Звёзды против Тьмы

Глава 1. Выбор Тьмы

Я никогда не верила в любовь. В ту самую романтическую любовь до гроба, о которой мечтают юные девушки. Ту, что воспевается в произведениях искусства как наивысшая ценность и смысл всего существования человечества. Ту, ради которой совершают безумства и отдают жизнь.

За свои двадцать восемь лет я, конечно, влюблялась, и не раз. Я знала и сокрушительную силу страсти, и спокойное тепло привязанности, и горькую боль разочарования, за которой неизбежно следовало расставание. Любовь существовала – но лишь бледная тень той, о которой рассказывали книги и когда-то тосковало мое сердце. И именно тогда, когда я смирилась с окружающей действительностью и не ждала от нее сюрпризов, моя жизнь изменилась самым невероятным образом.

Теперь мое тело захвачено Тьмой, а душа горит, выжигаемая любовью. Жестокой, яростной, всепоглощающей и безответной. Боль, что она дарит, сладка и мучительна, а освобождение от нее – смерть.

Вот только я хочу жить, как никогда раньше, и буду сражаться с Тьмой до конца, пока сияют звезды чужих галактик.

Пока сияют звезды в глазах Альдиса...

* * *

Ежась, я подняла воротник ветровки – день выдался по-осеннему холодным и пасмурным, хотя август едва перевалил за середину. Впрочем, никто и не ожидал, что суровая алтайская погода будет нам благоволить. Особенно здесь, в такой близости от скованных ледниками гор.

Наша группа провела в долине Актру почти четыре дня, и лишь захватывающая дух красота здешних мест да исследовательский азарт мирили нас с разыгравшейся непогодой. Ну, а мое сердце вдобавок грело предвкушение хорошего заработка. Пожалуй, следовало поблагодарить небо за обильные дожди, размывшие землю в долине и обнажившие какое-то уникальное древнее захоронение. Первыми на него наткнулись туристы – а уже через пару дней здесь окопалась группа археологов, к которой вскоре присоединились коллеги из американского антропологического института. А им, естественно, понадобился переводчик.

И этим переводчиком повезло стать мне.

Неожиданная находка вызвала настоящий ажиотаж среди археологов. Как я узнала из их непрекращающихся споров и дискуссий, захоронение оказалось чем-то вроде гробницы. Внутри обнаружился саркофаг с останками человекоподобного существа и необычная шкатулка из камня, испещренного неизвестными присутствующим письменами. Последнюю извлекли из земли буквально этим утром, и теперь вся группа толклась в центральной палатке, глазея на загадочный артефакт. В ближайшее время саркофаг со всем содержимым должны были переправить для дальнейшего изучения в лабораторию, и о результатах исследований мне предстояло узнать уже из официальных новостей. Не могу сказать, что я об этом жалела – сама мысль о том, кто мог веками покоиться в этой странной могиле, нагоняла на меня страх.

Я немного постояла, всей грудью вдыхая чистый, свежий, наполненный дождевой взвесью воздух и любуясь раскинувшимся вокруг пейзажем. Утопающая в зелени кедров и лиственниц долина, серо-коричневая громада гор с белыми мазками ледников, клубящиеся над вершинами тучи... Величественная первозданная красота этого места, казалось, была создана не для людей, а для богов.

И тишина... Звеняще-шелестящая, оттененная пением птиц и журчанием близкой реки, дышащая покоем и умиротворением, которое нарушали лишь мы, неугомонные суетливые чужаки.

– Кофе? – вторгся в эту идиллию бодрый мужской голос.

Вздрогнув, я повернула голову и увидела улыбающегося Эрика, американца-антрополога, с которым у меня успело завязаться что-то вроде приятельских отношений. Приятельских – потому что большего мы себе, связанные работой, позволить не могли. Молодой, умный, привлекательный, Эрик выделялся среди занудливых и слегка ненормальных коллег, и я искренне жалела, что совсем скоро наши пути разойдутся.

– Я тебя напугал? – он протянул мне термокружку с кофе, и я благодарно кивнула: горячий напиток сейчас был очень кстати.

– Нет, просто слегка нервничаю рядом с... этим, – я покосилась на просторную зеленую палатку, почти физически ощущая исходящий от нее могильный холод. Даже место раскопок – окруженная каким-то археологическим оборудованием и укрытая тентом яма – пугало меня меньше. Может быть, потому, что самое жуткое из нее уже вытащили и перенесли в палатку.

