Джан Колли Небо в алмазах

Глава первая

Теплым весенним днем Дени сидела за столиком уличного кафе и, прикрыв глаза, нежилась в лучах полуденного солнца.

— Даниель Хаммонд, я хотел бы поговорить с нами, раздалось рядом.

Моргнув несколько раз от неожиданности, Дени повернула голову и увидела перед собой незнакомого мужчину.

— Можно присесть за ваш столик? — с едва заметным континентальным акцентом спросил он.

Интересно, откуда здесь взялся этот красавец? Прямо-таки живое воплощение девичьих грез, усмехнулась про себя Дени. Однако когда она пригляделась к нему повнимательней, ей стало не до смеха. Знакомое лицо… Как же его зовут? Кажется, Куинн Эверард. Да, точно, Куинн Эверард, вспомнила Дени, и настроение у нее испортилось.

Не дождавшись ответа, Куинн положил перед ней свою визитную карточку, а затем отодвинул стул и уселся напротив.

Дени покосилась на карточку. На атласной серебристого цвета бумаге было напечатано: «Куинн Эверард. Брокер».

Вот так простенько и без всяких излишеств, с раздражением подумала она. Такой резкий перепад настроения был вызван тем, что в одном из интервью, напечатанном в профессиональном журнале, Куинн презрительно высказался о ее работах: мол, не представляют ни малейшего интереса.

Раньше им никогда еще не приходилось встречаться, но его фотографии постоянно попадались ей на глаза. Почти ни одна статья, посвященная ювелирным украшениям, не обходилась без упоминания его имени, а заодно и без одной-двух фотографий.

Куинн подозвал официанта и заказал себе чашку кофе.

Прищурившись, Дени сердито спросила:

— Неужели вас заинтересовало что-то из моих украшений?

Проигнорировав ее вопрос, он невозмутимо сказал:

— Я зашел к вам в магазин побеседовать, и мне посоветовали зайти в кафе.

Видимо решив, что он достаточно ясно все объяснил, Куинн поставил локти на стол, подпер кулаками щеки и стал внимательно разглядывать Дени.

В ответ та тоже принялась изучать сидевшего напротив мужчину. Ему можно, а ей нельзя, что ли?

Рост выше среднего, фигура спортивная, стройная. Костюм от Армани. Сидит как влитой, выгодно подчеркивая широкие плечи и узкие бедра. Переведя взгляд на лицо, Дени обратила внимание на то, что нос немного свернут на бок и чуть-чуть расплющен, как это бывает у боксеров. Слева, над верхней губой, небольшой шрам.

Да, не плох, совсем не плох, подумала она. Настоящий мачо. Красив, но без приторности. Впрочем, какое ей дело до его внешности?

Закончив осмотр, мужчина с явным удовлетворением откинулся на спинку стула и, помолчав минуту-другую, начал разговор:

— В последнее время мне часто приходится слышать ваше имя.

Дени неопределенно пожала плечами. В таком заявлении не было ничего странного. Не так давно закончился ежегодный показ новой коллекции ювелирных украшений корпорации «Ховард Блекстоун». Выставка проводилась сугубо для специалистов, и попасть на нее можно было лишь по приглашению. Поскольку именно Дени занималась организацией и проведением шоу, ничего удивительного, что ее имя у всех на слуху!

— Конечно, вы же были на выставке, — заметила она, но почти тут же осеклась: — Ах, да, я совсем забыла, вас же туда не пригласили.

В ответ Куинн улыбнулся, и неожиданно симпатичные ямочки появились у него на щеках.

— Мисс Хаммонд, скажу откровенно: мне нравятся ваши работы. Весьма оригинальные. Кстати, если вы не возражаете, мне хотелось бы кое-что с вами обсудить. У меня есть деловое предложение.

Врет, конечно, подумала Дени, но все равно приятно. Интересно, что ему от меня понадобилось?

Стараясь не показывать, что она умирает от любопытства, Дени небрежно спросила:

— Вы хотите, чтобы я сделала украшение?

— Абсолютно верно.

— Надеюсь, вы знаете, что сегодня пятое апреля, а не первое, и день розыгрышей уже прошел?

