Глава 5


– Сара! Сара, ты меня слышишь?

– Она?..

– Дышит.

– Господи! Ты видел, что он сделал?

– Я… я не смог добраться до нее, Пит.

– Забудь. Давай выведем ее отсюда.

Сильные руки подхватили меня и прижали к теплой груди. Открыв глаза, я увидела перед собой знакомое лицо.

– Роланд?

– Она очнулась, – сипло проговорил Роланд, а Питер прошептал:

– Слава богу!

Роланд усадил меня на скамейку на автобусной остановке возле здания и опустился на корточки передо мной. Питер сел рядом, и я прислонилась к его плечу. Мир снова обрел четкость, а вместе с ним и моя память. Я притянула к груди колени, пытаясь унять дрожь в теле, и зарыдала навзрыд. Я не плакала в присутствии посторонних людей уже много лет, но сейчас внутри меня словно прорвало давно закрытую плотину.

Роланд встал и тоже сел по другую сторону от меня. Он обнял меня за плечи и притянул к себе.

– Теперь ты в безопасности.

Я позволила ему утешать меня в течение целой минуты, прежде чем отстраниться. Раньше отец постоянно обнимал меня, но после его смерти я избегала любого физического контакта. Объятия дарили душевное спокойствие, но порождали в то же время ложное чувство безопасности. Раньше, когда отец обнимал меня, я чувствовала себя в безопасности, как будто ничего не могло причинить нам вреда. Позволяя людям подобраться к себе очень близко, ты только ставишь себя под удар сильнейшей боли, когда их не будет рядом.

– Никто не в безопасности, – прохрипела я между всхлипами. Я была такой дурой. Я знала, что происходит. Знала о вампирах в Портленде, но все равно пришла и чуть не обрекла нас на смерть. Я вздрогнула и закрыла лицо ладонями, гадая, почувствую ли я когда-нибудь себя в безопасности.

– Черт, Сара, мне так жаль, – простонал Роланд. – Если бы я только знал, что может произойти нечто подобное, ни за что бы не притащил тебя сюда.

– Это моя вина. – В голосе Питера слышалось сожаление. – Если бы я только остался с ней…

Роланд метнул взгляд на Питера.

– Меня не было пять минут. Что, черт возьми, произошло, чувак?

– Он… он не виноват.

Что мог сделать подросток против вампира? Но затем я вспомнила, как Николас бесстрашно противостоял двум вампирам, вооруженный лишь мечом и набором кинжалов.

– Где Николас? – Заметив во взгляде Роланда замешательство, я пояснила: – В… в переулке. Он спас мне жизнь.

– Мягко сказано. Он бросился и, черт возьми, поймал тебя! – воскликнул Питер. – Ты упала с тридцати футов, а парень поймал тебя.

– Я помню падение, а дальше пустота.

Как можно было поймать человека, падающего с такой высоты? Как я осталась жива после этого?

– Наверное, будет лучше, если ты не вспомнишь. – Роланд печально взглянул на меня. – Видеть, как ты падаешь… Больше не хочу переживать подобное снова.

– Так он поймал меня и ушел? – Я не могла скрыть дрожь в голосе. Он спас меня от участи, которая была гораздо хуже смерти, а затем просто… исчез?

– Да, он побежал преследовать, эм…

– Вампира. Питер, ты можешь называть его так.

Роланд и Питер обменялись взглядами, и голос Роланда смягчился, будто он разговаривал с ребенком:

– Ты через многое прошла и сейчас в шоке. Обсудим это позже.

– Роланд, я знаю о вампирах, – устало произнесла я. Питер резко втянул в себя воздух, а у Роланда отвисла челюсть. При других обстоятельствах их реакция показалась бы мне забавной. – Конечно, сейчас я знаю о них больше, чем когда-либо хотела.

– Откуда ты… – Роланд прервался, когда из клуба вывалилась компания людей и начала спускаться по лестнице. Абсурдно было видеть смеющихся людей, которые продолжали жить дальше, несмотря на то, что я только что пережила. Мне пришлось подавить очередную порцию слез.