Эрик проследил за моим взглядом, задумчиво отхлебнул из своей кружки. Линзы его очков тут же запотели от поднимающегося в воздух пара, и он, досадливо поморщившись, снял их и засунул в нагрудный карман куртки. Теперь ничто не скрадывало яркость его каре-зеленых глаз, словно впитавших всю палитру цвета окружающей нас местности.

– Ты видела ее вблизи? Шкатулку? – спросил он минуту спустя и продолжил, когда я отрицательно качнула головой: – Наши так и не сумели ее открыть – каменная крышка не сдвигается с места. Хотя никакого замка, по крайней мере, видимого, там нет.

– Может, надо произнести заклинание? – шутливо предположила я.

Эрик весело хмыкнул.

– Пойдем-ка, – внезапно сказал он, беря меня свободной рукой под локоть. – Народ немного рассосался, глянешь на нашу находку, пока не прибыл транспорт. Когда еще представится такая возможность?

– Да я как бы и не рвалась...

– Эй, не трусь. Я же с тобой. Да и что плохого тебе может сделать древний кусок камня?

Глава 2. Удар молнии

На карантине нас с Эриком продержали около двух недель. Общаться мы могли лишь через стену в те несколько часов в день, когда ее оставляли прозрачной, но нам хватало и этого. Сидя друг напротив друга прямо на полу по обе стороны кристально прозрачной перегородки, мы разговаривали, обсуждали случившееся, строили предположения и вспоминали жизнь, к которой, похоже, нам обоим не было возврата. Жизнь до встречи с Тьмой...

– Зря я не послушал тебя и открыл эту чертову шкатулку, – мрачно повторял Эрик, и я не менее мрачно возражала:

– Мы открыли ее вместе. И ты ни в чем не виноват. Ты же не знал, что находится внутри...

– Мне следовало быть осторожнее. Сразу было ясно, что с той гробницей что-то не так...

Наши ладони прижимались к прохладной поверхности стены, пытаясь коснуться друг друга, и на какие-то доли секунды мне казалось, что я ощущаю тепло кожи Эрика.

С Ллайной и ее коллегами, такого же иномирного вида существами, называвшими себя энорианцами, мы виделись почти ежедневно во время обследований. Сначала в медотсек выводили меня, а после, когда я возвращалась в свою комнату, – Эрика. Нас сканировали какими-то мудреными приборами, заставляли проходить странные психологические тесты, расспрашивали об ощущениях. И каждый раз, отвечая, что ничего особенного или необычного за собой не замечаю, я ловила на себе все тот же пытливо-недоверчивый взгляд Ллайны.

Впрочем, я все же лукавила: иногда меня беспокоили темные, полные смутной тоски и страха сны, после которых я просыпалась в холодном поту и с дрожью во всем теле. Мне хотелось обсудить их с Эриком, спросить, видит ли он то же самое – но я была уверена, что нас подслушивают, и не хотела давать нашим надзирателям лишнюю пищу для размышлений. Вдруг эта информация обернется против нас?

Надо сказать, обращались с нами подчеркнуто вежливо и доброжелательно, и о нашем положении пленников говорило разве что постоянное присутствие вооруженной охраны. Ну, если не принимать в расчет то, что после процедур мы снова возвращались под замок.

А однажды, когда у меня в очередной раз брали кровь на анализы, в медотсек вошел очень необычный мужчина. Светловолосый, худощавый, он походил бы на землянина, если бы не слишком яркие зеленые глаза, взгляд которых просвечивал почище любого сканера. На нем не было халата – лишь серебристо-серый форменный костюм из брюк и лонгслива с голографической нашивкой на рукаве, которую я уже видела у охранников.

– Эмблема корабля, – пояснил незнакомец негромким приятным голосом, остановившись у моего кресла. Похоже, я слишком явно рассматривала его одежду. – Красивая, правда?

Я кивнула: сочетание темно-синего фона и серебристого рисунка, изображающего женщину с многолучевой звездой в поднятой руке, действительно смотрелось красиво. По краям эмблемы затейливой вязью вилась надпись «Сантара», и я уже почти решилась спросить, что означает это название, когда мужчина вновь заговорил.