— Я вовсе не шучу. У меня есть большой и очень красивый алмаз. Сделайте для меня колье или любое другое украшение, какое вам захочется.

Вот это предложение! — с восторгом подумала Дени. Сам великий Куинн Эверард просит меня сделать для него украшение! Впрочем… странно! Зачем ему понадобилось вдруг предлагать мне работу и почему он считает, что я соглашусь на нее?

— Нет! — неожиданно для самой себя заявила она. — Я не специализируюсь на работе с алмазами.

Четыре года назад проводился конкурс молодых дизайнеров, и Дени не без оснований надеялась завоевать Гран-при, однако вместо этого ей вручили лишь поощрительный приз и серебряную медаль. Куинн Эверард входил в состав жюри, и вскоре Дени от друзей узнала его мнение о представленной ею работе: «Дизайнер ювелирных украшений, — заявил он, — должен работать только с тем материалом, который он чувствует. А мисс Хаммонд пусть хоть всю жизнь занимается алмазами, ничего путного у нее не получится, потому что ей не дано понять этот камень».

Доходили до нее и другие высказывания Куинна подобного рода. Правда, Дени подозревала, что поводом для его нападок служили вовсе не ее якобы неудачные работы, а тот факт, что она являлась близкой родственницей и подопечной Ховарда Блекстоуна. А ни для кого не было секретом, что уже много лет назад Куинн и Ховард поссорились и перестали разговаривать друг с другом. Вот без конца и сводили друг с другом счеты.

— Что случилось? — запальчиво спросила она. — Забыли, как ругали мои работы?

Ей казалось, что от подобного замечания он должен сгореть от стыда или провалиться сквозь землю. Однако ничего подобного не произошло.

— Я очень хорошо заплачу вам за работу, — проговорил Куинн как ни в чем не бывало.

— О! Это уже становится интересно. И сколько же вы намерены мне предложить? — вопрос прозвучал серьезнее, чем ей хотелось бы. Уже давно Дени взяла в банке ссуду и теперь должна была ее регулярно выплачивать. Всякий раз, когда подходило тринадцатое число, Дени начинала нервничать — хватит ли у нее денег на очередную выплату или нет.

Не говоря ни слова, Куинн достал ручку с золотым пером, написал на своей визитной карточке несколько цифр и все так же молча подвинул ее к девушке.

Дени посмотрела на цифру и… закашлялась от неожиданности.

— Вы собираетесь такую уйму денег заплатить мне за одно украшение?

Куинн кивнул.

— Но вы же понимаете, что это безумие.

— Так «да» или «нет»?

Разумеется, он просто издевается над ней…

— Нет!

Куинн мысленно чертыхнулся, отодвинулся от стола, закинул ногу на ногу и заговорил:

— Насколько я помню, не так давно все газеты наперебой обсуждали завещание, которое оставил Ховард Блекстоун. Никто, включая членов вашей семьи, не понимает, почему Ховард создал специальный денежный фонд для Блейка Хаммонда, сына Марисы и Метта, и назначил Марису его распорядительницей. Все находили, что поступок Ховарда выглядел весьма двусмысленно, поскольку Метт Хаммонд, глава ведущей антикварной и ювелирной компании Новой Зеландии, и Ховард Блекстоун были не только конкурентами, но и заклятыми врагами…

Ага, добавила про себя Дени, ты забыл еще, что Метт — мой двоюродный брат. Правда, я с ним не знакома, поскольку вражда между Ховардом и семейством Хаммондов длится уже тридцать лет.

— Короче говоря, — услышала она опять голос Куинна, — текст завещания навел меня на мысль, что Мариса и Ховард были любовниками. Естественно, следующим возник вопрос о том, кто на самом деле является отцом Блейка: Ховард Блекстоун или Метт Хаммонд?

Все, что рассказал Куинн, Дени и сама знала, но почему-то начала волноваться.

— И что дальше? — напустив на себя беспечный вид, спросила она.

— Бедные Рик и Кимберли, — продолжал Куинн. — Они, должно быть, были в бешенстве, когда телевизионщики чуть было не испортили их повторную свадьбу.

М-да… «в бешенстве» это еще мягко сказано, про себя согласилась Дени, вспоминая, что тогда творилось.

