Глава 1

Уже поздно вечером, очутившись в своих покоях, я сделала то, чего не позволяла себе никогда в жизни… Сначала попросила Лилу подать вина, а потом выпила целых два бокала – сначала один, почти залпом, и уже медленно, растянув на целый час, второй.

Было грустно и… опять грустно. А чувство, что потеряла контроль над ситуацией, окончательно вгоняло в уныние. Даже галантное пожелание спокойной ночи от Джервальта и тёплый взгляд на настроение не повлияли.

Причём умом-то я понимала, что со мной, вероятно, провернули уже знакомый фокус – устранили, чтобы не лезла в опасные дела, но взять себя в руки и разрушить коварный план подопечного я была неспособна.

А ещё его величество со своим намерением сообщить папе… И магистр Эризонт с попыткой поцеловать…

Стоило вспомнить о матримониальных планах наставника, и меня аж передёрнуло. Опять-таки впервые в жизни попробовала представить себя в одной постели с ним, и… бр-р-р!

Зато лежание в постели с Джером воображалось легко – но это, видимо, по причине уже полученного опыта. И если в случае с Эризонтом меня затошнило, то тут тело наполнилось неприличным жаром. Таким, что пришлось прицыкнуть на себя вслух:

– А ну прекрати!

Я и прекратила. Честно. Вообще Джервальта из головы выкинула!

Вместо мыслей о кронпринце сосредоточилась на вине. Только второй бокал всё же оказался лишним, и я даже не запомнила, как его допила.

Бокал не запомнила, а сон в ту ночь приснился незабываемый – и да, мне опять привиделся Джер.

Кронпринц снова был именинником, заваленным кучей подарков. Я увидела и лошадку-качалку, и уже знакомый торт со свечами, и деревянный меч. Джервальт, облачённый, как и в прошлый раз, в короткие штаны на лямках и жёлтую рубашку, на подаренное даже не взглянул – прямиком направился ко мне, ну а я… теперь я была этаким зефирным пирожным нереально крупных размеров. Зефирка в человеческий рост вышиной.

С воздушным десертом юный принц принялся обращаться почти как с тем медведем. Сначала сказал:

– Ну надо же…

Потом подёргал за руку, потрепал по макушке и надавил кончиком указательного пальца на нос.

Я честно попробовала отмахнуться и тут же взмыла в воздух, оказавшись в крепких объятиях. Меня снова куда-то потащили, затем уронили на мягкое, и… А вот шкуру с «зефирки» наследник престола не рвал и не сдирал.

С огромным удивлением я узнала, что розовое безобразие расстёгивается, а юный Джервальт с прямо-таки поразительной лёгкостью управляется с застёжками. Не прошло и нескольких минут, как весь мой «крем» оказался отброшен в сторону, после чего его высочество вновь принялся искать хвост.

Ну глупый! Ладно ещё у медведя искать, а тут-то чего?

Принц погладил место пониже спины, поцеловал плечо, а когда отодвинулся, взгляд стал тёплым и… каким-то жадным. Сам Джер тоже преобразился – жёлтая рубаха сменилась белой и неприлично расстёгнутой, а короткие детские штанишки превратились во вполне себе взрослые штаны.

– Глупышка, – со странной нежностью прошептал этот взрослый принц и начал поочерёдно целовать пальцы на моей руке. Следом перешёл к запястью.

Опять безрезультатный поиск хвоста и оглаживание обнажённой ноги, в процессе которого хотелось воскликнуть:

– Да хватит уже искать! Ведь понятно, что ничего нет!

Только сказать не смогла, вместо этого… влепила пощёчину, и Джервальт разулыбался так, что сердце споткнулось, а душа распахнула крылья. Ещё не понимая, что делаю, я потянулась навстречу, обвила руками мощную шею…

– Сандра, – простонал наследник. И отодвинул меня со словами: – Если сейчас начнём, то я точно не сдержусь.

