Месть. Седина в бороду, бес в жену

Глава 8

Муж звонит мне ближе к концу рабочего дня. Я не горю желанием с ним разговаривать, но выбора нет. Придётся с ним помириться, ведь я хочу довести дело до конца. Для этого мне необходимо оставаться рядом с ним.

– Слушаю, – тихо произношу я, принимая его звонок.

– Привет, – выдыхает он. – Даже не знаю, что сказать, Марин. Я понятия не имею, что на меня нашло. В меня словно бес вселился. Я плохо себя чувствовал, прилёг отдохнуть, и тут приехали эти полицейские… Я просто не соображал ничего. Знаю, что это такое себе оправдание, но клянусь, я бы никогда не смог причинить тебе вреда.

От этих слов мне хочется рассмеяться в полный голос. Не причинит он мне вреда? Как же! Я на это не куплюсь.

– Может, скажешь хоть что-нибудь? – спрашивает он.

– А что тут говорить? Мы с тобой столько лет провели вместе, что я искренне думала, будто знаю тебя лучше, чем саму себя. Но выходит, я ошибалась.

– Мариш, ну что ты такое говоришь? Конечно, ты меня знаешь. Я не изменился. Я всё тот же мужчина, за которого ты вышла замуж. Просто в последнее время на нас столько всего навалилось, нам стало сложно с этим справляться. Не только ведь тебе страшно из-за того, что ты сходишь с ума - меня это тоже пугает. Ведь я понятия не имею, как жить без тебя...

Помнится мне, что-то вроде этого он и нашим детям задвигал. Вот только меня этим не проймёшь, ведь мне, в отличие от остальных, известно про планы мужа.

– Возвращайся, пожалуйста, домой. Без тебя здесь очень тоскливо. Я очень соскучился.

– Хорошо, – вздыхаю я. – Скоро буду.

Перед тем как поехать домой, я отписываюсь Ане и предупреждаю о том, что съехала из гостиницы и собираюсь вернуться домой. Хочу, чтобы она знала, кого винить, если я вдруг исчезну. Но всё же надеюсь, что Богдан меня и пальцем не тронет. Он ведь должен понимать, что все подозрения тут же пойдут на него.

Осторожно вхожу в дом и вижу мужа с огромным букетом цветов. Он неловко мнётся у входной двери, протягивает мне розы и выдавливает виноватую улыбку. Меня и раньше подобные вещи не трогали, а теперь и подавно. При виде его выражения лица хочется выругаться. Но вместо того чтобы оттолкнуть этого блудливого кобеля с букетом, я опускаю взгляд и принюхиваюсь к аромату цветов.

– Не стоило, – роняю я.

– Это меньшее, что я мог сделать после того, что вчера натворил.

– Ты просто растерялся, – замечаю я. – Такое могло произойти с кем угодно – просто глупое стечение обстоятельств.

Я вижу, как он делает шаг ко мне и инстинктивно отступаю – не хватало ещё терпеть объятия. К счастью, муж довольно спокойно воспринимает моё поведение.

– Я всё понимаю. Ты ещё не готова, – кивает он. – Прости, что расстроил тебя. Этого больше не повторится.

– Надеюсь, – киваю я.

Разговор с мужем кажется мне глупой пародией на те отношения, что были у нас раньше. Он врал мне двадцать лет, и до этого меня ничего не смущало – просто потому, что я не знала всей правды. Стены этого дома пропитаны тяжелым негативом от лжи и предательства. Мне сложно представить, как часто подруга бывала здесь в те моменты, когда я уезжала в командировки. Сколько раз она спала в моей постели, пользовалась моими полотенцами, готовила завтрак на моей кухне?..

Эти стены всегда были для меня убежищем… Но теперь я понимаю, как сильно я ошибалась. Я давно не находилась здесь в безопасности. Более того, именно в этом доме обитал мой злейший враг, которого я продолжала любить, даже не подозревая о его намерениях.

Но час расплаты уже близок. И только мысль о том, что скоро всё это закончится, помогает мне жить дальше.