Кимберли, кузина Дени, решила вернуться к своему бывшему мужу Рику Перрини. Свое воссоединение они захотели отпраздновать на яхте. Папарацци, разумеется, не могли пропустить такое событие, и к началу банкета над яхтой зависло несколько вертолетов. Если бы на борту у Рика была пушка, он наверняка, не задумываясь, расстрелял бы непрошеных гостей. Но к счастью, пушки не оказалось. Писаки остались живы, но ничего не увидели и не сфотографировали, так как гости вместе с виновниками торжества спустились в каюту и на палубе не появлялись.

— Я незнаком с вашим кузеном Райаном, но немного знаю его Джессику. По-моему, ей очень пойдет наряд невесты. Как вы полагаете?

Дени уже открыла рот, чтобы согласиться с ним, но вовремя успела закрыть его. Райан и Джессика лишь недавно объявили о своей помолвке, но все, что касалось свадьбы, хранилось в строжайшем секрете.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — напряглась Дени.

Райан терпеть не мог быть в центре внимания посторонних людей. Поэтому и попросил Дени помочь им устроить свадьбу подальше от светских сплетников. Дени выбрала Порт-Дуглас. Местные жители никогда не отличались излишним любопытством, а потому жених с невестой могли быть спокойны, что о предстоящей свадьбе не станет заранее известно репортерам.

— Неужели? — усомнился Куинн. — Мне кажется, что здесь такие чудесные пляжи. Да к тому же я слышал, что коттедж-ресторан «Берхопт» в Порт-Дугласе — очаровательное место.

Сердце Дени заколотилось с бешеной силой.

Откуда он знает? Ведь все, кто помогал мне, клятвенно обещали держать язык за зубами.

Постаравшись взять себя в руки, она ледяным тоном заявила:

— У вас неверная информация, мистер Эверард. Никто не собирается устраивать свадьбу в «Берхопте». Это просто небольшая уловка, чтобы ввести в заблуждение прессу и телевидение.

— Вот как! Уловка? — с недоверием повторил за ней Куинн. — А мои источники утверждают, что двадцатого апреля в «Берхопте» будет отмечаться какое-то важное событие. Между прочим, я посмотрел в Интернете и должен заметить: местечко совершенно сказочное и как нельзя лучше подходит для семейного торжества… ну например, для свадьбы.

— Черт возьми, как вам удалось все разузнать?

— Наш мир на удивление тесен! — вполне серьезно ответил Куинн.

Дени почувствовала, что ее прижали к стенке.

— Это шантаж! — возмутилась она. В ответ он передернул плечами:

— Ничего подобного, мисс Хаммонд, всего-навсего бизнес, — и, внимательно посмотрев на Дени, добавил: — Скажите, неужели ваши дела идут настолько успешно, что вы можете себе позволить отказаться от таких денег, неужели…

— Это не ваша забота, — оборвала его Дени и, резко встав со стула, взяла свою сумочку, собираясь уйти.

Куинн задумчиво потер подбородок.

— Бедные Райан и Джессика, они очень расстроятся, когда их самый счастливый день превратится в кошмар. А как понравится остальным членам вашей семьи, особенно матушке, если газеты будут снова и снова перетряхивать их грязное белье? Хотя, может быть, я ошибаюсь и они мазохисты, которым подобные вещи доставляют удовольствие…

— Не трогайте маму, — огрызнулась Дени. Прикусив нижнюю губу, она судорожно пыталась найти выход из сложившейся ситуации. — Мама не переживет, если на всех углах опять начнут кричать о кровной вражде между Блекстоунами и Хаммондами.

Соня Хаммонд, мать Дени, надеялась, что теперь, когда Ховард погиб в авиакатастрофе, со всеми дрязгами будет наконец покончено и она сможет видеться с родным братом, с которым не общалась более тридцати лет.

Глядя с сочувствием на Дени, Куинн произнес:

— Подумайте, Даниель, все в ваших руках. Газетчики останутся с носом, а вы заработаете кучу денег.

Дени удивленно посмотрела на Куинна. Только домашние называли ее Даниель. В этом городе все знали ее как Дени. Под этим же именем она делала и свои украшения. Она нигде и никогда не упоминала о том, что имеет самое непосредственное отношение к одной из богатейших семей Австралии.