– Меня зовут Эйт. А ты – Вера, если я правильно запомнил?

Я снова ограничилась кивком. Тонкие губы Эйта тронула легкая улыбка.

– Я бы хотел кое-что проверить, Вера. Не волнуйся, это не больно. Просто посиди неподвижно пару минут, хорошо?

– Ладно, – неуверенно пожала я плечами. После того, как из моей вены выкачали – хоть и очень аккуратно – несколько пробирок крови, я уже ничего не боялась.

Эйт медленно поднял руки и принялся водить ладонями вдоль моего тела от макушки до пяток, не касаясь его. Я с интересом наблюдала за его манипуляциями. Он тут кто-то вроде экстрасенса, что ли? Покосилась на стоящую поодаль Ллайну – ее лицо хранило самое серьезное выражение. Что ж, значит, в происходящем был какой-то, непонятный мне, смысл.

Наконец мужчина убрал руки и, задумчиво хмыкнув, отстранился.

– Ты не будешь против, если я к тебе прикоснусь? – спросил он после недолгого молчания.

– Смотря где, – настороженно ответила я.

Эйт усмехнулся.

– Мне вполне хватит твоей ладони.

Его глаза, оказавшиеся совсем близко, вдруг мягко засветились, и я замерла под их немигающим взглядом, как загипнотизированная. Ладонь Эйта накрыла мою, прижав ее к подлокотнику кресла, обдала кожу легким щекочущим теплом – будто летним солнцем пригрела.

– Что ты чувствуешь? – поинтересовался Эйт, чуть сжав пальцы. – Дискомфорт, боль?

– Наоборот, – пробормотала я завороженно. – Это что, какая-то... магия?

– Ну, можно и так сказать. – Он вдруг рассмеялся и, убрав руку, выпрямился. Кивнул подошедшей к нам Ллайне: – Все в порядке. Ничего необычного я в ней не вижу. Тьма пока спит.

– Когда она проявится? – Ллайна, казалось, немного расслабилась.

Эйт скользнул по моему лицу изучающим взглядом. Свечение в его глазах постепенно угасло, и я испытала невыразимое облегчение, вновь обретя ясность мысли и волю. С сознания словно спали оковы колдовских чар.

– Трудно сказать. Но опасный период в любом случае миновал. Думаю, пора ей присоединиться к остальным.

– И наконец все узнать, – добавила я, начиная злиться оттого, что они обсуждают меня, как какой-то неодушевленный предмет.

– Разумеется.

Глава 3. Свобода

Мир оказался совсем не таким, каким я его себе представляла. Свет и Тьма, о которых мы привыкли говорить образно, подразумевая добро и зло, существовали на самом деле – как и чудовища, инопланетяне и... магия. Да-да, магия, если верить Альдису, тоже была вполне реальна – хотя морайт называл ее умением управлять этрой, «энергией жизни», и не видел в ней ничего сверхъестественного.

– У всех нас есть какие-то уникальные способности, – заметил он, и я сразу вспомнила Эйта с его светящимися глазами и излучающими тепло руками. – То, что кажется невероятным для выходца из одного мира, вполне обыденно для жителя другого. Конечно, кое-какие из разумных рас одарены менее остальных – вот как вы, земляне, – но это не значит, что от них не может быть пользы. Здесь, на борту «Сантары», ценится каждый.

«Ну, уж мы-то с Эриком теперь точно ценнее некуда», – мысленно хмыкнула я на это.

От Альдиса мы наконец узнали, что именно на свою беду нашли археологи в недрах долины Актру. Останки существа, имевшего лишь отдаленное сходство с человеком, принадлежали мору, а злополучная шкатулка служила вместилищем для извлеченной из его тела Тьмы.

– Много сотен лет назад морайты уже посещали Землю, – огорошил нас неожиданной новостью Альдис. – Они уничтожили затаившуюся на ней Тьму, но, как выяснилось, не всю. Из одного мора жрецы давно исчезнувшего народа извлекли Тьму и запечатали ее в шкатулку, которую вам спустя долгие годы не посчастливилось открыть. К счастью, Шартх привел нас к вам вовремя, и мы уничтожили всех обратившихся в моров прежде, чем они успели кому-нибудь навредить...

– Что там осталось, на месте раскопок? – сглотнув, спросил Эрик. – Нас считают пропавшими или...

