Глава 7

Шарлотта

Мое настроение сразу же испортилось, едва Рид вошел в комнату. Вернулось то ощущение, которое я испытывала в начальной школе, когда учитель неожиданно выключал свет, чтобы успокоить расшумевшийся класс. Веселье закончено.

Мои ладони вдруг вспотели.

Сделав глоток холодного макиато с карамельным сиропом, который Макс принес мне из «Старбакса», расположенного через дорогу от нашего офиса, я постаралась взять себя в руки, но у меня ничего не получилось. Меня пугало все, что имело отношение к Риду: его статус, его галстук-бабочка, его подтяжки, его низкий голос. Но больше всего меня пугало то, что он, похоже, меня просто ненавидел. Да, именно так.

А его брат Макс был совершенно другим – очаровательным и очень открытым. Если проводить аналогию со школой, Макс был заводилой класса, а Рид – злым учителем.

Максу удалось отвлечь меня от того, что произошло между мной и Ридом. Но эта передышка оказалась недолгой.

Рид бросил на Макса недовольный взгляд.

– Что ты здесь делаешь?

– А сам как думаешь? В отличие от тебя я решил радушно поприветствовать нашу новую сотрудницу.

Глаза Рида гневно сверкали. Похоже, он был возмущен тем, что я рассказала Максу о случившемся. Но я не могла сдержаться. Макс спросил, столкнулась ли я с какими-нибудь трудностями, и я решила ничего не скрывать от него. Моей главной трудностью был Рид Иствуд.

Младший Иствуд посоветовал мне не принимать близко к сердцу ничего, что скажет или сделает его старший брат, потому что Рид иногда даже с ним вел себя очень жестко. Он заверил меня, что Рид в глубине души вовсе не такой злющий, каким может показаться. У него просто выдался очень трудный год. Мне было крайне сложно представить, что он и тот, кто написал то искреннее послание на голубой бумаге, – один и тот же человек. И мне было очень любопытно узнать хоть что-нибудь об Эллисон. Почему она его бросила? Может быть, как раз из-за такого поведения? Вполне возможно. Я почувствовала себя немного виноватой, так как знала о его несостоявшейся свадьбе, а он и понятия не имел о том, какая цель привела меня к знакомству с ним.

Рид указал на брата.

– Макс, тебе не нужно… я не знаю… например, отдать в чистку свои ботинки? Или еще что-нибудь?

Макс скрестил на груди руки.

– Нет. У меня все замечательно. И на сегодня у меня не запланировано никаких дел.

– Удивительно.

– Да ладно тебе. Ты же знаешь – я президент комитета по приветствиям. – Макс сделал глоток кофе и поудобнее устроился на кожаном диване.

– Только вот твой комитет работает на удивление очень избирательно. Я не заметил, чтобы ты поприветствовал нового бухгалтера, у которого сегодня тоже первый рабочий день.

– Бухгалтер следующий на очереди.

– Отлично, – Рид взглянул на брата.

Эти двое, хоть и были похожи между собой, казались совсем разными. Макс был крупным, длинноволосым, благодаря беспечной улыбке выглядел более расслабленным, тогда как Рид – более собранным и вечно чем-то недовольным. И похоже, его недовольство в большой мере относилось ко мне. И еще он казался очень неприступным, и именно это в нем меня и привлекало. Макс всем своим видом демонстрировал, что я могу его заполучить, если только захочу, и поэтому как мужчина был мне совершенно не интересен. А Рид, который, возможно, не ненавидел меня по настоящему, очаровывал своей таинственностью.

– Мне нужно побеседовать с Шарлоттой, – сказал Рид. – В отличие от тебя, я должен обсудить с ней текущие дела. Будь любезен, оставь нас одних.

* * *

Пока Рид закрывал дверь за братом, я выпрямила спину. В отличие от Макса он не стал садиться на диван. Нет, этот Иствуд предпочитал стоять, скрестив руки, и смотреть на меня сверху вниз. А я больше не собиралась терпеть такое обращение. Я встала, сбросила с ног туфли и забралась с ногами на стул.

– Что это ты задумала? – спросил он, прищурив глаза.

Копируя его позу, теперь я сложила руки на груди и смотрела на него сверху вниз.

– Я смотрю вниз, на вас.

– Слезай.

– Нет.

– Мисс Дарлинг, слезайте же, черт вас побери, пока вы не свалились на пол и не ушиблись. Я не сомневаюсь, что годы обучения собак серфингу не прошли зря и вы великолепно научились балансировать, стоя на кресле на колесиках, но я вас уверяю, что когда вы с него свалитесь и расшибете лицо о край стола, вам будет очень больно.

О господи, этот тип был таким высокомерным засранцем.

– Я спущусь вниз, если вы сядете.

