Звезда песчаного эмира

Глава 1.

Глава 1.
- На работе сегодня наверно задержусь, - говорит Миша, застëгивая пуговицы на манжетах рубашки. - Куча мелких недоделок за неделю накопилась, и сегодня все будут стараться всё вычистить. У людей пятница, да? Ась, ты хоть помнишь какой сегодня день?
- Конечно, помню, Медвежонок, сегодня пятница, - говорю, не отвлекаясь от экрана планшета, а про себя ликую.
- Понятно. В любом случае, я буду дома раньше тебя. Что будешь на ужин? Пюре с рыбой или рис с гуляшом? - уточняет у меня Миша, после тяжёлого вздоха.
- Всё, что ты приготовишь, - отвечаю я, меняя на макете придомного парка дизайн дорожек.
- Мне иногда кажется, что для того чтобы провести с тобой время, мне нужно купить дачу и заказать у вас какой-нибудь сад-парк-огород-пруд или что вы там делаете? - злости в голосе Миши нет, он не упрекает.

Да я и сама хотела бы проводить с ним больше времени. Но...
После школы я с блеском окончила институт, получила диплом юриста и не знала, что делать дальше. Отца никогда не было, мама вышла замуж, когда я была на втором курсе. Она работала переводчиком в посольстве Испании, а Филипп, её муж, был каким-то там пятым секретарём у восьмого зама третьего помощника посла. В общем, мама уже восемь лет жила в Испании, здесь не показывалась, ограничив своё родительское участие звонком раз в год, чтобы поздравить с днём рождения.
Именно она буквально запихнула меня через каких-то знакомых в институт, квартиру, в которой я жила, она переписала на меня, оплачивала учёбу и переводила деньги на жизнь. Пока я училась. Предупредив, что этот перевод последний, а я девочка уже взрослая, мама пообещала позвонить тринадцатого мая.

Эту дату я не любила. Мало того, что всё детство слушала, что в мае родилась всю жизнь маяться, так ещё и с числом угадала. Однажды я нашла календарь с годом своего рождения, и даже не особо удивилась, что в тот раз это была пятница.
- Слушай, ну такой набор! Только кота для полного комплекта и не хватает, - смеялась Аня, лучшая подруга с самого детства.
- Если только в другой жизни, и в другом мире! - фыркала я. - Даже не представляю условий, при которых я соглашусь на это животное рядом. Ты же знаешь, я не люблю всех этих кошечек, собачек...
- Я в курсе, - усмехалась Аня, кивая в сторону Михаила. – Так-то одинокая старость тебе не грозит.
Потыкавшись со своим дипломом по всяким объявлениям, и нигде не устроившись, я поняла, дело уже труба. Жить на что-то надо, за квартиру платить тоже... Поэтому я заявилась в наш департамент озеленения. Рядом с дверью моего подъезда висело их объявление о поиске сотрудника. Я посчитала, что пятидневная рабочая неделя, со вторника по субботу, вполне позволит мне искать работу, а пусть и невеликая, но зато реальная зарплата, избавит меня от головной боли с вечным поиском денег.
Работа особого навыка не требовала, всему обучали на сразу в процессе. Разбивка клумб, стрижка кустов и деревьев в парках города и возле административных зданий, иногда по договору приводили в порядок территории ТСЖ.

Я и сама не заметила, как оказалось, что работу я таким образом ищу уже пару лет, а на последнем собеседовании была и сама не помню когда.
Мне нравилось то, чем я занималась. Я улыбалась, наблюдая как постепенно появляются законченные очертания клумб, как смешиваются окраски цветов на переходах. Я любила свою работу.

Очень скоро в моей квартире поселились справочники по парковому садоводству, цветочные энциклопедии и учебники по почвоведению. А ещё я стала завсегдатаем форумов дачниц. Этим женщинам иногда в голову приходили совершенно потрясающие идеи, а ещё они охотно делились опытом и подсказывали. Причём абсолютно всё, от того, где лучше купить какие саженцы или луковицы, до того, какое растение, где любит больше расти, в тени или на солнце.
- Ася, - остановились два года назад рядом со мной изящные остроносые туфли на шпильке. - Я пришла лишать тебя этой работы.
- Бесполезно, Аня. Эту работу я люблю. - Ответила я.
- Как можно что-то любить за такие деньги? - кривила губы Аня, которая всё пыталась "пристроить меня, если не в хорошие руки, то хотя бы на приличную работу". - Ась, а давай ты будешь любить эту работу, но за очень хорошие деньги? Ну?
- Чего ты от меня хочешь, Анют? - я решила отвлечься от работы и наливала горячего чая из термоса в походную кружку.
- О! Звёздочка моя, я хочу сделать из тебя продажную женщину! - засверкала белозубой улыбкой подруга. - Знаешь, я опять осталась за бортом. Да и зависеть от мужчины, когда тебе почти тридцать... Ну, такое! Но у меня есть приличная сумма и много-много знакомств. А ещё, я очень часто слышала жалобы, что хорошего ландшафтного дизайнера найти очень сложно. Да и те штампуют одно и то же. И я подумала, а что если мы с тобой организуем бизнес?
- Во-первых, я и бизнес, уже смешно. - Ответила я. - Во-вторых, ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу все эти прозвища и вообще своё имя. Ты хочешь испортить мне настроение?
Начиная класса с пятого, я всем представлялась Асей, и со временем, даже давно знающие меня люди удивлялись, когда узнавали, что в паспорте, в графе имя у меня значится Астрея. Отчество у меня было как у мамы, Владленовна. А вот фамилия... С одной стороны, мама хотела, чтобы у её дочери было особенное имя, редкое и точно ни как у всех. С другой, мама хотела посмеяться над нашей фамилией. Вот и вышло. Гагарина Астрея Владленовна.
- Скажи спасибо, что я тебе отчество своё дала, а не записала тебя какой-нибудь Мировной или Союзовной, на чëм там Гагарин летал? - ответила мне мама, когда я однажды в сердцах спросила её, о чём она только думала, когда давала мне имя.
Но Аня меня смогла уговорить. Первый год мы работали как проклятые. У неё были постоянные встречи и договора, а я старалась нас не подвести и разрывалась между кучей проектов различного масштаба. А они сыпались, как из рога изобилия. К Ане обращались "по дружбе", да, она сильно занижала расценки, как она говорила, но для нас это был единственный способ заявить о себе. Мы зарабатывали себе рекламу.
- Оооох! Надо было вместо лилии на нашей вывеске изобразить лошадь. Старую такую, на которой поле пахали! - простонала Аня.
Год и, правда, выдался тяжёлым. Но на деньги, что тогда заработала, я смогла полностью отремонтировать квартиру. А очередной сверхважный для нас заказ подарил мне знакомство с Мишей.

Глава 2.

Глава 2.
Ровно год назад, я и Аня поехали в небольшой санаторий недалеко от города. Старый, ещё ранней советской постройки, санаторий выкупили и перестроили, превратив в современное и очень быстро набирающее популярность место.
- Такое объёмное, светлое и воздушное! - удивлялась я. - Даже сложно предположить, что это здание построили почти сто лет назад.
- Потому и кажется таким, - улыбнулась мне управляющая базой отдыха. - Основу здания при перестройке не тронули. Стены в четыре кирпича, потолки три с лишним метра, широкие арки проходов и лестничные марши. Кстати, с "царскими ступенями", высота которых ровно двадцать сантиметров. Где такое сейчас найдëшь? А вот фасад и кровлю перебрали полностью, благо крепкие несущие стены, не уступающие уличным по ширине, позволили развернуться фантазии архитекторов и дизайнеров. Впрочем, во многом, эта фантазия ограничилась расширением оконных проёмов и установкой панорамных окон.
Каким-то чудом Аня умудрилась ухватить заказ от новых владельцев этого места, и нам предстояло полностью переделать парк, избавив его от следов строительства и прежнего запустения. Для составления проекта нам предложили остаться на пару дней, и я согласилась.
- Ась, ну ты чего? Ты не можешь провести здесь свой день рождения, да ещё и за работой. Может, всё-таки со мной? - до конца настаивала Аня.
- День рождения я не отмечаю, маме всё равно куда звонить, а я в прекрасном месте, при отличной погоде занимаюсь любимым делом. По-моему, всё лучше, чем я сама могла бы придумать. - Успокаивала её я.
А вечером, когда я тщательно составляла план-эскиз парка для модели, рядом присел незнакомый мне молодой мужчина.
- Я сегодня случайно услышал, что у вас день рождения, и решил, что не могу допустить, чтобы такая очаровательная девушка пропустила такой замечательный праздник, как день рождения. - Улыбался он. - Правда, отмечать его с незнакомцем тоже не самый лучший вариант, поэтому предлагаю познакомиться. Я Михаил.
- Ася и я не люблю день рождения. - Улыбнулась я в ответ.

Просто потому, что не смогла удержаться и не ответить.
- Нуууу, - протянул в ответ Михаил. - Пусть тогда это будет праздник в честь нашего знакомства.
Он переставил поближе ко мне подставку под два картонных стаканчика с чаем и пластиковую коробку с песочными корзиночками. Пока мы уничтожали сладкое, как-то само собой разговор перетëк в обсуждение изменений парка. Михаил ездил отдыхать сюда ещё с родителями и о парке знал, наверное, больше, чем местные работники. И был рад, что у старенького санатория так хорошо сложилась судьба.
- Да, многое переделано, но это несопоставимо с тем, как если бы его оставили дальше разрушаться, пока не снесли бы развалины, и здесь не появился какой-нибудь очередной торговый центр. - Пожал плечами Михаил. - Отдыхающих здесь становилось всё меньше, в позапрошлый раз я вообще отдыхал один на этаже. А ремонт здесь в последний раз делали... Я точно такого не помню. В последние годы даже столбы при входе не белили.
Я была рада этому знакомству, мы гуляли по парку целыми днями, я обсуждала с новым знакомым свои идеи. Он делился воспоминаниями, благодаря ним у меня родилась идея детского парка с волшебной тропой, пнями-домиками и небольшим ручейком с мостиком у подножья трёх дубов. Два были высокими и мощными, росли они рядом, и их ветви переплелись. А чуть впереди рос третий, сильно уступавший в размере великанам и от этого казавшийся дубом-ребëнком.
Мы пили чай после очередной прогулки, когда приехала Аня.
- Я думала, ты осталась работать, - почему-то недовольно произнесла она.
Но увидев уже готовый макет и даже список всего необходимого для посадок и переделки парка, только удивлённо приподняла бровь.

С Михаилом мы договорились встретиться уже в городе, но на то свидание я не попала. Неожиданно появился очень выгодный заказ. Но Миша понял и не обиделся, а мы просто перенесли встречу. И очень быстро сошлись настолько, что решили жить вместе.
У Михаила было своё жильё, но он переехал ко мне. Мне было так удобнее.
Познакомились мы десятого мая, и сегодня был год нашего знакомства. Именно об этом спрашивал Миша, а не про день недели. И сегодня я готовила сюрприз.

В отличие от коллег Миши, работавшего в большом турагентстве, я всю неделю работала на максимум. И сегодня мне нужно было только доехать заказать рассаду для работы на послезавтра. Аню я не предупредила, решив, что бизнес не пострадает, если я возьму полтора дня выходных.

Справившись с делами, я вернулась домой. Сегодня всё должно быть идеально. Я занялась генеральной уборкой, постелила специально приобретённый для этого дня постельный комплект, кинув взгляд на пока спрятанный комплект белья. И побежала за продуктами. Помимо коробок с теми самыми корзиночками, я накупила морепродуктов. Миша их очень любил. Ещё одна наша общая черта. Так что сегодня в меню жареный лосось, салат из морепродуктов и пицца с двойным сыром, укропом и грибами, которую должны были доставить к шести часам вечера.
Открывая дверь, я машинально отметила, что вроде закрывала на два оборота. Но захлопнуть дверь не успела. Слишком уж бросался тёмно-серый пиджак на фоне паркета цвета "янтарная сосна". И чёрные классические туфли. С острым носом и на шпильке.
Странное спокойствие накрыло меня. Я тихо отнесла пакеты на кухню и прошла в спальню.
- Это такие мелкие недоделки ты исправляешь? - спросила я, облокотившись на дверной косяк.
Аня похлопала глазами и завизжала так, словно собиралась оглушить звуковой волной.
- Я сейчас выйду, а вы оденетесь и исчезнете, как будто вас обоих в этой квартире никогда не было. - Впервые за пять лет захотелось закурить, но как назло в доме не было сигарет.