— Так «да» или «нет»? — продолжал давить на нее Куинн.

Что же делать? Видимо, придется согласиться. Слишком многое поставлено на карту…

— Хорошо! — Она кинула сердитый взгляд на Куинна и добавила: — Принесите ваш чертов алмаз ко мне в магазин.

Куинн согласно кивнул и, указав на припаркованную невдалеке машину, предложил:

— Давайте не будем откладывать дело на потом, заедем ко мне, а потом к вам.

Эй, Дени, подумай как следует, прежде чем соглашаться, строго велел ей внутренний голос.

Конечно, Куинн Эверард не представлял для нее никакой опасности: он не станет пытаться ее изнасиловать, как только она окажется с ним наедине в автомобиле. И смерть от рук маньяка ей тоже не грозит. Проблема заключалась в ней самой. Молодой человек слишком понравился ей, и она не была уверена, что сможет справиться со своими чувствами и не наделает каких-нибудь глупостей. Дени судорожно искала подходящий предлог, чтобы отказаться.

— Вы же понимаете, что я не ношу алмаз в кармане, — нетерпеливо заметил Куинн. — Он хранится у меня дома. Я живу возле пляжа «Солнечный». Знаете этот район?

Еще бы! Ведь там находилась и ее собственная квартира.

— Между прочим, я работаю. У меня обеденный перерыв.

— Естественно. Время — деньги, Даниель.

Она угрюмо посмотрела на него и спросила:

— Где именно вы живете? На какой улице?

Он нетерпеливо пошел вперед, махнув ей, чтобы она шла за ним.

— Эй, погодите! Я не могу просто так взять и уехать с вами, мне нужно сказать ассистенту, куда и насколько я еду.

— Улица Пляжная. Идите, я вас подожду, — кивнул он и остановился около черного «БМВ».

Дени быстро перешла на противоположную сторону улицы — ее магазин-студия находился как раз напротив кафе, — открыла дверь и, не заходя внутрь, крикнула Стиву, что уезжает на пару часиков. Затем вернулась к машине и села рядом с Куинном.

По дороге они почти не разговаривали, Дени, отвернувшись, сердито смотрела в окно. Через десять минут машина остановилась около высокой стены с воротами.

Пройдя по небольшому цветущему саду, они вошли в дом. Белые стены просторной прихожей были украшены изображениями тропических птиц и растений.

Здесь, пожалуй, еще красивее, чем я себе представляла. Хорошо бы пожить в таком домике с любимым мужчиной! Наверное, неделями никуда бы отсюда не уходила, пронеслось у Дени в голове.

— Что вы застыли на месте? Поднимайтесь наверх, — услышала она голос Куинна и подняла голову. Он стоял на верхней площадке винтовой лестницы, которую она не заметила.

Чуть замешкавшись, Дени тряхнула головой, прогоняя непрошеные мысли, и стала решительно подниматься по лестнице.

Волноваться нечего, увещевала она себя, да, красивый, да, богатый, но у меня никогда не может быть ничего общего с человеком, который, не задумываясь, пройдет по трупам ради достижения своей цели. Я пришла сюда не по доброй воле, а потому, что он меня шантажирует. Всегда буду помнить об этом и никогда в него не влюблюсь.

Проведенный с самой собой мини-сеанс психотерапии заметно поднял ей настроение. Войдя в комнату, служившую, судя по всему, мастерской, Дени была уже совершенно спокойна и принялась с большим интересом разглядывать все, что здесь находилось.

В одном углу стоял мольберт, над ним висела лампа. Удобный верстак шел вдоль всей дальней стены и упирался в шкаф с инструментами. Помимо того в комнате находились гравюрный станок, точильный и небольшой пресс. Короче говоря, в комнате было все, что ей нужно для работы, как в ее собственной мастерской, с одним исключением: у Куинна инструменты и станки были новехоньки и наверняка стоили немалые деньги.

Q господи, кажется, он рассчитывает, что я буду здесь работать.

— Вы были уверены, что я соглашусь?

— Я привык действовать без ошибок, мисс Хаммонд, а потому предварительно собрал необходимую информацию.

