Глава 12

Алена

Ступаю на залитый дождем асфальт, зажмуриваюсь от бьющих в лицо капель и не замечаю лужу под ногами. Шаг – и моя туфелька полностью уходит под воду, а я сама цепляюсь за дверцу, чтобы сохранить равновесие и не шлепнуться в грязь, тем самым уничтожив еще и светло-бежевый плащ. Мне в последние дни не везет с верхней одеждой. С тоской вспоминаю пальто, оставленное в гардеробной дома моды. Но жалеть себя некогда, потому что дождь усиливается и переходит в ливень.

– Алена Ильинична, – укоризненно окликает меня Вася. Вылетает из машины, на ходу раскрывая зонт. – Говорил же, на парковку надо, – рукой указывает в направлении заставленной машинами небольшой площадки, которая находится на противоположной от входа стороне.

Накидываю капюшон, кутаюсь плотнее в тонкую плащевку, но это не спасает от хлестких, жестких порывов ветра.

– Некогда, – отмахиваюсь и по лужам бегу к трехэтажному зданию. Все равно обувь намочена, так что терять уже нечего. – Подожди нас в машине, – приказываю, не оборачиваясь, и взлетаю по ступенькам.

Противный звонок заставляет меня вздрогнуть. С детства терпеть не могу школу и все, что с ней связано. Ступаю, как на эшафот, но заставляю себя идти дальше. Помешкав пару секунд, все-таки укладываю ладонь на мокрую, холодную ручку мощной дубовой двери.

Я и так опаздываю. Пообещала Адаму поддержать его в первый учебный день. Прогуляла последнюю пару ради такого случая. И Лесю убедила, что сама мальчиков домой привезу, а она пусть обед готовит. Праздничный. Моему младшему племяннику не помешает заесть стресс. В том, что он у него случится – не сомневаюсь даже.

Это ведь школа! Сосредоточие вредных теток в очках и с указкой, что на автомате диктуют тему и ставят колы ради забавы, и злых детей, которые так и норовят вскрыть твои самые слабые стороны и унизить тебя перед всем классом.

Впрочем, у меня был не лучший опыт учебы. Может, в этой школе все иначе. Марку же нравится, а Адам… привыкнет. У него старший брат в качестве группы поддержки.

А у меня когда-то не было никого, пока не появились Тумановы…

– Давайте помогу, – низкий мужской баритон смешивается с шумом дождя, создавая особый, неземной звук, от которого мурашки проносятся по телу. – Эта дверь очень туго открывается. Не понимаю, на кого рассчитана. Идиотизм. И как с ней школьники справляются, – размышляет вслух и накрывает мою руку своей.

Сердце пропускает удар и, замерев на миг, покрывается льдом, промерзает насквозь, трескается и разлетается миллиардом осколков. Но все это происходит внутри меня, а внешне я как каменная глыба. Стою под косыми струями дождя, от которых не спасает маленький козырек, и не могу отвести взгляда от мощной лапы, что покоится на моей ладони, крепче сжимающей ручку двери.

Прокручиваю в мозгу мужской голос, пытаясь отделить его от побочного шума. И мысленно перенести в тишину кабинета.

Мне просто показалось!

Не может быть! Это галлюцинация на фоне психологической травмы. Мне к специалисту надо. В клуб анонимных соискательниц работы, которых домогался босс. Хотя как я эти траты с карты родным объясню? Нет, отбой. Буду справляться с фобиями собственными силами.

Для начала уберу ладонь. Вот только пальцы не разжимаются, будто вросли в проклятую ручку. А лапа сверху так греет приятно, как печка в домике лесника посреди заснеженной природы. И расставаться не хочется.

– Вы собираетесь заходить? – раздается над самым ухом. Громче, четче, требовательней, и я опускаю голову, чтобы спрятать лицо под капюшоном.

«Раздевайся», – вторит мой воспаленный разум. И система в мозгу выдает стопроцентное совпадение.

Это точно он! Пришел за мной по следу. Вынюхал по оставленным меткам.

– Я тороплюсь, – нотки недовольства прорезают его бархатный голос, превращая в дикий рык. Зверь наклоняется, подается ближе ко мне, свободной ладонью обхватывает за талию.

В следующий момент я прощаюсь с жизнью, когда он притягивает меня к себе, впечатывает спиной в стальной торс. Выдыхает тяжело, с грудным рычанием – и…

Распахивает передо мной дверь. Тянет ее с силой, которой у этого животного в переизбытке, а тем временем крепче прижимает меня к бугристым мышцам. То ли действительно чувствую их, то ли помню, что они там, под кожей куртки и под рубашкой. Из тугого капкана не вырваться, хотя однажды у меня получилось…

Зверь грубовато, но заботливо отодвигает меня от примерной траектории движения двери, чтобы уберечь мой нос от встречи с деревянным ребром.