Глава 3.

Глава 3.
Я навела себе горячего чёрного чая, прихватила коробочку с пирожными и отправилась на балкон. Старательно разглядывая горизонт, я не позволяла себе прислушиваться к суетливому шебуршению в коридоре.

В своё время мне предлагали почти без потери обмен жилья. Я даже слушать не стала. Через дорогу от моего дома начинался спуск к лесопарку, что располагался на обоих берегах нашей реки. И сейчас я могла рассматривать кроны деревьев, старый особняк на холме на той стороне. Когда-то дом зажиточного купца, женившегося на обедневшей дворянке-бесприданнице да ещё и с подмоченной репутацией. Зато взявшего её фамилию и титул. Сейчас там располагался краеведческий музей.
Мама всегда смеялась, что не то они о хозяине дома рассказывают, все эти экскурсоводы. Лучше бы рассказали, как он атаманил в курганах за городом, а потом сам за свою голову награду получил и женился на собственной жене. Просто никто не знал, что жестокий и кровавый атаман Яшка Филин белым днём превращается в героя Крымской войны, состоятельного купца и честного человека Михаила Андреевича. Мама рассказывала, что её бабушка была внучкой той самой Марии Дмитриевны, которую Яшка взял женой, как свою долю добычи. А потом уже и женился, после того, как якобы защищая свой обоз с товаром, расправился с шайкой, на которую до этого три года никакой управы не было. Не просто так, за Филина, живого или мёртвого, сулили награду царским золотом. А то, что посечëнный, да пожжëнный весь, так это сопротивлялся, а не для того, чтобы не опознали.
- Ась, Ася... - уйдя в воспоминания о маминых рассказах о семье, я не заметила, что дома стало тихо, а Михаил стоит у входа на балкон. - Я понимаю всё, но я могу всё...
- Всё, что ты сейчас можешь, это собрать свои вещи и исчезнуть. Поверь, я не только из лука метко стреляю, я и чем-нибудь тяжёлым не промахнусь. - Ответила я, не поворачивая головы.
- Хорошо, понимаю. Ты сейчас не хочешь меня слушать. Я собрал основное. И уйду. Потом оставшееся заберу. Хорошо? - я только кивнула в ответ, не желая даже говорить. - Только, Ась... Я всё испортил, но у нас же есть шанс. Потому что ты не попросила вернуть ключи. Я не верю, что ты об этом забыла.
Очень скоро входная дверь закрылась. Без хлопка. А в замочной скважине провернулся ключ.
Конечно, я не забыла про ключ. И не попросила вернуть. Откуда я знаю, сколько копий уже наделано? Поэтому просто завтра вызову слесаря и поменяю замок. Странно, пока мы не узнаем, что нас обманывают, мы верим так, что не видим очевидного. Но как только тайное станет явью, начинаем подозревать во всех смертных грехах скопом.
Допив чай, я пошла на кухню. Меня ждёт ещё пара часов готовки и снова генеральная уборка. Теперь уже я убиралась не ради комфорта с любимым мужчиной, а чтобы было комфортно после его ухода. Все его вещи, вплоть до чьих-то визиток, я собрала, и, переплатив за срочность, вызвала курьера доставки на завтра.
Тщательно выбранный комплект постельного белья полетел в мусорный мешок. Долго думала, что делать с подарками Михаила. И решила, что раз он позволил себе превратить отношения в помойку, то и его подаркам самое место среди мусора.
Утром мой будильник зазвенел раньше на два часа. И хотя организм всеми силами сопротивлялся нарушению режима, у меня было сегодня много важных дел.
Первым делом я приехала в наш офис. Я и так приходила одной из первых, так как потом летела на один из объектов. Но сегодня я удивила даже охрану. Но вопросов ко мне не возникло. Даже на охране знали, что весна и лето для нас, садовников-огородников, горячий сезон.
Вот только для меня он закончился. Я написала заявление и отнесла в кабинет Анны. Её секретарша удивлённо посмотрела на меня. Было заметно, что девочка в панике и только и ждёт, чтобы начать звонить начальнице.
Потом я пришла в небольшой закуток, где едва помещался узкий стол и шкаф с нужными мне каталогами и документами. Посмотрев на всё, я вернулась к секретарше, и не спрашивая забрала у неё шредер.

На компьютере удалила все файлы и запустила обновление пк до заводских настроек, что говорится. Благо как это сделать я знала. Двумя этажами ниже жила милая старушка, у которой внук всё время терял или забывал ключи, поэтому у меня был их запасной комплект. Хороший мальчишка, работал где-то сисадмином и помогал с этой техникой всему подъезду.
- Ася! - влетела в комнатушку Анна.
- Ты изменила любимым шпилькам? - удивилась я. - Не думала, что у тебя есть спортивная обувь, и что ты способна выйти из дома без макияжа.
- Что происходит? - по мере осмотра моего так называемого кабинета её растерянность превращалась в ужас. - Это что? Все документы?
Она кинулась мимо меня к компьютеру, который сейчас даже заставку на рабочий стол установил стандартную. Ни одной моей папки, ни одного файла, ни заказа, ни сметы, ни плана. Ни осталось ничего.
- Происходит моё увольнение. Я ухожу и уношу с собой свои знания, наработки и навыки.- Пожала плечами я.
- Ася, - загородила выход собой бывшая подруга. - Ася, остановись, пожалуйста. Ты хочешь порушить налаженный и стабильно приносящий деньги бизнес из-за члена? Ты сама потом бы поняла, что твой Миша только мешал, ты не могла полноценно работать. Да ты в отпуск собиралась в июне!
- Подожди, ты что, не просто увлеклась, а специально? Чтобы ничто не мешало мне жить ради твоего бизнеса? - осенило меня.

Глава 4.

- Ася, мы с тобой с детства, с детского сада! Только поэтому я пришла к тебе, когда решила начать свой бизнес, я взяла и вытащила тебя из твоего озеленительного ЖЭКа! - вдруг начала выговаривать мне Анна. - Я взяла тебя на работу, начала платить тебе огромные деньги, я предоставила тебе полную свободу действий. Я сильно рисковала, доверяя тебе. В случае чего, я потеряла бы и деньги, и имя. А что в итоге? Стоило оставить тебя одну на пару дней в более менее приличном месте, и ты моментально повелась на первого встречного! Я поняла, что ничего хорошего в этой ситуации не светит, когда ты ещё по дороге в город из того санатория начала в заметках составлять план на ближайшую неделю, выгадывая день для встречи с этим размазнëй!
- И поэтому у нас резко появился новый проект и встреча с заказчиками именно в тот день? - вспомнила я.
- А что мне ещё было делать? - выкрикнула явно вышедшая из себя Анна. - И что, я разве ошибалась? Весь последний год ты стала заканчивать работы, чтобы прийти домой пораньше, хотя на улице было еще светло и можно было продолжать работать! Ты отказывалась от дополнительных проектов и начала ныть, что и два-три это очень много, из-за них ты мало времени проводишь с Мишей! А когда после Нового Года ты мне заявила, что этот Миша попросил тебя взять отпуск на три недели в июне, и ты вместо того, чтобы пресечь это сразу, потому что самый разгар сезона, поскакала ко мне не спрашивать, а предупредить о том, что ты бросаешь всё в самый пик... Предупредить! Серьёзно? Вот тогда я и поняла, что на годовщину он сделает тебе предложение, а потом отпуск и, не дай бог, беременность!
- А почему это "не дай бог беременность"? - осторожно, словно боясь спугнуть момент, спросила я.
- Потому что ты обрадовала бы меня, что собираешься рожать! И ты бы не на секунду не подумала бы о работе и обо мне! Всё бросила бы. А кто работать будет? Или ты думала я буду стоять и смотреть, как из-за твоих хотелок рушится мой бизнес? - сорвалась в конце на крик Анна.
- Анна, а проясни один момент. А почему твой бизнес так сильно завязан на мне? И рано или поздно я всё равно вышла бы замуж. В любом случае я хочу ребёнка, хочу быть мамой и даже без замужества всё равно ей стала бы. То есть это всё равно произошло бы. - Я убрала в сумку свою кружку с герберами. - Или всё дело в том, что когда ты вдруг оказалась выкинута из привычной жизни очередным мужиком, за счёт которых ты жила со школы, ты решила обеспечивать себя сама. Зная о желании многих успешных людей, навести порядок около своих домов, дач, офисов, ты вспомнила обо мне. Ты брала заказы, не думая, когда я буду с ними справляться. Из-за этого у нас был вечный аврал. Но я вот сейчас пытаюсь вспомнить, а кто ещё у нас работает на исполнении этих заказов, кроме меня... А ещё, чем мне помогает этот офис, твоя секретарша, да и ты сама? Как-то странно получается, что весь твой бизнес держится на мне. Что-то меня смущает...
- Ты ничего не понимаешь. Налоги, документы, закупки, - пыталась переубедить меня Анна, но как-то неуверенно.
- Хоть сейчас не ври. Я только сейчас поняла, что твой бизнес это мыльный пузырь. И он лопнет, как только за мной закроется дверь. - Решила заканчивать эти склоки я.
В этот момент зазвонил мой телефон, высвечивая на экране номер одного из прошлых заказчиков.
- Ася, добрый день! Я понимаю, что у вас наверняка завал. Но не сможете ли вы взяться за мой заказ. - Услышала я, едва ответила. - Я вам набрал только потому что вы говорили, что вам интересно иногда переключаться на особые проекты, вроде того церковного сада, что вы восстанавливали в качестве благотворительности. Я решил тоже поучаствовать в благотворительности и восстановить ко дню города парк у краеведческого музея. Я готов заплатить за срочность. Ту сумму, что я заплатил за работу на моём участке, я готов удвоить.
- А уточните, пожалуйста, о какой сумме речь? - произнесла я, выразительно посмотрев на Анну, которая только что не выхватила у меня телефон. - Понятно. Не буду скрывать, я уволилась с прежней работы, и хочу взять небольшой перерыв от работы. Так что переплачивать за срочность нет необходимости. Если вас устроит работать не с компанией, а с самозанятым специалистом, можем созвониться дня через четыре.
Выслушав заверения, что вот вообще отлично всё складывается, я попрощалась и отключила телефон. Анна смотрела на меня широко распахнутыми глазами, понимая, что теперь-то я точно в курсе всех подводных камней.
- Ася! - догнала она меня уже в коридоре. - Ну, прости, пожалуйста! Асенька! Хочешь, на колени встану, хочешь с этим Мишей жить, хорошо, я слова не скажу и близко к нему не подойду! Мы все договора вместе подписывать будем... Ась...
- Ты два года меня использовала и врала мне. Обо всём. Ты предала меня. То, что ты сделала, это предательство, как бы громко это не прозвучало. Я для тебя не подруга, а лишь способ заработка. А мне такие отношения не нужны. Вот и всё. - Спокойно поставила я одну из важных точек в моей жизни.
Дома я дождалась сначала слесаря, умудрившегося сменить замок сейфовой входной двери за каких-то полчаса и не оставил после себя и своей работы вообще никаких следов. Я честно пыталась найти хоть царапину. Но всё было идеально.
Позвонила на одну базу отдыха недалеко от города, узнала, есть ли у них свободные домики. Забронировав один из них, я сложила наготовленное вчера в контейнеры и заполнила ими термосумку. Благо охладители всегда лежали в морозилке. Вещей на три дня я брала немного. Только самое необходимое. К тому же, мне предстояло ещё забрать с собой лук и снаряжение.
Затем передала вещи Михаила вовремя приехавшему курьеру, и, дойдя до ближайшего торгового центра, взяла такси до базы отдыха.

Её я выбрала не случайно. Во-первых, размещение здесь было в отдельных деревянных домиках-срубах со всеми удобствами. Во-вторых, сама база находилась в старом сосновом бору. Но главное, для гостей здесь предлагались не только катания на лошадях, лодках, квадроциклах и прочих скоростных механизмах.

Глава 5.

Утро дня рождения началось с тупой, ноющей головной боли. Хорошо, что у меня ещё завтра было в запасе. Возвращаться в город сегодня в таком состоянии, казалось невозможным.