К концу недели я пригласила подругу на ужин. Она с радостью согласилась заехать вечером. Едва Таня переступила порог нашего дома, как я увидела, что она буквально светится от счастья.

– Вы даже не представляете, какие у меня новости! – воскликнула она, чуть ли не хлопая в ладоши.

– Ну-ка, расскажи! – произнес Богдан, появляясь из-за дверей гостиной.

– Меня пригласили на телешоу, темой которого станет мой благотворительный бал! Программа выйдет в эфир в начале следующей недели! Правда здорово?

– А это не слишком быстро? – интересуется мой муж. – Нужно ведь подготовиться… гостей пригласить… взять у тебя интервью.

– Программа будет идти в прямом эфире! – не слушая Богдана, продолжила она делиться новостями. – Представляете, в прямом эфире! А значит, я смогу поднять любую тему, и они не смогут это вырезать. Это ведь такая удача!

– Действительно, – заметила я. – Тебе очень повезло.

– Не могу поверить, что это случилось именно сейчас! У меня огромные надежды на этот благотворительный бал. Эта программа привлечёт новых спонсоров. Уверена, что сборы побьют все рекорды.

– Ты это заслужила, – без тени улыбки произнесла я и тут же поймала на себе внимательный взгляд Богдана. Отвела глаза.

А ведь Таня действительно считает, что её жизнь скоро кардинально изменится в лучшую сторону. Она думает, что сумеет завладеть всеми спонсорскими деньгами и сбежать. Интересно, каким образом она планировала обчистить карманы моего мужа?

В день, когда должно состояться шоу с участием Татьяны, я, как ни в чем не бывало, отправляюсь в офис. Но в этот день мне никак не удается сосредоточиться на работе – голова полна мыслей о том, как всё пройдет. Я очень надеюсь, что Константину удалось всё спланировать идеально. Хочу увидеть, как жизнь моей некогда лучшей подруги кардинально изменится. Мне важно, чтобы она не сразу поняла, кто стал автором всех её бед. Она должна будет узнать правду лично от меня, потому что мне нужно видеть её глаза в момент признания.

После обеда я ухожу в комнату отдыха и включаю телевизор. Ведущий как раз начинает представлять всех участников программы с Таниным участием. Среди них известный адвокат, пара актёров, психолог и ещё какие-то знаменитости, имён которых я не знаю. Таня сидит на центральном диване в элегантном брючном костюме оливкового цвета. Выглядит просто потрясающе: на лице лёгкая полуулыбка, а в глазах – предвкушение от завышенных ожиданий.

Сначала не происходит ничего интересного: ведущий задаёт стандартные вопросы, спрашивает у Тани, что повлияло на выбор профессии, и внимательно слушает, как она распинается о том, что всю жизнь чувствовала потребность помогать другим людям. Зал хлопает и одобрительно гудит, поощряя мою подругу, а она скромно улыбается в ответ и поправляет идеально уложенные волосы.

– А были ли случаи, когда вам приходилось кому-то отказывать? – интересуется ведущий.

– Я стараюсь этого не делать, – с гордостью заявляет Таня. – Я считаю, что все люди равны и каждый заслуживает шанс на спасение, не важно, ребёнок это или взрослый. Жизнь любого из нас бесценна.

– Но тем не менее есть люди, которые утверждают, что они не получили от вашего фонда никакой помощи, – замечает ведущий.

– Это неправда! – качает головой Таня. – Думаю, тот, кто вам это рассказал, обычный мошенник.

– Я предлагаю вам познакомиться с семейной парой Ивановых. Несколько лет назад их сын попал в аварию, и ему требовалась срочная операция, денег на которую у этих людей не было. Поэтому они обратились в ваш фонд…

Я не свожу взгляда с лица Татьяны, которая буквально каменеет. Конечно, она сразу понимает, о ком идёт речь. И мне начинает казаться, что она сознательно не захотела помогать собственному сыну, чтобы в будущем он не стал для неё проблемой. Возможно, всё это время она считала, что его уже нет в живых.

