Золотые Цепи

Глава 1 Пробуждение

Знакомые места из снов редко бывают похожи на то, как они выглядят на самом деле. Девочка знала об этом, она знала об этом как никто другой. Почти каждую ночь ей снилась родная деревня, снилось что она ступает маленькими детским ножками по мягкой траве, что тёплое солнце дарит ей своё последнее осеннее тепло. Она знала что скоро мама позовёт её плести венок из колосьев для сегодняшнего вечера, что деревня завершила уборку урожая и что сегодня будет большой праздник, на котором папа возьмёт её на руки и поднимет высоко вверх надо всеми и ей будет весело-весело.

А ещё она знала что будет дальше, потому что это всегда происходило. Она столько раз это видела, что иногда ей даже удавалось проснуться до этого момента, но не сегодня. Приходил Огонь.Страшный, всепоглощающий, он был повсюду, целый бескрайний мир заполненный только Огнём. А потом приходили крики. Вопли множества людей, наполненные болью, страхом, злобой, отчаянием. И самое страшное, приходила вонь, нестерпимый запах гари, запах горящего мира и растоптанной жизни. Это вонь проникала повсюду, от неё слезились глаза и становилось трудно дышать. Она стала жадно глотать отсутствующий воздух, но не могла вдохнуть, лёгкие начали гореть и она проснулась.

Открыв глаза, Асми начала судорожно вдыхать. Девушка уже понимала, что это был сон, но она всё равно продолжала чувствовать запах гари, он всегда преследовал её ещё некоторое время после пробуждения.

Она оглядела свою комнату, если это так можно было назвать. Единственным предметом мебели была небольшая охапка сена, служившая ей постелью, до каждой из четырёх стен комнаты она могла дотянуться не вставая со своего ложа и вела сюда грубая деревянная дверь. Однако, и эти условия были куда лучше, чем у остальных рабов, которых вместе с ней несколько дней назад пригнали в столицу. Им приходилось спать просто во дворе виллы, под открытым небом. Впрочем, погода в этих местах была гораздо теплее чем на родине Асми, так что им ничего не грозило. Впрочем, эти мысли заставили вспомнить её кое-что, о чём она предпочла бы не думать. А именно о том, почему к ней такое особое отношение. И том, что сегодня для неё особый день. Внезапно дверь со скрипом начала открываться.

– О, сегодня у кого-то особый день. – Вторя мыслям Асми, сказала женщина, заглядывая внутрь помещения.

Это была Старая Мот. Несмотря на прозвище, крепкая невысокая женщина, чуть полноватая, в летах, но всё ещё бойкая и грозная как капитан пехоты. Впрочем, за эти несколько дней пребывания на вилле господина, Асми поняла, что за внешней суровостью Мот скрывается довольно чуткое сердце и она заботится обо всех обитателях виллы, по-своему но заботится. Впрочем Асли не рисковала делиться с самой Мот своими наблюдениями на её счёт, чтобы лишний раз не нарваться на строгий выговор суровой домашней рабыни.

– Ну что девочка, наверное всю ночь не спала, всё представляла как сегодня изменится твоя жизнь?

– Представляла... – Повторила вслед за ней Асми, только не добавив, что мысли, посещавшие её голову, пока она сидела в этой каморке, были отнюдь не весёлые.

– Пойдём, подготовим тебя. И побыстрее, у нас нет целого дня, мы должны успеть до отправки на рынок.

Женщина, уже превращающаяся в старуху и девочка, только становящаяся женщиной, прошли по коридору, пока не оказались в хорошо освещённой комнате. Она была похожа то ли на обиталище стареющей благородной дамы, то ли на место, где актёры, играющие на подмостках городского театра, готовятся к представлениям. Около стены стояла небольшая ванночка, кувшин и губка для обтирания, заметное место в комнате занимало огромное зеркало, которое, должно быть, стоило целое состояние. Рядом со стеной стояло несколько довольно простых сундуков для платья, хотя от комнат с такой роскошной вещью как зеркало, ожидаешь что и всё остальное будет кричать о богатстве владельца. Неподалёку от зеркала располагался столик, целиком заставленный всяческими баночками, помадницами, кисточками и прочими косметическими принадлежностями. Во двор выходило большое окно, составленное из кругляшков лунного стекла, оно пропускала достаточно света, но при этом разобрать что творилось с другой стороны было решительно невозможно. В общем, всем своим видом комната говорила о том, что здесь приводили в "товарный вид" особых рабынь.

– Значит так, вон в той бочке вода из колодца, бери всё нужное и бегом мыться, я пока подберу тебе что-нибудь подходящее из запасов, а потом займёмся наведением твоей красоты. – Тут же властно начала распоряжаться Мот.

Пока Асми, стоя в ванночке омывала себя с помощью губки, домашняя рабыня бормотала себе под нос, копаясь в сундуке. Затем, взяв несколько, на её взгляд, подходящих нарядов, она направилась к девушке и начала прикидывать что из выбранного будет выгоднее смотреться на юном теле, поочерёдно держа каждую из вещей перед собой и прикидывая на глаз.

– Итак, уже представляла себе каким он окажется? – Спросила Мот не отрываясь от своего занятия.

Асми промолчала в ответ. Не то чтобы она не думала о том что её ждёт, но точно не ждала от будущего чего-то хорошего.

– Что молчишь? Боги нижнего мира язык украли? Ну что, так ты скажешь как думала о богатом дворянине, в городском особняке которого ты будешь жить? Ну или же ты предпочла бы чтобы тебя выкупил какой-нибудь бордель? Ну а что, какая-нибудь вонючая шлюшарня для моряков явно не сможет себе позволить тебя, будешь работать в дорогом заведении, с богатыми клиентами, может даже довольно быстро сможешь выкупить себя...