– Мы убрали все следы произошедшего. Ни тел, ни найденной вами гробницы, ни личных вещей археологов. Словно вас там никогда и не было.

– Отлично. Станем загадкой века, как когда-то группа Дятлова... Наши родные с ума сойдут.

Я при этих словах вздрогнула и до боли закусила губу. Бедная моя мама... Она ведь до конца своих дней будет верить, что я жива, искать и ждать меня... А я даже не смогу с ней попрощаться. Ни с ней, ни с братом, ни с любимой старой кошкой, убаюкивающего мурлыканья которой мне так не хватало одинокими ночами в моей стеклянной клетке...

А у Эрика где-то в Айове остался пожилой отец. Каково ему будет коротать старость без единственного сына, тела которого даже не нашли?

– Вы должны быть сильными, – сказал нам Альдис на прощание. – Мы все сражаемся за жизнь и мир во Вселенной, а великая цель порой требует великих жертв. Многие из нас потеряли дом и близких, многие погибли на этой войне. Но сдаться и отчаяться значит проиграть Тьме и обречь на гибель все сущее. Ваша жизнь ничтожна в сравнении с жизнями целых цивилизаций, но вы можете принести неоценимую пользу морайтам. Помните об этом.

Вот уж утешил так утешил.

В ту ночь, последнюю в карантинной зоне, перегородку между нашими комнатами убрали, и мы с Эриком устроились вместе на моей кровати, прижавшись друг к другу, как осиротевшие дети. Сон не шел, и мы долго лежали, обсуждая рассказанное Альдисом, вспоминая дом и гадая, что нас ждет за стенами порядком надоевшего медотсека. Ллайна обещала забрать нас рано утром, и завтракать нам предстояло уже в общей столовой.

И у меня, и у Эрика еще оставалась масса вопросов, но ответы на них мы должны были узнать по ходу дела, постепенно вливаясь в течение жизни на корабле. Предвкушение нового и неизведанного немного отвлекло меня от грустных мыслей – все-таки не каждый день оказываешься на борту настоящего звездолета, битком набитого представителями самых разных рас. Я даже слегка волновалась, думая о предстоящем знакомстве с экипажем. Эрик признался, что испытывает схожие чувства – в нем проснулась присущая всем исследователям любознательность.

А еще я думала, что завтра, возможно, снова увижу Альдиса, вспоминала космос в его глазах, твердую линию рта, острые скулы и отливающие перламутром волосы и принималась дрожать всем телом от ужаса и невыносимого желания быть с ним рядом. Ни о чем в жизни я еще так страстно не мечтала, как о его прикосновении – и в то же время ничего так сильно не боялась. Неужели эта дикая смесь страха, восторга и влечения и есть любовь с первого взгляда? Что ж, в таком случае древние греки не зря называли ее безумием от богов...

– Ты не заболела? – Эрик, почувствовав, как я трясусь, приподнялся на локте и встревоженно заглянул мне в глаза.

«Заболела. Альдисом», – подумала я, но вслух этого, конечно, не сказала.

– Нет, все в порядке. Просто немного волнуюсь.

Он на всякий случай потрогал мой лоб, а потом, поколебавшись, еще и прижался к нему губами. Это было так трогательно, что у меня невольно защипало в носу.

– Я что-нибудь придумаю, Вера, – по-своему истолковав выражение моего лица, тихо произнес Эрик. – Не бойся. Я не дам тебе умереть.

– Спасибо, – так же тихо ответила я. – Надеюсь, у тебя получится.

Он продолжал смотреть мне в глаза, не спеша отстраняться, и в какой-то момент потянулся к моему лицу – но я мягко уперлась ладонями ему в грудь.

– Давай немного поспим. Я устала, а нам завтра рано вставать...

В другое время – до этого дня – я бы совсем не возражала против его поцелуя и даже большего, но сейчас, после встречи с Альдисом, просто не могла представить себя с другим мужчиной. Пусть этот мужчина и был единственным на весь корабль и к тому же весьма привлекательным землянином.

Глава 4. Капитан

– Кто это? – выпалила я, кивком указав в сторону подруги Альдиса. Очень близкой подруги, судя по тому, с какой непринужденностью они общались.

Ллайна проследила за моим взглядом и слегка улыбнулась.