Образовавшийся сквозняк подхватывает дождевые капли и запускает мне в лицо, пронзая щеки мелкими иглами. Отшатываюсь, затылком утыкаясь в мужское плечо.

Все тело трясется, как в смертельной лихорадке, не столько от сырости и холода, сколько от жаркой близости хищника. И его злого, сбивчивого дыхания совсем рядом.

Упираясь ладонью в дубовое полотно, он наконец-то отпускает меня. Но тут же касается пальцами моей поясницы.

– Проходите, – подталкивает меня аккуратно, но настойчиво. – У меня времени мало, ну, – раздражается, заводясь с полуоборота. Как тогда в кабинете.

«Не трать мое время, красавица, ну!» – ассоциация действует на меня как ускоритель частиц. Все клетки в моем организме разгоняются, особенно нервные, а я пулей влетаю в холл. Придерживая капюшон, ныряю в спасительный поток родителей с детьми, однако приходится плыть против течения. Большинство спешат на выход… Впрочем, к чему лукавить? Абсолютно все уже собраны и покидают школу.

Лишь мы со зверем не можем похвастаться пунктуальностью и ответственностью. И если он прет, как танк, не сворачивая с намеченного пути и вынуждая остальных огибать его, то я лавирую между людьми, а кто-нибудь то и дело толкает меня плечом или пинает по коленкам. Натянутый на глаза капюшон и противно чавкающие, слетающие с ног туфли затрудняют путь.

Боковым зрением ловлю в толпе мощную фигуру, слежу за тяжелым, размашистым шагом – и мчусь в противоположную сторону.

Останавливаюсь возле одного из кабинетов, чтобы отдышаться и сообразить, куда мне вообще нужно было. Я четко представляла маршрут до того, как меня едва не поймал зверь, даже не зная о том, как близок был к своей жертве. На нервах не могу воспроизвести в памяти то, что говорила Леся.

Первый этаж. Вторая дверь… Справа или слева? Крыло какое? Мало того, что я стороны путаю, так еще и все из головы вылетело от паники.

– Теть Аленка, – радостно вопит Адам и несется ко мне.

Обнимает меня, а я готова завизжать в ответ, потому что миссию свою на пятьдесят процентов выполнила. Отыскала одного мини-Туманова. Вторая «половина» старше, серьезнее и наверняка сама нас найдет.

– Ты не туда пошла, – с укором цокает мальчишка и ехидно улыбается. – Это же первый «А» класс, – кивает на табличку, которую я от страха даже не заметила. – А я в «Б».

– Я знаю, – отвечаю невозмутимо и беру его за руку. – С Марком перепутала, – быстро придумываю оправдание, чтобы племянник не обиделся на невнимательную тетушку, но старший брат ловит меня на горячем.

– Я вообще-то в четвертом, – важно заявляет Марк, приближаясь к нам. – Я готов. Домой? – поднимает брови, выжидающе глядя на меня.

Протягиваю ему ладонь и замечаю незнакомого мальчишку рядом с Адамом. По возрасту он тоже на первоклашку похож, только более крепкий и поджарый.

– Привет, – киваю ему.

Паренек не теряется. Обворожительно улыбается мне, берет мою руку и вместо того, чтобы пожать, вдруг чмокает слегка.

– Р-роман, – пафосно представляется, старательно выговаривая букву «р». – Приятно познакомиться.

И вздергивает подбородок важно, а сам вытягивается по струнке. Я же с трудом проглатываю рвущийся из горла смешок. Не хочу обижать «начинающего ловеласа». Тем более, такого хорошенького: голубоглазого, темноволосого, щекастого. И кого-то мне смутно напоминающего. Мимикой, жестами, даже внешностью.

Ответ порхает вокруг, но я все никак не могу его поймать. Маячит перед самым носом и ускользает.

– Оу, – не выдержав, удивленно выдаю, изучая Романа. – Алена.

– Кр-расивое имя, – отвешивает комплимент. За словом в карман не лезет.

Малыш совсем, а поведением копирует взрослых, состоявшихся мужчин. Наверное, это у него в генетике заложено. Или от отца нахватался.

– Ромка в параллельном классе учится. Как раз в «А», – хлопает товарища по плечу Адам. – После классного часа подружились. Он тоже ждет, когда его заберут. Вот и гуляем вместе по школе. Мы уже и на втором этаже были, и в буфете.

– Извини за опоздание, – бубню я, приняв его слова на свой счет. – Роман, – официально обращаюсь к мальчишке, – а тебя, может, домой подвезти. Далеко живешь?

