Хроники Скрытых Земель. 5. Льдинка для Феникса

Глава 32

── ✦ ──

Николь

Вскоре Далия покинула академию. Ей предстояло заняться всем тем, чем долгие годы пренебрегали ее родители. Принадлежащие им земли и народ, который там жил, уже много лет страдали от грабительских налогов, неурожая и нападений тварей. И, после недолгого общения с ней, я была уверена в том, что она будет лучшей королевой, чем ее мать.

Но на ее уходе все не кончилось. Было еще кое-что, что я должна была обсудить с Джеймсом. Тот разговор, который я откладывала уже много дней...

— Есть еще кое-что, что тебе следует знать... — тихо сказала я, вынимая из сумки кинжал. После всего, что произошло, мне будет сложно с ним расстаться, и все же эта вещь должна принадлежать не мне...

— Помимо того, что тебя зовут Николь? — Джеймс улыбнулся, а я... Мне было не до улыбок. Собраться с духом было не легко, и все же я это сделала. Опустив кинжал на стол, я подвинула его в сторону удивленного старшекурсника. Несколько минут он внимательно разглядывал его, а затем спросил: — Что это?

— Этот кинжал принадлежал твоему отцу... — я специально сделала паузу, чтобы дать ему время осмыслить мои слова, а затем продолжила: — Я не сразу это поняла, но ваше сходство во внешности, жестах, и твоя магия не оставили сомнений... Магия времени слишком редка, чтобы это было простым совпадением.

Я не знала, как Джеймс отнесется к разговору об отце, которого никогда не знал. Который не был с ним, когда был нужен. Злится ли он на Дориана за то, что его не было в жизни сына или же вовсе ненавидит? Захочет ли слушать о нем сейчас?

Я вгляделась в его лицо, пытаясь узнать ответ на этот вопрос, но так и не смогла понять, что он чувствует. Безусловно для него все это было неожиданностью, но приятной ли?

Наконец, после недолгого молчания, старшекурсник взял себя в руки и спросил:

— Ты знаешь его?

Его слова всколыхнули в памяти давно забытые образы. В последнее время я все реже вспоминала о Дориане и маме, потому что больше не была одна, и порой это заставляло меня чувствовать себя виноватой. Вот и сейчас грудь словно сдавило тяжелое чувство.

— Он был другом моей мамы... И тем, кто заботился обо мне после ее смерти. Твой отец, Дориан, был охотником, как и я. Он был моим наставником в гильдии, и научил меня всему, что я знаю... Я не знаю, почему его не было рядом с тобой, но скорее всего он о тебе просто не знал. Он был хорошим человеком, и по собственной воле ни за что не оставил бы сына расти без отца.

— Был?.. Значит его больше нет?

— Он погиб несколько лет назад... — мне было непросто произнести эти слова, ведь они возвращали меня в тот ужасный день, когда я потеряла его, и все же с каждым произнесенным словом я чувствовала, будто то, что долгие годы лежало на моей душе тяжким грузом, наконец отпускало меня, — Дориан ушел на задание и не вернулся. Этот кинжал — единственная память о нем, и я думаю, что Дориан хотел бы, чтобы он был у тебя...

— Спасибо, Николь... — сжав ножны в руках, Джеймс тепло улыбнулся, а затем опустил кинжал на стол, и, точно так же, как и я, подвинул его ко мне, — Я ценю то, что ты мне обо всем рассказала, но я не возьму его.

— Но почему? Ты злишься на него?.. — наверное это было справедливо. Не знаю, взяла ли бы я вещь родного отца, если бы от него хоть что-нибудь осталось. И все же мне было тяжело принять это.

В ответ Джеймс легонько сжал мои ладони, словно хотел утешить, и покачал головой.

— Нет, я не злюсь на отца. Но я не тот, кому должен принадлежать этот кинжал. Знал отец обо мне или нет... Ты — та, о ком он заботился и кого он растил. У меня никогда не было отца, поэтому я не терял его, но ты... Ты потеряла его, и, судя по тому, что ты до сих пор хранишь этот кинжал, ты очень дорожишь этой вещью. Ты не должна отдавать его только потому, что я его сын по крови. Теперь он твой.

Договорить мы так и не успели. В библиотеку, словно ураган, ворвались девочки под предводительством Ами — та с некоторых пор была особенно шумной.

— Так вот ты где! А мы повсюду тебя ищем! — с улыбкой воскликнула она, вытягивая меня из-за стола, затем бросила мимолетный взгляд на Джеймса и спросила, — Я украду ее у тебя?

— Да, пожалуйста. Я все равно как раз собирался к декану, — в ответ улыбнулся он, а затем обратился ко мне, — Николь… Я рад, что мы поговорили.

— Да, я тоже… — бросив удивленный взгляд на подругу, я робко улыбнулась старшекурснику, — До встречи?

— До встречи.

Мы с Джеймсом попрощались, и девочки утянули меня во двор. При этом спешили так, будто за нами черти гонятся.

— Что случилось? Общежитие горит? — тихо пошутила я.

— Хуже! — заявила Ами, — Мы узнали что на следующей неделе в академии устраивают бал в честь какого-то праздника, и мы к нему совершенно не готовы, поэтому ректор дал нам разрешение на внеплановую поездку в столицу, чтобы мы могли купить все необходимое! Карета уже ждет, выезжаем прямо сейчас!