Я натянула на себя мягкий флисовый костюм, толстые махровые носки, навела большой бокал чая, наложила на блюдце конфет и вышла на небольшое крылечко своего домика. Здесь стоял уличный столик и плетёное кресло. Завернувшись в плед, я угнездилась и ждала, когда чай немного остынет, а обезболивающее, наконец, начнёт действовать. Давно проверенное средство не подвело и на этот раз. Я даже ополовинила свой бокал и успела оценить вкус любимых с детства конфет, когда мой телефон запел заливистой песенкой про голосок малиновки.
- Мдааа, - закатила я глаза, бросив взгляд на экран. - Кто бы сомневался.
- Дорогая, - голос мамы как всегда был полон энтузиазма. - Счастья, здоровья и так далее. С днём рождения! Какие новости за год?
Сколько лет эта фраза не меняется? Но в этот раз я почему-то решила взять, и вместо слов, что всё хорошо и особых новостей нет, вывалить всё, как есть. К моему удивлению мама слушала, не перебивая. Только иногда вставляя пару фраз.
- Да уж, - вздохнула она в конце.
- Извини, мам, - встала с кресла я. - Загрузила тебя. Всё нормально, правда. Я помню, что ты всегда мне говорила, что если у собаки появляются блохи или глисты, то хозяин собаки просто избавляется от них, а не договаривается с паразитами и не пытается найти у них совесть. Я справлюсь.
- Я знаю, - как-то совсем непривычно ответила мама. - Ты наверняка справишься. Вот только не пойму, откуда в твоей жизни столько дерьма? Ты красива, не спорь, ты похожа на меня, поэтому я точно знаю, что права. Ты тихая и спокойная, образованная, в тебе нет подлости и рассчëтливости. Ты старательна и трудолюбива, как эта ударенная на всю голову Золушка! А я всё не вижу, чтобы для тебя началась сказка!
- Может, не судьба? - пожала плечами я.
- Может, - вздохнула мама. - Звёздочка, а ты... Ну, Мишу совсем всё? Вычеркнула с концами?
- Мам, он изменял мне, с моей подругой и начальницей, в моей же квартире! Конечно всё! Окончательно и бесповоротно. Я скорее кота какого-нибудь заведу, чем приму обратно гуляющего мужика! - возмутилась я.
- Астрея, я никогда не была тебе этакой подружкой-советчицей-надзирателем. Я вообще считаю, что дети и родители не должны друг другу мешать жить. И воспитывая тебя, я больше наблюдала со стороны, чем вмешивалась. И знаешь, мне очень нравилось то, что я видела. - Такой откровенности от мамы я не помнила. - И чем больше нравилось, тем больше виноватой я себя считала. Ты ведь сейчас на базе, да?
- Я так предсказуема? - усмехнулась я.
- Странно, что ты так не любишь кошек. Сама ведëшь себя совсем по-кошачьи. - Хмыкнула на том конце мать. - Вся такая сильная и гордая, но когда получишь по ушам, бежишь зализывать обиды туда, где чувствуешь сильного и готового заступиться, как только ты позовёшь. Только ты же не позовёшь. Ты сама по себе, позволяешь себя ждать. Ты ведь на эту базу ездишь не ради тира. А потому что подозреваешь, что владелец базы, твой отец. Да я особо и не скрывала. И он подозревает. Но ты гордая, не зовёшь. Боишься, что будешь обузой, что будешь навязываться. И тебя будут лишь терпеть. И знаешь... Он тоже гордый, и тоже не зовёт, потому что боится ровно того же, что и ты. И вот эта память на обиды... Обиды, что выбрали не тебя, что не оценили преданности... Что что-то иное, оказалось важнее. Это у тебя от нас обоих. Я испугалась, Звёздочка. Я, хоть и на хорошей должности, но обычная служащая. А он... И отец у него при должности, деньгах и влиянии, и он, красивый, спортивный и на десять лет моложе. Я боялась, что скажут, что сделает его отец, что я потеряю работу, что мне потом будет не на что жить, и я буду вынуждена как моя мать, пахать на трёх работах, а потом ещё по ночам и нитки по наборам для вышивания раскладывать. Я должна была, понимаешь, должна была с ним расстаться. И он этого не простил. Моей слабости перед обстоятельствами. И появился перед всеми с невестой. Милой девочкой, одобренной родителями. Этого не простила уже я. И когда он пришёл в роддом, прогнала. Сказала, что ты не его дочь. А потом, мы оба смотрели, как ты растёшь, я рядом, а он издали, и оба мучились от того, что от наших ошибок, плохо тебе. Знаешь, ты лучше меня. Я назвала тебя Астреей, не потому что хотела соригинальничать и посмеяться над фамилией. Ты для меня, моя маленькая Звёздочка, просто была светом. И я хочу тебе пожелать никогда не повторять моей ошибки. Особенно, если у тебя будет ребёнок. Миши, Ани... Всё не важно, поняла?
- Да мам, - кивнула я, понимая, что она меня не видит.
- Ну, всё, - всхлипнула мама. - Я и так норму сентиментальности за сорок лет перевыполнила!
- Мам, тебе давно не сорок, загляни в свой паспорт, - не удержалась я от улыбки.
- Дорогая, это ты считаешь паспорт основным документом. А для меня это сборник компромата! - фыркнула на том конце мама. - Ладно, хватит на сегодня. Целую.
Отложив телефон, я откинула голову на спинку кресла. Мама была права. Я действительно была почти уверена, что владелец моей любимой базы, мой отец. В конце концов, не так уж он и изменился, чтобы не узнать парня с фотографии, что хранила моя мама. И записку в роддом. Видно не получив ответа, пришёл сам.

Может и правда подойти и прямо спросить... И что я спрошу? А не нужна ли вам дочь? Взрослая, к горшку приучена, обучение закончила, так что уроки делать не надо. И вообще, на жизнь сама себе заработаю, и квартира есть. Но ведь, если бы была нужна, за столько лет появился бы. Ну, хоть раз! Мне ведь сегодня исполняется не год, и не пять, а двадцать шесть.
Видно задумавшись, я уснула, откинув голову на спинку. От неудобной позы меня пронзило дикой болью, носом пошла кровь, но я не могла повернуть голову на бок и начала захлебываться в собственной крови. Я запаниковала, начала дёргаться, не понимая, откуда столько жидкости. Я забила руками, не понимая вообще, почему не могу сделать ни вдоха, а руки бьют по воздуху. Последним отчаянным усилием я закричала изо всех сил. И поняла, что вокруг только густая, какая-то почти осязаемая темнота. Словно я была завëрнута в мокрую ткань или вату.
- Всё, моя каири, не бойся! Теперь уже всё хорошо. - Говорил уверенный голос где-то с той стороны тьмы.
Незнакомый, с небольшой хрипотцой. Словно огромный мурлыкающий кот.
- Ненавижу кошек, - прошептала я, теряя последние капли сил, а вместе с ними и возможность держаться за реальность.

Глава 6.

Странное ощущение... Я слышу и понимаю, что говорят вокруг. Но не могу открыть глаза и осмотреться. При этом вижу. Словно стою посреди космоса, а вокруг только облака. Неестественно плотные и осязаемые, идеальный градиент от белого перламутра к розовому, фиолетовому и синему. Вот только в центре, портя всю картину, была то ли искра, то ли звезда, от которой расходились тонкие линии, как бывает на стекле машины, когда в него попадает камень.

Этот "скол" раздражал.
Стоило к нему потянуться, даже мысленно, как передо мной появлялись открытые ворота, стоящие прямо посреди пустоты и серая дорога за ними. Она меня пугала.

Я любила цветы и растения, потому что для меня, они всегда были символом жизни, её многогранности и многообразия. А эта дорога была просто до отвращения серой и безжизненной. Если бы меня попросили представить или описать пустоту, то это была бы именно эта дорога.

Я не могла понять, что происходит с моим телом. Я лежу где-то или продолжаю сидеть в кресле на террасе арендованного домика. Я старалась сконцентрироваться на желании пошевелить пальцами, но не ощущала даже этого. Зато чувствовала прикосновения, бережные, осторожные, дарящие влажную прохладу и мягкое тепло. И в эти моменты я слышала, что происходит вокруг.
Вот только легче мне не становилось. Словно я попала в какой-то психодел. Что было реальностью, а что лишь бредом, было невозможно различить.
Нежные поглаживания по волосам, едва касающиеся кожи головы кончики ногтей...
- Она красивая, такая красивая... Даже сейчас. - Голос мамы, но в нём нет привычной остроты и, казалось бы, неиссякаемой уверенности в себе.
- Очень похожа на тебя, всегда смотрел и удивлялся. - Другой голос, мужской и незнакомый, но не вызывает раздражения.
- А упрямая, как ты! - знакомо хмыкает мама.
- Если ты о том, что я напряг знакомых, чтобы пробили этого Мишу и шалавистую подружайку, то это не упрямство. - Мужчина уверен и спокоен. - Девочка спортсменка, при этом её увлечение не предусматривает падений и травм головы. Зато очень много кардио. У неё сердечно-сосудистая и кровеносная система тренированного здорового человека. Она не курит, не пьёт, не работает на вредном или опасном производстве, ни в каких гульках на всю ночь не замечена. Всё время на свежем воздухе, и судя по покупкам, даже готовит сама. Наследственности ни с твоей, ни с моей стороны такой, чтобы кто-то мучился с давлением или были проблемы с сердцем, нет. Да моему отцу семьдесят и он вон, бегает по базе бодрячком. И верхом по ипподрому.
- А бегает случайно не мимо тира, когда там тренируется Астрея? - в голосе мамы зазвучал яд.
- Не случайно. А именно тогда. - Мужской голос становится бесцветным. - Поверить не могу, что он тогда угрожал... И что ты мне наврала! Я же верил, тринадцать лет верил, что Ася не моя дочь.
- Астрея, для тебя и твоей семейки, она Астрея! - мама взбешённо шипит. - Потому что тебе, как и всей твоей семейке, со всеми вашими знакомствами и возможностями, до моей девочки, как до звезды! И не смей называть её своей дочерью!
- Милада, я женился, когда ты меня прогнала, не объяснив причины. Скажи ты тогда правду... Не знаю, как сложилось бы, но этой свадьбы бы точно не было. У меня нет других детей кроме Аси, как бы ты сейчас не горела желанием меня разорвать, но... Это не отменит факт моего отцовства. - Рискует мужчина. - Отец уже давно пожалел о прошлом. Но что мы могли сделать? Только наблюдать издали. Я ведь когда увидел её тогда... Сразу понял, что это тот комочек, который ты прижимала к груди, когда я пришёл к тебе в роддом.
- Ты услышал то, что хотел услышать. - Высокомерно ответила мама. - Если бы ты пришёл к женщине, родившей твоего ребёнка, то принёс хотя бы цветы. А не стоял бы посреди палаты, опустив голову и засунув руки в карманы спортивных штанов!
- И ты отомстила? - тихо спросил... отец.
- Нет, я окончательно всё решила. И поняла, что твой отец говорил правду, когда говорил, что,а давай я процитирую? "Парень молодой, потребности понятные, но это слишком далеко зашло. Он остынет, адреналин от того, что можно не только журнальчик листать или видик смотреть, но и присунуть, спадёт, и что? Останется с нищей и старой кобылой?". Я всё в тот момент увидела. Адреналин спал, а осталась ответственность. А моя девочка не должна была быть обузой или в тягость. Она любимая! Нежданная, да. Но любимая! - мама каждым словом, словно била наотмашь.
- Поэтому ты вышла замуж за испанца и уехала из страны, бросив дочь? - ответил отец.
- Вышла замуж? Разве? А кто-нибудь видел свидетельство о моем браке? - засмеялась мама, но радости я не услышала. - Я уехала, да. Я работала и получила гражданство. И отправляла деньги девочке. Понемногу отрывая от неё паутину своей опеки. Я душила её, я мешала ей! Ася всегда мне уступала, она делала всё так, чтобы не расстроить, не разочаровать, чтобы соответствовать. Если бы я осталась с ней рядом, я окончательно задушила бы её! Как сорняк фиалку. Мне казалось, что я не мешаю ей расти и идти по своему пути в жизни, создавать самой свою судьбу. Но я поняла, как я ошибалась, когда наблюдала за тем, как она через силу училась на первом курсе. Она бросила свой спорт, замкнулась, и словно обесцветилась... Знаешь, я не была в восторге, когда узнала, что она работает этой цветочницей в ЖЭКе. Но она ожила. Кто бы мог подумать, что у неё такой удивительный талант.
- И кто же слал тебе отчёты о том, как тут Ася живёт без твоей опеки? - усмехнулся отец.
- Соседка, её начальница, тетя Лида из третьего подъезда, - перечисляла мама, не прекращая перебирать мои волосы. Эту ласку я очень любила.
- Говоришь, от опеки избавила? - поинтересовался отец.
- Ром, а ты думаешь, я единственную дочь совсем без присмотра оставлю? - вздохнула мама.
Ну, наконец-то я услышала это имя. Я его знала, но сейчас, мама снова подтвердила, что этот мужчина мой отец. Хотелось открыть глаза, посмотреть на него. Не со стороны, а вот так, прямо в глаза. Не притворяясь, что не подозреваю о нашем родстве.
- А я вот решился... Всё ходил вокруг да около. Ну, не подойдёшь же к успешной красивой девушке со словами, что ты её отец? Не знал, думал, подозревал, сомневался. А время шло. Потом уже и отец признался. Мы случайно столкнулись, когда наблюдали, как она работает. А когда она на базу стала приезжать... - тяжёлый вздох и шаги. - Отец с ума сходит. Всё рвался поговорить, с ней, с тобой. Я не дал. Пока она маленькая была, я о ней и не думал, а если и вспоминал... Не с добрыми мыслями, Милад. Всё думал, что лучше бы её никогда не было. Не было свидетельства того, что ты мне изменила. Что я для тебя был развлечением. А потом сомневался. В результате она выросла, со всеми трудностями справилась, стала успешной, за то, чтобы именно она оформила сад, чуть ли не дерутся. И тут такой я или мой отец. Два старых пня! Я решил предложить ей работу на базе. Тут есть, где развернуться. И для себя наметил, что если согласится, то добрый знак. А позавчера разозлился, купил цветы, взял подарок и пошёл поздравить с днём рождения. Хоть раз! А она...
- Спасибо, что позвонил. - Тихо сказала мама. - Эта цепочка и есть твой подарок?
- Её телефон был на столе. У неё даже пароля нет. А твой вызов последний. - Прозвучало в ответ. - И да, это мой подарок. Увидел, и сразу о ней подумал. Подвес же в виде звезды. Пусть даже и розовой. Эта цепочка у меня уже года три лежит. Все случая ждал.
- Это розовый кварц, - сказала мама. - Ася любит этот камень. У неё и серьги, и кольцо... Бусы должны быть. И дома стояли шар, и пирамидки. Помню, я ей подарила кусок прямо породы. Необработанный совсем. Столько у ребёнка радости было.
- Она... Действительно как звезда. Она очень цельный человек, светлый... Вот скажи, могло с ней само по себе такое произойти? Ни с того, ни с сего? - вернулся отец к тому, с чего начал. - А вот эта мутная девица вполне могла подмешать что-то или нанять кого. Она же теперь даже в содержанки не вернётся. Примелькалась уже в этой роли, да и скажем так, неконкурентоспособна. Отец сразу старому приятелю позвонил. Эту Аню с этим Мишей перетрясут так, что всё исподнее на десять поколений назад вытрясут. У меня тоже есть, кого попросить.
- А смысл? Ты слышал, что говорят врачи. - В голосе мамы зазвучали слëзы.
- Лад, пусть они что хотят, говорят. У меня бабла хватит, чтоб они лет сто вокруг Аси прыгали! А не будут прыгать со всем рвением и старанием, то я взрослый мальчик, и прекрасно знаю, когда надо быть сильным и независимым, а когда просить любой помощи. Я и не задумаюсь, стоит ли обращаться к отцу. Он о многом сожалеет. А сейчас ещё и боится. Боится, что последний шанс...
- Старость сентиментальна. Хочет внимания, заботы и тепла близких. А Ася, если бы приняла нарисовавшегося деда, то любила бы искренне, всей душой. Она так умеет. - Мама, наверное, убрала руку от моей головы.
Голоса становились всё тише, превращаясь в неясный гул. Я забилась изо всех сил, закричала, срывая голос, надеясь, что услышат. Я же здесь, рядом! Не понимаю, что со мной и почему, но я слышу, всё слышу!
- Тише, каири. Что тебя так мучает? Чьи когти не пускают на тропы небесных котов? - опять этот странный мурчаще-рычащий мужской голос.
- Брысь! - в сердцах выкрикнула я.
И без разницы, услышал он там или нет. Не понимаю, что произошло, но у меня рождалась надежда, что у меня наконец-то появится семья! Настоящая, с папой и мамой, и даже с дедушкой! А тут какой-то непонятный мужик с дурацкими вопросами!