Когда приёмные родители Таниного сына появляются в студии, моя подруга вздрагивает. Создаётся впечатление, что она вот-вот сорвётся с места и сбежит, но к счастью этого не происходит. Она довольно стойко выслушивает претензии со стороны четы Ивановых и даже начинает объяснять, почему им не была оказана помощь. Но едва в кадре появляется новый участник, как моя подруга ещё сильнее бледнеет и замолкает.

– Ну здравствуй, мама! – с усмешкой произносит мужчина, глядя Тане в глаза.

– Мама? – удивлённо переспрашивает ведущий, который явно в курсе происходящего. – Почему вы называете эту женщину своей мамой?

– Потому что она меня родила, а потом бросила, – поясняет мужчина. – Эта женщина не та, за кого себя выдает! Она лишь носит маску идеальной и понимающей особы. На самом деле директор благотворительного фонда “Сердце ласточки” - циничная эгоистка!

Таня вскакивает с места, обводит всех присутствующих тяжёлым взглядом, задерживаясь на сыне.

– Это всё ложь! – кричит она. – У меня нет никакого сына! У меня только дочь! Эти люди - самозванцы, они пришли, чтобы меня оклеветать!

– Успокойтесь, Татьяна, – просит ведущий. – Сейчас мы всё разберёмся. Если эти люди решили нажиться на вашем честном имени, то им придётся отвечать перед законом. Я никому не позволю клеветать на гостей моей студии. Мы заранее провели ДНК-тест, и сейчас станет понятно, говорит ли правду этот мужчина или он не имеет к вам никакого отношения.

– Какой ещё ДНК-тест? – шепчет Таня, падая на диван. – Я не сдавала никакие образцы, вы не могли провести тесты!

– Да, вы не сдавали, – соглашается ведущий. – Но ваша дочь любезно согласилась помочь нам выяснить правду.

– Она не могла, – растерянно качает головой Татьяна. – Вика не могла этого сделать!

– Тогда давайте пригласим её в нашу студию, и она сама вам скажет, делала она это или нет.

При виде дочери, которая входит и тут же направляется к дивану предполагаемого брата, Таня буквально теряет сознание. На её лице выступает пот, который не может скрыть даже через макияж. Подруга жадно хватает ртом воздух, наблюдая за тем, как Вика усаживается рядом с братом и берёт его ладонь в свою руку.

– Я не знала о том, что у меня есть брат, – со слезами на глазах произносит девушка. – Мама скрывала это от меня. Я и подумать не могла, что она способна бросить собственного ребёнка.

– А для вас она была хорошей матерью? – интересуется ведущий.

– Нет, – качает головой Вика. – Она всегда была излишне деспотичной. Я сама не могла принимать никаких решений, она просто не давала мне шагу ступить без своих советов…

Таня резко вскакивает с места, срывает с себя микрофон и, бросив на дочь взгляд полный ненависти, убегает за кулисы.

Остаюсь на месте и продолжаю смотреть в экран телевизора простым взглядом. На экране происходит какое-то движение, вроде бы демонстрирующее тест ДНК, доказывающий родство между детьми Татьяны. Но я словно под колпаком, сквозь который до меня не долетают никакие звуки. Я просто смотрю вперёд и пытаюсь понять, что чувствую в данный момент. Не могу сказать, что меня переполняет особая радость. Скорее, душа моя полна сожаления. Нет, мне не жалко Таню – она действительно это заслужила. Я доверяла ей, а она на протяжении многих лет меня предавала.

Если бы подруга просто спуталась с моим мужем, я бы, наверное, отреагировала немного иначе. Даже не знаю, стала бы я ему мстить или оставила всё как есть и просто ушла. В любом случае её ждало бы более мягкое наказание. Но Татьяна не просто спуталась с мужем лучшей подруги – она решила избавиться от меня, заперев в психушке только потому, что я знала её секреты. Разве это нормально? Как она могла настолько цинично спланировать моё будущее?

Телефон в кармане заливается мелодией, оповещая о входящем звонке. Достаю сотовый и смотрю на экран. Звонит муж. Похоже, он тоже наслаждался просмотром телешоу.