– Нет, мне папу надо забрать, – говорит так, будто они с отцом ролями поменялись. – Бабушка приказала никуда не уходить, ждать, а то он заблудится, – пожимает плечами, и я все-таки хихикаю, представив, как серьезный мужчина будет бродить по пустой школе с криками: «Люди, ау. Ну кто так строит!»

– Не заблудится, – скрыв смех под кашлем, уговариваю ответственного мальчика. – Можем ему позвонить, – предлагаю.

Марк нетерпеливо мнется на месте, Адам отходит к окну и садится на батарею. Понимаю, что мальчики устали, но я не могу оставить Рому одного.

– Да не, я подожду. Папа у меня непутевый, – заявляет неожиданно. – Вдруг потеряется, а у меня нет другого. И мамы нет.

От его короткого уточнения, брошенного будничным тоном, улыбка слетает с моего лица. Не знаю, что ответить и как поддержать мальчишку, потому что любая моя фраза может быть воспринята в штыки. По себе знаю.

– Ты все собрал? – дергает Марк младшего брата. И я благодарна ему за то, что отвлек нас от тяжелой темы. Порой мне кажется, что он умен не по годам и понимает гораздо больше, чем многие взрослые.

– Ага, – небрежно отмахивается Адам. И соскакивает с батареи. Задумавшись, скидывает с плеч портфель, бросает его на пол и роется внутри. – А-ай, дневник на столе у учителя остался, – сокрушается.

– Ты что, в первый же день двойку получил? – подначивает его Марк, пока мы все идем к нужному кабинету.

– Размечтался, ябеда, – показывает язык. – Задание записывали всем. И мне тоже. Хотя замечание за поведение тоже было, но устное, – виновато косится на меня.

– Будет наш секрет, – подношу указательный палец к губам. И тут же вспоминаю, что обещала Лесе быть строгой тетей. – При условии, что такое больше не повторится, – добавляю и, не выдержав, подмигиваю мрачному племяннику.

С каждым шагом все больше осознаю, что мы направляемся в ту сторону, где скрылся зверь. Не хватало еще столкнуться с ним!

Успокаиваю себя тем, что мы с малышней потратили время на разговоры о «непутевом папке» Романа. А порочный спонсор так спешил, что, скорее всего, уже закончил все свои дела и покинул школу.

Если нет… То я быстро заберу дневник Адама – и мы рванем к Васе. Спрячемся за ним, как за бетонной стеной, и пусть кто попробует тронуть! Амбал всех разнесет. Наверное… Хотя если вспомнить габариты зверюги, то битва обещает быть напряженной.

Нет, лучше нам не пересекаться! Никогда!

Ускоряюсь, глазами ища нужную табличку. Отрываюсь от ребят, быстрее преодолеваю коридор, нагревая и разгоняя по венам и так бешеную кровь. Зацепившись за «1-Б», с размаха толкаю дверь, наваливаясь на нее плечом.

Открывается легко, не так, как входная. Словно картонная, послушно влетает внутрь, но вдруг стопорится, будто ударившись обо что-то, и рикошетит обратно ко мне. Хватаюсь за ручку, придерживая. Вслушиваюсь в звуки по ту сторону полотна.

– Ай, черт! – летит сквозь небольшую щель. Грозно, хрипло, недовольно.

Узнаю сразу. Реагирую молниеносно. И резко, с грохотом закрываю дверь. Держу ручку, не позволяя повернуть ее с той стороны, а сама медленно погибаю. Что делать-то?

– В чем дело? – зверь дергает ручку, и мне приходится обхватить ее обеими ладонями. Пальцы немеют и разжимаются, потому что силы неравные. – Пацан, не бойся. Открывай. Я не буду тебя ругать, все в порядке.

Несмотря на то что способен одним ударом разнести дверь в щепки, он почему-то оставляет попытки вырваться. И выбирает другую тактику. Уговаривает доброжелательно, тепло, и хрипловатый голос действует на меня гипнотизирующе. Я почти готова подчиниться…

Как он меня назвал? Это я «пацан»? Видимо, перепутал меня со школьником. Кто еще в дверь так врезаться может? Родители себя приличнее ведут…

Что ж, не худший вариант… Пусть как угодно меня воспринимает, лишь бы не узнал во мне Рапунцель.

Животное!

– Я отошел от двери. Открывай, малыш, – произносит мягко, однако «малыш» в его устах звучит неоднозначно и пошло.

– Теть Ален, а что там? – с любопытством подбегает Адам.

– Так, детишки, вас там толпа целая? Прекращайте баловаться, – доносится строгий голос из-за двери, и я зажмуриваюсь.

Мне хочется просочиться сквозь пол, вырыть тоннель в земле – и сбежать. Но у меня дети. Целых трое! Так что придется противостоять зверюге. Или улизнуть всем вместе.

