Золушка и (не) свободный Эльф

Глава 1

Я шла по тёмному коридору, озираясь и вздрагивая от лязга цепей, тревожимых сквозняком. Причудливые тени на холодных каменных стенах темницы напоминали сказочных тварей. Под ногами периодически пробегали крысы, и чтобы не закричать от страха и отвращения, мне приходилось зажимать рот ладонью.

Здесь было довольно влажно, туфли и подол платья быстро намокли, ведь то и дело в полутьме я наступала в небольшие лужицы. Со стен монотонно капало, а путь нам освещал одинокий, пляшущий разноцветными огнями магический фонарь.

– Не знала, что у нас есть темница, – шепнула мачехе, ведущей меня за собой.

Её дородная фигура была единственным маяком на моём пути.

– Ты ещё многого не знаешь, наивное дитя, – ехидно хмыкнула она.

Вчера мне исполнилось восемнадцать, но радости от этого я совсем не испытывала. Наоборот, чувствовала себя опустошённой. Батюшка погиб месяц назад, и я только сменила траурный чёрный наряд на привычное домашнее платье. Мачехе с сёстрами было на меня плевать, а смерти отца они кажется даже обрадовались. Теперь мачеха здесь полноправная хозяйка.

– Зачем мы здесь?

Она обещала поручить мне работу, нахлебников в этом доме не терпят, а поскольку шансы выдать меня замуж и получить достойное приданое ничтожно малы, участь моя видится довольно печальной. До конца своих дней я останусь прислугой в собственном доме.

Но я давно смирилась, больше не проклинала судьбу, почти перестала плакать по ночам из-за обезображенного лица. В конце концов, у меня есть мягкая постель, крыша над головой, тёплая похлёбка и какие-никакие родственники. Семья. Мне стоит быть благодарной.

– Я должна здесь прибраться?

У меня хорошо получалось убираться. Бытовая магия была мне не подвластна, зато я любила алхимию, и сама составляла эликсиры, способные вывести любое пятно. Правда приходилось оттирать его вручную.

Причину нашей внезапной вечерней прогулки по душным казематам мачеха так и не объяснила. Не посадит же она меня под замок. Хотя полчища местных пауков наводили на меня не меньший ужас, чем неволя. А количество грязи и паутины по углам сулили немало тяжёлой работы.

– Синдер, мы пришли, – промолвила наконец мачеха, а я уж было решила, что она язык проглотила.

Она остановилась у прутьев одной из запертых клеток, повыше поднимая фонарь в дряблой руке.

Даже свет магического пламени не доставал до дальней стены, отчего клетка казалось пустой. Но видимость порою бывает обманчива. Мой слабый дар подсказывал, что, несмотря на полнейшую тишину, там кто-то есть.

– Выходи, – пропела елейным голоском новая хозяйка поместья. – Ну же, пёсик, мы не кусаемся.

Её лицо в свете магического огня неприятно исказилось надменностью, своевластием и чем-то ещё, что раньше я видела только на лицах мужчин, тискающих прислугу по углам. Кажется, это называлось похотью.

– Подойди поближе, посмотри на своего подопечного, – подтолкнула она меня в спину навстречу пленнику.

Нутро буквально кричало «нет, там опасность!», но, проявив слабость перед этой женщиной хоть раз, я навсегда попаду в немилость. Батюшки больше нет, теперь некому меня защитить.

Я шагнула вперёд, набрав в лёгкие побольше затхлого воздуха. На языке ощущался привкус ржавого металла.

Как вообще в таких условиях можно содержать животное? Здесь любой в миг заболеет и подохнет от чахотки. Сощурилась, пыталась разглядеть беднягу, и ужаснулась.

Пронзительный душераздирающий визг поднялся из груди и вырвался наружу, когда прямо передо мной возникло мужское лицо.

Длинные грязные спутанные волосы, черты некогда красивого мужественного лица искажены яростью, кожа покрыта слоем грязи вперемешку с запёкшейся кровью.

– Это же человек, а не собака! – запричитала я, попятившись.

Я-то думала, мне доверят уход за животными, возможно злыми охотничьим псами, а тут человек!

– Не собака, верно. Но и не человек, – рассмеялась мачеха грудным басом. – Присмотрись получше.

Раньше я никогда не видела мужчин так близко, поэтому не сразу заметила длинные ушные раковины, торчащие из клочьев спутавшихся волос. Длинных белоснежных локонов, обманчиво казавшихся сейчас серыми из-за налипшей грязи. Эльф!

Дыхание вмиг перехватило, сердце заметалось в груди раненой птицей. Откуда он здесь? Эльфы – злейшие враги империи! Неужели его поймали в наших некогда безопасных землях?

Участь эльфов в нашей империи незавидна, они сюда не суются. Можешь сражаться – гладиатор на арене. Красив собой (а они почти все божественно прекрасны) – постельный раб для господских утех.

– Отличный боец, будет биться на арене и принесёт нам много денег! – пояснила леди Олейна с воодушевлением. – А как выдохнется, продадим в бордель. Если, конечно, свою смазливую рожу не попортит в сражениях.

Её лицо светилось гордостью, экий она бизнес-план придумала.

А Эльф в ответ зарычал и клацнул зубами, словно бешеный пёс. Костяшки пальцев его рук, впившихся в прутья решётки, побелели. Кажется, он пытался погнуть металл голыми руками. И если бы железо не было зачаровано, ему определённо это удалось бы. Он неимоверно силён! Под кожей сильных рук перекатывались бугры мышц, очерченные дорожками выступающих вен. Он выглядит как идеальная машина для убийств с предательски обманчивой ангельской внешностью.