Глава 7.

- Эмир, при всём моём уважении и почтении... - неприятно лебезящий голос назойливо просачивался в мой бред.
- Оставьте своё уважение и почтение в покое, Хайле-кимса. - В мурчащем голосе исчезла вся мягкость. - Я не оскорблю свою каири мужским касанием без её согласия. К тому же, воплощённая звезда ещё даже ни разу не пришла в себя после ритуала.
- Эмир, драгоценный изумрудный песок у ступеней этого дома течёт неумолимо. И лишнего времени у вас нет. Правящая мать уже неоднократно спрашивала, закрепили ли вы свою связь с воплощённой. Лание-эмир беспокоится. - Настаивал обозванный кимсой голос. - Ваш отец и ваш дед, как и остальные эмиры прошлого, подтверждали связь едва заканчивали ритуал призыва. Вы же знаете, что на цветке Мархиды появился бутон.
- Да, знаю, иначе бы слуги небесных котов не провели бы ритуала для меня, верно? - ответил тот, кого называли эмиром. - Но вы забываете, я не мой отец, не дед и не один из эмиров прошлого. Каири это дар небес. Не зря этих девушек называют воплощёнными звёздами. И я уже всё сказал. Как только моя каири придёт в себя, вы покинете этот дом, а в присутствии моей каири я лишаю вас права голоса.
- Что? Эмир, за что такая немилость, чем я заслужил ваш гнев? - захотелось поморщиться и отодвинуться как можно дальше, настолько подскочил градус подобострастия в голосе кимсы.
- За плохую память. Вы позволили себе учить меня, что я должен делать. Даже за той гранью, что не может быть допустимой. И пытались вынудить меня поступить противным мне образом, ссылаясь на мою мать. Вот только Лание-эмир является Правящей матерью, только до рождения моего наследника. - Продолжил сеанс "театра у радиоприёмника" мурчащий эмир. - А теперь можете идти. Я позову, когда воплощённая звезда придёт в себя.
Несколько минут относительной тишины, шаркающие шаги не в счёт, позволили понять, что кто-то расчёсывает мне волосы. Осторожно, медленно разбирая пряди. С волосами у меня всегда была беда. Волосы у меня с детства были очень густыми и тяжёлыми. Но словно этого было мало, я ещё была и кучерявой. И если при сохранении длины под собственной тяжестью волосы ещё хоть немного распрямлялись и ложились крупными кольцами, то на детских фотографиях лет до семи, я выглядела как тот самый мальчишка из комедии о похищении "вождя краснокожих".

Волосы торчали во все стороны непослушными барашками. Поэтому с семи лет я волос не стригла, только подравнивала длину, и при ходьбе или работе, коса била меня по спине и по тому месту, на котором я сидела. Но этому эмиру, похоже, его занятие очень нравилось. По крайней мере, у меня появилось стойкое ощущение, что у меня на голове перебирает своими лапами настырный кот!
- Не переживай, каири, я не отступлю от своего решения. И неволить тебя не буду. - Заговорил эмир. - Ещё когда увидел тебя на алтаре в храме небесных котов, я решил, что хочу не просто связи с каири. Я хочу, чтобы это был и твой выбор. Я подожду.
Я очень хотела ответить, что это хорошо, жди дальше. Но не была уверена, что мои усилия оправдаются. Видно мужчина решил оставить меня в покое.
- Ты прекрасна, звезда, - почувствовала я лёгкое прикосновение чужих губ к своему лбу.

И бешенство от постоянного звезда, звезда, звезда...
Мир вернулся в темноту розово-сиреневых облаков и постоянно появляющимся воротам. Правда, ненадолго.
- Слышала, говорят, её отец чуть лечащего врача с лестницы не спустил за попытку объяснить, что результата лечения не будет? - видно мне делали какие-то процедуры.
- Так понятное дело. Родная кровиночка. Кто ж хочет такое принимать? Всё вон кричат, что не пила, ни курила, ничего не принимала. Работала... - вздохнула вторая. - Анализами тычут, мол, видите, мы правду говорим. Только иногда и так бывает. Здоровая, хорошая, а раз, и небо забирает. Значит, там нужнее. Девушка по разговорам сама себя обеспечивала, родителей не позорила. Вот они и не верят. Хороший же ребёнок.
- Ну, так кровоизлияние такое, что вон, глаза и те залиты. Видно давление шибануло резко. Там под черепом наверняка мозговая каша в кровавом бульоне, как ещё аппараты справляются, главный наш и сам не понимает. Ну, допустим, пролежит она так лет пять-десять, а дальше что? На что надеются? - ответила ей вторая.
- А отказаться от этой надежды не могут. Понимают, но не могут. Мать вон тайком плакала у рукомойника. А отец после скандала пошёл утешать. Тоже, поди, знает, что врач правду говорит. Но сюда оба зайдут с улыбками и уверенными. Это человеческое, логикой и разумом этого не объяснить. - Последнее, что я услышала.
Я почти вплотную подошла к появившимся как всегда воротам и серой дороге. Вот значит, что произошло. Давление, от скачка которого никто не застрахован, кровоизлияние и вовремя подключенная дорогостоящая аппаратура. Шансов и впрямь... Да и те на то, что выйду из комы и буду овощем и обузой родителям.

Нет, я такой жизни не хочу. Да и родители... Снова встретились, всё выяснили. Отцу сорок шесть, маме на десять лет больше. Но оба молодо выглядят и ещё полны сил. И могут быть вместе. Догадаются усыновить кого-нибудь или нет? Закусив нижнюю губу, как делала всегда, когда принимала непростое для себя решение, я переступила через линию ворот. Серая пыль дороги вдруг окрасилась яркой зеленью.

Я оглянулась назад. В проёме ворот, как на большом экране, я видела, как запищал какой-то аппарат рядом с медицинской кроватью, на которой лежала я, точнее моё тело. Дико, по-звериному закричавшая мама, и отец, что схватил её за плечи, то ли чтобы удержать, то ли чтобы удержаться самому.