– Боже, ты это видела? – спрашивает он, едва я принимаю звонок.

– Видела, – спокойно отвечаю я.

– Ты ей не звонила? Где она сейчас? Даже не представляю, что она сейчас чувствует.

– Понятия не имею, – вздыхаю я, потирая пальцами переносицу.

– Ты знала, что у неё есть сын? – внезапно спрашивает он.

– Знала.

– Чёрт! – роняет он. – Но они-то как раскопали эту информацию? Они же буквально уничтожили Танину репутацию! Откуда эта семейка узнала, кто биологическая мать их приёмыша?

– Ну как откуда? – усмехаюсь я. – О наличии у Тани сына знали только мы с ней. Думаю, нетрудно догадаться, кто именно слил информацию.

– О чём это ты? – растерянно спрашивает Богдан. – Хочешь сказать, что это твоих рук дело?

– Ну да, – отвечаю я.

– Но зачем? Для чего ты это сделала, Марина? Она ведь твоя лучшая подруга!

– А ты не догадываешься? – тихо смеюсь я. – Эта стерва хотела упечь меня в психушку, а ты всё это время ей потворствовал. Неужели вы считали меня настолько глупой? Думали, что я не пойму, что вы задумали?

– Я не понимаю, о чём ты говоришь, – врёт Богдан. – Я почти подъехал к офису. Сейчас я найду тебя, и мы всё спокойно обсудим.

– Буду ждать тебя в своем кабинете, – произношу я и сбрасываю звонок.

Медленно поднимаюсь и на негнущихся ногах выхожу из комнаты отдыха. Соберись, Марина! Остался последний раунд, и всё будет кончено. Выглядываю в окно, выходящее на парковку, и нахожу глазами автомобиль мужа. Он только подъехал. Достаю телефон и звоню психиатру.

– Глеб Викторович, у Богдана снова приступ. Я боюсь, что он может мне навредить.

– Успокойтесь, Марина, – просит специалист. – Вызывайте полицию и бригаду скорой помощи. Сообщите, что нападающий наблюдается у психиатра.

– Хорошо, спасибо вам. Сейчас всем позвоню…

– Марина, я тоже уже выезжаю…

Я столько раз прокручивала в голове этот момент, представляла, как именно всё случится, а теперь словно впадаю в ступор. Всё происходит как во сне. Оказавшись в своём кабинете, я прошу помощницу спрятаться в чулане, который мы используем как небольшую кухню. Понимаю, что при свидетелях муж будет вести себя более сдержанно, а мне нужно, чтобы он окончательно слетел с катушек.

Богдан врывается в кабинет, распахнув настежь двери. Обводит помещение тяжёлым взглядом и делает шаг в мою сторону. Он не произносит ни слова, просто молча идёт на меня, удерживая зрительный контакт. И от этого мне становится по-настоящему страшно…

– Не приближайся ко мне, – произношу я и отступаю.

– Я буду делать всё, что считаю нужным, – шипит он. – Ты настоящая идиотка, если решила играть в открытую. Неужели ты думаешь, что это нас остановит? Ты всё равно отправишься в психушку, потому что ты ненормальная. И сейчас ты подчинишься и молча поедешь со мной в лечебницу, потому что у тебя нет выбора: либо психушка, либо я закопаю тебя прямо здесь.

Он делает шаг вперёд и резко хватает меня за руку, но я уворачиваюсь. Слышится треск разрываемой ткани, и моя блузка лишается рукава.

– Ты сейчас вредишь только себе! Хочешь выставить все так, будто я напал на тебя? – злится он. – Только все психи сами себя ранят. И ты не исключение… Просто сделай, как я прошу, и тогда ты не пострадаешь.

Я качаю головой и продолжаю пятиться.

– Нужно было давно это сделать, – цедит он. – Должен был догадаться, что такая изворотливая дрянь что-то заподозрит. Но то, что ты сделала с Таней я тебе не прощу. И она не простит. Ты будешь страдать…

Все происходит словно в замедленной съемке…

Смотрю в глаза мужа и вижу в них только ненависть. Выходит, он и правда готов придушить меня голыми руками за то, что я обидела его любовницу.