Роланд вскочил на ноги.

– Поедем. Поговорим в машине.

– Хорошо. – Я встала рядом с ними, но тут же остановилась, вспомнив, что в переулке вампиры были не единственными существами. – Подождите! А что случилось с оборотнями?

Он побледнел и нервно оглянулся по сторонам.

– Оборотнями?

– Только не говори мне, что не видел их. Или не слышал. – Мой разум все еще был слегка затуманен, но я никогда не забуду эти желтые глаза и массивную челюсть. – Я видела одного, но, думаю, там были и другие. На мгновение мне показалось, что они схватили тебя. Как ты мог их не увидеть?

– Там происходило чистое безумие. Я вообще не уверен в том, что видел, – медленно ответил Питер, и я сразу же поняла, что он что-то скрывает, потому что его лицо вспыхнуло. Он ни черта не умел лгать.

– Ой, да брось. Ты…

– Я действительно считаю, что нам пора убраться отсюда, – вмешался Роланд, в его голосе слышалась тревога. – Вампиры обычно передвигаются группами. Здесь могут быть другие.

Я отшатнулась назад.

– Стоп, откуда ты знаешь? Откуда ты вообще знаешь о вампирах?

– Объясню позже, но сейчас нужно уходить. На случай, если появятся другие. – Роланд потянул меня за руку.

От одной только мысли о встрече с очередным Илаем меня бросило в дрожь, поэтому я практически бежала к голубой «Тойоте Камри» матери Роланда, припаркованной на противоположной стороне улицы. Роланд подождал, пока я сяду на переднее пассажирское сиденье и пристегнусь, а затем обошел машину и сел за руль. Через лобовое стекло я увидела, как Питер достал мобильный телефон и кому-то позвонил. Взволнованный взгляд Питера встретился с моим, пока он разговаривал, и мне стало интересно, с кем он говорил в такой поздний час?

Питер закончил разговор и забрался на заднее сиденье. Он выглядел встревоженным, когда наклонился вперед и уперся локтями в спинки наших сидений.

– Отец сказал привезти Сару туда, прежде чем вернуть ее домой. Он очень зол на нас.

– Куда отвезти? – спросила я с опаской. – Почему твой отец хочет видеть меня?

Переглянувшись с Роландом, Питер ответил:

– На ферму. Отец объяснит, когда мы приедем.

– А почему бы вам, ребята, не объяснить мне все сейчас? – Я отстегнула ремень безопасности и повернулась на своем сиденье, чтобы посмотреть на них. Ни один из них не мог смотреть мне в глаза, и я забеспокоилась. – Роланд, что происходит? – потребовала я.

Роланд умоляюще взглянул на меня.

– Сара, пожалуйста, давай уедем отсюда. Обещаю, мы все тебе расскажем.

– Я не понимаю. Что ты имеешь в виду?..

Вопрос застыл на моих губах, когда что-то едва заметно всплыло в сознании, стоило мне заметить темную фигуру, идущую по пустынной улице в нашу сторону; пристегнутые к груди кинжалы поблескивали на свету. Я вспомнила, как он вышел из темноты и встретился лицом к лицу с вампиром без тени страха на лице. Не уверена, испытала я удовольствие или ужас, увидев своего спасителя; а может быть, и то, и другое, вместе взятое.

– Останься здесь, – приказал Роланд, прежде чем выскочил с Питером из машины, чтобы перехватить Николаса.

– Ага, конечно, – пробормотала я, уже потянувшись к ручке двери. После пережитого я точно не собиралась сидеть на месте. И что-то подсказывало мне, что Николас не с моими друзьями познакомиться пришел.

– …охотник делает здесь? – обратился Роланд к Николасу, когда я подошла к ним. – Это не территория Мохири.

«Охотник? Мохири?» Илай тоже произносил слово «Мохири». Очевидно, я совсем ничего не знала о том, что здесь происходит.