— Судя по всему, вы хотите, чтобы я работала в вашей мастерской?

— Совершенно верно. Камень нельзя никуда выносить.

— В таком случае я смогу приходить сюда только тогда, когда у меня будет свободное время. Но хочу сразу предупредить: работа может затянуться не на один месяц.

— Нет, меня это не устраивает. Вы будете жить здесь. На первом этаже я приготовил для вас спальню. Посмотрите, понравится ли она вам.

Дени быстро сбежала вниз по лестнице и открыла дверь, на которую указывал Куинн.

— Ах! — только и смогла вымолвить она.

Белоснежные льняные занавески чуть колыхались в высоких, широко распахнутых окнах, и комнату наполнял шорох набегающих на песок волн. Само море скрывали густые ветки высоких старых деревьев.

Вдоль левой стены стояла огромная кровать, накрытая атласным полосатым покрывалом. Возле одного из окон разместились два уютных кресла и небольшой круглый столик, накрытый фиолетовой скатертью. В тон ей был и торшер, стоящий возле одного из кресел.

Спальня ее мечты!

Продолжая улыбаться, Дени обернулась к Куинну и увидела, что он стоит, прислонившись к дверному косяку, и с явным удовольствием наблюдает за ней.

У нее потемнело в глазах. Он что, совсем свихнулся? С какой стати я буду жить с ним под одной крышей?

— Нет! — твердо заявила Дени, хотя он ни о чем ее не спрашивал.

Куинн наклонил голову и спокойно сказал:

— К сожалению, согласно одному из пунктов контракта вы живете, в моем доме до тех пор, пока работа не будет сделана, а я, в свою очередь, обязуюсь обеспечить вас всем1 необходимым. И это условие контракта не обсуждается.

— Не собираюсь с вами жить. И это тоже не обсуждается, — огрызнулась она.

Куинн устало вздохнул и слегка поморщился:

— Послушайте, дорогая, ну что за ребячество? Я, по-вашему, похож на монстра, зачем меня бояться?

Дени почувствовала, что краснеет.

— Алмаз, с которым вы будите работать, очень большой и дорогой.

Его слова не убедили Дени.

— Нет! — продолжала настаивать девушка. — Принесите свой алмаз ко мне в мастерскую, и в свободное время я буду им заниматься.

Куинн медленно покачал головой.

— Не получится! — Хозяин дома повернулся и вышел из комнаты.

Несколько минут Дени продолжала стоять на том же месте, и вид у нее был, прямо скажем, странноватый. Мечтательное выражение глаз, пылающие щеки, бешено бьющееся сердце. Если бы Куинн прочитал сейчас ее мысли, он бы сильно удивился. Эротические фантазии, одна другой откровеннее, возникали у нее в голове. Вот Куинн подходит к ней вплотную и, наклонившись, целует в губы. Вот она сама тянется ему навстречу и, наклонив голову набок, с удовольствием отвечает па его поцелуй. Вот он начинает, не торопясь, поглаживать ее тело, а она тает как воск и молит только о том, чтобы их объятия длились вечно…

Какой ужас! Похоже, я схожу с ума… Надо немедленно придумать вразумительную причину, почему я не могу здесь жить, а то он примет меня за полную идиотку.

— Подождите, Куинн, если вы боитесь, что алмаз украдут, то напрасно. У нас в городе уже много лет не было ни одного случая воровства.

— Вы не понимаете, мисс Хаммонд, — возразил он. — Это особенный алмаз!

— Но он будет в целости и сохранности у меня в мастерской. На худой конец у меня есть страховка.

Несколько секунд Куинн молча, изучал ее, а потом сказал:

— Дени, вы когда-нибудь слышали о Королевском алмазе?

— Коро?.. — Дени на секунду лишилась дара речи.

Каждый ювелир в мире знал Королевский алмаз. Его добыли много лет назад в Южной Африке, однако в последние годы его след затерялся.

— У вас дома находится Королевский алмаз? — почему-то шепотом спросила Дени.

— Нет, мисс Хаммонд, — презрительно бросил Куинн. — У меня есть, если так можно выразиться, его «старший брат». — И с этими словами он открыл дверь соседней комнаты и вошел туда.

Загрузка...