Я видела кладбище через год, памятник в виде огромного вазона с цветами и свою фотографию, среди каменных лепестков. И видела Аню.
- Извини, Ась. Открыто прийти к тебе не могу. Меня твои тут же и прикопают. По всем законам жанра, спрячут труп на самом видном и самом логичном месте. А кто тогда будет следить за твоими любимыми лилиями? - говорит Анька, которую я бы меньше всего ожидала здесь увидеть. - Знаю, ты бы сейчас возмущалась. Мол, делаю всё не так. Но тут, что успела подглядеть, то и запомнила.
А потом Аня, в неизменных шпильках, прямо в дорогущей юбке, не обращая внимания на то, что пачкает ткань в могильной глине, уселась прямо на край могилы в ногах.
- Аська, плохо мне без тебя! Хоть волком вой. Фирму я выправила, как ты, наверное, знаешь. Заказ твой выполнила, как благотворительный. Хорошо, что я очень подробно фоткала все твои работы для портфолио фирмы. Я, кажется, на тех фотографиях, каждый лепесток в морду цветка знаю. - Вздыхает она. - Ась... Где бы ты ни была... Увидеть бы, поговорить... Жаль, что время нельзя отмотать назад. Я ведь даже не понимала, как много ты для меня значишь. Не в бизнесе. Банально, но поняла потом. Когда ничего не исправить. Но может, я заслужу хоть одну мимолётную встречу? Мне очень нужно сказать тебе, что я очень тебя люблю, Ась!
Горло перехватило от этого признания, и обида от предательства подруги забылась, словно и не было. Вот только она была права, и обратно уже ничего не вернуть.
А потом я увидела девочку, с задорными и непослушными кудряшками, с ямочками на щеках, так похожими на те, что были у мамы и у меня. И с глазами серо-синего цвета, которые как я знала, достались мне от отца. Удивительно, но она была на меня чем-то похожа. Заметили это и остолбеневшие за её спиной мои родители.
- Девочка, а... Ты откуда, где твои родители? - спросила мама, оглядываясь.
- Я? - обернулась к ним малышка лет восьми. - Из детдома. Вон там, через дорогу. Я сбежала тренера навестить, он год как умер. Вон его могила. А обратно шла и увидела фотографию. Я её видела, она тоже из лука на базе стреляла. А родителей нет. Я совсем детдомовская, не после семьи.
Говорила она на редкость не по-детски.
- Рооом, - протянула мама.
- Милад, я с этими вопросами был очень внимателен. Так что, к сожалению, нет, точно не моя. - Вздохнул отец.
- А твоему папе, скажем, что твоя. Если нам повезёт. - Решения мама всегда принимала быстро.
Видно повезло, потому что потом я увидела эту же девочку, только постарше. На берегу нашей речки, где с другой стороны был отличный вид на старую дворянскую усадьбу, а нынче краеведческий музей. Каскадом спускающиеся к реке клумбы, я оценила. И чуть не засмеялась. Я забыла про папку со своими чертежами именно для этого места. Я ведь помнила, что мама говорила, что когда-то этот дом принадлежал нашим предкам. Аня, наверное, её нашла и воплотила.
- Вон там, где сейчас элитное жильё, стояли бараки, деревянные ещё. Скрипучие, сил нет. Я там родился и вырос. А сюда бегал рыбу ловить. Иногда с матерью только ей и питались. Смотрел на тот дом и мечтал, что когда-нибудь, у меня будет такой же. Или даже больше. Эти места я люто ненавидел. Голод, драки, нищета... - рассказывал дед. - А потом начал мечтать, что приду, посижу с внучкой... Будем рыбу ловить и вон, местных кошек баловать. Только со старшей внучкой даже и не поговорил ни разу. Мир он очень справедлив. Я же ведь знал о ней, о том, что она родится, когда делал всё возможное, чтобы сын расстался с её матерью. Вот и получил по заслугам. Но видно, либо она добрая душа, либо раскаяние тоже имеет вес. Сижу вот, как в мечте. Звёздочка наша.
Старик чмокнул девочку в макушку и взъерошил волосы.
- Деда... Степан Андреевич я должна вам кое-что рассказать! - выпалила девчонка.
- О, как официально! - засмеялся дед. - Слушаю вас, Дарья Романовна.
- Я не ваша внучка. То есть не родная. Папа и мама решили так сказать, потому что боялись, что вы будете меня обижать! А я не хочу, чтобы я вас обманывала. Я и родителей, и вас люблю, но должно быть всё по-честному! - призналась Даша.
- Да я знаю. Ещё с самого начала. - Обнял её дед. - А то два слепых домашних котёнка решили обмануть старого помойного кота.
- Ну, меня тоже вроде как того котёнка с помойки принесли, - шмыгнула носом теперь уже моя сестрёнка.
- Вот видишь, нас роднит гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. - Был доволен дед.
А напоследок я увидела ипподром на базе. И совсем старого Степана Андреевича, опиравшегося на трость.
- Отец, ты с ума сошёл! Ты куда смотришь? Булат явно не тот конь, что подошёл бы к катанию детей! - спешил к нему мой отец.
- Аська! Гони Булата в стойло. Тут твоя ворчливая нянька нарисовался! - крикнул дед.
- Девяносто лет скоро, а никакой серьёзности! - стягивал из седла звонко смеющуюся внучку отец. - Дашка нам головы всем посворачивает, если у мелкой хоть один синяк найдёт. А это что? Отец!?
- Да к Кастету, то есть к Константину Георгиевичу заезжали. А он опять на охоту ездил. Вон, мать охотники пристрелили. А двоих кутят бросили. Один сдох, а этот на полпути передумал. Костя его и забрал, думал куда отдать. Вот и отдал Аське. - Протянул руку внучке дед.
- Пап, у нас женская половина кошек не любит. - Напомнил ему отец.
- Так это и не кошка. Ты что, не видишь? Это рысь. - Пожал плечами дед.
Я расхохоталась, представляя лицо мамы, когда она увидит этого котю. И была рада за них. Они под присмотром и не одни. Жаль, что я не с ними. Что не сходила на рыбалку с дедом, не порадовала правнуком или правнучкой, не видела, как переступили через многолетние ошибки родители. Но я знала, что у них это всё случилось. А меня уже тянула куда-то вперёд выбранная мной серая дорога, оживающая на глазах.

Глава 8.

Глава 8.
- Эмир? - переспросила я, оглядываясь по сторонам.
На секунду мне показалось, что я проснулась среди декораций к "Тысячи и одной ночи". Я попыталась встать, но голова закружилась.
- Эмир, - подтвердил незнакомец. - Тебе, наверное, ещё нельзя подниматься. Слабость бывает коварна. Я прикажу позвать Хайле-кимсу, он тебя осмотрит.
Незнакомец поднялся одним плавным движением и бесшумно исчез. Похоже у него не только голос от кошачьих, у него ещё и походка от пушистых нахалюг.
Пока я размышляла, в помещение зашёл очень полный мужчина в свободных одеждах. Не знаю, что я успела ему сделать, но смотрел он на меня с неприязнью в узких, заплывших глазах. Он неторопливо ополоснул руки в широкой чаше на постаменте и повернулся ко мне.

Я следила за ним с напряжённым вниманием, наверное, только поэтому успела заметить тот самый неприятно масленый взгляд, что знаком каждой женщине. Мужчина резко наклонился и сдëрнул с меня простыню, которой я была укрыта. Я шарахнулась в сторону и завизжала.
Моя постель оказалась просто толстым матрацем, лежащим на площадке, к которой вело несколько ступеней. Стараясь избежать прикосновения этого мужика и спрятаться от мерзкого и какого-то липкого взгляда, я свалилась с матраса и больно ударилась о ступени.
- Что происходит? - влетел в комнату эмир.
- Вы запретили мне разговаривать с вашей каири, эмир. Поэтому я молчал. Я сдëрнул мешавшую осмотру простыню, а она обезумела и завизжала, словно самка верблюда во время...- этот голос я узнала.
Именно он требовал, чтобы эмир подтвердил связь со мной, не смотря на моё бессознательное состояние. Проще говоря, изнасиловал. Ничем другим это действо назвать было нельзя.
- Я не намерен выслушивать ваши грязные сравнения. - Рыкнул на него эмир. - Вы, кажется, не понимаете, кто такая каири, и её значение для меня!
- Эмир, да продлят небесные коты ваши годы, я прекрасно помню, что без каири, вы никогда не получите наследника. Но я не понимаю такой реакции на обычный осмотр, - попытался выставить меня невменяемой истеричкой этот мужик.
- А какую реакцию вы ждали, когда в комнату врывается незнакомый мужик и пытается сорвать с меня единственную ткань, что меня прикрывает. - Возмутилась я, прижимая к себе отброшенную этим кимсой ткань. - Кто вы вообще такой и почему считаете, что я позволю себя осматривать мужику с таким выражением на лице?
- Я не понимаю о чём говорит эта девушка, - уже не скрываясь за напускной угодливостью заявил кимса.
- Поймёте, кимса. - Тихим голосом предсказал эмир.
- Эмир, - кимса упал на колени перед эмиром.
Его страх был понятен. Как дикий уличный кот глухим, утробным рычанием предупреждает противника о предстоящей кровавой драке, так и в голосе эмира звучала угроза. И куда более весомая, чем кошачья драка.
- Десять хлыстов и пятнадцать часов у столба во время сагуна, научат вас пониманию, кимса. Вон из этого дома. - Эмир даже голоса не повысил, но у меня по спине пробежали мурашки.

И не от холода. Вокруг было не просто тепло, а достаточно жарко. Я по большей части не поняла слов мужчины, но реакция кимсы и тон эмира красноречиво намекали, что эмир наказал кимсу очень жёстко.
Спорить с эмиром кимса не осмелился. Пятясь и постоянно кланяясь, кимса поспешил исчезнуть из поля зрения эмира, пока тот ещё чего не добавил для понимания щедрой рукой.
- Ты напугана, - подошёл ко мне вплотную эмир.
Я попыталась сделать шаг назад, но на поясницу легла твердая рука.
- Осторожно, иначе снова упадëшь.- Не отводя взгляда от моего лица, он сам завернул меня в простынь и поднял на руки. - Земли эмирата могут обжечь и куда более грубые ножки.
Нёс он меня не долго. В тени увитых розами арок, был небольшой бассейн, в который падали струи нескольких фонтанов. От него уходили две аллеи, ограниченные толстыми бочкообразными колоннами. Одна была перекрыта сверху плитами, и там царил полумрак. А вторая вела к даже на вид раскалённым пескам. Меня очень осторожно опустили в воду. Я осмотрелась, но никаких принадлежностей для купания не увидела.
- Я так понимаю, что это место не для купания? Зачем тогда я здесь? - спросила я обернувшись.
И замерла. Эмир стянул с себя свободную рубашку, оставшись только в тюрбане и тëмно-синих шароварах. На шее, на запястьях, на пальцах у него было большое количество украшений. Но смотрелись они очень гармонично.

Почти половину левой ладони и большой палец закрывал перстень - колпак. Такие носили многие из тех, кто увлекался стрельбой из лука. Да у меня самой был такой же. Без резьбы и драгоценных камней конечно, а куда более скромнее. Такие кольца использовали для защиты ладони и большого пальца от удары тетивы.
- Вообще-то именно для купания. - Улыбнулся эмир, вытягиваясь на боку на бортике и подперев голову рукой. - Не переживай, тебе не обязательно обнажать тело. Можешь остаться в простыне или воспользоваться моей рубашкой. А когда вернёмся в комнаты, я покажу, где лежит одежда для тебя.
- Спасибо за одолжение! Я безумно рада, что могу не сверкать пятой точкой перед посторонними людьми! - пробубнила я, понадёжнее закрепляя простынь на груди. - Что смешного?
- Фырчишь, как сердитый котёнок. - Забавлялся эмир. - Так старательно кутаешься... Правда веришь, что жалкая тряпка сможет скрыть твою красоту?
- Странная вода... - принюхалась я.
- Этот оазис расположен на границе храмовых земель. Там дальше, территория аватаров небесных котов. Даже служители не ходят дальше прихрамовой территории. А ключи, что питают этот источник, берут своё начало именно там, на благословенных кошачьих полях. - Пожал плечами эмир. - Эта вода никому ещё не навредила. Наоборот, наши женщины умываются ею в особых случаях.
- Такое ощущение, что её смешали с маслами. Фиалка, иланг-иланг... И, похоже, валериана. Запах слабый, почти на грани, но он есть, - привычно разобрала знакомые ароматы я. - А жрецы ваших котов меня не обвинят в каком-нибудь святотатстве? А то тут умываются по особым случаям, а я целиком залезла.
- Ты странная, но забавная. - Чуть прищурился эмир. - У котов и их аватаров нет жрецов, только служители. И обвинять тебя в чём-то никто не посмеет.
- Ну да, это с самкой верблюда сравнить могут запросто. - Вспомнила я.
- Моя вина, что позволил подобному произойти. И я постараюсь исправить этот момент. - Нахмурился эмир.
- А почему тот... камса говорил, что без меня у тебя не будет наследника? - вспомнила я.
Эмир почему-то сразу помрачнел.

Глава 9.

- Я так понимаю, что вопрос я задала очень правильный, а вот ответ на него мне очень и очень не понравится. - Оценила я выражение лица эмира. - Я права?
- Наверное, нужно тебе объяснить... Рассказать о мире Хранителей земель. Вот только начать придётся очень издалека, и боюсь, что тебе не понравится многое из услышанного. - Опустил взгляд мужчина. - Я предпочёл бы отложить этот разговор.
- А какова вероятность, что позднее, я отнесусь к тому, что узнаю по другому? - прижалась я щекой к своим коленкам.
- Когда этот мир только появился, - начал эмир.
- Ого, насколько издалека приходится начинать! - усмехнулась я.
- Тебя вообще не волнует, что я эмир, мужчина и правитель? - улыбнулся этот песчаный Динар.
- Меня волнует вопрос о том, как относиться ко всему происходящему. Пока я склонна считать, что это такой реалистичный предсмертный бред. - Честно призналась я. - И вот это "эмир, правитель" меня даже забавляет. Никогда не думала, что детская сказка про Алладина наложила такой отпечаток.
- Алладин? - нахмурился эмир.
- Ага, если новости, что ты мне сейчас расскажешь, начиная аж от сотворения мира, не вызовут у меня непреодолимого желания срочно самоубиться до конца, лишь бы избежать участия во всем происходящем, то я тебе её расскажу. Договорились? - посмотрела я прямо в лицо эмиру.
- Обязательно расскажешь, - ответил он.
- Похоже, ты уверен, что твой рассказ меня особо не напугает, - озвучила свой вывод я. - Ну, так что... Однажды давным-давно...
Эмир несколько секунд меня рассматривал, явно стараясь удержать серьёзное выражение лица, а потом расхохотался.
- Хорошо, однажды давным-давно, когда мир только был создан, оказалось, что просто вдохнуть в земли искру жизни было недостаточно. Земля быстро превращалась в безжизненную пустыню. Тогда Творец, мы зовём его демиургом, подарил миру силу. Земля сама могла наполнять мир жизнью. Но и этого было мало. Мир не смог сам управлять подаренной силой, а Творец не желал быть привязанным к одному из тысяч своих творений. Но и терять новый мир он не хотел. Тогда он разделил мир на земли, и в каждом был свой источник силы. Все про него знают, но найти дорогу никто не может. Этот источник сам выбирает Хранителя земли из тех, в ком от рождения пробуждается искра родственной ему силы. - Очень просто рассказывал эмир, но у меня тем временем уже появлялись вопросы. - Эта искра передаётся от отца к сыну, поэтому со временем, появился род правителей. Мой род. Когда прежний правитель умирает, источник призывает к себе одного из наследников и щедро наделяет силой, когда-то дарованной этому миру демиургом. Но наследник не может быть правителем, пока сам не станет отцом. О своей земле он должен заботиться и охранять её, как отец сына. Поэтому пока у наследника не появится собственный наследник, правит от его имени мать. С момента смерти правителя и до рождения нового эмира всё в руках Правящей матери.
- Так, и в чëм проблема? У вас здесь женщины наперечëт? - уточнила я.
- Нет, женщин много. Вот только сила демиурга не для человеческих рук. Она отравляет всё существо Хранителя земель. И ни одна из наших женщин не может пережить ночь с одарённым. - Опустил голову Динар.
- Чтооо? - переспросила я.