Николас взглянул сквозь моих друзей на меня.

– И снова здравствуй. Похоже, ты быстро оправилась после своих приключений. – Он криво улыбнулся, но, кажется, я услышала в его голосе восхищение.

Николас махнул рукой на Роланда и Питера.

– Значит, это и есть друзья, о которых ты говорила, – заметил он с меньшей теплотой в голосе. – Неудивительно, что на тебя напали. Лишь парочка щенков на защиту.

Питер оскалился.

– Эй!

Я притиснулась между друзьями, чтобы взглянуть в лицо Николаса. Спасение моей жизни не давало ему права разговаривать с моими друзьями в таком тоне.

– Это не их вина. Откуда им было знать, что случится нечто подобное?

Николас вскинул брови.

– И правда, откуда?

– О чем ты? Что здесь происходит? – Нужно быть глухонемой, чтобы не заметить тонко завуалированную враждебность между моими друзьями и Николасом. Когда никто мне не ответил, я повернулась к Роланду: – Роланд? Ты знаешь этого парня?

Николас позади меня фыркнул: видимо, ему не понравилось обращение «этот парень». Проигнорировав его выпад, я посмотрела на Роланда, который покачал головой в ответ.

– Никогда его не видел.

– Но ты что-то знаешь о нем? Что означает «Мохири»?

– Я Мохири, – вмешался Николас. На его лице не осталось и следа насмешки.

Я снова встретилась с ним взглядом.

– И ты охотишься на вампиров.

Это было очевидно, учитывая его снаряжение и обезглавленного вампира в переулке, но мне хотелось услышать это от него.

– Помимо всего прочего.

На его лице застыло то же выражение, с которым он стоял на террасе, – будто он пытался понять меня. «Господи, это было всего лишь час назад?»

– А твой друг из клуба? Он тоже охотник? Почему не помог тебе?

– Пока я разбирался с ситуацией здесь, Крис осматривал территорию на наличие других вампиров.

«Ситуация». Вот что означала для него схватка с двумя кровожадными вампирами в темном переулке? Я покачала головой.

– Так что произошло? Тебе досталась короткая соломинка или что?

– Или что, – протянул он, впиваясь в меня взглядом. Тепло нахлынуло на меня, и я опустила глаза в замешательстве.

– А второй вампир? Ты поймал его? – осведомился Питер.

– Крис выслеживает его.

– Он сбежал? – Голос Роланда вторил моей тревоге. Илай поклялся заполучить меня. Собирался ли он преследовать меня?

– Он ранен, так что далеко не уйдет. Не беспокойся. Он не будет ошиваться здесь, пока на него открыта охота.

– Нам лучше держаться подальше от этого места, – сообщил Роланд, и я молча согласилась с ним.

– Вы живете в Портленде? – спросил Николас, и мы отрицательно покачали головами. – Хорошо. Чем дальше от города, тем лучше. Сейчас небезопасно.

– Да что ты говоришь? – Роланд схватил меня за руку. – Нужно убираться отсюда.

Мы прошли десять футов, прежде чем меня осенило. «Я даже не поблагодарила его». Я резко обернулась и обнаружила, что Николас смотрит на меня с тем же бесстрастным выражением.

– Спасибо… за то, что ты сделал. Если бы не ты… – Мой голос надломился. После прошедшей ночи мне не хватало только разреветься перед совершенно незнакомым человеком.

Лицо Николаса на мгновение смягчилось, и я заметила, как в его глазах мелькнуло что-то незнакомое и яростное. Оно притягивало, словно из моей груди тянулась невидимая нить, и я едва не шагнула к нему навстречу. Но в следующее мгновение чувство исчезло, и мне осталось только гадать, не придумала ли я это.

– Просто делаю свою работу.

– Ох… ладно, ну, все равно спасибо.

Его резкие слова ужалили меня. Уже второй раз за вечер он охладевал по отношению ко мне без видимой на то причины. Меня не должно было это волновать, потому что вряд ли я его когда-нибудь увижу. Но почему-то волновало.