– А, это Хэльвин. Они с Альдисом были дружны еще до того, как... их планета погибла. С тех пор так и не расстаются. Хэльвин командует второй группой морайтов, а Альдис – первой и всем отрядом. Нам повезло заполучить сразу двух азиран; как я уже говорила, они прекрасные охотники.

– Выходит, эта парочка – наше непосредственное начальство? – теперь на беловолосых с повышенным вниманием смотрел и Эрик.

– Верно. Искатели не всегда сопровождают морайтов на «охоте», но иногда такая необходимость возникает. Очень удачно, что вас двое – по одному на группу.

Повернув голову, Эрик наградил энорианку таким выразительным взглядом, что та явно смутилась и пробормотала:

– Я не это имела в виду... Неудачно выразилась, извините.

– Не извиняйся. Ты сказала ровно то, что думала. Вам нужны искатели, а наши жизни, как верно подметил фиор Ун’Вейд, допустимая жертва во благо всего живого.

– Не моя вина в том, что с вами случилось, Эрик, – мягко произнесла Ллайна. – Я понимаю ваши чувства, поверьте. Но, произойди подобное со мной, я бы хотела, чтобы моя смерть оказалась не напрасной...

– Ты рано нас хоронишь, – усмехнулся он. – Мы еще поборемся. Да, Вера?

Я кивнула, искоса наблюдая за оживленно болтающей – и даже смеющейся – компанией морайтов. Точнее, болтали и смеялись все, кроме Альдиса, ограничивающегося сдержанной улыбкой, от которой на его бледных щеках обозначались премилые ямочки.

Черт.

Что, если меня распределят в группу Хэльвин и придется не только терпеть ее общество, но и выполнять приказы? И рядом не будет Альдиса... С другой стороны, попади я под его начальство, охотники получат совершенно бесполезного искателя, впадающего в транс от одного взгляда своего командира...

Нет, с этим определенно надо что-то делать.

К моей радости и смятению, покончив с завтраком, Альдис поднялся и решительно направился в нашу сторону. Взгляд космических глаз на мгновение задержался на моем лице, и у меня перехватило дыхание, будто я вдруг взмыла к небу на разогнавшихся до предела качелях.

– Если вы закончили, я провожу вас к капитану. – А от звука его голоса все мое тело как по команде покрылось мурашками.

Боже, да это невыносимо!

– Мы готовы, – глянув на меня, ответил Эрик.

Он промокнул бумажной салфеткой рот, поднялся и по-джентельменски отодвинул мой стул, помогая мне выйти из-за стола.

– Идите, – махнула нам Ллайна. – Увидимся позже.

Я опасалась, что спутники Альдиса увяжутся за нами, но из столовой мы вышли втроем; морайт быстро и уверенно шагал впереди, показывая дорогу, а мы с Эриком старались не отставать. Очередная поездка в лифте обернулась настоящим испытанием: пространства здесь хватало, но близость Альдиса ощущалась так явственно, почти физически осязаемо, что у меня закружилась голова. И это несмотря на присутствие Эрика, который, по-своему истолковав мое замешательство, ободряюще приобнял меня за плечи.

А еще я вдруг уловила запах – легкий, но отчетливый, кажущийся смутно знакомым и невыразимо притягательный. Что-то горьковато-терпкое, волнующее, вызывающее ассоциации с осенью, опавшими листьями и мокрыми от дождя лепестками хризантем... И этот запах явно исходил от Альдиса. Неужели суровые охотники на Тьму пользуются парфюмом? Или это естественный запах его тела? Что ж, я бы не удивилась. Наверняка у азиран, этих похожих на эльфов созданий с глазами, будто сотканными из космических туманностей и звездного света, припрятано немало сюрпризов...

К счастью, лифт прибыл в пункт назначения уже через несколько секунд, положив конец моим сладким мучениям.

– Это что, капитанский мостик? – пробормотала я, когда Альдис посторонился, пропуская нас вперед.

– Он самый.

Могла ли я в самых смелых своих мечтах представить себя здесь, в центре управления инопланетного звездолета, выглядящем как картинка из какого-нибудь фантастического фильма? Ладно, пожалуй, могла – с воображением у меня всегда все было в порядке, а космос и все, что с ним связано, будоражили мой разум с раннего детства. Но при этом я, конечно, понимала, что подобным мечтам не суждено сбыться. А вот поди ж ты – сбылись!