Он вздохнул.

– Хорошо. Спускайся.

Чтобы разыграть его, я притворилась, будто потеряла равновесие. Рид подбежал ко мне, чтобы поддержать. Значит, у мистера Злодея осталось немного благородства. Я не смогла сдержать усмешку. Он нахмурился.

– Ты сделала это нарочно.

Я спрыгнула вниз и рукой указала на стулья, которые стояли напротив моего стола.

– Почему бы нам обоим не присесть, мистер Иствуд?

Он что-то пробормотал – я не разобрала, что именно, но сел.

Я сложила руки на столе и одарила Рида ослепительной улыбкой.

– Итак, что вы хотели со мной обсудить?

– Нашу завтрашнюю поездку.

Айрис мне говорила, что завтра я поеду на показ в качестве помощника, но тогда я еще не знала, что именно ее внук проводит показы. Сразу я не догадалась. Великолепно, целый день наедине с мужчиной, который меня на дух не переносит. И я еще радовалась поездке – думала, что это отличное начало работы на новом месте. А оказывается, мне предстоит ехать с тем, кто ждет не дождется, чтобы свернуть мне шею за малейшую оплошность.

– И что вы хотели рассказать мне о поездке? – Я достала блокнот и потянулась за ручкой.

– Для начала – мы выезжаем в пять тридцать, без опозданий.

– Утра?

– Да, Шарлотта. Люди предпочитают осматривать большие поместья при дневном свете.

– Не нужно вести себя так высокомерно. Я новичок в вашем деле, и вы это прекрасно знаете.

– О да, к сожалению, я это прекрасно знаю.

Я закатила глаза и записала в блокнот «пять тридцать», добавив «БЕЗ ОПОЗДАНИЙ», демонстративно написав все заглавными буквами и дважды подчеркнув.

– Пять тридцать, поняла, – сказала я. – Мы встречаемся на вокзале?

– Мы поедем на машине.

– Хорошо.

– На семь утра у меня запланирован телефонный звонок клиенту в Лондон. Когда мы выезжаем с Лореной на целый день, я обычно веду машину в течение первого часа. Затем мы где-нибудь завтракаем, и оставшуюся часть пути машину ведет Лорена, а я делаю звонки и работаю с почтой.

– Хм. Я не умею водить машину.

– В смысле – не умеешь водить машину?

– В том смысле, что у меня нет водительского удостоверения и я не знаю, как это делается.

– Это был риторический вопрос. Я имел в виду – как так получилось, что у женщины двадцати семи лет от роду нет водительского удостоверения?

Я пожала плечами.

– Просто нет, и все. Многие люди, живущие в городах, не водят машину.

– И ты никогда не пыталась научиться?

– У меня это в планах.

Рид в очередной раз громко вздохнул и покачал головой.

– Чудесно. Значит, всю дорогу вести машину буду я. Скинь мне на почту свой адрес, и я за тобой заеду. Будь готова вовремя.

– Нет.

Его брови поползли вверх.

– Не понял.

Судя по всему, этот мужчина не привык, чтобы ему отказывали.

– Я буду ждать вас около офиса.

– Но тебе же проще, если я в указанное время за тобой заеду.

– Не стоит. Мне не хочется, чтобы вы видели, где я живу.

Рид провел руками по лицу.

– Ты понимаешь, что я могу зайти в базу данных, где хранится информация о сотрудниках, и узнать твой адрес?

– Да. Но знать, где я живу, и увидеть, где я живу, – не одно и то же.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну… – Я откинулась на спинку стула и указала на свою одежду. – Вы знаете, что под одеждой я голая. Но это не означает, что я должна показать вам свою грудь.

Его полные губы скривились в злобной улыбке, а глаза уставились на вырез моей блузки.

– Не думаю, что это подходящий пример. Но как хочешь.

Этот мужчина умел одним только взглядом вывести меня из себя. Я выпрямила спину и снова взяла ручку.

– Что-то еще?

– Мы показываем поместье Бриджхэмптон двум семьям. Стоимость поместья составляет семь миллионов долларов, и наши клиенты хотят, чтобы все было конфиденциально. Тебе нужно будет стоять у входа и следить, чтобы никто не заходил в дом во время показа. Если вторая семья приедет слишком рано, в твои обязанности входит разместить их в гостиной, которая расположена напротив главного входа.

– Хорошо, с этим я смогу справиться.

– Договорись с кейтеринговой компанией о доставке еды, которую нужно разместить в гостиной, чтобы ты могла предложить клиентам что-нибудь перекусить во время ожидания, пока я буду завершать первый показ. Разумеется, еще ты должна предложить что-нибудь из еды клиентам сразу, как только они приедут.

– С кейтеринговой компанией?

