Глава 3 Катя

Еще не лестничной площадке до меня доносятся звуки музыки. Ясно. Коля пришел. И, судя по голосам, не один. Я аккуратно захожу в квартиру, по стеночке иду к себе. Мне хочется остаться незамеченной.

– О! Катька! – слышу голос приятеля Коли, Алексея.

Даже замираю. Я не хочу с ним встречаться. Но Алексей уже рядом. Берет меня за предплечье и разворачивает к себе.

– Катюха! Не узнала, что ли? Пошли! – и тянет меня за собой.

– Куда? Алексей, отпусти меня! – пытаюсь освободиться, но он сильнее.

– Посидишь с нами. Отвлечешься. Тебе полезно, – ржет он. – Ну что? Сговорчивее стала?

Он толкает меня на диван, перед которым на журнальном столике стоит бутылка и скудная закуска.

– Где Коля? – спрашиваю я, поправляя блузку.

– В ванной. Сейчас придет. Ну что, Катюха? – и Алексей плюхается на диван рядом со мной. Кладет мне на коленку свою лапищу. – Я все еще жду. Но терпелка кончается.

И опять ржет.

Я боюсь Алексея.

Это началось пару лет назад. Он стал приставать ко мне. Причем даже при брате. А Коля лишь смеялся на все его пошлые намеки и шутки.

Я каждый раз говорила Алексею, что нет, я не буду с ним. Но его приставания становились все настойчивее и настойчивее. Он оставил меня в покое лишь тогда, когда узнал, что я жду ребенка.

И вот опять.

Я сижу и понимаю, что не справлюсь с ним. Что теперь мне реально угрожает опасность. В моем же доме.

– Алексей, ничего не изменилось, – говорю я, убирая его руку с себя. – Мне надо идти.

Пытаюсь встать, но он держит меня за руку.

К счастью, в этот момент в комнату заходит брат.

– О! Появилась! – усмехается он. – Куда пропала-то? К уродцу своему моталась?

Со всей злостью, на какую способна, отталкиваю от себя Алексея и иду к двери.

– Слушай! – кричит мне в спину Коля. – Мне мать все рассказала! Даже не думай об этом! Я не дам тебе квартиру продать! А без моего согласия фиг у тебя что получится! Я узнавал! Так что, даже не рассчитывай! Поняла?!

Ничего не отвечаю. Лишь кулаки сжимаю.

– Да брось ты! – это уже Алексей. – Заберу ее себе и все. Что ты, в самом деле? Садись давай. Наливай. Вот отойдет немного от родов-то и заберу.

И потом гогот. Они оба ржут.

Я бегу к себе. Наспех хватаю первую попавшуюся сумку, запихиваю туда пару вещей и пулей выбегаю из квартиры.

Сбегаю на этаж ниже. Там живет тетя Валя, сестра папы. Я частенько у нее оставалась ночевать раньше, когда мама была в ночную смену, а Коля приводил дружков на квартиру.

– Ты чего? Случилось что? – спрашивает тетя Валя, впуская меня в квартиру.

– Теть Валь, можно я у вас до вечера подожду? За мной вечером заедут. А дома… – опускаю взгляд.

– Колька опять, что ли, чудит?

Киваю.

– Вот ирод окаянный! – грозит в пустоту кулаком. – Ну, заходи, давай. На кухню иди. Чаю сейчас попьем. После больницы-то не зашла ко мне. Я и не знала, что тебя уже выписали. А малой где? Почему одна?

Я иду на уже знакомую кухню, падаю на стул и понимаю, что меня трясет. Пытаюсь унять эту дрожь.

– Катюш, – тетя Валя обнимает меня за плечи. – Ну чего ты? Оставайся у меня. Живи. Тут тебя никто не тронет. А Колька, если только появится, спущу с лестницы. И дружков его. Оставайся.

– Нет, теть Валь, – вздыхаю. – Мне есть, где ночевать теперь. Работу нашла. Деньги заработаю на операцию Матвею.

– Работу? Когда успела? Ну-ка, рассказывай давай. Все-все рассказывай.

Дрожь немного унимается и я выдыхаю и рассказываю.