- Поэтому, вначале выбор источника, означал для выбранного одиночество. Семя мужчины просто сжигало женщину изнутри, подобно кислоте паучьих болот. - Сказочка становилась всё страшнее. - Но потом, покровители моего народа, Небесные коты, помогли нам. Мы заботимся и почитаем их аватаров, храмовых котов, а они приводят в наш мир девушку, которая рождается из одной из небесных звёзд. Как звезде не страшны ни бури, ни холод, ни земное оружие, так и для неё отравленная силой кровь и семя правителя не страшны. Поэтому мы и зовём таких девушек каири, воплощённая звезда. Ритуал служители котов проводят для каждого правителя лишь единожды.
- Когда начинает цвести какой-то цветок? - припомнила я.
- Нет, когда появляется первый бутон. Зацветёт он только через год. И у правителя будет всего неделя, чтобы зачать наследника. У ступеней дома рядом с храмом ставят большие песочные часы с драгоценным изумрудным песком. За год близости с каири, моё тело очистится достаточно, чтобы в период цветения зародилась жизнь. Этот год наследника и его каири никто не беспокоит. А через год мы должны будем вернуться во дворец. Как только станет известно о зачатии моего ребёнка, я стану правителем, приняв власть из рук матери, потому что мой отец давно мёртв. После коронации и до рождения нового наследника правитель и каири возвращаются сюда. Правитель только раз в два дня возвращается во дворец на несколько часов. - Обрисовывал мне подводные камни на этой вроде безмятежной водной глади эмир.

- Ну да, показаться на глаза, что жив, здоров, праздную коронацию и зачатие, надо. - Немного в шоке произнесла я. - То есть... Здесь я звезда? Вот я всегда знала, что моё имя до добра меня не доведёт.
- Твоё имя не имеет значения, - осторожно взял меня за руку эмир. - Коты тянут за нить судьбы. А как тебя зовут?
- Звезда, - вздохнула я, отодвигаясь от этого кошачьего эмира подальше. - Ну не прямо так. Я Астрея, и моё имя означает вот эту вашу звезду.
- Астрея... - задумчиво промурлыкал моё имя эмир. - Красиво звучит. Почему ты отодвинулась от меня?
- Слишком много мыслей в голове. Я бы хотела побыть с ними наедине. - Отвернулась я в другую сторону.
- Я оставлю тебя, но ненадолго. Ты же не навредишь себе? - предупредил, поднимаясь с каменного бортика, эмир.
Я думала, что плескаясь в бассейне с ароматной водой, я смогу успокоиться и прийти в себя, понять, что вообще за каша в моей голове, но надежда оказалась неисполнимой.

Понятно, почему незнакомая мне Правящая мать чуть ли не требовала от сына подтвердить связь с новоявленной каири. Тут оказывается, сроки поджимают, а ей видимо очень хочется, чтобы всё прошло, как и задумано, и у её сына появился долгожданный наследник. А он, видите ли, согласия моего ждёт. А в условиях горящих сроков, раньше начнёт, раньше закончит.
- Фу, пошлятина! - ударила я ладонью по воде.
В контексте ситуации моя последняя мысль действительно прозвучала так себе. Решив, что вода успокоения мне не несёт, а надежды превратиться в рыбку и уплыть, у меня и так не было, я в очередной раз вздохнула и вылезла из бассейна. Стопка полотенец нашлась рядом с бортиком, а вот из одежды здесь была только рубашка эмира из плотного материала.

Глава 10.

Глава 10.
- Ой, - испугалась я, наткнувшись в саду на закутанную в плащ мужскую фигуру.
За прошедшую неделю я привыкла, что только несколько женщин-служанок иногда мелькают в стороне, но со мной не разговаривают и не приближаются. А так, кроме меня и эмира, здесь никого не было.

Мужчина развернулся ко мне и поднял вверх раскрытые ладони, показывая, что не собирается нападать. Лицо его было закрыто металлической маской, прорезь для глаз казалось просто провалом в темноту. Глубокий капюшон скрывал и очертания головы, и лицо в маске почти на половину. Плащ удерживался двумя застёжками в виде то ли следов кошачьих лап, то ли облаков, то ли облаков в виде кошачьих лап. Даже руки были затянуты в перчатки.

- Не пугайтесь, это воин эмирата из туманных егерей. Они всегда безмолвны, говорят, что их лишают языка. Этот часто здесь появляется. Приносит вести эмиру. - Тихо подсказала мне идущая мимо служанка, и, пятясь назад с поклонами, вернулась к поставленной в стороне корзине с бельём.
И это был первый раз, когда со мной заговорил кто-то кроме эмира. Местного лекаря я не считала. С ним и дальше разговаривать я не хотела. И не только разговаривать, но и встречаться вообще.
- Извините, не буду мешать, - сказала я по прежнему безмолвному мужчине, и поспешила в глубину сада.
Этот туманный егерь ответил мне поклоном, положив одну руку себе на грудь. Просыпалась я всегда одна, в комнате ничего не напоминало о присутствии эмира. Хотя ещё с первого дня он заявил, что ночи он будет проводить рядом.
- Я сказал, когда ты согласишься. Когда, а не если, моя каири. - Нагло улыбаясь, ответили мне на мою попытку возмутиться и напомнить, что он вроде собирался ждать моего согласия.
На ночь эмир свой тюрбан снимал, хорошо, что хоть штаны оставлял. Наличие на нём хоть какой-то одежды меня успокаивало. Волосы он носил очень коротко остриженными, только верх оставлял чуть длиннее. И короткие пряди падали на лоб, удивительным образом подчёркивая одновременно и то, что Динар ещё молод, и то, что как мужчина, он очень опасен. Для женской нервной системы точно. И он это прекрасно знал.
- Почему ты нервничаешь? - спрашивал у меня эмир, но ухмылка приподнимающая уголок губ, свидетельствовала, что всё он прекрасно понимает.
Оттого почти не утруждал себя ношением рубашки, обычно вся одежда на нём состояла из шаровар, тюрбана и неизменного кольца с накладкой на пол ладони. А во время совместных купаний я ловила на себе его долгие, обволакивающие взгляды.

От этих взглядов я смущалась и терялась, не понимая, как себя вести. Эмир же с истинно кошачьей повадкой наблюдал за моими трепыханиями. Вчера я решила отомстить.
- Неуютно, дома столько привычных мелочей, жестов, слов... И вроде, ты их не замечаешь, но именно из них складывается ощущение своего места. А здесь я даже не знаю, то, что я делаю, это здесь нормально или это исключительно милость эмира. - По большей части мои слова были отражением моих мыслей.
- Для этого и даётся этот год, чтобы каири привыкла, узнала наши земли и уже не сомневалась, что позволительно, а что лучше оставить за стенами дома. - Сложил руки за головой Динар. - Сейчас ты готовишься ко сну, каких слов и жестов тебе не хватает, чтобы было так, как ты привыкла?
- Ну, - протянула я, радуясь, что эмир сам зашёл в расставленную ловушку. - У нас, если женщина живёт с мужчиной, то есть у неё есть пара, то перед сном они желают друг другу спокойных снов и целуются.
- Дааа? - засмеялся эмир. - Я готов пожелать тебе спокойных снов и поцеловать. Иди сюда.
Динар быстро перевернулся, оказавшись лежащим на мне. Он прижался ко мне лбом, потом провёл кончиком своего носа по моему от кончика до переносицы, и мягко прикоснулся губами к губам. И всё.
- Теперь тебе привычнее? - самодовольно спросил эмир.
- Мммм... А поцелуй уже был? - осторожно спросила я.
- В твоём мире целуются не так? - удивился эмир.
- Ну, пары нет, не так. - Ответила я.
- Покажешь? Или моя каири ещё не придумала как? - нет, всё-таки самоуверенность у этого двуногого кошака зашкаливала.
- Каири нет нужды придумывать. Так у нас целуются подружки при встрече. И то, пока мелкие. - Почувствовала я азарт от происходящего.
- Ты пытаешься убедить меня, что в твоём мире поцелуи отличаются? - засмеялся эмир. - А что там может отличаться, моя каири? Это просто прикосновение губ.
- Угу, - решила не тратить время на разговоры я.
Я положила свои ладони на его скулы, чуть притягивая к себе его голову. Едва прикоснувшись к его губам, почувствовала, что он улыбается. Не обращая на это внимания, я чуть сжала своими губами его нижнюю губу и быстро прикоснулась кончиком языка. Я прикасалась к его губам, чуть сжимая и понемногу посасывая, словно это были не мужские губы, а переспелый персик, готовый залить неосторожную лакомку ароматным соком.

Дыхание мужчины участилось и выдавало, что с каждым мгновением он распаляется всё больше. Его сердце глухо бухало в мою грудь, а свободные штаны совсем не помогали скрывать состояние эмира. Когда его короткий стон обдал горячим дыханием мои губы, я позволила собственному языку проскользнуть в его рот.

Я коснулась его языка, чуть огладила нëбо, обвела его язык, словно приглашала на танец. Динар перевернулся на спину, теперь я лежала на нём. Сильная рука прижимала меня к мужскому телу, вторая, крепко удерживала за затылок и путалась в волосах, не позволяя прервать поцелуя. Дыхание давно смешалось так, что уже и не понять, где чей вдох или выдох. Мы дышали друг другом. Я упивалась теми ощущениями, что дарил мне этот поцелуй.

Я знала этого мужчину несколько дней, но такого удовольствия от поцелуя не получала никогда. Как будто странная связь между нами добавляла какого-то особенного ощущения. Удовольствия, что доступно только с ним.

Наши языки сплетались то ли в поединке, то ли в удивительно красивом танго. То, что начиналось, как шутка, превратилось в разгул страсти. Стоило одному из нас хоть на секунду оторваться, как второй мгновенно восстанавливал разорванное прикосновение.

Глава 11.

Глава 11.
Утро и день я по большей части проводила в одиночестве. Эмир появлялся после окончания сагуна. Как я успела узнать, за час до полудня начиналось мёртвое время в песчаном эмирате. В течение нескольких часов солнце раскаляло всё вокруг. Даже сам воздух обжигал. А нагретый песок только усиливал ощущение, что тебя запихнули в духовку.