Вот только какой ценой...

Мы в несколько шагов пересекли короткий коридор и оказались внутри просторного полукруглого помещения, залитого ярким, но при этом мягким и ненавязчивым светом. Пара массивных кресел в центре – видимо, для капитана и его старшего помощника, напротив – огромный обзорный экран, перед которым расположились две панели управления, по бокам – мигающие разноцветными огоньками дисплеи непонятного мне назначения и кресла попроще, занятые людьми – точнее, гуманоидами – в голубых костюмах. Капитан обнаружился стоящим у обзорного экрана в компании пары других членов экипажа; все трое что-то тихо обсуждали, рассматривая, насколько я поняла, навигационную карту. И Альдис направился прямиком к ним.

– Капитан. – Он коротко, но почтительно кивнул повернувшейся к нам женщине. Да-да, «Сантарой» действительно управляла женщина! Впрочем, почему это меня так удивило? Даже на Земле наступила эра равноправия, пусть и довольно условного – что уж говорить о продвинутых инопланетянах, членах этого-как-его-там содружества... Да и здешние женщины наверняка во многом не уступали мужчинам.

Глава 5. Знакомства

В тренировочном зале оказалось людно: разбившись на пары, здесь уже вовсю мутузили друг друга морайты обоих полов и самого разного – но в основном молодого – возраста. Одни были одеты в спортивную одежду, другие – обнажены по пояс и босы; кто-то бился голыми руками, кто-то орудовал длинными деревянными палками – но все они двигались с такой скоростью, что у меня от одного взгляда на них закружилась голова.

Шагнув внутрь, Альдис коротко, но громко свистнул, и охотники тут же прекратили бой и как один повернулись к двери. Я поежилась под прицелом множества глаз – и человеческих, и не очень – но усилием воли заставила себя стоять на месте и смотреть прямо перед собой, не отводя взгляда. Ищейка я или нет, в конце концов? Это они должны меня бояться, а не я их. Так ведь?..

– Наши новые искатели, Эрик и Вера с планеты Земля, – лаконично представил нас Альдис. – Они пока осваиваются, так что можете не обращать на них внимания и продолжать тренировку. А они понаблюдают.

– А поучаствовать не хотят? – насмешливо осведомился высокий мускулистый парень с копной красно-рыжих волос. Пламенные веснушки щедро усеивали все его тело, прикрытое лишь длинными спортивными шортами, на мощном плече переливалась яркая татуировка.

Морайты начали переглядываться; где-то сзади отчетливо раздались смешки. Мой взгляд выхватил среди присутствующих знакомые лица – Гем, рядом с ним Хэльвин, оба ухмыляются – и я непроизвольно сжала кулаки.

– А Тьмы не боишься? – фыркнул из-за моей спины Эрик.

Парень нахмурился (я невольно отметила пересекающий его левую бровь шрам) и с угрожающим видом качнулся вперед, но Альдис остановил его взмахом руки:

– Спокойно, Шэдд. Возвращайся к тренировке. Вы все возвращайтесь.

Морайты повиновались беспрекословно; через несколько секунд про нас будто забыли, и помещение вновь наполнилось глухими звуками борьбы.

– Можете пока посидеть у стены, понаблюдать, – бросил нам Альдис. – Я немного разомнусь и покажу вам остальные помещения уровня.

Мы послушно отошли к стене и уселись прямо на пол, покрытый каким-то упругим, но достаточно твердым материалом – маты здесь, видимо, были не предусмотрены. Ну да, это же морайты, суровые воины Света, а не фитоняши какие-нибудь...

– Эй, Альд, ты идешь? – звонко окликнула фиора Хэльвин, и он с предвкушающей усмешкой двинулся к ней, ловко обходя тренирующихся.

Боже, как дивно они смотрелись вместе! Двое совершенных азиран, оба стройные и подтянутые, с гривами жемчужно-белых волос, переливающихся в ярком электрическом свете, и глазами, впитавшими самые прекрасные краски космоса... Движения хищно-грациозные, нечеловеческие, лица с мерцающим на скулах серебром – почти не искаженное отражение друг друга. Прекрасная пара. И достойные соперники.