– Мот... Я... – голос Асми дрожал, лицо было бледным, а в глазах уж стояли слёзы.

– Мерзавка! А ну не сметь мне тут реветь начинать! Господин в тебя столько вложил, я на тебя свои силы трачу, а ты тут удумала в самый важный день с зарёванным лицом и красными глазами быть?! Кто тебя тогда купит?! – Мот повысила голос на девушку, но при этом под конец речи сама отвернулась от неё, чтобы не показывать своих глаз. Моргнув несколько раз, и сделав пару глубоких вдохов, старая рабыня снова повернулась к Асми и продолжила уже куда более тёплым тоном. – Ну ладно, всё хватит тереть себя, иди сюда.

Глава 2 Утро в столице

Асми никогда ещё не видела таких больших городов, если честно, она вообще не видела городов до этого. Хотя её родная деревня и считалась относительно большой, у них даже была собственная ветряная мельница, особый предмет гордости жителей. За то время, пока Асми переправляли из одного места назначения в другое, ей довелось увидеть несколько мелких поселений, иногда даже с высокой ратушей в центре. Но всё это ни шло ни в какое сравнение с тем, что предстало перед глазами юной рабыни сейчас.

Вилла господина, в полу-античном полу-современном стиле, располагалась в пригороде, неподалёку от большой северной дороги, ведущей в столицу. До невольничьего рынка Асми должны были везти в крепкой железной клетке, стоящей на телеге, в которую были запряжен два вола. Позади неё на цели к телеге были пристёгнуты остальные рабы, которые шли уже на своих двоих. Всю дорогу, Асми должна была стоять в клетке в полный рост. Помимого того, что такова была традиция, так ещё и это служило и хорошей рекламой товара. Сам господин ехал впереди, верхом на коне и хотя было заметно, что в седле он держался неважно, но зато был явно преисполнен собственной важности. Ещё больше комичности его образу добавляли шляпа с пером, которую скорее можно было бы увидеть на каком-нибудь щёголе, а не на стареющем торговце рабами, и рапира на поясе, которой он явно не умел пользоваться. Процессию дополняли четыре охранника с алебардами в руках и тесаками на поясе, шедшие по краям.

Они въехали на одну из главных улиц, к которой вёл один из основных трактов, поэтому она должна была являть собой лицо столицы, самого богатого и сильного из известных государств. Вдоль широкой мостовой стояли величественные дома, высотой в три и даже четыре этажа. Они все были раскрашены в однотонные, но яркие цвета, а по их фасадам бежали затейливые ажурные украшения. И более того, во всех домах были окна, притом из самого настоящего, прозрачного и чистого как вода стекла. И хотя Асми до этого и читала о богатстве столицы Таролокийской Империи, но простые знания, полученные из книг и от учителя в школе рабов, всё равно не могли дать представление каково оно всё на самом деле. Одно дело знать, что площадь города около 5 кв. миль, что население его составляет, страшно подумать, пятьсот тысяч человек, цифра, которую Асми даже и вообразить себе не могла.

Утро в столице, жители которой привыкли вставать довольно поздно, ещё только начиналось. Куда-то шли группками по своим делам простые горожане, чаще всего одетые в широкие штаны и рубахи, некоторые сверху носили ещё и колет попроще из лёгкого сукна или льна, одетые побогаче чиновники и управляющие спешили по своим делам, дворяне, в кружевах и шёлке, проезжая мимо здоровались с господином жестом и с интересом и, не без явного желания в глазах, рассматривали Асми. Иногда встречались и экипажи. Уличные торговки, продававшие различные закуски, только начинали свой рабочий день. Судя по всему, её хозяин нередко ездил этой дорогой, потому что многие из них, увидев его, сразу же начинали громко приветствовать.

– Господин Журден!

– Господин Журден, удачи Вам!

– У Вас сегодня большой день господин Журден, купите яблочко подкрепиться!

– О, господин Журден, с такой рабыней вы сегодня станете богаче сенаторов, не забудьте купить у меня медовые сладости!

– Потом, потом! Позже милые! – Отвечал им добродушно Журден, помахивая рукой в ответ.

И несмотря на то, что любой горожанин увидев один из главных проспектов в это время, сказал бы что выглядит он довольно пустовато, Асми казалось что сейчас, только здесь, собралась, по меньшей мере, пятая часть населения огромного города.

– Журден, старый развратник! – Поздоровался кто-то на на таролокийском, а на родном для Журдена лакийском языке.

К хозяину Асми неспешно подъехал, так же верхом, богато одетый мужчина. Одет он был в однотонный ярко красный костюм и короткий плащ такого же цвета, надетый только на одно плечо и доходящий до середины бедра. Несмотря на радостное приветствие и ранее утро, в его глазах читалась некоторая усталость и печаль. Сопровождало его пятеро молодых мужчин в точно такой же одежде, только сильнее украшенной кружевами и с мушкетами на плече.

– Арми, друг мой! Смотрю, пьянство тебя всё ещё не прикончило. Я так понимаю, тебе со мной до Старого Города по пути? – С этими словами господин Журден покосился на на молодых людей, сопровождавших его старого приятеля, а затем вопросительно взглянул на самого Арми.

– О Митра, дай мне сил... – С выражением закатил глаза к небу старый вояка – Молодые, все благородные, что чуть не их предки ещё этот город помогали основать, а в голове один ветер, нет в них толку. Вот на нас из-за угла враг выскочит, так эти не сообразят с какой стороны мушкет у них стреляет.