В эмирате в это время жизнь замирала. Прекращались работы, останавливались караваны, люди прятались по домам. Те, кто жил в большем достатке, устанавливали в своих домах дающие прохладу артефакты. Кто был беден, рыл под домом дополнительный этаж, вокруг стен обустроенной комнаты укладывали толстым слоем глину. Она забирала весь жар себе, позволяя в такой подвальной комнате сохранить прохладу.
А ещё это время использовалось для наказаний. Человека просто привязывали к столбу и оставляли на солнцепёке. Именно это наказание назначил камсе эмир в тот день, когда я пришла в себя. Мне доводилось обгорать и не раз, и даже пару раз я получала тепловой удар. Но представить, чем могут обернуться несколько часов на таком солнце, я даже не могла.
Знакомых здесь у меня не было, убирали и готовили молчаливые служанки, здесь не было даже библиотеки. А увиваться целый день за эмиром или требовать, чтобы он уделял мне весь день, я даже и не думала. Тем более, что к нему вон, и так уже гонца отправляют. Хоть и отведён для нас целый год, но видно невозможно совсем отстраниться от дел. Да и каким образом, если он будущий правитель.
От безделья я маялась недолго. Тут был целый огромный и запущенный сад. Так что работы хватит на целый год. Я собственно и отправилась в сад, потому что ещё вчера спросила у Динара, могу ли я ухаживать за садом.
- А ты действительно этого хочешь? Зачем тебе? - не скрывал удивления Динар.
- В моём мире это была и любимая работа, и увлечение. - Пожала плечами я. - У вас женщины не ухаживают за садами? Не разбивают клумбы с любимыми цветами?
- Нет, конечно. Кругом пески, и наше солнце жестоко к нашим землям. Поэтому растить что-то могут те, в ком есть искра силы Земли. Тех, кто может что-то вырастить в наших песках, очень мало. И обычно они живут при храмах или в нескольких районах, которые и обеспечивают эмират зерном, фруктами и овощами. - Рассказывал эмир. – Жаль, Небесные Коты не привели тебя сюда раньше. Месяц назад закончился праздник цветения. Каждый год, когда в садах начинается цветение, и деревья тонут среди цветов на своих ветвях, мы празднуем новый круг жизни. Неделю идут празднества. Начинается всё с больших игр. В первый день идут парадом войска эмирата, яркое шествие дворцовых танцовщиц. И проходит главный турнир. А с третьего дня открывают дорогу в долину садов. Я хотел бы провести тебя по тропинкам среди цветущих ветвей.
Кажется, это имело какой-то скрытый смысл, потому что эмир тяжело вздохнул и отвернулся.
- А здесь кто ухаживает за садом? - решила отвлечь его от грустных мыслей я.
- Никто. - Повернулся ко мне эмир. - Здесь рядом источник силы и храм. К тому же вода. Когда-то разбили сад, вот, что прижилось, то и растёт. Тех, в ком есть искра силы, разыскивают и переселяют в закрытые долины целыми семьями. Даже если дар у нищего попрошайки на улице, он получит дом и жалование. Но будет обязан жить и трудиться в такой долине. И никто не будет расходовать столь ценный дар на заросли возле дома обретения. Да, сад возле дворца ухожен, но это дворец эмира. Хотя ещё мой дед говорил, что это бесполезная трата. Он собирался замостить всё рядом с дворцом, но не успел. Погиб. А каири отца полюбила гулять по саду. Там её тоска по дому становилась меньше. Отец даже подарил ей собственный сад роз.
- На какую-то годовщину? - уточнила я.
- В тот день, когда объявили, что моя мать в тягости. - Ответил эмир.
- Ну, то есть вреда точно не будет, если я немного поработаю в саду? - на всякий случай переспросила я.
- Если это доставит тебе радость, то пожалуйста. - Улыбнулся Динар. - Только не расстраивайся, если не увидишь привычного результата своих трудов. Воплощённые звëзды не чувствуют сил нашего мира.
Поэтому, немного успокоившись после встречи с туманным егерем, я направилась в глубину сада. Динар обещал оставить мне стержень для письма и пергамент у бассейна. И я планировала начать с плана. Может, у меня и нет местных сил, но никогда ещё забота о растениях не оставалась без отклика.

Правда, для составления планов, мне пришлось начать с прополки сорняков. Но некоторые, вроде широколистных вьюнов я оставляла. Они очень удачно росли вдоль стены. Светлые стены, в случае этого сада, были во вред. Они отражали солнечный свет и тепло друг на друга, дополнительно нагревая пространство. А вьюнам зной был не страшен. Корни и стебель всегда были в тени листьев, и влаги всё растение получало достаточно. И я собиралась при помощи шпалер ещё их и поддержать. Вообще мы ещё с Аней много раз обсуждали вертикальные сады. Но эта идея ни разу не была реализована.
Вертикальные сады требовали очень кропотливой работы и тщательного подбора растений. Например, если растение было склонно к мощному разрастанию, как например, большинство вьюнов, то можно было смело подбирать ему соседа из серии симбионтов. То есть тех цветов, что с удовольствием питались за счёт отмерших побегов или листьев других растений, быстро перерабатывая их в компост. Но вот, например, люпины совершенно забивали луковичные растения. Тюльпаны, лилии, гладиолусы и нарциссы, что прекрасно соседствовали между собой, просто испарялись от соседства с люпинами. Хотя тут нужно признать, что любая клумба с люпинами, без предусмотренных ещё на моменте разбивки способов ограничения роста этих растений, была потенциальным люпиновым полем. Это как любая, самая сортовая роза из-за неправильного ухода превращалась в шиповник. А у меня здесь именно розы составляли основу цветущего сада.
Начинать я решила с водных каналов. Тем более, что после прополки сорняков и первой обрезки роз, буквально только крайние кусты, оказалось, что от бассейна идут два канала, выложенных камнем и имитирующим дикий каменистый ручей. С той стороны, куда вела затенённая аллея, видно в своё время сложили излишки камней, и там образовалась приличная такая горка. Ил, тень и влага, но не сырость сделали своё дело. Здесь совершенно вольготно чувствовали себя, не смотря на зной, вроде как узнаваемые, хоть и с трудом, болотный белокрыльник и роджерсия, чьи листья напоминали по форме конский каштан. А уж резные и широкие лопухи дармеры в особом представлении не нуждались.
Обрадованная встречей с хорошими знакомыми, я приступила к окультуриванию этого края канала и самой получившейся горки. Перебирая в голове, какие растения я могла бы подобрать для вертикальных шпалер, я зациклилась на цветении.

Глава 12.

Работы в саду медленно, но продвигались. Всегда, когда приходилось работать именно с восстановлением садов, я считала самым сложным как раз наведение порядка. И дело даже не в том, что можно было излишне очистить территорию, или убирая уничтожить что-то важное, что было чем-то особенным для владельцев сада.

А в том, что за долгий период соседства растения создавали свой мир, грубо говоря, каждое растение занимало свою нишу в этом растительном обществе и выполняло свою работу. Создавалась и закреплялась система взаимодействия от корней то верхушек растений. И выпалывая, к примеру, сорняк, можно было эту систему разрушить. Что приводило к тому, что оставшиеся растения начинали болеть и гибнуть.
Несколько раз я замечала в зарослях в тени мелькавшую рыжую шкурку. Однажды меня предупредили рыком, что я увлеклась и слишком приблизилась к логову хищника. Но лени в этом звуке было гораздо больше, чем злости. Так, фыркнули, чтоб не забывалась.
- Наглые кошаки! Вот мир другой, а они точно такие же! Они сами по себе, а им все должны прислуживать. Аватары они, видите ли! - ворчала я. - А если нагломордых хвостатых господ всё устроит, то тогда они позволят себя приласкать!
- И кто же это позволяет себя ласкать моей каири? - раздалось насмешливо-подозрительное за спиной.
- Никто, - ответила я. - Только злобно шипят! Мол, не приближайся.
Показала я на заросли подошедшему ко мне Динару.
- Испугалась? - тут же уточнил он. - В этом месте просто почти нет расстояния между территорией дома обретения и территорией садов храма. На самом деле просто заросли, где свободно бродят аватары. Возможно, они учуяли или услышали тебя. Вот и ворчали.
Я хотела ему сказать, что здоровенный кот или кошка вовсе не за стеной, а в зарослях возле горки камней. Но на моё удивление там не было никого, и даже ни один лист не шевелился. Хотя иногда котяра разваливался прямо на виду. Как и сегодня.
- Ты уже освободился? - решила перевести тему я. – Видела, утром опять приходил к тебе этот егерь.
- Видела? Он был здесь почти сразу после рассвета. Я думал, что ты ещё поспишь. По крайней мере, когда я уходил ты очень сладко спала. - Удивился Динар.
- Я рано просыпаюсь. Тем более если нет накопившейся усталости, и я не болею. - Пожала плечами я. - А сейчас я ещё и ложусь рано. Меня можно сказать заботливо укладывают.
- А что делать? Приходится. - Хитро улыбнулся эмир. - Сама ты не засыпаешь, целоваться лезешь.
- Что? - возмутилась я. - Кто-то вчера обменивал на поцелуи сладости! И это, между прочим, шантаж. А шантаж никого не красит.
- Это не шантаж, это стратегия. Я ещё с самого начала узнал, что ты любишь сладкое. А ещё курагу и финики. - Усмехнулся Динар.
- Я заметила, что рядом с кроватью появилась тарелка и с тем, и с другим. И она всегда полна. Спасибо. - Смутилась я.
- Что с тобой, каири? - сразу заметил это эмир.
- Странно всё, непонятно. Не могу определиться. Вот только сад и остаётся как основа. - Призналась я, решив говорить откровенно. - Я же здесь не просто так, для того, чтобы меня призвали, есть причины. Я... Каждый раз, выходя из дома, я натыкаюсь взглядом на эти песочные часы. И хотя горка внизу совсем небольшая, они всё равно напоминают, что время идёт. А то, что ты рассказал... Сколько поколений выверяли на собственной судьбе все эти сроки? А что если...
- Ччч, - перебил меня Динар. - Я тоже вижу это напоминание. Кроме него, мне ещё и мать не даёт забыть о том, для чего служители проводили ритуал, пытаясь поймать нить твоей души. Я как никто помню о цене промедления. Каждый раз, возвращаясь к тебе, я говорю про себя: "сегодня". И каждый раз не нахожу сил, чтобы разрушить всё то, что звенит твоим смехом и наполнено негой удовольствия. Астрея, каири стали нужны не просто так. С необходимостью ритуала и признанием в правящей семье пришлых душ смирились по весомой причине. Наши женщины никогда не согласятся пройти то, что обязана принять каири. Моя мать... Отец любил свою каири. Любил наблюдать за тем, как она играет со мной. И я с детства помню его взгляд на неё. Полный обожания и сожаления. В тот день, когда погиб отец, он услышал то, о чём его любимая так долго молчала. О своей ненависти к насильнику, обрëкшему её на эту судьбу. Именно так она восприняла всё, что произошло с ней после ритуала. И ни дворец, ни драгоценности, ни редчайшие цветы в её собственном саду, ни то, что отец оберегал даже её дыхание, не изменило её отношения к своей роли. Я был невольным свидетелем этого разговора. И, наверное, поэтому пошёл наперекор обычаю. Не хочу, чтобы ты смотрела на меня с неприязнью и страхом. Не хочу видеть твою боль и знать, что я её причина. Но оно неизбежно.
- Если мы не... - тихо спросила я, понимая, что вот она, комната с секретами этой сказки.
- Если эмир не подтвердит связь со своей каири до окончания одного лунного цикла, после её появления, то титул и власть переходит к ближайшему родственнику по мужской линии. Уже бывшего эмира подвергнут оскоплению, а каири убьют. Задушат, чтобы не проливать крови воплощённой звезды. - Опустив голову, глухо произнёс Динар. - Потому что за оставшееся время, сжигающий яд силы не успеет раствориться, и возможности для зачатия наследника не будет. А значит, титул так и так перейдёт в другие руки. А бывший эмир останется просто служителем при источнике, чтобы служить этим землям.
- Тогда почему ты ждёшь? - спросила я.
- Я почему-то думал, что если ты будешь знать о предстоящем и о причинах своего появления здесь, будет лучше. Но сейчас... Зря я не сделал этого, пока ты была в беспамятстве и не ощущала происходящее вокруг. – Оказывается, сомнения были и у Динара.
- Нет. Это было бы именно изнасилование, и я никогда бы этого не смогла принять. Ни из каких побуждений! - резко ответила я. - Спасибо, что дал мне время и возможность принять это всё. И... Наверное, нет смысла и дальше откладывать?
- Ответь мне честно, - взял мои ладони в свои Динар. - Если бы не было всех этих угроз, ты бы выбрала меня? Стала бы моей каири?
- Не так скоро, как должна сейчас. Но да, - выдавила я из себя, чувствуя, как заполыхали щеки, а жар прокатился по шее.

Глава 13.

- Ну, можешь выходить и делать вид, что ты здесь хозяин. Эмир уже ушёл. - С насмешкой сказала я, глядя в заросли.
И действительно, вскоре широкие листья прибрежных растений зашевелились, выдавая кого-то по самые кисточки на ушах. Кот шёл медленно, поджимая заднюю лапу. Видимо поэтому и прятался здесь.