Я вовсе не планировала тратить вечер на подбор нарядов к балу, но знала, что спорить с Ами было бесполезно, поэтому даже не стала пытаться, и покорно позволила отвести себя к воротам академии, за которой нас уже ждала карета.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Если бы я только знала что нас ждет…

Казалось что мы бродили по ювелирным, модным и обувным лавкам целую вечность. Пару раз нам даже пришлось сделать перерыв, потому что мы были слишком голодными и уставшими, чтобы продолжать охоту на лучшие наряды. К слову, такие мы были не одни.

В преддверии бала, до которого на мой скромный взгляд оставалось еще немало времени, в столицу ринулись практически все девушки Мальдорской академии магии, и все они были решительно настроены отхватить себе лакомый кусочек столичной моды, чтобы блистать на балу ярче всех. Из-за этого лавки ломились от неугомонных посетительниц, а моя головная боль увеличилась втрое.

— Это правда так необходимо? — спросила я, устало откидываясь на лавку. С места, где мы решили остановиться, отлично проглядывалась витрина самой элитной обувной лавки столицы, где две девицы не поделили туфли на высоком каблуке. Вцепившись в последнюю пару с разных сторон, они громко ругались, и ни одна не желала уступать ее сопернице, пока несчастный консультант пытался успокоить взбалмошных девиц.

— Конечно! В академии не так много поводов для веселья. Этот бал — один из немногих. К тому же всем нам не помешает немного повеселиться после всего, что произошло. Разве ты сама этого не хочешь?

В тот момент одна из девиц наконец выхватила у другой туфлю, и случайно огрела по голове консультанта. После этого обеих девушек попросили удалиться из обувной лавки.

— Не знаю, как-то это дико… — с сомнением ответила я, — Если бал хоть немного похож на подготовку к нему, боюсь мне понадобится больше зелья от головной боли.

Ами тихо хихикнула, проследив взглядом за девушками, которые направились в другую лавку, пытаясь обогнать друг друга, и добавила:

— Брось, вот увидишь, будет здорово!

Эта фраза, сказанная Ами, — последнее, что я запомнила, перед головокружительным калейдоскопом модных лавок, который закончился в ателье, где с нас сняли мерки для будущих нарядов, после чего меня, уставшую и едва держащуюся на ногах, усадили обратно в карету.

Где-то в ней я и потеряла обувь, желая дать долгожданный отдых ногам, и совершенно забыла о ней, мечтая лишь о том, чтобы поскорее оказаться в горячей ванне, а затем и под одеялом, где смогу проспать до самого утра.

Ни одна тренировка, миссия или погоня за преступниками не изматывала меня настолько, как этот поход за нарядами для бала. Но, пусть мои глаза непроизвольно закрывались, и я едва переставляла ноги, я ничуть не жалела о том, что провела этот день вместе с подругами. Мне и правда не хватало простых забот, не связанных с убийствами, похищениями и темными магами.

Да и конец дня стоил того, чтобы его ждать.

Когда карета наконец остановилась у ворот академии, за окном уже стемнело, а я почти дремала, прислонившись лбом к прохладному стеклу, а затем увидела их. Нас встречали целой толпой: Шэйнар, Ульвиам, Хелен и Дэрек. Но, если близняшек друзья просто приобняли, набросив им на плечи теплые плащи, то мы с Ами с самым счастливым видом отправились на руки к нашим возлюбленным.

Уткнувшись холодным носом в шею Шэйнара, я на мгновение зажмурилась, наслаждаясь его теплом, а он лишь прижал меня ближе и прошептал:

— Замерзла? — от тихого, горячего и полного нежности шепота моя кожа тут же покрылась мурашками, а на губах сама собой появилась счастливая улыбка.

— Мне уже теплее… — тихо ответила я, обнимая его за шею.

Это был вечер объятий и нежных поцелуев, горячей ванны с ароматной пеной, и самых приятных слов, которые я когда-либо слышала. Я уснула почти сразу, едва моя голова коснулась подушки, и все же… Это был один из лучших вечеров, однако впереди нас ждали и другие. Много-много вечеров, которые мы проведем вместе. А предстоящий бал лишь укрепит связь между нами и ребятами…

Но до этого вечера оставалась еще целая неделя. Целая неделя предпраздничной суеты и подготовки к грядущим экзаменам. Целая неделя изнурительных тренировок с Ульвиамом и вечеров в компании друзей за чаем и долгими разговорами.

Я знала что скорее всего для меня эти дни окажутся последними в качестве Далии и адептки стихийного факультета. Совсем скоро о том, что натворили родители Далии, напишут во всех вестниках, и в столице не останется никого, кто бы не знал правду. И все же я хотела насладиться ими. Воспользоваться каждой возможностью, которую получила при таких странных и запутанных обстоятельствах. Побыть той, кем я могла бы быть, если бы родилась в другое время — простой ученицей, девушкой с друзьями и лучшими подругами, девушкой, которая не ловит преступников за деньги, девушкой с будущим и самым лучшим на свете женихом.

Дни до самого вечера бала я старалась делать все, что делали другие: писала конспекты, пусть и знала, что они мне не пригодятся, просыпалась рано утром, чтобы позавтракать со всеми в столовой и даже написала доклад по истории.

Стала ли я другой?

Пожалуй что да. Пусть мне порой и недоставало той бури эмоций от погони и самых запутанных расследований, пусть иногда я и поглядывала на портреты разыскиваемых преступников, развешанных на деревьях и досках объявлений в столице, я знала, что не вернусь к этому. По крайней мере не сейчас. Потому что теперь у меня есть кое-что важное, и я ни за что от этого не откажусь.