Тем временем, юные мушкетёры и не подозревали, что сейчас речь идёт о них и весело вышагивали рядом с телегой, улыбаясь, и снимая шляпы перед всеми встречающимися дамами. Впрочем, куда больше внимания они уделяли Асми, беззастенчиво на неё глазея. Конечно, даже несмотря на знатность, вряд ли молодые люди могли себе позволить столь дорогую покупку, но зато они точно будут потом рассказывать всем знакомым о рабыне редкой красоты, что сегодня выставит на продажу господин Журден. Да и, чем тёмные боги не шутят, может у кого-то из них действительно такие знатные родители, что смогут позволить своему дорогому чаду такую покупку. Улыбнувшись своим мыслям, работорговец снова обратился к приятелю:

– Вино и девки, Арми. Все кто служил и служит в Легионе, любят вино и девок, вне зависимости от возраста. Ничего нового, пообвыкнуться, дурь из головы выбьют, станут примерными вояками. Будут потом, как ты, на новобранцев ворчать.

– Журден, да куда там. – Протянул со страдальческим лицом Арми. – У воина должен быть характер, воля. Вот как у нас с тобой Журден. Мы же с тобой, земляк, оба неместные, оба начинали с низов. Вот ты торговцем начинал, без титула, объездил всю Империю. И что? Вот скопил столько денег, что смог дворянство купить. Ты с самыми важными людьми в этом городе дела ведёшь.

Глава 3 Невольничий рынок

Невольничий рынок представлял собой огромную замощенную площадку, окружённую невысокими стенами, с множеством арок, служившими входами. Всё пространство было заставлено многочисленными возведёнными помостами, шатрами и столбами, к котором тянулись цепи рабских кандалов.

– Господин Журден! Сюда, господин Журден! – К хозяину Асми подбежал сухощавый человек среднего роста, с коротко остриженными чёрными волосами и довольно смуглым лицом, на котором одновременно читалось обеспокоенность и подобострастие. – Пожалуйте сюда, всё уже готово. Надеюсь, дорога была приятной, господин Журден?

– Дорога как дорога, я не первый год от дома до рынка и обратно езжу, не заблужусь. Лучше скажи Масулло, ты сделал всё так как я и приказывал?

– Конечно, господин Журден. Лучшее место, не близко ко главному входу, но и не в глубине рынка, а главное, прямо напротив главного помоста для основных торгов. Ваши личные помост для рабов и шатёр поставили, и они дожидаются Вас. Хоть чтобы и организовать всё, пришлось отдать немалую сумму.

– Брось, Масулло, всё это мелочь, по сравнению с тем, сколько я сегодня получу на всём этом. – С этими словами Журден достал из кошеля несколько серебряных монет и бросил своему слуге. – Впрочем, за расторопность хвалю, хотя другого я от тебя и не ожидал.

– Благодарю, господин Журден! Вы так щедры.

– Оставь Масулло, лучше показывай дорогу.

– За мной, за мной, господин Журден. Рабочие установили шатёр именно такой, как вы и приказывали, большой, яркого-алого цвета, чтобы было видно издалека, внутри всё тоже так, как Вы распорядились.

Журден со своими слугами и рабами наконец прибыл на место, важно осмотрев всё что было подготовлено для него, он одобрительно кивнул и направился в шатёр.

– Значит так, – обратился он к своим слугам – вы все знаете что делать, Кола, Бастиано вы раскроете шатёр так, чтобы было видно большему количеству посетителей, что сейчас происходит внутри, а сами станете с алебардами у входа, Луи, Хуан на вас охрана рабов, Масулло, ты и так знаешь что делать. Рабыня, а ты иди за мной.

С этими словами Журден важно прошествовал в шатёр и вальяжно развалился на заранее приготовленной кушетке с ажурной резьбой. Асми, отчасти была рада наконец хоть немного укрыться от всеобщих взглядов, к тому же шатёр защищал её от палящих лучей южного солнца, к которому она совсем не привыкла. Хоть немного, но ей стало легче дышать.

– Иди сюда, будешь стоять здесь с кувшином и подливать мне вина.

Журден был давно в этом деле и знал, как продать свой товар. Точнее он знал, что продавать нужно не сам товар, а тот образ, те фантазии, что вызывает этот товар у покупателей. Вот он, успешный человек, да не потомственный дворянин, но, тем не менее, выбился "в люди". И смотрите все, как он предаётся неге, лёжа в роскошном шатре посреди ковров и подушек, а ему прислуживает редчайшей красоты рабыня. И каждый может стать таким, достаточно всего лишь раскошелиться на "какие-то" три тысячи золотых монет. Да, старик Журден, став дворянином уже не мог сам зазывать покупателей и расхваливать свой товар, этим должен был заниматься его слуга Массуло, но он знал, что просто лёжа на кушетке и попивая вино, он делает не меньше, чем его представитель, вынужденный под палящим солнцем во всю глотку расписывать достоинства продаваемых рабов.

Тем временем Асми стояла с кувшином в руках, у неё всё ещё кружилась голова, а от волнения всё внутри сжималось, но ей уже было куда лучше, чем когда её везли в клетке по улицам столицы Империи. На неё всё так же засматривались все посещающие площадь для торгов, притом теперь уже гораздо пристальнее и дольше, но теперь она уже понемногу начала к этому привыкать. К тому же давало знать о себе и её врождённое любопытство, и она начала изучать окружение.

Первое, что поразило Асми, так это то, что остальные рабы господина Журдена, казались довольно возбужденными и, даже, весёлыми. Они стояли на помосте не так далеко от входа в шатёр и им никто не запрещал переговариваться между собой. Все они были из разных провинций и даже других стран, но поскольку их обучили таролокийскому, общались те между собой на нём. Через некоторое время, из их разговоров Асми поняла, почему они с некоторой надеждой смотрели в будущее. Им явно не грозило попасть в каменоломню, или гнуть спину до смерти на чьих-то полях, уже не те времена. Каждый из рабов был довольно умел в каком-нибудь ремесле, науках или обладал каким-то другими полезными знаниями и навыками. С такими задатками у каждого из них был шанс со временем выкупить себя и, более того, ещё и, возможно, самому стать свободным ремесленником в столице Империи. Так что не которые из них, особенно те, что попали в рабство за долги, воспринимали всё это, чуть ли, не как счастливую возможность.