- Может, давай посмотрю, что с лапой? Если ты, конечно, меня не загрызëшь, - попробовала подойти поближе я.
Кот, оказавшийся кошкой, лёг ко мне хвостом и вытянул больную лапу. Так я собственно и поняла, что эта наглая зверюга кошка. Оказалось, что один из пальцев кошачьей лапы застрял в дужке подвеса, а сломанный коготь, ещё и зафиксировал его дополнительно.

Пока я распутывала шерсть, застрявшую в крапанах и тонких полосках металла, похожего на золото, я для собственного успокоения делилась мыслями с неожиданной собеседницей. Сломанный коготь пришлось срезать. Я чуть укоротила место, где он сломался, и дальше не полезла. Помню, где-то слышала, что если слишком коротко отстричь кошки когти, то у той будут проблемы со здоровьем. Или это про птичек?
- Вот так, получается, что сегодня у меня будет брачная ночь. - Вздохнула я, разглядывая кулон, что мешался на кошачьей лапе.
Кошка рыкнула и затрясла головой.
- Что значит не надо? - невесело усмехнулась я. - Надо, Федя, надо.
Кошка только фыркнула и в два прыжка забралась на стену, отделяющую мой сад от территории кошек.
- И спасибо не сказала, - проводила я её взглядом.
- Каждый раз, когда я тебя нахожу в саду, ты с кем-то разговариваешь, - засмеялся подошедший сзади эмир.
- Я не с кем-то, там в кустах была большая кошка, у неё на лапе было вот это, - я показала оставшийся у меня кулон.
- Интересно, - прищурился Динар.
Когда мы отмыли находку в ручье, оказалось, что это большой розово-малиновый камень интересной формы. Камень был так отполирован, что напоминал застывшую каплю. А по виду был похож на мой любимый розовый кварц. Я долго крутила его в руках, любуясь перламутровой иризацией.
- Нравится? - спросил Динар. - Смотри, на звезду похоже.
- Так и есть. Это называется астеризм. Ну, у нас так называется. У каждого кристалла есть определённое количество осей. Те линии, по которым он рос. Поэтому бывает трёх, четырёх, шести и двенадцатилучевая "звезда". - Поймав внимательный взгляд, я немного потерялась. - Ты не думай, я не особо в этом разбираюсь. Просто мне очень нравился розовый кварц. Такой камень, похожий на этот. Вот я и узнавала про него всё, могла.
- Значит, понравился, - провёл он пальцем по тонкой золотой сетке, оплетающей камень и напоминающей паутину. - Мы называем этот камень "Кровь земли". Его очень мало. В эмирате всего одно место, где его можно добыть. Паучьи пещеры. Аграмы, такие большие и ядовитые пауки, селятся возле тех мест, где эти камни выходят на поверхность. В соседнем халифате предыдущий правитель погиб, пытаясь добыть камни для своей жены за рождение наследника. Так погиб мой отец. Он надеялся, что эти камни смягчат сердце каири. Эмиры вынуждены рисковать и добывать их. Во время вынашивания наследника, жена эмира носит украшение из этого камня не снимая. Капля крови земли, позволяет ей легче выносить ребёнка.
- Но как тогда такая ценность оказалась на лапе одного из ваших аватаров? - удивилась я.
- Это украшение очень старое, ещё отец моего прадеда запретил использовать в украшениях изображение паутины. Возможно, кто-то из матерей просил за своего ребёнка, поэтому и принёс такой ценный дар сюда. Или в память... - предположил эмир. - То, что кошка принесла его сюда, это очень добрый знак. От таких подарков нельзя отказываться.
- Мне и самой нравится, даже не пугает, что эта вещь неизвестно сколько пролежала в земле или где там? - призналась я.
- Скорее всего в земле. Дары оставляют на открытом месте, перед статуей небесного кота. И если кто-то из храмовых кошек начнёт играть с подношением, то считают, что просьба услышана. И конечно, никому и в голову не придёт отнимать игрушку у аватара, - пожал плечами Динар.
Он снял со своей шеи одну из многочисленных цепочек. Широкую и наверняка крепкую. Три нижних кольца переплетались между собой и с двумя верхними кольцами. Но до этого момента на ней висел флакон в виде небольшого треугольника, очень напоминающий ставшие модными подвесы с духами или маслами.
- Что это? - спросила я пару дней назад.
- Залог того, что у меня не одна жизнь, - непонятно ответил эмир.
Но сегодня этого флакона не было, а на цепочку он надел найденный кулон и осторожно застегнул у меня на шее. Лёгкое покалывание на коже, словно от статического электричества, и замок исчез.
- Что ты сделал? Как? - тут же начала выяснять я.
- Потратил немного силы. Всего-то искра, но ты теперь не потеряешь ни цепочку, ни кулон. Ты даже снять её не сможешь. И никто не сможет. - Опять промелькнуло это странное выражение в мужском взгляде.
- А куда делся флакон с этой цепочки? - задала следующий вопрос. - Ты говорил, что это залог твоей жизни.
- Не переживай, на жизнь и потратил, - ушёл от ответа эмир. - Пойдём?
Сегодня между нами в бассейне не было ни простыни, в которую я заворачивалась, ни его брюк. Не было просьб о поцелуях, Динар сам набрасывался на мои губы, вырывая всё более частое дыхание. Его прикосновения почти обжигало. Каждое касание я едва терпела, но знала, что не откажусь ни от одного. Небо давно уже погасло, но сегодня почему-то не зажглись светильники на стенах. Только звëзды освещали старый сад. Эмир одним движением поднялся из воды со мной на руках.
- Ты единственная звëзда в небесах моей жизни, Ася! Сколько бы ни прошло времени и какие бы бури не разделили бы меня с тобой, ночь моего сердца не озарит иное сияние! - обжигал он шёпотом мои губы. - И я никогда не смогу искупить тот дар, что ты принесла с собой.
Ложе, приготовленное эмиром прямо в саду, было украшено цветами, жемчугом и небольшими свечами, что стояли вокруг.

Глава 14.

В себя я пришла в бассейне, в котором я оказалась лежавшей так, что вода полностью скрывала моё тело. А голова лежала на бортике. Кто-то ещё и подложил под голову что-то мягкое. Хотя почему кто-то? Динар был рядом, сидел на каменном краю и осторожно проводил пальцами по голове и волосам.

Я со страхом прислушалась к себе и своим ощущениям. Но не почувствовала не то что отголоска пережитой боли, а вообще никакого дискомфорта. Что было странно. И странность моих ощущений была не единственной. Сильно изменилась и вода в бассейне. Она была золотистого цвета и мягко мерцала, чуть подсвечивая пространство вокруг. А ещё вода приобрела густой аромат мёда и ромашки.
- Что это? - попыталась я сесть.
- Тише, Ася. Не торопись покидать эту воду. - Обхватил меня за плечи эмир и прижался губами к тому месту, где шея переходит в плечо.
- Ты прямо на земле что ли лежишь? - обернулась я, чтобы понять, как он умудрился так меня обнять.
- Она ещё не остыла, после дневного жара, не переживай. - Ответил Динар. - Ты удивительная, каири. Даже сейчас ты переживаешь не о себе.
- Ты мне объяснишь, что происходит? Куда делась боль, а то, что я испытала не могло просто испариться без следа. Что с водой? Она тёплая, густая, золотого цвета и пахнет мёдом и ромашкой! - перечислила я. - Надеюсь, что ты не рассчитывал, что я решу, что это у вас всегда так?
- Я надеялся, что ты об этом не узнаешь. Ты слишком быстро пришла в себя. - Ответил эмир, переворачиваясь и укладываясь так, что мы лежали голова к голове, только мое тело было в бассейне, а Динар лежал на спине.
Я чуть сдвинулась, уступая ему немного места на мягкой подкладке, чтобы он положил голову. Эмир только хмыкнул, устраиваясь рядом. Небо отчего-то казалось очень близким, и звëзды сами притягивали взгляд. Динар потëрся своей щекой об мою.
- Если ты знаешь, что такое мёд, то наверняка знаешь и кто такие пчёлы. В наших землях их мало. Эмират в основном это пески, а необходимые пчёлам цветы еле выживают по оазисам. - Начал тихо рассказывать Динар. - В халифате, например, пчёлам поклоняются, как мы небесным котам. Этот оазис особенный, и не только из-за того, что именно тут воплощаются звëзды эмиров. И даже не из-за источника, что находится в местном храмовом парке. Много столетий назад, так получилось, что пчёлы свили свой улей прямо над колодцем источника. Пчёлы, что рождаются и умирают среди бесконечных выплесков силы, изменились. Как и их мёд. Кстати, именно поэтому халифат никогда не воюет с нами, и мы всегда союзники. Этот храм священное место для наших земель. Эмиры в знак особого расположения разрешают проход по своим землям и посещение этого оазиса халифам. Когда рождается наследник, служители ставят на край колодца, внутри которого находится источник, небольшой, высеченный из камня флакон. И пчёлы наполняют его мёдом. Из старых сот, которым несколько лет. Всего один флакон, каждому наследнику. Мой дед был смертельно ранен в бою с арахнами. Количество ран достоверно никому не известно, но несколько самых страшных подробно описаны. Да ещё и яд... Но бинты, пропитанные этим мёдом, растворённым в воде, не просто позволили ему выжить. Он после этого боя ещё и второго сына сумел зачать, моего дядю.
- Подожди! Так вот куда делся флакон с этой цепочки! - схватилась я за его цепочку на своей шее.
- Я знал, что будет происходить. Отец оставил подробные записи. После того, как он подтвердил связь с каири, она сорвала голос, крича от боли. Даже не приходя в себя. Весь низ живота просто представлял собой сочащийся сукровицей ожог. - Эмир ненадолго замолчал. - Я не стал подтверждать связь сразу после твоего воплощения.
- Это было благородное решение, - ответила я.
- Я просто струсил, Ася. - Усмехнулся Динар. - На обряд я шёл с мыслями, что смогу подтвердить так необходимую связь. Убеждал себя, что даже лучше, что каири будет в бесчувственном состоянии. Но когда увидел тебя... Я испугался, что услышу от тебя те же слова, что пришлось услышать моему отцу. Те же упрёки. И я решил, что это будет не тайком, это будет и твоё решение. Но дни шли, а я всё больше увязал в собственной ловушке. А когда сегодня мы отмывали найденный кулон, я решил, что знаю, как не допустить того, чтобы ты меня боялась или ненавидела. Кулон с мёдом я убрал в карман, цепочку отдал тебе. Кровь земли забрала себе часть выплеснувшейся во время подтверждения силы, а вместе с ней и боли. Едва я почувствовал нить установившейся связи, то сразу принёс тебя сюда. А флакон с мёдом ждал своего часа рядом. Мне оставалось только свернуть верхнюю часть и кинуть его в воду. Я надеялся, что ты не придёшь в себя после пережитого до рассвета, а к тому времени, я бы уже унëс тебя в дом. К утру вода бы уже остыла, а чудодейственный мёд утратил бы своё сияние, а значит и силу. И всё пережитое осталось бы только неприятным воспоминанием.
- А рассказать об этом вот ты, как я понимаю, не планировал? - зачерпнула я пригоршню воды.
- Зачем? - тёплое дыхание колыхнуло воздух у моей щеки.
- Ну, вариантов у нас было немного, иначе обоих бы ждала незавидная участь. К тому же... Какой смысл скрывать? Мы оба с тобой знаем, что не будь столь жёстких рамок, эта ночь всё равно бы произошла, только позже. - Улыбалась звёздам я, и тут до меня дошёл смысл его слов. - Подожди! Ты что, израсходовал единственное средство, которое может спасти твою жизнь в случае беды?
- Войн у нас нет, с соседями давно мир. В логово пауков ради камней мне лезть не нужно. Это отец рисковал, надеясь, что камни смягчат сердце каири. - отмахнулся эмир. - Как видишь, предпосылок, что мне понадобиться этот флакон, нет.
- Ты не можешь знать этого наперёд, - не согласилась я.
- Значит, считай, что я потратил его на противоядие от твоей ненависти. Всё, разговор на эту тему окончен. Я не изменю своего решения, да и не получилось бы уже. - Повернулся ко мне лицом эмир и подпëр голову рукой.
- Другие же каири как-то это переживали? - вздохнула я. - А ты израсходовал почти волшебное средство. Ну и как тебя после этого назвать? Безголовый?
- Точно! Потерял разум от тебя. - Мурчаще протянул эмир. - Я заслужил поцелуй? Я думаю, что заслужил. А ты?