Озираюсь, выбирая, где скрыться быстренько. Замечаю приоткрытый класс рядом.

– Я же говорил, папа непутевый, – слегка оттолкнув меня, Рома подходит к двери. – И класс перепутал, и в кабинете застрял, – вздыхает тяжело.

Поднимаю уголки губ вверх – и тут же сжимаю в ровную линию. Пазл в голове постепенно собирается, но картинка не радует.

Значит, Рома – сын того самого похотливого спонсора? Ясно теперь, откуда навыки обольщения. С таким-то примером. Но хуже то, что прямо сейчас он направляется к папочке. Тянет ладошку к ручке, чтобы выпустить разъяренного хищника.

Я же, пользуясь моментом, хватаю племянников за куртки и тащу их в свободный кабинет рядом. В момент, когда слышу скрип отворяемой «клетки» и недовольное рычание хищника, я закрываю дверь, оперевшись о нее спиной.

– Теть Ален, мы в прятки играем? – поднимает брови Адам.

– Тетя Алена сбежала от того дяди, – умник Марк тут же оценивает ситуацию.

– Тш-ш, – осекаю обоих.

Пригрозив им пальцем, прислушиваюсь к голосам в коридоре.

– Пап, ты пока тут ходишь по чужим классам, я тебе невесту новую нашел, – восклицает Рома, а у меня едва глаза на лоб не лезут. И рот невольно раскрывается от шока. Надеюсь, мальчишка не меня имеет ввиду. Быть невестой зверюги равносильно самоубийству. Сожрет же и косточки обглоданные повыплевывает.

– Привет, Ромка, я опоздал немного, прости, – совершенно другим тоном говорит он. Ласковым, заботливым, отеческим. – Это ты меня чуть не прибил только что? – смеется бархатно.

– Неа, новая невеста. Алена. Идем покажу, – не унимается мальчик. – Она красивая, – вздыхает, и я улыбаюсь смущенно. – Добрая, хорошая, – продолжает расхваливать. – Вроде неглупая, но тут сразу не понять. Надо пообщаться, – хмыкает задумчиво.

– Маленький засранец, – бурчу себе под нос.

Прижимаюсь к двери, чтобы поймать ответ зверюги. И мои племянники подходят ближе, с интересом рассматривая меня, и все превращаются в слух. Любопытные мальчишки. Впрочем, как и я.

– Ну во-от, – тянет Рома громко, почти рядом. – Упустили невесту. Па-па-а! – укоризненно окликает его и, судя по звуку, топает ногой.

– Перестань, идем, – срывается тот. – Ты же знаешь, у меня есть невеста. Марина. Не выдумывай.

Я фыркаю зло, но тут же зажимаю рот ладонью. Невеста у него есть, оказывается. Только это не мешает ему к приличным девушкам приставать. Козлина!

– Бе-е, – Рома не скрывает эмоций. – Марина старая и вредная. Новая лучше, поверь моему вкусу, – не оставляет попыток меня сосватать.

– Хватит, – сурово отрезает отец и добавляет мягче: – пожалуйста. Расскажи, как день прошел?

Шаги отдаляются, голоса затихают, и я решаюсь выглянуть из своего убежища. Убедившись, что опасность миновала, вместе с мальчиками крадусь к выходу. В холле останавливаюсь. Через окно наблюдаю, как зверь выходит на крыльцо. Взглянув на грозовые тучи, скидывает куртку – и накрывает ею сына с головой, чтобы уберечь от проливного дождя, который усиливается с каждой секундой. Так они и добираются до машины.

Это выглядит мило. Большой зверь и его крохотный звереныш. В одном простом жесте столько любви и заботы, что я неосознанно улыбаюсь, на секунду забывая, с кем имею дело.

Мужчина до последнего держит импровизированный «навес» над сыном, хотя сам промокает до нитки. Рубашка прилипает к телу, очерчивая бугристые мышцы. Уверена, ему неприятно, но он терпеливо ждет, пока Рома сядет в салон, аккуратно закрывает за ним дверь. И только потом огибает машину, чтобы сесть за руль.

– Теть Ален, а ты что, зонтик тоже не взяла? – дергают меня племянники.

Многозначительно кивают на мокрого зверя, который, смахнув воду с волос, скрывается в автомобиле. А потом они переводят взгляды на мои пустые руки.

– Такая же непутевая, как Ромкин папа, – хохочут оба, чуть ли не хватаясь за животы.

Фыркаю на них обиженно. Нашли, с кем сравнить.

– Вася у самого входа. Так добежим, – делаю вид, что все под контролем, а сама кошусь на отъезжающую машину зверя.

Загрузка...