Стало обидно, но не настолько, чтобы надуться. Я просто упала обратно на мягкое и порадовалась, когда сверху легло что-то невесомое и тёплое, похожее на плед.

– Спи, – ласково сказал принц своей «зефирке», и я, перевернувшись на бок, крепко обняла подушку.

Уплывая в умиротворённую темноту, подумала о том, что, как и в прошлый раз, непременно проснусь от противного «Бзз!», но…


Проснулась я сама, безо всяких трезвонящих зерцал, писклявых служанок и прочих будильников. Настроение было необъяснимо хорошим, а выспалась я настолько, что хотелось вскочить и помчаться в пляс.

Вероятно, так бы и поступила, однако взгляд на часы волшебство момента разрушил. Ведь разговор с наставником никто не отменял, и у меня оставалось всего несколько минут!

Оделась я быстрее, чем вышколенный обитатель казармы – натянула первое попавшееся платье прямо на вчерашнее бельё, в котором почему-то улеглась спать вместо ночной сорочки. Придав лицу серьёзное выражение, активировала зерцало и приготовилась врать, но…

– Бз-зынь! – заявил магический предмет. – Бз-зынь!

А в ответ – ничего. Тишина. И никакой реакции.

Когда время, отведённое на попытку связи, истекло, я послала вызов снова, но с тем же результатом. Наставник Эризонт не отвечал.

Я удивилась, но подумала – может быть, он отсыпается после приёма? Хотя непонятно. После общения с посольством Кентарии я его так и не нашла и думала, что Эризонт покинул дворец раньше. И если так, то магистр не мог танцевать до утра.

Этот момент вызвал странное чувство, и я решила повторить попытку вызова позже.

Деактивировав и спрятав зерцало, позвонила в колокольчик, требуя к себе Лилу, и вот тут-то и выяснился неприятный факт…

– Леди Сандра, а вы уже слышали? – начала служанка с порога, ничуть не интересуясь, зачем её пригласили. – Там же та-а-акое!

– Какое такое? – я напряглась и выпрямилась.

Лила сделала прямо-таки огромные глаза и объяснила:

– Сегодня ночью кто-то совершил нападение на хранилище артефактов и большой архив Совета Магов!

Хранилище артефактов? Большой архив? О нет! И кто бы это мог быть?

И понимает ли этот кто-то, что на сей раз его ушлют не на десять лет, а навсегда! И не в дикие земли, из которых есть шанс вернуться, а прямиком на кладбище.

Устроить горничной допрос и предаться паническим мыслям по-настоящему не удалось, поскольку следующей фразой Лилы стало:

– Леди Сандра, его высочество ждёт вас к завтраку через полчаса.

Пришлось заняться своим внешним видом основательно – быстро принять душ, уложить волосы и выбрать подходящее платье.

Словом, в указанное время я вплыла в столовую в покоях кронпринца, как и положено истинной леди, изящная, элегантная, ухоженная и безмятежная. Жаль только, что эта безмятежность была напускной. Внутри бушевал ураган из сомнений, тревоги и… смущения.

Последнее лишь усугубилось при виде Джервальта. Эта ленивая ухмылка, этот оценивающе-одобрительный взгляд, этот небрежный кивок на соседний стул… Мне бы возмутиться таким отсутствием манер – нахмуриться, бросить укоряющий взгляд и недовольно поджать губы, а вместо всего этого я вспыхнула румянцем, потупилась и, позабыв про книксен и пожелание доброго утра, покорно уселась за стол.

– Как спалось? – также проигнорировав стадию приветствия, поинтересовался Джервальт и собственноручно налил мне чаю.

– Мм-м… – замычала я, поспешно уткнувшись в чашку. Как назло, вспомнился момент сна с поиском хвоста, и я тут же подавилась. Зато новую волну, прилившую к щекам, можно было списать на приступ кашля и прикрыть салфеткой. Наконец, прочистив горло, мне удалось выдавить более-менее внятно: – Прекрасно спалось. – И добавить подозрительно: – А вам?