Впрочем, от их речей, самой Асми стало только хуже. Она вспомнила утренний разговор её хозяина, господина Журдена, со своим другом. И хоть он вёлся на родном языке лакийцев, чтобы остальные не могли понять их, но её обучили их речи, так что она помнила какую сумму могут за неё заплатить и что она никогда не сможет собрать хоть что-то близкое, для того чтобы купить себе свободу.

С другой стороны, наслушавшись разговоров рабов, Асми не могла понять, зачем к ним приставили охранников. Но, видимо, такова очередная традиция, решила она. Молодая рабыня уже уяснила, что в этом городе к традициям относились с особым трепетом. Все зазывалы, торговцы и многие рабы, обязательно носили туники, что сильно контрастировало с покупателями, одетыми по последней моде в колеты и дублеты, иногда с накинутыми на плечи короткими лёгкими плащами, а если встречались дамы, то все были в широких платьях самых различных расцветок и фасонов. Впрочем, несколько раз среди посетителей попадались и важные мужчины в тогах.

Ещё через некоторое время, Асми стала подмечать, что многие из пришедших на невольничий рынок, как будто и не собирались покупать себе здесь никого из рабов. Сначала это наблюдение её показалось странным, но припомнив утренний разговор господина Журдена со своим приятелем, она поняла, что всё это для собравшихся не частое событие, что-то, что происходит раз в год, повод собраться и покрасоваться перед остальными. Она вдруг вспомнила, как отец однажды взял её с собой на большую ярмарку в городе, после сбора урожая, земледельцы, отвозили излишки на продажу. И точно также там все одевались, конечно в меру своего достатка, понаряднее и точно так же всё это превращалось в продолжительное гуляние. Так вот, такой же ярмаркой было и то, что Асми видела перед собой, только для самых знатных господ и здесь продавали рабов, а не зерно и мёд.

Глава 4 Полуденный зной

После того, как все формальности были улажены, Журден снова начал проявлять свою натуру, не важного дворянина, каким он пытался казаться с утра, а пронырливого торговца, каким он являлся большую часть жизни, поэтому снова начал обхаживать сенатора.

– И, конечно же, господин Пелинор, от меня, скромного и верного гражданина Империи, в подарок к это рабыне, совершенно бесплатно, прилагается и эта туника из тончайшего шёлка, которая не скрывает, а только подчеркивает...

– Конечно, ведь на то золото, что я за неё заплатил, ты теперь можешь купить целый корабль, доверху гружёный танаисским шёлком высшего качества. – Перебил, с присущей ему лукавой усмешкой, Пелинор Журдена.

– Ах, господин сенатор, вы немного преувеличиваете. – Ответил с неловкой улыбкой Журден.

– Самую малость. – Поставил точку в беседе Пелинор. Он уже собирался направится к выходу, когда, будто вспомнив что-то, обернулся – Да, Журден, это уже просьба. Прикажи слуге разыскать мальчика-посыльного и отправить ко мне, я буду отдыхать в одном из больших шатров. Хорошего дня.

– Всенепременно господин сенатор. И хорошего дня Вам.

– Рабыня, идём.

– Слушаюсь, господин сенатор.

Поклонившись напоследок Журдену, Асми последовала за своим новым хозяином, который, как и говорил, направился прямиком к большим шатрам.

–- Кстати, как тебя зовут? – Спросил Пелинор на ходу, не оборачиваясь.

– Асми, господин сенатор. – Она была рада любой возможности избежать этого пугающего пронзительного взгляда, хотя понимала, что это и ненадолго. А о том, что будет потом, когда они останутся вдвоём, она и помыслить боялась.

– Перестань постоянно называть меня сенатором, я без этого помню о своей должности.

– Как прикажете, господин... господин.

Когда Пелинор, в сопровождении своей новой рабыни, добрался до места, где знать пережидала полуденный зной, снова зазвучали многочисленные поздравления и похвалы утончённому вкусу благородного сенатора. Асми про себя отметила, что многие из господ, в этот момент напоминали лебезившего перед её новым хозяином Журдена.

– Благодарю, благодарю вас господа. – Пелинор пробирался через всё новых дворян, желавших засвидетельствовать свой почтение важному государственному лицу. – Не смею вас отвлекать господа, набирайтесь сил перед торгами.

В конце концов, пробившись через многочисленных доброжелателей, Пелинор направился прямиком к дворянину, одиноко сидящему за небольшим круглым столиком в отдалении от всех остальных.

– Сенатор Пелинор, поздравляю Вас. Как всегда, Вы продемонстрировали отменный вкус. – Говоривший был человеком среднего роста и телосложения, около тридцати лет, с довольно простоватыми чертами лица, свойственными скорее крестьянину, чем дворянину, коротающему время среди самых знатных господ Империи. Выражение лица он имел глуповатое и постоянно улыбался.

– Благодарю, господин Морван. Впрочем, как я знаю, мало что может сравниться с Вашими, поистине удивительными, познаниями в лошадях. Вы и в этом году думаете выставлять своего жеребца на скачках?

-– Привет, Адэр – Сказал дворянин на тон ниже, внезапно изменившимся голосом. Но больше Асми поразили перемены в его лице, взгляд стал сосредоточенным и острым, стало понятно, что всегдашнее его глуповатое выражение лица – маска для окружающих.

