Мой бывший - отец-одиночка

60

Босс и Гера встретили меня с одинаково напряженными лицами. А в кресле напротив стола Оксаны сидела Рокс. Она бросила на меня взгляд и отвернулась, а вот я задержал на ней внимание. Что-то в ней насторожило, ведь я хорошо ее знал и мог читать без слов. Вся ее поза говорила о том, что она не вывозила все, что заварила вокруг себя. Потускнела за эти дни, сидела вся сжатая в комок, пальцы впиваются в плечи до побелевших костяшек, а от самой пахнет горьким сигаретным дымом, кофе и крепким алкоголем. Судя по расширенным зрачкам, она его с чем-то ещё и мешает.…

- Андрей, Роксана говорит, что между вами достигнуты какие-то договоренности, которые исключают все наши беспокойства насчет патентов и твоей кандидатуры на пост… - начала было обескураженно Оксана, но я спокойно возразил:

- Нет никаких договоренностей.

И снова бросил взгляд на профиль ведьмы. Она ждала от меня именно этого. Искривила губы в усмешке, качнула головой и глубоко вздохнула, нервно тряхнув волосами.

- Ваш Князев оказался беспринципным подонком, который думает только о себе, - проговорила она презрительным тоном. - Да, Андрей? Ты решил наплевать на всех? На клинику, Оксану с ее доверием? Милу…

- Андрей сказал мне, что ты требовала от него союза в обмен на лицензию Милы, - подал Голос Гера. - И нет, он - не беспринципный подонок. Скорее, ты совершенно растеряла остатки человеческого…

- Давайте без эмоций, - оборвала его мягко Оксана и перевела взгляд на меня. - Есть тебе, что добавить?

- Нет.

Рокс снова усмехнулась.

- Хорошо, тогда, Роксана, я думаю, что тебе лучше написать заявление на увольнение по собственному желанию, - обратилась Оксана к ведьме.

- Что?! - недоуменно воскликнула та и обвела всех нас горящим взглядом. - Вы правда не понимаете, чем это обернется для вас? Думаете, что можете противостоять Министерству?!

- Вот и посмотрим, - спокойно парировала Оксана, и обратилась ко мне буднично, давая понять, что разговор окончен: - Андрей, в отделение продолжают поступать больные…

- Я возьму под контроль, - заверил ее я.

- Как Дима? Ты правда сможешь?

- У меня есть Елена Осинина, она отлично справляется. Валера тоже неплохо себя показал. А Дима идет на поправку. Думаю, все будет хорошо.

От меня не укрылось, как болезненно поморщилась Рокс при моих словах.

- Рада слышать, - улыбнулась Оксана. - И, Андрей, очень хотела бы тебя попросить сопровождать меня завтра в поездке в Министерство, - добавила она неожиданно.

- Ты уверена, что я там нужен? - настороженно спросил я.

- Да, нужен. Мне прежде всего.

- Ладно, - кивнул я. - Мне официально одеться или…

- Совершенно свободно. Роксана, а ты можешь пройти к Георгию, он подготовит расторжение твоего трудового договора, - обратилась Оксана холодно к Рокс, но это последнее, что я услышал, направившись из кабинета.

Возникло странное предчувствие, в котором ясно читалось сожаление о потраченных нервах, времени и силах на то, что всего этого не стоило. Роксана больше не беспокоила. Я даже не был уверен, что она найдет в себе силы прибежать ко мне, когда Гера предъявит ей обвинение завтра. Можно было бы, наверное, попробовать поговорить с ней ещё раз, но я слишком хорошо ее знал… Она тонет. Не справляется. Но никогда не признается в этом.

Когда я вернулся в палату, обнаружил и там небольшое заседание, но на этот раз все присутствующие радовали. Отец с мамой сидели на моей кушетке и вовсе не удивили своим появлением, а вот визит Севера застал меня врасплох.

- Какие нелюди, - улыбнулся я, пожимая ему руку. - Какими судьбами?

- Вообще-то, у тебя сын после операции, и я хотел узнать, как ты, - улыбнулся он. - И поддержать.

- Спасибо, - искренне поблагодарил я.

Понятно, что они все пришли вернуть меня в семью, считая, что теперь мне не отвертеться - Мила теперь со мной, семья у меня полноценная, повода увиливать и сторониться остальных будто бы не стало.

Мила робко улыбнулась, а я направился к ней и присел в ее ногах, заглядывая в ее лицо. Мало ли - столько оборотней на один квадратный метр разом могли ее обескуражить. Но и она за меня тревожилась.

- Всё нормально? - тихо спросила, беря меня за руку.

- Даже лучше, - заверил ее я.

- Твои родители говорят, что у них тоже есть новости по этому делу, - вдруг сообщила она, и я перевел взгляд на семью.

- Мы немного взбаламутили воду, - усмехнулась мама довольно.

- Сейчас у нас больше двухсот претензий от врачей-кардиологов по поводу обвинений Министерства в твой адрес, - объяснил отец. - Завтра они поступят в приемную Министерства.

- Нам удалось подключить и зарубежных коллег, - добавил Север, - потому что эта история возмутила всех и потрясла каждого хирурга…

Я перевел взгляд на Милу. Ее взгляд блестел восхищением и радостью. А вот сам я испытывал сложные эмоции.

- Спасибо за поддержку, - искренне поблагодарил я, - думаю, это сыграет немалую роль в борьбе клиники за патенты и справедливость.

- Думаю, это разнесет вообще завтра отделение кардиологии в Министерстве, - поправил меня с усмешкой отец.

- Думаю, ты прав. Завтра у нас у всех будет нелегкий день.