На пол прямо передо мной грохнулся брошенный кем-то морайт, но я едва его заметила, прикипев взглядом к кружащим друг напротив друга азиранам. Хэльвин атаковала первой, сделав выпад рукой и тут же сопроводив его целой серией быстрых и четких ударов, которые Альдис, впрочем, легко отбил. Сам он ударил в ответ почти лениво и вроде бы вполсилы, однако девушка отлетела назад, едва удержавшись на ногах. Мгновение – и она снова стоит перед соперником, весело скаля белые зубы; схватка, больше напоминающая какой-то диковинный танец, явно доставляла ей удовольствие. Или дело было в партнере?

Я не успевала следить за их движениями: вот Хэльвин снова атакует, вот Альдис перехватывает ее руку, разворачивается, одновременно приседая, и перебрасывает девушку через плечо – но она не растягивается на земле, а немыслимо выгибается, бьет фиора ногой по голове и, высвободившись из захвата, отпрыгивает в сторону. И все это за какую-то секунду!

– Охренеть, – с чувством произнес рядом со мной Эрик, и я лишь ошеломленно кивнула.

А дальше началось самое интересное – и невероятное. Потому что в следующий миг Альдис и Хэльвин и вовсе перешли в режим суперскорости, мелькая перед нашими изумленными глазами двумя смазанными пятнами. Остальные на их фоне казались нарочито медленными и неповоротливыми, и я даже подняла руку и покрутила ее перед собой, чтобы убедиться, что время вокруг нас течет по-прежнему. Теперь мне стало ясно, за что Ллайна так ценила азиран: воин с подобными способностями был идеальным оружием против моров. Да против кого угодно!

– Что, Мелкая, впечатлилась? – насмешливо прогудел чей-то голос над моей головой, и я едва не подпрыгнула от неожиданности. Подняла глаза: оказывается, пока я увлеченно наблюдала за объектом своей страсти – точнее, пыталась разглядеть хоть что-то в мельтешении двух расплывчатых фигур – к нам подошли Гем и тот самый рыжий выскочка по имени Шэдд. Ну, отлично. Только их нам тут и не хватало.

– Ее зовут Вера, – отчеканил Эрик прежде, чем я успела что-то произнести. – Неужели так трудно запомнить?

– Он твой парень, что ли? – верзила смерил его пренебрежительным взглядом. – Занятно: ищеек-парочек у нас еще не было.

– Мы не пара, – возразила я автоматически, и на конопатой физиономии Шэдда расплылась широкая ухмылка.

– Как удачно! Не хочешь развлечься этим вечером, малышка?

– Что? – я подумала, что ослышалась. Он что, так шутит?

– Отвали! – Это Эрик вскочил на ноги и встал между мной и морайтами. В его голосе не было ни грамма страха, только откровенная злость.

Глава 6. Участь искателя

План вырубиться от усталости не сработал: вернувшись к себе, я долго лежала в кровати без сна, глядя в темный прямоугольник иллюминатора и орошая подушку слезами. Полный событий день остался позади, отступил, как отступает от берега прибой, и оставил меня лицом к лицу с моим одиночеством, тоской по дому и страхом перед будущим. Еще никогда я не чувствовала себя такой несчастной и потерянной. Отчаянно хотелось назад, в родной привычный мир, к людям, которые меня знали и любили. Забыть обо всем случившемся, как о дурном сне, и никогда не встретить Альдиса...

Вот только что-то подсказывало, что там, на Земле, я не сумела бы полюбить никого так сильно и бесповоротно, как беловолосого азиранина с глазами цвета космоса. Наверное, я бы всегда чувствовала эту невосполнимую потерю, печаль о несбывшемся, нехватку кого-то очень важного в своей жизни... Возможно, самого важного.

И разве не об этом я мечтала в юности? О чуде, о приключениях, о суперспособностях и особом предназначении, как у всякого избранного? Так вот же оно все, получи и распишись! Жаль, что бессмертие я тогда у судьбы попросить не догадалась...