– Привет, Жак – Внезапно, хозяин и дворянин, хоть и быстро, но крепко пожали друг другу руки, как знала Асми, среди знати жест этот считался совершенно неприемлемым.

– Адэр, ты опоздал...

– Конечно же, господин Морван, как я могу Вам отказать? Что может быть лучше двух-трёх стаканчиков сангрии в полуденный зной? – Внезапно перебил собеседника Пелинор. Оглядевшись и на мгновение задержав взгляд на Асми, тот снова расплылся в глуповатой улыбке.

– Сентор Пелинор, позвольте у Вас спросить совета, относительно одного предприятия.

– Я буду рад Вам помочь всем, чем только смогу, но такие разговоры лучше не вести на пустой желудок. Не знаю, читали ли вы последние работы уважаемого профессора Флавиуса, но тот утверждает, что еда способствует выработке мозгового вещества. Асми, вот тебе первое поручение. Там в центре стоят столы с угощениями, рядом должны быть большие люда, возьмешь одно такое и принесёшь в нём для нас с господином Морваном закусок.

– Слушаюсь, господин. – ответила Асми и замяласью – Господин... но... позвольте...

– В чём дело?

– Я ещё не знаю, что Вы предпочитаете, и я боюсь...

– Не важно, главное тщательнее выбери что приглянётся. – Отмахнулся от неё хозяин. Асми поняла, что её господин и его знакомый хотели обсудить нечто, что не предназначалось для её ушей. Впрочем, она была только рада любой возможности как можно меньше находиться в компании своего хозяина.

– Так в чём дело?

– Не хотел привлекать внимания.

– Так это, по-твоему, "не привлекать внимания"?!

– Жак, давай к делу, у нас не так много времени.

– Я даже знаю кто тому виной.

– Жак...

– Ладно-ладно. Я поговорил с представителем торговой компании Джованни и он...

Продолжения рассказа господина Морвана Асми уже не расслышала, поскольку отошла слишком далеко. Видимо, её хозяин, помимо своего поста в сенате, ещё и имел какие-то дела с негоциантами Империи и очень дорожил своими деловыми тайнами.

Между тем, у молодой рабыни возникли свои немалые трудности. Во-первых, хоть и её обучили тому, как прислуживать своему господину, но она не представляла, что из всего разнообразия яств может ему понравиться, так она ещё и никогда в жизни не видела таких угощений, что только усилило её растерянность. Во-вторых, даже если бы она и знала что именно перед ней, выглядело всё это слишком вкусно, а она, не смотря ни на что, всё ещё была молодой девушкой, которая ничего не ела со вчерашнего дня. От аппетитного вида еды и множества самых разнообразных ароматов, желудок начал предательски напоминать о себе, рот наполнился слюной, а голова снова немного закружилась.

Глава 5 Впервые на вилле Пелинора

Пришла в себя Асми уже в незнакомом месте. Она лежала на мраморной скамье, рядом рос кипарис, а над ней склонился сухощавый низенький человек, с залысиной и усами, которые заметно тронула седина.

– Вот так, вот так милочка, аккуратнее, не делайте резких движений. Теперь садитесь. Голова всё ещё кружиться? Видите, господин Пелинор, ничего страшного, обычная нюхательная соль помогла. Сегодня был довольно жаркий день, а в карете, должно быть, совсем душно. Aegroto dum anuma est spes esse dicitur. – Произнёс незнакомый мужчина успокаивающим тоном.

Асми приходила в себя, оглянувшись по сторонам, она поняла, что лежит на скамье в среди кипарисов, посаженных перед величественно выглядящей виллой. Невысокой мужчина, стоявший около неё, скорее всего был лекарем. А чуть дальше стояло ещё несколько человек, окружая скамью. Помимо господина Пелинора и его слуги Симона, рядом были и две девушки. Одна из них, довольно высокая, для женщины, рабыня в тунике, смуглая, грациозная, но сильная, несмотря на явную женственность, что-то было в её фигуре мальчишеское, как у юношей-атлетов, тёмные волосы были собраны в косу, на лице играла постоянная лукавая улыбка. Второй была миловидная чуть слегка полноватая невысокая рыжая служанка, в просторной юбке, рубашке, переднике и чепчике, всё в неярких, мягких тонах, на её веснушчатом лице читалась неподдельная обеспокоенность и даже лёгкий испуг.

– Благодарю Вас, Ломбарди. Не знаю что бы я делал без Вас. – Обратился господин Пелинор к лекарю.

– Известно что, сами вправляли бы всем в имении вывихи и лечили ушибы.

– Господин, вы опять решили выбросить состояние на на ветер. – Симон, как всегда, удивительным образом сочетал уважительный тон, вместе с этим подтрунивая над свои господином. – Я не знаю как проверять рабынь для удовольствия, но вы бы ей сначала зубы хоть посмотрели. Вдруг она и в самый ответственный момент в без чувств упадёт?

– Симон, поверь мне, " самый ответственный момент" любая лишится чувств с господином Пелинором. - Томно произнесла смуглая рабыня.

– Что ж, поверю тебе на слово, Панта, лично я не имел чести удостовериться. – Согласился слуга.

– Ммм... Почему меня окружают одни острословы? - закатил глаза Пелинор

– Qualis dominus, tales servi. – Подвел черту под разговором лекарь Ломбарди.

– Да что же вы стоите? – Бросилась рыжая служанка к Асми и начала её ощупывать – Ну как ты? Давай помогу. Господин Пелинор, Вы её здесь во дворе всю ночь держать собираетесь?

– Твоя правда, Аннет. Ломбарди, прошу Вас, распоряжайтесь. – Снова обратился Пелинор к лекарю.