В этот раз я не оглядывалась, направляясь к машине. Я снова села на переднее сиденье и устало откинула голову на подголовник, ожидая, пока Роланд заберется в машину и заведет ее. Когда почувствовала, что машина тронулась в путь, я подняла взгляд, но улица уже пустовала.

– Господи, нужно позвонить Нейту. – Илай появился прежде, чем я успела позвонить ему. – Что мне сказать?

– Ну, не думаю, что ты захочешь рассказать ему правду, – ответил Роланд, и я покачала головой. На мгновение он задумался. – Скажи, что мы зависнем у меня дома. Все равно так бы и поступили.

Нейт, что совершенно неудивительно, до сих пор не спал и работал над своей книгой. Я сообщила, что поеду к Роланду, а он лишь попросил не задерживаться допоздна. После того как я закончила разговор, мне стало тяжело от того, с какой легкостью с моих губ сорвалась ложь. Нейт был добр ко мне, а я только и делала, что обманывала его. Но если быть честной, то я не знала, как рассказать ему правду.

В салоне стояла тишина, пока Роланд вез нас через центр Портленда. Мы проехали мимо парочки баров, перед которыми выстроились огромные очереди, а такси подвозили все больше людей на ночные вечеринки. Наступил вечер пятницы, и ночная жизнь кипела вовсю. На одном из светофоров я смотрела, как компания смеющихся девушек переходит дорогу, думая о том, что несколько часов назад была такой же. Наблюдал ли за ними сейчас другой Илай, выбирал ли ту, которой выпадет судьба, изначально предназначенная для меня?

«Боже, теперь я вхожу в статистику». Я постоянно читала в интернете истории о вампирах и исчезновении людей. Мне всегда было жаль ничего не подозревающих жертв, которые даже не догадывались, что их ждет. До сегодняшнего вечера я считала себя умнее их, более подготовленной благодаря всем своим знаниям. Страшно и в то же время унизительно осознавать, что я была так же уязвима, как и все остальные.

Как только мы выехали на шоссе, Роланд с облегчением выдохнул. Никто из нас не жалел, что Портленд остался позади. Роланд возился с радио, пока не нашел станцию с классическими роком, и салон машины заполнила песня группы Eagles. Мы слегка расслабились, но никто из нас не хотел разговаривать. Я знала, что они что-то скрывают от меня, но мой разум слишком устал, чтобы воспринимать сейчас какую-либо информацию.

Спустя час Роланд свернул к Нью-Гастингсу, но вместо того, чтобы направиться в город, поехал в сторону фермерских угодий на окраине Ноллса. Раньше они с Питером жили в Ноллсе, и в детстве я часто бывала здесь. Даже не счесть, сколько раз проводила время на ферме их дяди Брендана. Когда мы проезжали мимо знака, указывающего на Ноллс, меня осенило, что я не была здесь почти год. Неужели прошло так много времени? Еще два года назад ни одного выходного я не проводила вдали от Роланда и Питера. Но примерно тогда же они решили укреплять «мужскую дружбу» со своими кузенами и начали ходить в походы. Поначалу мне было обидно, что они не допускают меня к своим развлечениям, но потом я стала больше времени проводить с Реми. И в конце концов, вообще перестала здесь появляться.

Теперь, вспомнив об этом, мне стало смешно оттого, что Роланд согласился проводить столько времени со своими кузенами, особенно с Фрэнсисом, который был на четыре года старше нас. Роланд и Фрэнсис никогда не ладили, и, насколько мне известно, сейчас ничего не изменилось. Я не нравилась Фрэнсису, он недолюбливал меня и никогда не скрывал своих чувств, что только злило Роланда. На самом деле, они серьезно повздорили, – и я имею в виду кровавую драку, – незадолго до того, как начали проводить время вместе. Мы находились на ферме, когда пришел Фрэнсис и спросил, есть ли у меня дом, куда я могу пойти, вместо того чтобы вечно путаться у них под ногами. Я бы послала его куда подальше, если бы Роланд не ударил его первым. Не успела опомниться, как они уже несутся через кукурузное поле Брендана, оголтело визжа словно два одичавших пса, пытающиеся перегрызть друг другу глотки. Потом появился отец Питера, Максвелл, и рычал на них, пока те не выползли из помятой кукурузы как нашкодившие щенки.