– А мне не очень, – с противоречащей смыслу слов широкой улыбкой ответил Джервальт, придвигая ко мне баночку с джемом.

– И почему же? – мигом ухватилась я за неосторожную фразу принца.

Конечно, я не рассчитывала, что он честно признается, что вместо отдыха занимался грабежом со своей бандой, но намеревалась задать пару наводящих вопросов и посмотреть на реакцию Джера. Только вот всё пошло не по плану, потому что этот предводитель дикарей лениво потянулся и «признался» шёпотом:

– Сны снились эротические!

Покраснеть ещё сильнее было уже невозможно, повторно подавиться – смешно, хотя откушенный кусочек бутерброда встал поперёк горла. Пришлось взять себя в руки, запить хамское заявление чаем и процедить сквозь зубы:

– Крайне неприлично поднимать подобную тему в обществе леди!

– Так я при леди об этом и не говорю!

Вот теперь я оскорбилась по-настоящему.

– То есть я, по-вашему, не леди?

– В первую очередь, Алечка, ты мой почётный личный секретарь, а уже потом магианна и дочь герцога, – пояснил Джер. – К тому же секретарь, который обещал решить проблему моего, скажем так, досуга.

В этот момент я как никогда ясно поняла, что, общаясь с дикарями, и сама одичала, потому что руки сами потянулись чайнику. И я просто знала, что, если сейчас Джервальт напомнит про фавориток, я… Я разобью эту фарфоровую посудину с кипятком о его голову.

– Тебе ещё налить? – буквально выхватив у меня воспитательное орудие, невинно осведомился принц. В его болотных глазах засветилось веселье, ясно говорящее, что Джер с лёгкостью прочитал мои намерения.

Поглубже вдохнув и выдохнув, я сосчитала про себя до десяти и кивнула. Наполнив мою чашку, принц отставил чайник подальше и открыл рот, явно чтобы сказать очередную гадость. Но я уже была готова и атаковала первой:

– Боюсь, ваше высочество, что времени на досуг у вас в ближайшие месяцы не будет! Вчера мне очень кстати напомнили о моих секретарских обязанностях. Я уже успела подумать над вашим расписанием и должна заметить, что оно будет чрезвычайно насыщенным!

– Неужели? – ничуть не убоялся Джер. – Кстати, очень хорошо, что ты подняла эту тему. У меня как раз появилось для тебя важное задание. Даже два!

Предвкушающе-ехидное выражение его лица ничего хорошего не сулило.

– Какое? – мрачно спросила я.

– Объясню после завтрака, – пообещал Джервальт.

Надо ли говорить, что этот самый завтрак я растягивала как могла?


Из столовой мы перебрались в небольшой кабинет, также составлявший часть апартаментов кронпринца. На фоне строгой, чисто мужской, хотя и очень дорогой обстановки прыщом розовело бархатное кресло у окна. Под этим образцом безвкусицы красовалась белая шкура, а рядом стоял небольшой стеклянный столик, увенчанный вопиюще-розовой чернильницей.

Сразу было ясно, что всё это приволокли в покои Джера специально, чтобы поиздеваться над почётным личным секретарём. Но я возмущаться не стала. И вообще сделала вид, что не вижу приготовленного для меня места.

Просто проигнорировала взмах принца, приглашающий устроиться на «прыще», и уселась на диванчике у камина. Чинно сложила руки на коленях и изобразила на лице готовность внимать указаниям.

Джервальт возмущаться секретарским непослушанием тоже не стал – хмыкнул, плюхнулся рядом и потребовал «кратенько и доходчиво доложить внешнеполитическую обстановку».

Последовавший за этим час позора показался мне вечностью.

Я могла очень доходчиво рассказать об особенностях магических плетений всех держав нашего континента и даже парочки заокеанских. Перечислить всех выдающихся деятелей магической науки последнего тысячелетия и указать их годы жизни. Провести сравнительный анализ лекарственных свойств любого растения в зависимости от фазы луны, при которой его сорвали.