За окном уже темно, во дворе зажглись фонари, когда мне на телефон поступает звонок с неопределенного номера.

– Екатерина Валерьевна? – сухой мужской голос.

– Да.

– Спускайтесь. Я от Амира Каримовича.

И гудки. Сухо. Строго по делу.

– Кто это, Кать? – тетя Валя, похоже, замечает мое волнение.

– Это за мной, – отвечаю я, вставая.

– Кать, ты что затеяла, а? Не ходи. У меня оставайся. И с деньгами решим что-нибудь. Я у детей поспрашиваю. Если есть, не откажут. Катерина?

– Все в порядке, – подхожу и обнимаю ее. – Все в порядке. Все хорошо будет. Не переживай. Я завтра позвоню тебе.

Вдыхаю воздух полной грудью и выходу из квартиры.

На улице, перед подъездом стоит черная тонированная машина. Из нее выходит водитель и открывает передо мной дверь заднего сиденья. Все это молча. Смотрю в каменное лицо, на котором ни одной эмоции, и сажусь.

Мы едем достаточно долго. Меня везут за город. Наконец, машина останавливается возле большого красивого дома за высоким забором.

Водитель также молча помогает мне выйти и провожает до двери. Я собираюсь постучать, но дверь сама открывается. Меня встречает худощавая женщина, на вид ей около пятидесяти лет.

– Здравствуйте, – говорит холодным тоном. – Меня зовут Изольда Игоревна. Я управляющая в этом доме. Амир Каримович предупредил меня насчёт вас. Пройдёмте, я покажу вам вашу комнату.

И, не дожидаясь от меня ответа, она разворачивается и каблуками отстукивает каждый свой шаг. Я иду следом.

Изольда Игоревна открывает какую-то дверь и обращается снова ко мне:

– Ваша комната. Здесь есть все необходимое. Если что-то понадобится, обращайтесь сразу ко мне. Амира Каримовича не беспокойте. Тамерлан в соседней комнате. Он сейчас спит. Вы примите душ и я отведу вас к нему на вечернее кормление.

Так. Значит мальчика зовут Тамерлан.

– Я принимала душ сегодня с утра, – говорю я.

– Прежде чем идти к ребенку, вы примите душ, – произносит тоном, не терпящим возражений. – Таковы правила.

– А можно сразу узнать все правила? – понимаю, что надо успокоиться и не нарываться. Ни к чему. Я же сама согласилась. Это я пришла в их дом. В их дом с их правилами.

– Да, безусловно, – также холодно отвечает она мне. – Вы ознакомитесь с ними сразу же после кормления Тамерлана.

Окидывает меня строгим взглядом и уходит.

Мне немного не по себе от знакомства с Изольдой Игоревной. Но я ведь буду мало ее видеть? Мне главное с малышом разобраться.

Послушно иду в душ.

Вся комната выглядит очень богато. Оснащена по последнему слову техники. Дорогой ремонт, интерьер. Но как-то холодно во всем этом великолепии. Не хватает человеческого тепла, что ли.

Я быстро переодеваюсь и выхожу в коридор. А там у двери меня уже ждет Изольда Игоревна. Молча еще раз осматривает меня, разворачивается и идет к соседней двери. Я следом.

Заходим в светлую просторную комнату. И сразу детский плач прорезает слух. У меня сердце сжимается.

У стены стоит детская кроватка, а возле нее сидит милая пожилая женщина. Увидев нас, она сразу же встает и идет навстречу.

– А это кормилица? – улыбается, глядя на меня.

– Да, – сухо отвечает Изольда. – Екатерина Валерьевна. Как Тамерлан?

– Капризничает. Почти не спал. Не знаю, что и делать. И на руках плачет. Может, животик. А меня София зовут, – опять смотрит на меня. – Я нянечка. Присматриваю за малышом. Проходите, Катерина.

Эта женщина, в отличие от Изольды, кажется мне очень дружелюбной, располагает к себе. И я улыбаюсь в ответ.

Несмело иду к кроватке. Плач не перестает. У меня слезы подступают. Потому что я вижу малыша. Хорошенького малыша. С темненькими волосами и огромными черными глазами. И он мне очень напоминает моего Матвея. Так сильно напоминает, что у меня сердце сжимается.