– Как изволите. Так, Аннет, беги и организуй нам горячую ванну и обязательно прихвати кувшинчик красного и кубок. Два кубка, для девушки тоже. Панта, помоги милочке подняться. – Распоряжался лекарь уже более собранным тоном. - Итак, аккуратнее милочка, вставайте, если что, Панта поможет.

Асми медленно, неуверенно поднималась с мраморной скамьи. Смуглая рабыня предложила ей поддержку, и Асми не хватило духу ей отказать. Лекарь и обе рабыни направились внутрь виллы, вслед за спешно убежавшей служанкой. Напоследок, удаляясь, Асми удалось расслышать немного из указаний, что господин начал давать слуге.

– Симон, слушай меня внимательно. Ты должен будешь разыскать торговца рабами Журдена, судя по имени и акценту, он лакиец. Можешь действовать любыми способами, но ты должен...

Что именно должен Симон, Асми уже не расслышала, поскольку её ввели в величественную виллу. Как и положено, сразу за входом располагался внутренний бассейн, окружённый колоннами, поднимавшимися до проёма в потолке, через который было видно вечернее небо. По бокам тянулись многочисленные проёмы, ведшие в другие части виллы. Асми провели через первое помещение с бассейном, и она оказалась в длинном и просторном атриуме, по бокам всё так же виднелись проёмы дверей. От входа в обе стороны поднимались лестницы, ведущие на галерею, вдоль которой до самого потолка тянулись колонны. Пока Асми вели через это помещение к одному из проходов, рабыня Панта весело поясняла.

– Раньше здесь был внутренний сад, но когда господин Пелинор купил виллу, то приказал переделать его в помещение для приёмов и балов. А сад, куда более большой, по новой моде разбили позади виллы

Если бы Асми часто бывала на виллах таролокийской знати, то поняла бы, что её убранство выглядит несколько необычно. Везде стояла современная резная мебель, на стенах весели картины. Если большинство знати в этом городе пытались делать вид, что она живёт как в во времена древней Империи, то эксцентричный Пелинор не стеснялся приспосабливать всё под свои нужды.

В конце концов, Асми провели в небольшую комнату, с гладкими стенами неяркого красного цвета. Посреди стояла медная ванна, притом не маленькая ванночка, как у Старой Мот, а такая, что в неё даже такой великан как Пелинор мог бы поместиться целиком. Вокруг этого очередного предмета роскоши уже хлопотала Аннет, заливая туда ведро воды из бочки, стоящей рядом.

– Господин Ломбарди, как Вы и приказали вот вино. – Аннет указала на небольшой столик, где помимо ковшиков, губок и прочего стоял кувшин и пара глиняных кубков. – Сейчас слуги с кухни принесут кастрюлю с горячей водой, так было быстрее всего.

– Благодарю, Аннет. – Лекарь подошёл к столику и щедро наполнил оба кубка. - И сколько раз тебе повторять? Никакой я не господин. Можешь звать меня... да, впрочем, зови как хочешь. – Взяв оба наполненных кубка в руки, Ломбарди направился к Асми. – Прошу милочка, пейте и никаких возражений. Не зря я говорю, что красное вино полезно для пищеварения, обращения крови, баланса жидкостей, а также укрепляет общие силы организма. Поэтому я советую выпивать по стаканчику с утра, один до обеда, обязательно за обедом, ну а вечером, после трудов праведных, добрый человек просто обязан отдыхать от печалей и горестей бренного мира, за кувшинчиком-другим полезного напитка.

Сам лекарь, судя по всему, неукоснительно следовал своим же советам. Поскольку влив в себя один кубок, уже снова наполнял его. Асми же, до этого никогда ещё не приходилось пить вино, оба её прошлых хозяина, были не из тех, кто станет поить чем-то подобным рабынь, пусть и баснословно дорогих. Взяв кубок двумя руками, она поднесла его ко рту, запах был довольно сильным, но она не сказала бы,что неприятным. Когда её губы коснулись неведомого доселе для неё напитка, поначалу вкус ей показался довольно неприятным, неразбавленное вино вязало язык и нёбо, а ещё было очень терпким и отдавало какой-то затхлостью. Но постепенно язык, начиная с самого кончика, стал ощущать сладость, во рту чувствовалось множество незнакомых, но волнующих привкусов. Сама того не заметив, Асм полностью допила свой кубок и по её телу начала разливаться приятная теплота. В этот момент, она была готова согласиться со всем что говорил лекарь Ломбарди насчет этого чудодейственного напитка, а сам учёный муж казался ей мудрейшим человеком из когда-либо живших. Между тем, учёный муж уже в третий раз наполнял свой кубок и не переставал делиться с окружающими своей мудростью

Глава 6 Первая ночь

Асми стояла в спальне своего господина. Это была просторная комната, со стенами бледно-красного цвета. Главное, что бросилось в глаза - это, конечно же, огромная кровать с балдахином, всё обильно украшено ажурной резьбой, вся ткань тёмного бордового цвета. Около окна стоял небольшой столик и несколько стульев. У противоположной от кровати стены, неподалёку от дверного проёма стоял большой, богато украшенный платяной шкаф. На стенах висело несколько картин, что интересно, на всех были изображены корабли в море. Но Асми сейчас было не до живописи. Она стояла посреди комнаты, боясь открыть глаза и пошевелиться. Поскольку Панта и Аннет обильно смазали её тело ароматными маслами, то надевать тунику не стали, вместо этого служанка сбегала куда-то за плащом и накинула его на молодую рабыню. Асми и сейчас была в нём, чувствуя, что это её последняя защита перед всем остальным миром, для неё тонкий льняной плащ воспринимался как доспех. Но она знала, что это только самообман и ничто не спасёт её от того, что сейчас должно произойти. Господин Пелинор пока ещё не пришёл и девушка желала чтобы этого никогда и не произошло, но при этот молилась чтобы мучительное ожидание закончилось.