Ещё я знала наизусть все аристократические фамилии страны. Могла с лёгкостью прочесть лекцию о правильном ведении хозяйства в замке или поместье и о том, как проверять счётные книги. И даже набросать от руки примерную карту родного герцогства.

Но политика?

Эта тема никогда не входила в сферу моих интересов.

Самым умным в этой ситуации было бы честно признаться, что леди Алессандра тил Гранион в политике разбирается, как конюх в бриллиантах, но я не смогла.

Пришлось выуживать из памяти всё, что слышала от отца во время нечастых семейных обедов – я ведь училась у магистра и дома бывала крайне редко. Добавлять к этому общеизвестные данные, почёрпнутые из скандальных заметок в газетах. Приправлять мимолётно пойманными сплетнями. И дополнять весь этот салат из сомнительных ингредиентов умным видом и уверенным тоном.

И надеяться, что к тому моменту, когда его высочество вникнет в государственные дела, он успеет позабыть всю ту чушь, которой внимал с одобрительными кивками.

– Достаточно! – когда я уже вконец исчерпала свои возможности и почти охрипла, решил Джервальт. – Будем считать, что с первым заданием ты справилась, и перейдём ко второму.

Я нервно стиснула пальцы и с опаской посмотрела на подозрительно серьёзного принца. Интуиция буквально вопила, что сейчас мне поручат какую-нибудь гадость, и оказалась права.

Джер поднялся с диванчика и направился к массивному письменному столу. Выудил из верхнего ящика стопку папок, прихватил несколько листов чистой бумаги и водрузил всё это на стеклянный столик у окна.

– Вот! Изучи и сделай выписки основных характеристик. Масть, параметры, возраст, здоровье, характер, привычки, особенности.

Он что, конезавод новый открыть планирует?

Я нехотя перебралась в розовое кресло и открыла верхнюю папку. С вложенной туда миниатюры мне слащаво улыбнулась бледная темноволосая кентарийка в сапфировой диадеме.

– Это что? – выдохнула ошеломлённо.

А Джер пожал плечами и невозмутимо сообщил:

– Претендентки на должность королевы!

– А… а… – растерянно выдала я.

Потом недобро прищурилась и, взглянув на кентарийку ещё раз, решительно папку закрыла. Отложив её в сторону, принялась быстро просматривать всю стопку, одно досье за другим.

– Что ищешь? – полюбопытствовал принц.

Я не ответила, только глянула злее, чем прежде. А спустя несколько наполненных образами соблазнительных красавиц минут действительно нашла.

Как же я надеялась, что этого портрета тут не будет! И главное, взяться-то ему неоткуда, разве что отец, втайне от всех нас, всё-таки уполномочил какую-нибудь столичную сваху устроить Лестин брак.

Как бы там ни было, но с миниатюры на меня смотрела именно старшая сестричка. Взгляд на перечисленные параметры подтвердил – тот, кто составлял досье, знает в этом толк.

Совпадало всё! Даже меня в числе ближайших родственников упомянули, причём с характеристикой: «С виду милая, но характер скверный, поддерживать тесное общение не рекомендуется».

Это у меня-то скверный характер? У меня? Да они… Они просто Джервальта вблизи не видели!

– Алечка, счастье моё, о чём ты там шипишь?

Покорность и смущение, которые я демонстрировала последние пару часов, словно ветром сдуло. Пришлось собрать все силы, чтобы не допустить незапланированный и неконтролируемый выброс магии.

– Вы мерзкий, бессовестный, совершенно неотёсанный тип! – сообщила я, вскакивая и тыча в сторону наследника пальцем. – Вы…

– И всё-таки, что тебя так задело? – невинно улыбнулся Джер, делая плавный шаг вперёд.

Что? Да мы уже обсуждали!