Глупая. Конечно, все малыши похожи друг на друга. К тому же у моего сына и этого малыша разница пара часов, как сказал доктор. Поэтому они мне и кажутся похожими.

Не спрашивая, тянусь к малышу и беру его на руки. Прижимаю к груди. Он часто моргает и успокаивается.

– Хороший знак, – улыбается София. Перевожу взгляд на Изольду, но та стоит как Снежная Королева, поджав губы. Ноль эмоций.

С малышом на руках иду к дивану. Сажусь и, глядя в черные глазки, расстегиваю блузку.

Близость младенца дает о себе знать. Я чувствую, как опухают груди от прибывающего молока.

– Тихо, тихо, маленький, – шепчу я, не отрывая взгляда от мальчика.

Почуяв запах молока, он начинает водить носом и ртом пытаться ухватиться за заветную цель. Помогаю ему рукой и зажмуриваюсь от того, как крепко он впивается в меня. Я уже отвыкла.

Малыш жадно сосет молоко, а на меня накатывает такое блаженство. Мне так не хватало этой простой радости. Но в тот же момент становится горько. От осознания, что где-то там одиноко лежит мой малыш. Мой сыночек. Без моей ласки.

Закрываю глаза, пытаясь не заплакать.

Все будет хорошо. Матвею сделают операцию и все будет хорошо у нас.

– Наверное, голодный был, – отрывает меня от мыслей вздох Софии. – Я уж чего только не предлагала ему.

– И молоко пить не стал? – спрашивает Изольда.

– Нет. Попробовал и опять в плач. Но сейчас все хорошо, – улыбается, глядя на нас с малышом. – Получил свое.

Малыш сосет, прикрыв глаза, и постепенно засыпает. Отпускает грудь и я отношу его в кроватку.

– Все, заснул, – София поправляет тоненькое одеяло. – Ты тоже спать иди, Катюш. Можно я так называть буду?

– Конечно, – улыбаюсь в ответ. – Может, я лучше останусь?

– Нет-нет, иди поспи хоть пару часов. Тамерлан ночью встанет, опять грудь потребует. Изголодался за этот день. Вон, как впился. Я тебе принесу его. Иди к себе, – гладит меня по спине.

Я еще раз смотрю на мальчика. И ком к горлу подступает. Ведь по сути, оба малыша несчастны, и мой Матвей, и Тамерлан. Только у Матвея есть шанс быть с мамой, а у этого мальчика – его нет…

Я не знаю, что произошло с его мамой, но помню, что доктор говорил, что нет ее больше. Тамерлан остался без мамы.

И опять сердце сжимается, когда я вижу, как малыш причмокивает во сне. Маленький и такой беззащитный.

У себя к комнате я набираю сообщение мамы, что ночевать не приду. Расскажу ей завтра днем все. Сейчас пусть думает, что я у тети Вали заночевала. Так уже было, поэтому она не удивится.

Следующие три дня моя жизнь становится вполне спокойной и размеренной. Я большую часть времени провожу с Тамерланом. Мне хочется не только кормить его, но и просто держать его на руках, прижимать к себе и слушать быстрый стук маленького сердечка. А еще мне кажется, что он улыбается мне. Каждый раз, когда я беру его на руки, улыбается.

Вот и сегодня мне никак не хочется уходить от Тамерлана, но Изольда строго следит за тем, чтобы я не спала с ним в одной комнате. Это не по правилам. Каким-то дурацким правилам.

Но я ведь не вправе спорить? Я здесь никто. Временный человек.

Я успеваю поспать часа три, как в комнату заходит София с Тамерланом на руках. Сажусь в кровати и беру малыша. Потом отношу его сама, укладываю и иду на кухню. Пить хочется.

Свет не включаю, на пол падает отблеск луны и вполне сносно освещает комнату. Беру стакан с водой и иду к окну. На небе столько звезд сегодня. Опять задумываюсь. И тут за спиной слышу чей-то кашель. Это настолько неожиданно, что стакан выскальзывает у меня из рук и падает на пол.

Загрузка...