– Да, компания «Ситарелла». Найдешь их контакты в папке «Поставщики». И, на всякий случай, запиши их контакты в свой телефон.

Я покачала головой.

– Почему потенциальным покупателям поместья Бриджхэмптон будет предложена еда, а мне никто ничего не предложил? Мой пентхаус стоил дороже.

Рид усмехнулся.

– А потому, что я велел Лорене не предлагать тебе еду, так как уже понял, что ты – фальшивка.

– Ох.

– Именно. Ох. Да, и еще, оденься соответствующе. Ничего облегающего, ничего отвлекающего вни-мание.

Последний комментарий меня оскорбил. На работу я всегда одевалась соответствующе.

– Отвлекающего внимание? Как это понимать? И… отвлекающее внимание кого?

Рид прокашлялся.

– Не важно. Просто оденься примерно как сейчас. Это рабочий день, мы не развлекаться едем. И… правильно говорить «чье».

– Что?

– Ты сказала: «Отвлекающее внимание кого», тогда как правильно было бы: «Отвлекающее чье внимание».

Я закатила глаза.

– Вы, должно быть, учились в закрытой школе для мальчиков, так?

Рид не стал отвечать на мой вопрос.

– В этой папке лежит глянцевый проспект с информацией об объекте. Тебе нужно с ним ознакомиться, чтобы ты смогла ответить на любой вопрос, если меня не окажется поблизости.

Я сделала еще одну запись.

– Хорошо. Еще что-нибудь?

Из кармана брюк он достал мобильный телефон.

– Запиши сюда свой мобильный. На тот случай, если что-то поменяется.

Я начала печатать.

Имя: Шарлотта

Фамилия: Дарлинг

Компания… я про себя рассмеялась, так как сначала хотела напечатать «психов», но потом передумала. Похоже, мне показалось, что я рассмеялась про себя.

– Что ты там опять натворила? – Рид вытянул шею, стараясь рассмотреть экран телефона.

– Ничего.

– А почему тогда я заметил дьявольскую усмешку на твоем лице?

Я протянула ему телефон.

– Моя бабушка всегда мне говорила, что леди должна улыбаться только ангельской улыбкой, а дьявольские мысли оставлять при себе.

Что-то проворчав, он поднялся со стула.

– Неудивительно, что ты так легко поладила с Айрис.

Рид направился к двери.

– Кстати, прежде чем в тебя врезаться, я смотрел на экран телефона, поэтому тебя и не заметил. Бабушка сказала, что ты несла вазу, которая разбилась, упав на пол. Принеси мне счет, я компенсирую твои расходы.

Я покачала головой.

– Не стоит. Я сама ее сделала, а материал стоил всего несколько долларов.

Он удивленно поднял брови.

– Ты сама ее сделала?

– Да. Я леплю скульптуры. И керамику. Вернее, раньше этим занималась. Когда мы с Айрис познакомились в туалетной комнате, я ей об этом сказала. А еще о том, что забросила это увлечение и теперь жалею. Она поддержала меня, посоветовала вновь начать заниматься тем, что приносит мне радость. Поэтому все выходные я провела за гончарным кругом, изготавливая вазу. Несколько лет я этого не делала, и, да, Айрис была права. Мне нужно заниматься тем, что делает меня счастливой, а не страдать из-за прошлого, которое я уже не могу изменить. Слепив вазу, я сделала первый шаг в правильном направлении.

Довольно долго Рид стоял и просто смотрел на меня, затем развернулся и, не говоря ни слова, вышел. Вот придурок. Напыщенный высокомерный придурок.

* * *

Вечером того же дня я заметила на своем столе записку на голубой бумаге. От неожиданности я замерла и несколько секунд не двигалась, потом взяла записку в руки. Наверное, моя реакция была вызвана тем, что это был точно такой же лист бумаги, на котором была написана та, другая записка, приколотая к подолу свадебного платья.

Мурашки побежали у меня по спине. Я уже почти забыла про ту прекрасную записку и вновь испытала те же самые эмоции, как в тот миг, когда впервые ее прочитала. Невозможно себе представить, что этот неприятный человек когда-то был таким романтичным. Тот Рид, с которым довелось мне познакомиться, оказался холодным и расчетливым. И теперь мне еще больше захотелось узнать, что могло так испортить человека, который когда-то был настолько милым.

Я вздохнула.

Голубая записка от Рида.

Предназначенная для меня.

Что-то за гранью реальности.

Сверху на листе золотым тиснением было напечатано: «Офис Рида Иствуда». Я сделала глубокий вдох и прочла:

Шарлотте.

Если у тебя появятся какие-либо дополнительные вопросы касательно показа поместья Бриджхэмптон, не стесняйся и напечатай их в воздухе.

Рид

Загрузка...