– Не позволю доставать мою сестру, – процедила я.

Нелогично, но Джервальт улыбнулся шире и, сделав ещё несколько шагов, остановился. Он навис скалою, а потом наклонился и поинтересовался, выдохнув практически в губы:

– А кого же мне доставать?

Сердце болезненно сжалось, но я всё-таки смогла сказать:

– Наверное, кентарийку. – Её не жалко, да и страшновата она внешне, если честно.

– Мм-м… а если я не хочу усиливать влияние Кентарии на наше государство?

Ответа не было – для того, чтоб предложить другую кандидатуру, следовало изучить остальные досье, а я их, считай, и не полистала.

В результате повисла пауза, которая неожиданно затянулась. Я стояла и молчала, Джервальт тоже молчал и смотрел очень пристально. Не знаю, сколько времени прошло, наверное, вечность! А потом его высочество сказал хриплым голосом:

– И что, если доставать мне нравится только тебя?

Вот тут я дёрнулась и отступила – на что мой диковатый подопечный намекает? Ведь мы говорим о женитьбе, а он будущий король, и уж кто-кто, а я королевой стать не могу!

Теперь сердце не сжалось, а застучало с бешеной силой, но я озвучила:

– Если вы намекаете на то, что хотели бы видеть моё досье в той стопке, – дрожащий палец указал на столик, – то сами знаете, что это возможно лишь в том случае, если откажусь от магии. А магия… – Я запнулась, захлебнувшись эмоциями и подбирая подходящее слово: – Для меня это сама жизнь. Я не смогу!

Я была искренна и по глазам видела, что Джервальт понял. Его губы дрогнули в печальной улыбке, а потом…

– Хорошо, тогда вернёмся к тому, с чего начинали. – Вздох и суровое: – Будешь моей фавориткой.

– Нет! – взвизгнула я.

– Будешь, – повторил принц хмуро и с нажимом.

– Не буду, – эти слова дались гораздо тяжелее предыдущего «нет», потому что колени резко ослабли, в памяти всплыла та вопиющая постельная сцена. Такая неприличная, что… хотелось повторить.

Джер, видя мою решимость, хмыкнул и отступил.

– Хорошо, – сказал он. – Тогда поступим так… Я дам тебе три дня на размышления, и если через три дня ты по-прежнему будешь против, соглашусь с твоим решением.

Одна магианна в моём лице недоумённо захлопала ресницами. Согласится? Так просто?

– По рукам? – спросил его высочество, и даже эту самую руку протянул.

Поколебавшись, я приняла жест – вложила свою ладонь в кронпринцеву лапищу. Джер сжал мои пальцы, а через миг его улыбка из печальной превратилась в коварную.

– Отлично! В таком случае начинаю добиваться твоего положительного ответа прямо сейчас!

Он сказал это и потянул вперёд, заставив практически упасть в его объятия. Тут же обвил рукой талию, а пальцы второй запустил в мою причёску, заставляя запрокинуть голову назад.

От испуга и неожиданности я распахнула рот, и принц этим моментом воспользовался. Его губы накрыли мои – горячо и сладко! – а язык начал то ли медленный танец, то ли вооружённый захват.

И всё бы ничего, но меня словно жаркой волной окатило, и разум бессильно развёл руками. Он не то что не мог – просто не хотел вмешиваться! А без его поддержки, без чёткого, продиктованного приличиями и воспитанием «нельзя», я ничего не могла.

Я стояла и таяла под напором таких сладких губ и чувственных прикосновений. Более того, мой язык тоже начал какой-то непонятный танец, от которого вскипела кровь. Я невольно подалась вперёд, руки заскользили вверх по сильному мужскому телу, а ноги окончательно ослабли.

Мне было хорошо как никогда в жизни, даже лучше, чем в миг, когда сотворила первое взрослое заклинание. И сейчас лишь одна мысль вызывала панику: я его люблю!

Я люблю будущего короля!

Загрузка...