Мое сознание уже балансировало на грани сна, когда я вдруг ощутила ЭТО. Словно мягкий толчок, заставивший меня распахнуть глаза и слепо уставиться во Тьму – потому что именно она сейчас была повсюду, густая, осязаемая и живая. Она что-то шептала десятками голосов, зовя за собой, трогая мое тело бархатными лапами, проникая под кожу, и все во мне откликалось на этот зов, как откликаются на призыв матери детеныши животных. Затем Тьма схлынула, рассеялась, вернув реальности привычные краски и тишину, но я все еще чувствовала ее присутствие – где-то здесь, совсем рядом, на погруженном в сон корабле – и испытывала острую, почти мучительную потребность с ней воссоединиться.

Едва отдавая себе отчет в своих действиях, я резко села в постели, спустила ноги на пол, встала и прямо так, как была, босая и одетая лишь в майку и пижамные шорты, вышла из каюты. Освещение снаружи слегка притушили, но видимость была не хуже, чем в дневное время суток; впрочем, меня вело какое-то внутреннее зрение, не позволившее бы мне сбиться с пути даже в кромешной темноте.

Уверенно миновав безлюдные коридоры, я вызвала лифт и спустилась на пятый уровень, где располагался медотсек. Оказавшись в уже знакомой комнате отдыха, немного постояла, прислушиваясь к своим ощущениям, после чего уверенно развернулась в сторону, противоположную той, где находились наши с Эриком карантинные боксы.

Стальная дверь послушно раздвинула створки, впустив меня в широкий полуосвещенный коридор с рядами помещений по обе стороны – почти точное отражение того, по которому нас днем ранее вела Ллайна. Только здесь в большей части комнат, просматривающихся через обзорные окна, не горел свет, а остальные напоминали какие-то зловещие лаборатории, ставшие бы отличными декорациями для съемок фильмов о мутантах и оживших мертвецах. Даже сейчас, пребывая во власти странного гипноза, я невольно ежилась, проходя мимо всех этих окон, за которыми не было видно не единой живой души.

В конце коридора меня встретило неожиданное препятствие – мощная дверь с биометрическим замком и надписью, предупреждающей о доступе только для авторизованного персонала. Пройти дальше – а именно туда меня тянула сила темного притяжения – не было никакой возможности. Похоже, здесь держали что-то секретное, что-то, не предназначенное для чужих глаз и, как подсказывала интуиция, по-настоящему опасное. Что-то... или кого-то?

Я все же попытала удачи, коснувшись сенсорной панели, но, просканировав меня, система защиты предсказуемо отказалась открывать дверь. Переминаясь с ноги на ногу, я огляделась, подняла голову и вздрогнула, увидев прилепившуюся к потолку над дверью крохотную камеру видеонаблюдения. Ну, отлично. Теперь еще и объяснять придется, какого черта я потащилась среди ночи в медотсек и пыталась пробраться в закрытое для посторонних помещение...

Вот только зов Тьмы стал так силен и навязчив, что у меня буквально все тело зудело от желания добраться до нее.

И тут все тем же необъяснимым шестым чувством я вдруг ощутила чье-то приближение со стороны лифта и заметалась по коридору в поисках убежища. Ткнулась в дверь ближайшего неосвещенного помещения, и, на мое счастье, та открылась, пропуская меня в спасительную темноту. Вопреки моим опасениям, свет здесь не зажегся автоматически, реагируя на движение, – видимо, он включался вручную или по голосовой команде – и когда створки двери вновь сомкнулись, я осторожно подкралась к окну, через которое просматривался весь конец коридора.

Долго ждать мне не пришлось: уже спустя несколько секунд мимо окна быстрым шагом прошла молодая женщина в серебристо-сером костюме этроса. Невысокая, фигуристая, с хвостиком медово-рыжих волос и симпатичным, хоть и каким-то усталым и вроде бы даже заплаканным лицом. Остановившись перед дверью с биометрическим замком, она подняла голову и уставилась на камеру видеонаблюдения пристальным взглядом, после чего, нервно оглянувшись, нажала на сенсорную панель. К моему удивлению, доступ гостье предоставили, и, едва массивные стальные створки разъехались в стороны, она бросилась внутрь с такой поспешностью, словно и ее туда что-то неудержимо влекло.

Не колеблясь ни мгновения, я рванула к выходу, пулей пролетела расстояние до заветной двери и буквально впрыгнула в сужающийся зазор между створками, рискуя налететь на женщину-этроса. Однако та уже была далеко впереди и даже не обернулась; эхо ее шагов гулко отдавалось от стен, и я мысленно порадовалась тому, что не надела обувь.