Роман
Рабочий день подходил к концу и Роман, аккуратно сложив на столе бумаге, потянулся, разминая затекшие от сидения мышцы. Пора домой, еще в аптеку надо заскочить за лекарствами для Ягодки. Слава богу, ничего серьезного у дочки — обычная возрастная реакция на осенний сезон и пребывание в большом детском коллективе. Надо еще в магазин игрушек заскочить, купить что-нибудь Ягодке, порадовать ребенка, чтобы не так грустно болелось. Улыбка сама собой заиграла на его губах, он всегда так реагировал на воспоминания о дочери.
Роман встал из-за стола в тот момент, когда из-за двери послышались чьи-то возбужденные голоса. Только бы не клиент.
— Роман Александрович, — просунулась в дверь голова Саши. — Здесь пришла Анжелика Белявская и рвется к вам.
— Пусти меня немедленно! — послышалось из-за спины его помощника. Сашка был высоким парнем, да еще и в качалку, судя по всему, заглядывал, потому что несмотря на довольно высокий рост и свою настойчивость Лика никак не могла из-за него даже выглянуть.
— Пропусти, Саш, иначе не отвяжемся, — махнул он помощнику рукой. — И задержись минут на десять пока я тут буду разбираться.
— Хорошо, — кивнул парень и уже обращаясь к Лике, Роману показалось с какой-то снисходительностью, бросил: — Заходите, дамочка.
— Какая я тебе дамочка? — возмутилась Белявская и переключилась на Романа: — Ты совсем своих подчиненных распустил.
Лика вырядилась как на свидание — красное обтягивающее, как вторая кожа, платье с глубоким вырезом, из которого грозила вывалиться сделанная у пластического хирурга грудь.
— Тебя это вообще не касается! Зачем пришла?
Выражение лица Лики изменилось в момент, похоже она поняла, что не с того начала.
— Здравствуй, Рома, — расплылась она в милой улыбке. — Извини, но это твой помощник виноват.
Блять, точно, Лика же всегда так делала, у нее виноватыми были все, кроме нее.
— Саша просто выполняет свою работу. Так зачем ты пришла?
Роман четко давал понять Лике, что ее тут не ждали, ей не рады, а уж если она приперлась, пусть говорит побыстрее, зачем пришла, и на выход.
— Ты мне даже кофе не предложишь? — захлопала глазками Лика.
— Нет. Я уже домой ухожу.
— И даже ради меня не задержишься?
Вот ради тебя точно нет.
— Нет, Лика.
— Ром, — она сделала пару шагов в его сторону, — Ну давай где-нибудь кофе выпьем.
— Лика, я спрашиваю в последний раз, зачем ты пришла?
Она как будто его не слышала. Прошла вперед, виляя бедрами, и уселась на стул.
Роман был вынужден отойти к своему рабочему креслу. Но садиться он не стал, чтобы не думала, что их ждет долгая беседа, оперся рукой о спинку и вопросительно посмотрел на свою гостью.
— Рома, пожалуйста, мне очень нужен адвокат!
— У нас что все адвокаты закончились, остался только я?
— Нет, — запнулась Лика. — Просто я хочу, чтобы в момент развода со мной рядом был кто-то родной и близкий.
— Ну ни фига себе! — присвистнул Роман. — С какого перепугу я тебе родной и близкий?
— Но мы же когда-то…
— Что мы когда-то? — перебил ее Роман. — Поиграли в любовь в школе, подержались за ручки, поцеловались, пару раз переспали?
— Ром, ну ты же был у меня первым… — театрально потупила глазки Лика.
— Вот именно, что всего лишь первым, — хмыкнул Роман. — И было это давно и неправда.
— Как неправда? Ты что все забыл?
— Лика, столько лет прошло. Ты вышла замуж, я женат. Что я должен помнить?
— Ром, но у нас же была такая любовь, — томно произнесла Лика и облизала губы.
«Фу!» — захотелось ему воскликнуть, но он сдержался.
— У нас? — ухмыльнулся Роман. — Ты уверена, что у НАС? Или ты просто позволяла мне тебя любить?
— Ром, ну конечно же, у нас. Ты моя единственная любовь…
— Которую ты легко оставила в прошлом, когда на горизонте нарисовались более перспективные варианты.
— Ты до сих пор обижаешься?
— Я всего лишь констатирую факты.
— Но мы же можем…
— Не можем! — рявкнул Рома так, что Лика даже подпрыгнула. — Запомни, НЕ МОЖЕМ! Я женат! У меня прекрасная жена и дочь! У нас все хорошо! Я счастлив! На этом точка!
— Так ли уж ты счастлив, Рома? — протянула с ехидцей Лика, в один момент превратившись в змею с человеческим лицом.
— Давай на этом закончим! — решил Роман не вступать с ней в диалог.
— Ну почему же закончим? — встала со стула Лика. — Давай поговорим, насколько ты счастлив, кувыркаясь в постели с помощницей!
Роман готовил себя к таком у повороту, но все равно было неприятно, что кто-то позволяет себе такие высказывания.
— Если тебе нравится собирать желтушные сплетни, я не могу тебе в этом помешать.
— Сплетни? Я же видела фотографии своими глазами!
— Не понимаю, о чем ты говоришь, — равнодушно бросил он. — Но, если тебе доставляет удовольствие придумывать небылицы, вперед. Только не заиграйся, а то прилетит иск о защите чести и достоинства.
— Ты что мне угрожаешь судебным иском? — округлились глаза Лики.
— Я предупреждаю, Лика. И в последний раз прошу по-хорошему, оставь меня и мою семью в покое.
— Я всего лишь пришла к тебе попросить помощи!
— Я тебе ответил, что адвокатом твоим не буду. Предложил помощь в поиске специалиста, но ты все никак не успокоишься.
— Какой ты стал, Рома… — замолчала Лика, подыскивая слова.
— Какой?
— Черствый. У меня беда, а ты…
— Лика, вот честно — хреновая из тебя актриса. И твоя единственная беда в том, что не на что тебе нанять адвоката, правда? А денег у мужа отжать хочется, вот и вспомнила ты обо мне.
Лика поменялась в лице, и Роман понял, что попал в цель. Она встала, зло сверкнула глазами и направилась на выход, но на пороге вдруг остановилась.
— Интересно, — обернулась она. — А жена-то твоя знает об этих фото?
Вот же сука!
Лика ушла, громко хлопнув дверью кабинета, а у Романа появилось опасение, что эта змея на этом не успокоится.