Я невольно приоткрыла рот. «Нет!»

«Вы чувствуете этот запах, друзья мои?»

«Неудивительно, что на тебя напали. Лишь парочка щенков на защиту».

Большое мохнатое тело прыгнуло, чтобы поймать меня.

– Этого не может быть. – Моя рука схватилась за ремень безопасности, который вдруг начал душить меня.

Роланд взглянул на меня.

– Сара?

Я бы знала, верно? За все дни, за сотни – нет, тысячи, – часов, проведенных вместе, я должна была заметить какой-то знак. Я ведь не была несведущей о настоящем мире. Пусть я и не видела оборотня до сегодняшнего дня вживую, но человек не мог скрывать очевидные недостатки ликантропии от близких. Именно поэтому большинство оборотней вели затворнический образ жизни. Как и вампиры, они не могли прикасаться к серебру – было бы довольно сложно объяснить, почему ты получаешь ожоги второй степени от серебряной вилки. И оборотни были хищниками, которым нужно охотиться. Они не могли жить среди людей, если хотя бы раз в месяц не оборачивались и не охотились на животных…

Моя ладонь взлетела ко рту.

– Останови машину.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил Роланд.

– Останови машину!

Питер наклонился вперед.

– Чувак, думаю, она собирается блевать. Остановись.

Роланд сбавил газ и съехал на обочину перед темным полем. Как только машина остановилась, я распахнула дверь, побежала к забору и согнулась, пытаясь сделать вдох. Позади меня хлопали дверцы машины и хрустели листья, пока друзья направлялись ко мне.

Мои лучшие друзья, оборотни.

Роланд нерешительно спросил:

– Ты в порядке?

Беспокойство в его голосе отозвалось в моей груди болью. Я сделала глубокий вдох, но так и не смогла посмотреть на них.

– Почему вы не рассказали?

– Не рассказали – что?

– У меня был шок, но сейчас голова яснее некуда. – Я ухватилась за верхнюю перекладину ограды, и в мои ладони впилось шершавое дерево. Оно было твердым и самым реальным, чем весь сегодняшний вечер, поэтому я крепко держалась за него. В памяти возникли преисполненные отчаяния слова, которые я услышала, когда очнулась. «Я не смог добраться до нее».

– На пожарной лестнице был ты, да, Роланд?

Молчание.

– Сара, я… – неуверенно начал Роланд.

– Черт, – пробормотал Питер.

Ветер промчался по деревьям, зашелестев листьями и взъерошив мои волосы. Неподалеку в подлеске копошился маленький зверек. Здесь было так темно и тихо, а еще гораздо спокойнее по сравнению с городом. Я глубоко и неровно дышала деревенским воздухом, пытаясь придумать, что сказать.

– Пожалуйста, не бойся нас, – спешно проговорил Роланд. – Мы бы никогда не причинили тебе вреда.

Я обернулась к ним.

– Знаю. Я не боюсь вас. Я расстроена, что мне пришлось попасть в лапы вампира, чтобы узнать правду. И даже тогда вы попытались скрыть это.

Как только обвинение сорвалось с губ, я почувствовала себя лицемеркой. Я обвиняла друзей в том, что они держат от меня секреты, хотя сама занималась тем же все то время, что знала их. Мое не слишком праведное негодование лишило меня сил, и я привалилась к изгороди, замерзшая и уставшая.

Роланд медленно подошел ко мне.

– Мне жаль, – мягко произнес он, голос тяготило раскаяние. – Нам пришлось скрывать это от тебя. Нас связывают законы.