Дверь скрипнула, Асми испуганно обернулась, чтобы увидеть, как в комнату входит её господин, притом уже в одних только штанах и рубашке, его чёрные волосы были мокрыми, видимо он тоже где-то освежился.

– Ра... Асми, почему ты стоишь? Я не запрещал тебе ложиться на кровать, располагайся, там гораздо удобнее. – Пелинор пытался быть относительно вежливым со своей собственностью, но как раз туда Асми и не спешила.

Но ослушаться приказа, пусть и отданного в мягкой форме, она не могла, поэтому на негнущихся ногах направилась к большой кровати. Сев на самый край, она опустила голову, чтобы ни в коем случае не встретиться с тем страшным взглядом этого человека. Пока она сидела в такой позе, то слышала шуршание одежды, впрочем, довольно быстро оно прекратилось. Асми почувствовала, как сильные руки деликатно, но настойчиво снимают с неё плащ, теперь она осталась совершенно нагой.

– Ложись. – Повелевающе произнёс хозяин.

Не говоря ни слова, Асми продвинулась спиной назад и легла. Она понимала, что сейчас должна смотреть на своего господина, но заставить себя не могла, дрожь побежал по её телу. Северянка попыталась представить, что она не здесь, она лежит не на простыне из нежнейшего шёлка, который сейчас чувствовался как острейшие камни, Асми всё ещё в своей родной деревне и сейчас лежит на мягкой траве, это не тёплые руки господина Пелинора скользят по её коже, а лучи летнего солнца. И вообще ничего плохого не случилось, да и никогда не случится. Она всегда...

И тут пришли ощущения, которые она не могла игнорировать, как бы не пыталась, Было очень больно, а огромный господин Пелинор нависал над ней, казалось, он заполонил всё пространство в мире, притом как снаружи, так и внутри Асми. Но посмотреть ему в лицо, она так и не решалась, её не только было страшно, но ещё и слёзы затуманили её взгляд, она изо всех сил сдерживалась, чтобы не заплакать. В какой-то момент её взгляд упал на картину, на ней был изображён одинокий корабль, среди бескрайнего моря. Молодая рабыня всё ещё не могла различить многого из-за слёз, стоящих в глазах, да и при свете немногочисленных свечей трудно было что-то хорошо разглядеть. Однако, она понимала, он был так мал, а небо и море казались слишком бескрайними, по сравнению с ним, ветра и коварная вода могли потопить его в любой момент.

Через некоторое время всё просто закончилось, но зудящая боль всё ещё осталась. Господин Пелинор, ничего не сказав, лёг рядом с Асми. Бросив на него вскользь взгляд, та заметила, что выглядел он довольно мрачно. Асми испугалась ещё сильнее, она не знала что должна делать, но, казалось, что она сделала что-то не так.

– Господин, Вы позволите мне идти? – Спросила с надеждой рабыня.

– Идти? Куда? Ты должна согревать мою кровать и будешь спать здесь. – Произнёс Пелинор довольно холодно.

Асми готова была было оказаться где угодно, она бы с удовольствием променяла кровать с шёлковыми простынями на лежанку из соломы, на которой спала совсем недавно, но ослушаться она, конечно же, не могла. Внезапно Пелинор два раза громко хлопнул в ладоши.

– Панта, хватит стоять там без дела и подслушивать, сбегай за вином и Аннет, а затем смените простынь.

Через некоторое время в спальню вошли служанка и рабыня. Панта несла перед собой поднос, на котором стоял кувшин, стеклянный бокал и гроздь бордового винограда, видимо для украшения. Шедшая следом Аннет, с трудом удерживала перед собой стопку тканей такого же бордового цвета. Видимо, рабыня уже всё рассказала своей подруге по дороге, поскольку та смотрела на Асми с сочувствием и, даже немного неловко, как будто это она была причиной того, что произошло с новой рабыней. Пока прислуга заново застилала кровать, Пелинор, обернувшись в шёлковое бордовое покрывало, как поняла Асми чтобы не смущать Аннет, сам себе наливал вино, поставленное Пантой на столик.

Но взгляд Асми больше всего привлекала гроздь винограда, лежащая на блюде. Даже несмотря на всё что с ней сегодня произошло, она всё ещё оставалась молодой девушкой, которая за весь день выпила только стакан воды и кубок вина. Она уже забыла о том, что стоит совершенно нагая, среди малознакомых ей людей, о том, что только что с ней произошло, о страшном Пелиноре. Все её мысли занимал голод и вид одной грозди, манившей к себе. На ягодках ещё оставались капли воды, соблазнительно поблескивающие в свете свечей, Асми казалось, что возьми она хотя бы одну-две виноградинки, ощути она упругость оболочки, сладость и сочность мякоти, то ни о чём и никогда больше не смела бы и мечтать в жизни.

Между тем, Пелинор, осушив бокал, обратил внимание на её заворожённый взгляд.

– Асми, ты голода?

– Никак нет, господин, простите, я не должна была...

– Рабыня, я напоминаю тебе, что ты не должна обманывать своего господина.