Если бы я знала, что он такой псих, то поступила бы немного иначе. В любом случае, я должна инсценировать нападение. Мне нужны синяки и ссадины.

Он медленно наступает, загоняя меня в угол. Я делаю шаг в сторону, чтобы не оказаться в западне. Богдан пытается меня поймать, но я оказываюсь быстрее: отскакиваю и бегу к стеллажу с рабочими документами. Врезаюсь в него со всей силы и отлетаю на пол; сверху на меня сыплются папки. Муж матерится сквозь зубы, подходит и хватает меня за горловину блузки.

В этот момент двери кабинета распахиваются, и на пороге появляются полицейские в сопровождении охранника. Следом за ними вбегает Глеб Викторович. Моя помощница Наташа выглядывает из чулана держа перед собой телефоном.

– Он хотел её убить! Я всё записала! – кричит она.

Мужчины рывком отстраняют от меня взбешённого Богдана и помогают мне подняться. Бросаю на мужа взгляд полный превосходства и отворачиваюсь.

– Она меня подставила! – кричит Богдан. – Это сука меня подставила! Я её не трогал! Она сама всё это сделала! Вы слышите меня? Это всё она!

Наташа подбегает ко мне и порывисто обнимает.

– Я так испугалась! – шепчет она. – Но я всё записала. Я всё им расскажу.

– Спасибо, – киваю я. – Ты большая молодец.

– Теперь его точно посадят, – заверяет моя помощница.

Чувствую лёгкое головокружение, хватаюсь рукой за стену, чтобы не упасть. Помощница помогает мне добраться до стула и убегает за водой. Один из полицейских приближается и что-то у меня спрашивает, а я никак не могу разобрать его слов. Как будто он словно рыба беззвучно открывает рот, уставившись на меня.

Я чувствую себя совершенно разбитой, сижу и смотрю в одну точку, сжимая в руках стакан с водой, который всучила мне Наташа. Словно сквозь вату слышу, как психиатр просит сотрудников полиции оставить меня в покое, обещая, что я поговорю с ними позже, когда приду в себя. Но я понимаю, что вряд ли захочу обсуждать всё это в ближайшее время. Врач предлагает подвезти меня домой, но я отказываюсь и заверяю, что смогу доехать сама. Уверена, он начнёт задавать вопросы о записи, которую сделала Наташа, а я пока не готова об этом говорить. Для начала мне нужно хорошенько подумать над своей речью, чтобы не подставить саму себя.

Медленно поднимаюсь и подхожу к окну, чтобы выглянуть на улицу. Богдана выволакивают из здания на глазах у всех сотрудников компании и запихивают в машину скорой помощи. Психиатр крутится рядом и, видимо, заверяет моего мужа, что ему не стоит сопротивляться, и тогда с ним ничего не случится. Когда мужа увозят, Наташа провожает меня до моей машины. Сажусь за руль и завожу мотор, хочу как можно скорее добраться до дома. Но сначала я должна позвонить Ане и рассказать о случившемся.

Едва протягиваю руку к телефону, как вижу пропущенный звонок от Татьяны. Делаю глубокий вдох и перезваниваю.

– Привет, – еле слышно произносит она.

– Ты как? – спрашиваю я.

– Ты всё видела? Ну конечно, видела. Все это видели… Я опозорена. Эти уроды смешали меня с грязью… Выставили злодейкой, которая бросила ребенка и отказалась помочь ему с лечением… Марин, меня только что уволили с должности директора. Просто позвонили и сказали, что я больше у них не работаю… Я не знаю, что мне делать. Можно я к тебе приеду?

– Приезжай, я буду дома минут через пятнадцать, – отвечаю я.

Набираю для дочери смс о том, что со мной всё хорошо и я позвоню ей позже, и выруливаю с парковки.

