Звонок из прошлого в будущее

В полумраке июльской ночи меньше всего ожидаешь услышать звонок телефона рядом с ухом. Пьер с протяжным стоном приподнялся на мягких перинах и потянулся к звенящемупредмету.

Если на свете все-таки существовал дьявол, то, скорее всего, Пьеру сейчас звонил именно он. Дьявол собственной персоной, непонятно каким образом раздобывший телефон в аду.

— Привет… слушай, как ты отреагируешь, если я прямо сейчас предложу тебе покурить марихуану и попробовать кое-что специфическое? — из динамика просочился женский шепот и застрял в барабанных перепонках Пьера. Голова кружилась, а сознание будто пребывало в параллельной вселенной, еще не вынырнув из недавних сновидений.

— Что? — сонно переспросил он.

Чужие слова снова вторглись в его одиночество — на этот раз в виде протяжного вздоха, в котором угадывалось разочарование:

— Говорю, хочешь покурить со мной марихуану?

Лишь когда смысл сказанного пробился сквозь пелену разума, Пьер вздрогнул и из его горла вырвался хриплый кашель.

Он узнал, кому принадлежит этот проклятый голос.

— Чёрт, Джессика!? Мы не виделись два года, и ты звонишь мне с просьбой составить тебе компанию, чтобы покурить травку!? — Пьер почувствовал, как сам воздух в комнате наполнился негодованием.

Томное дыхание на том конце телефонного аппарата снова сменилось ласковым голосом:

— Ну да… Понимаешь, я обзвонила всех своих знакомых, и каждый отказал мне… — жалостливый тон преобразился в веселый, — поэтому я подумала, что стоит позвонить тебе…

— Мы не общались два года, — оборвал Пьер её речь. Возмущение хлестнуло по лицу, отрезвляя ото сна, и повлекло его по кривой дорожке туда, где он ненавидел быть — в тупик с гневом. — Два. Года!

— Ау… Да, ну и что? — за тенью слов был слышен стук каблуков по плитке и эхо большого ночного города.

— Ты просто ушла, даже не попрощавшись!

— Ну… Я ведь кивнула головой на нашей последней встрече, — Джессика замолчала, и вместе с ней затихли посторонние звуки — шаги и гудки машин, словно она в одно мгновение перенеслась в иную точку мира.

— Где ты? — Фраза упала в пропасть и еще долго витала в темной комнате. Пьер не решался включить свет, ему казалось, что если он сделает это, то девушка на другом конце тут же исчезнет из его жизни, и ему останется лишь проснуться. Он твёрдо решил, что не может потерять её второй раз. Этот давно знакомый, когда-то бывший родным тембр, напоминал Пьеру о том, что было. Он звучал так близко, будто она стояла за его спиной.

***

Мокрая трава холодила спину, но чувство блаженства текло по венам, поэтому им было все равно. Глядя на низкое небо и передавая друг другу косяк, им хотелось лишь одного — чтобы этот вечер длился вечно.

— Знаешь, а ты мне нравишься, — Джессика затянулась, набирая в рот как можно больше дыма. Она видела перед глазами летающих оленей, медведей, и огромный корабль — такой же, какой они собирали вместе с отцом.

— Только потому, что я не послал тебя нахер и пришёл? — поинтересовался Пьер. Он раскрыл ладони тыльными сторонами вверх и прикрыл глаза, чтобы на секунду отдалиться от разноцветных звёзд на небе.

— Нет… я тебя люблю по настоящему.

Джессика повернулась, и прядь её волос скользнула по лицу, не давая Пьеру рассмотреть его целиком. Но маленькие изменения все равно не скрылись от его зелёных глаз. Он заметил нарисованные карандашом веснушки, подкрашенные ресницы и скулы, которых раньше не было — или которых он просто не замечал. Возможно, сейчас все эти изменения были лишь частью его воображения. Но ему хотелось думать иначе.

— У тебя же есть парень, — напомнил он после некоторого молчания.

Они лежали на газоне в рассвете нового дня. На сыром газоне, влажном от ночного инея и недавно моросившего дождика. И никакие осуждающие взгляды прохожих не могли нарушить их идиллии.

— И что?

— Ты обкуренная, вот и несёшь чушь, — он ловко перехватил дымящую палочку из её рук.

— И ты тоже обкуренный, — на щеках Джессики выступили знакомые ямочки, и губы расплылись в нежной улыбке. — Не было бы парня, ты бы любил меня?

— Должно быть, да, — Пьер вдохнул в легкие травянистую смесь и еле сдержался, чтобы не закашлять.

В полумраке июльского утра, когда лежишь на траве и куришь марихуану, меньше всего ожидаешь услышать мелодию телефонного звонка. Джессика засуетилась и лишь с четвертого раза достала мобильник из кармана джинсов. Она откашлялась перед тем, как снять вызов, будто это могло исправить положение.

— Да?..

Пьер заметил, как исказилось её лицо — улыбка исчезла, а на месте искрящихся глаз выступила темнота. Он подумал, что сейчас всё обернётся, как в тех романтических фильмах, где стоит герою обрести свою любовь, как он тут же теряет её. А ещё больше он боялся, что прямо сейчас может проснуться в своей кровати в полном одиночестве.

Если бы не улыбка, через секунду озарившая лицо Джессики, он бы так и думал — что дьявол просто смеётся над ним, посылая душераздирающие сны.

Она повесила трубку.

— Моего парня только что сбила машина, он умер. — Она произнесла это так буднично, словно спрашивала, не хочет ли он еще кофе,— теперь проблем нет?

Дым тянулся вверх — тонкий и прозрачный, как ночной призрак. Джессика привстала за белым облаком. Их лица оказались рядом, настолько близко, что Пьер мог видеть всё, о чем думал все эти годы. Он мог рассмотреть каждую веснушку, каждую ресничку и родинку…

Если Дьявол и существовал где-то поблизости, то они лежали в единственном месте, куда он не мог попасть.