Глава 7 Утро на вилле

Проснулась Асми, как это зачастую и бывало, хватая ртом воздух и чувствуя всё тот же запах гари. Первое время, приходя в себя, она не могла понять где находится, пока не вспомнила всё что вчера произошло. Несмотря на то, что лежала рабыня на шёлковой простыне, чувствовала она себя хуже, чем обычно. Во рту стоял неприятный привкус, а в висках пульсировала боль, да и вообще, вся тело плохо слушалось. К тому же со двора доносился этот раздражающий звук, как будто кто-то решил с утра устроить побольше шума. Закутавшись в, уже ставший ей привычным, лёгкий льняной плащ, Асми с трудом подошла к открытому окну. Выглянув наружу, она увидела, что солнце встало уже достаточно высоко. Спальня господина Пелинора располагалась в левом крыле виллы и окна в ней выходили на юг. Само владение сенатора стояло у вплотную к восточной окраине Нового Города, там где начиналась одна из основных дорог. Поскольку сама вилла располагалась чуть к северу от мощёного тракта, то сейчас Асми могла видеть из окна немного величественных зданий современной постройки, по другу сторону от дороги -- поля и виноградники, уходящие за горизонт и среди которых постоянно попадались дома, небольшие имения и пара мельниц, ну и конечно, под самими окнами раскинулись обширные сады господина Пелинора, с беседками, прудами и античными бассейнами.

И среди садов, на небольшой замощенной площадке, сейчас находился и сам хозяин всего этого великолепия, к тому же был там не один. Адэр Пелинор и незнакомый жилистый мужчина, оба в очень плотных защитных дублетах, упражнялись в фехтовании на тренировочных рапирах, с не заточенными лезвиями и плотно обтянутыми кожей там, где должно быть острие. Противник Пелинора, хоть был ниже и не так могуч в плечах, всё же явно не уступал тому в тренировочном бою. Оба периодически совершали выпады, рипосты, и обманные финты, то один то другой, на мгновение начинал теснить противника, но в целом, не ощущалось что кто-то из них явно сильнее или умелее. Но при этом, наблюдая, Асми заметила, что если движения незнакомого мужчины были плавными, грациозными и даже, если можно так сказать, изящными, то вот то, как двигался её господин, казалось девушке немного грубым. Пелинор то был сдержан и скуп на движения, как будто выжидая момента, то вдруг переходил на лихие и размашистые выпады.

В один момент, противник начал теснить Пелинора, сделав три ложных выпада: в бедро, плечо и руку. Затем чуть отведя руку с рапирой на себя, он резко выбросил её вперёд, вытянувшись сам, явно целя её господину в правую часть груди. Пелинор резко откинулся влево, потеряв равновесие и чуть не упав, но значительно увеличив дистанцию. Когда противник, захотел, не теряя преимущества, воспользоваться неловкостью сенатора, тот, внезапно сам ринулся вперёд с диким варварским криком и нанёс простой, размашистый, но резкий удар от плеча. Незнакомец попытался его парировать, теперь сам потерял равновесие и отшатнулся назад. Пелинор примирительно поднял руку.

– Господин Грасси, – сказал он тяжело дыша – может перерыв?

– Согласен, господин Плинор. – Также, с трудом, из-за того что жадно вдыхал воздух, ответил партнёр по упражнениям сенатора. – Последний выпад, был довольно неожиданный.

– Потом. Симон, воды! – с трудом крикнул хриплым голосом Пелинор.

Подошёл стоявший неподалёку Симон с двумя наполненными кувшинами. Некоторое время фехтовальщики жадно пили, а затем, уже более в привычной манере продолжили разговор.

– Как Вы и учили, господин Грасси, я просто воспользовался собственными преимуществами. Ещё мой покойный отец, от которого, подозреваю, сейчас страдают даже демоны Нижнего Мира, говорил мне, что раз я пошёл силой в него, то "руби всякую каналью от плеча до кишок – вот и вся наука". Занятный был человек. – Проговорил Пелинор, вернувшись к своему чуть ироничному тону.

– Действительно. Однако, замечу, приём этот довольно рискованный, да и сработать может только единожды.

– Господин Грасси, для обычного человека и бывает достаточно одного раза. Ну а если, не приведи Митра, мне доведётся повстречаться с подобным, повторно я уже прибегну не к оружию, а к помощи служителей церкви. – Расстёгивая плотный дублет, ответил Пелинор

– Ха-ха, ваша правда, сенатор. – Рассмеялся, также начавший разоблачаться Грасси.

– Тем не менее, если мне не изменяет память, счёт 6-7, не в мою пользу, всё верно? – Спросил Пелинор, сбросивший дублет и оставшийся в мокрой от пота рубашке

– Всё верно. Замечу, что вы один из немногих учеников, которые, почти, могут сравняться со мной.

– Ничего-ничего, ещё несколько занятий и, может быть, я догоню Вас. В любом случае, лучше проигрывать кому-то сильному, чем постоянно побеждать Симона. Не желаете освежиться у воды?

В этот момент в спальню вошла Панта и Асми отвлеклась на неё от происходящего в саду.

– Доброе утро. Что там? – Панта подошла к окну и по-дружески приобняла Асми. – Ах, господин Грасси! Как всегда грациозен как дикий кот. Как думаешь, он не только с рапирой так умело управляется?

– Панта, прости что я вчера, вот так вот. И тебе пришлось... – Смущённо проговорила Асми.

– Пришлось? – Рассмеялась смуглая рабыня. – Да кому пришлось? Я тебя благодарить должна за вчерашнее. Да и ты, смотрю, времени не теряешь, только перебрались в столицу, а уже предалась порокам пьянства и разврата.

– Да я же... это всё... – Густо покраснела Асми, не найдя что сказать.

– Ох хватит уже тебе такой быть. – Заливалась смехом Панта. – С тобой и не пошутишь толком. Ладно, на сегодня у нас много дел. Но сначала, тебе надо умыться, прийти в себя и придумать, что тебе носить, не будешь же ты вечно в это заворачиваться, а в твоей прежней тунике на тебя вся мужская часть виллы будет глазеть, а может и некоторая женская. Кстати, может дашь, как-нибудь, поносить?

Панта, сначала вывела Асми во двор и помогла ей умыться ледяной водой из колодца, а потом провела в комнаты для прислуги, где подобрала ей простенькую льняную тунику.