Когда подъезжаю к коттеджу, сразу замечаю машину Татьяны. Припарковываюсь и выхожу из салона. Смотрю на подругу, которая в оцепенении сидит на водительском сидении, вцепившись пальцами в руль. Легонько стучу по лобовому стеклу, чтобы привлечь её внимание. Она вздрагивает и поднимает на меня заплаканные глаза.

Небо затягивает свинцовыми тучами. Слышатся первые раскаты грома, оповещающие о приближающейся грозе.

Пока мы молча идём к дому, раздумываю над тем, что несмотря на всё зло, которое причинила мне Таня, как только случилась беда, подруга рванула ко мне за утешением. Это ли не лицемерие? Ведь она так жаждала от меня избавиться. Так что же пошло не так?

Мы входим в дом и Татьяна сразу идет на кухню. Смотрю на ее сгорбившуюся спину и не ощущаю никаких эмоций.

– Чай будешь? – тихо спрашиваю я.

– Буду, – кивает Таня и присаживается за кухонный стол. Прячет лицо в ладонях и всхлипывает. – Не могу поверить, что Вика так со мной поступила.

– Ты с ней разговаривала? – интересуюсь я. – Она тебе ничего не объяснила?

– Объяснила, – роняет подруга. – Сказала, что давно хотела стать блогером, чтобы зарабатывать много и при этом ничего не делать. Создатели этого шоу пообещали ей, что она мгновенно станет знаменитой. Им даже не пришлось ей платить! Она пошла на это не ради денег, а ради мифической популярности. Она обвинила меня в том, что я была к ней несправедлива. Что она задыхалась от моего контроля… А я ведь хотела её спасти! Эта идиотка связалась с женатым мужиком и умудрилась от него забеременеть. И этот престарелый урод пригрозил ей, что заберёт ребёнка. Он реально мог это сделать - и сделает! Теперь у него руки развязаны. Я хотела защитить её, понимаешь? Конечно понимаешь, у тебя ведь тоже есть дети. И вся эта история с моим брошенным сыном всплыла так не вовремя…

– Ну да… – замечаю я, ставя перед ней кружку с чаем. – Ты ведь планировала забрать себе все пожертвования и сбежать. А Богдан думал, что ты возьмёшь его с собой? Или ему было известно, что он всего лишь разменная монета в твоей игре?

Таня пару раз моргает и удивлённо смотрит на меня. Шестерёнки в её голове начинают вращаться, и пазл складывается. Зрачки расширяются и она смотрит на меня ошарашенным взглядом.

– Это ты… Ты все это устроила…

– Я.

– Ну ты и стерва, – шипит Таня глядя мне прямо в глаза. – Я доверяла тебе! Ты хоть понимаешь что сделала?

– Отомстила, – холодно отвечаю я. Демонстративно скрещиваю руки на груди и смотрю на бывшую лучшую подругу с вызовом.

– Богдан так просто этого не оставит. Ты хоть понимаешь что тебя ждёт?

– Ты обо мне не переживай, – с усмешкой замечаю я. – Подумай лучше о том как отмыться от всей этой грязи…

– Ты просто завидуешь мне! Я всегда была лучше тебя! Получала все, о чем ты мечтала. И твой муж выбрал меня! Он сделал свой выбор много лет назад… Он мой!

– Пользуйся на здоровье, – равнодушно роняю я.

Таня вскакивает со стула, хватает кружку с чаем и, прицелившись, швыряет её в мою сторону. Но промахивается.

– Прекрати! – жёстко произношу я. – Если не хочешь, чтобы я заявила на тебя в полицию. Ты получила всё, что заслужила. А теперь можешь выметаться из моего дома.

– Богдан тебя уничтожит! – обещает она. Смотрит с вызовом. Словно и правда верит в то, что кто-то ее защитит.

Я молча наблюдаю, как подруга медленно направляется к двери. Выходит на улицу и поднимает глаза к небу, с которого срываются первые капли дождя.

Захлопываю за ней дверь и возвращаюсь на кухню. Устало опускаюсь на стул и не могу сдержать улыбки.

Теперь всё позади. Я справилась.