежего хлеба и горячего шоколада. Всё это было невероятно, сказочно и в обычных обстоятельствах наверняка приводило бы меня в восторг. Но сейчас мысли были о зелье. О двух драконах.

Я снова принялась за кашу, когда в столовой резко что-то изменилось. Это трудно описать словами. Просто гул голосов стал чуть тише. Словно кто-то убавил звук. И в этой внезапной тишине я услышала тяжёлые шаги. Я не подняла голову. Не сразу. Но боковым зрением поймала, как Вивьен резко выпрямилась, а Селена перестала жевать. Обе в жадным внимание уставились на вошедших.

Глава 5

Следующая неприятность произошла практически сразу же, когда я поднялась на третий этаж и свернула в широкий коридор с высокими арочными окнами. Я едва не столкнулась нос к носу с невысокой девушкой с длинными медными косами до самых ягодиц, которая резко отпрянула назад, прижав к груди стопку книг. Несколько листов выскользнули и спланировали на пол. Я автоматически наклонилась и подняла их.

Девушка смотрела на меня так, словно я только что выхватила из ножен меч и наставила острие на неё.

— Элизе, — сказала она. Голос тихий, ровный. Слишком ровный, за этой ровностью угадывалась выработанная привычка не давать воли эмоциям. — Отдай, пожалуйста.

— Держи, конечно, — я протянула ей листки.

Она взяла их не сразу. Помедлила, явно ожидая подвоха. Потом подняла взгляд, когда прижала листы к груди.

Я узнала её сразу же. Лира Соул. Та самая девушка, про которую Элизе писала в записной книжке. Это она не отводит взгляд.

— Извини, что едва не сбила тебя, — сказала я, виновато улыбаясь.

Несколько секунд стояла полная тишина. Лира моргнула один раз, потом ещё раз. Посмотрела на меня так, будто я заговорила на незнакомом языке.

— Что? — произнесла она наконец, едва выдавив из себя слова.

— Я не смотрела под ноги. Это была моя вина.

Лира медленно убрала листки в книгу. Прищурилась. В её карих глазах читалось острое, настороженное внимание человека, который привык к ловушкам.

— Ты что-то задумала? — спросила она прямо.

Я даже немного восхитилась этой прямотой.

— Нет. Ещё раз прости, я пойду, — я обошла ошарашенную девушку по кругу и направилась в аудиторию.

По расписанию значилось: «Практикум прикладной магии. Профессор Эйдан Кросс».

Аудитория располагалась конце коридора. Массивные двойные двери из тёмного дерева были уже распахнуты, и внутри стоял негромкий гул голосов. Я вошла и остановилась на пороге.

Примерно половина мест была уже занята. И когда я сделала шаг внутрь, гул голосов немного сменил тональность. Стал чуть тише и настороженнее. Несколько человек, сидевших у прохода, машинально подобрали ноги, хотя я шла достаточно далеко от них. Кто-то уставился в конспект с внезапной сосредоточенностью человека, который только что обнаружил там теорему мироздания.

Я досадливо поджала губы и прошла к свободному месту в среднем ряду. Положила перед собой учебник, который захватила с письменного стола Элизе. Рядом со мной никто не сел. Два места по обе стороны так и остались пустыми, хотя аудитория постепенно заполнялась учениками.

Я смотрела в учебник и делала вид, что всё это меня не касается. Внутри, впрочем, было тягостно. Дверь аудитории открылась, и вошёл профессор Кросс.

Память Элизе оказалась права насчёт одного. Он был молод. Лет тридцати, не больше. Черты лица острые, почти скульптурные. Уши слегка заострённые. Не так явно, как у воздушных эльфов, но достаточно, чтобы заметить издалека. Светло-русые волосы собраны в небрежный, пара прядей падает на лоб.

Кросс прошёл к центру зала, развернулся к студентам, и его взгляд скользнул по студентам.

— Начнём, — сказал он. — Сегодня у нас практикум, а не лекция. Это значит, что слушать буду я, а не вы.

Несколько человек чуть подались вперёд. Кто-то хмыкнул. Кто-то раздосадовано застонал.

— Каждый из вас обладает родовой магией, — продолжал Кросс, медленно обходя центральный круг. — Родовая магия — это фундамент. Дом, в котором вы живёте. Но большинство из вас до сих пор не умеет толком открыть в этом доме окна. — Он остановился, вновь обвёл взглядом аудиторию. — Сегодня мы разбираемся с вашим базовым потенциалом. Один за другим. Попрошу выходить ко мне по списку.

Он достал свиток и начал зачитывать имена. Студенты спускались по одному на плиты с кругами, вставали в центр, закрывали глаза и тут начиналась... магия! У кого-то вспыхивало пламя над раскрытой ладонью. Вокруг кого-то поднимался ветер, шевеля волосы соседям по ряду. Кросс наблюдал, делал короткие пометки на свитке пергамента, летающего следом за ним.

Когда очередь дошла до меня, внутри всё сжалось от страха. Что если магия ушла вместе с хозяйкой этого тела? Я медленно спустилась вниз и встала в центре круга. Кросс смотрел на меня с бесстрастным выражением лица.

— Вейн, — произнёс он ровно, но в голосе скользнула нотка презрения. — Родовая магия Вейнов принадлежит к ветви иллюзорного плетения. Покажите базовый конструкт, Элизе.

Иллюзорное плетение. Я опустила взгляд на собственные руки. Что делать дальше? Память Элизе хранила множество воспоминаний об академии, но не о занятиях. Об интригах сколько угодно. О магии совершенно ничего. Создавалось впечатление, что прежней хозяйке это было попросту неинтересно.

Я сделала медленный вдох. Попробовала поймать ощущение изнутри. Хоть что-то, что могло бы подсказать, как это работает.

И что-то действительно было. Не иллюзия. Что-то другое. Глубже. Тихое, как подземная река, которая течёт там, где никто не думает искать.

Я потянулась к этому чувству. Осторожно. Боясь сделать что-то не так.

И вдруг пространство вокруг меня изменилось. Каменные плиты под ногами на мгновение стали прозрачными. Нет, не прозрачными. Не так. Я просто увидела сквозь них. Слои камня, балки перекрытий, живые корни глубоко внизу, пронизывающие фундамент академии. Потом всё исчезло, а я покачнулась, будто у меня исчезли все силы.

Тишина в аудитории стала абсолютной. Такой звенящей, что даже стало слышно, как в соседней аудитории читают лекцию.

Кросс смотрел на меня с неприкрытым изумлением.

— Это не иллюзорное плетение, — сказал он тихо, как будто сам себе.

Я промолчала, не зная, куда деваться. И что говорить. Мне вновь показалось, что я в чём-то провинилась.

— Откуда это у Вейнов?

Это тоже не было вопросом.

Он сделал короткую пометку в своём свитке и кивнул мне на место. Я поднялась обратно на ярус. Никто ничего не сказал вслух. Но я слышала, как за спиной Вивьен что-то шепнула Миранде. И слышала короткий смешок в ответ.