– А когда отец устанавливает закон, никто не может ослушаться, – серьезно добавил Питер. – Мы хотели рассказать тебе, но смертным не позволено знать о нас.

– А ваш отец?

Питер скривился.

– Он вожак стаи.

Ну конечно. Кому, как не величавому отцу Питера, Максвеллу, быть альфой?

– Значит, ваши семьи, все ваши кузены и кузины – оборотни?

– Да, – ответил Питер.

У меня перехватило дыхание.

– Понимаю, ты расстроена, но, прошу, выслушай нас прежде, чем возненавидишь, – взмолился Роланд.

– Я бы никогда не смогла возненавидеть вас. – Мой голос дрогнул. – Просто трудно осознать…

Роланд потянулся ко мне, но я выставила перед собой ладонь, чтобы избежать очередных объятий. Вместо этого я взяла его теплую руку в свою, давая ему тем самым понять, что мои чувства к нему остались прежними. Он был все тем же Роландом, которого я всегда знала. Ничто не изменит этого.

– Ребята, мой отец ждет нас, и могу поспорить, что он не один. Нам лучше ехать.

– Питер прав. – Роланд сжал мою ладонь. – Готова?

Я кивнула, и мы вернулись к машине. Оставшуюся часть дороги в салоне витало напряжение. Роланд и Питер беспокойно ерзали на месте, будто хотели заговорить, но не могли. У меня накопилась куча вопросов, но ответы на них я, похоже, получу только когда мы встретимся с Максвеллом.

Впервые в жизни я нервничала из-за поездки на ферму, и, когда мы свернули на узкую дорогу и я увидела маячащий впереди большой белый дом, меня охватило дурное предчувствие. Свет горел в каждом окне, я увидела джип Максвелла, припаркованный рядом с большим пикапом «Шевроле» Брендана.

Я потерла лоб, когда Роланд остановился прямо за пикапом и заглушил двигатель. Потянувшись через панель, он положил ладонь на мою руку.

– Ты в порядке?

– Да, просто ночь выдалась длинной. Давайте уже покончим с этим.

Питер наклонился.

– Все не так уж и плохо… смотря с какой стороны посмотреть. Ну, столкнулась ты с парочкой вампиров. Хуже этого точно ничего не может случиться, согласна?

– Пит, ты не помогаешь, – отрезал Роланд.

В одном из окон промелькнула тень, и я поняла, что нас уже ждут. Я сделала глубокий вдох и потянулась к ручке. Питер был прав. Я только что пережила нападение вампиров. Встретиться со стаей оборотней – плевое дело.

Я последовала за Питером, когда он открыл входную дверь и зашел в дом. Первым в дверном проеме, ведущем в гостиную, я увидела Максвелла. Высокий и жилистый, с огрубевшим лицом и седеющими рыжевато-каштановыми волосами, он с грозным выражением наблюдал, как мы заходим. Я столько лет была знакома с Максвеллом, но так и не смогла привыкнуть к его суровым манерам. Не то чтобы он когда-то был груб со мной. Однако он – единственный человек, который чертовски пугал меня. Конечно, зная теперь, что он был вожаком стаи оборотней, я взглянула на него с другой стороны. Такую роль мог выполнять только сильный человек.

Рядом с Максвеллом стоял его младший брат, Брендан. Оба мужчины были одного роста и имели схожие черты лица, но Брендан – более коренастый, с редеющими волосами и округлым лицом, отчего казался не таким грозным, как его брат. Серьезный, задумчивый взгляд, которым он одарил нас, заставил меня занервничать, и я едва не помчалась обратно за дверь. Я не знала, смогу ли выдержать еще одну конфронтацию сегодня вечером.

Максвелл открыл было рот, чтобы заговорить, но женский голос перебил его. Мать Роланда, Джудит, была высокой и стройной, но все же на пару дюймов ниже сына. У них были одинаковые темно-каштановые волосы и голубые глаза, хотя волосы сорокапятилетней Джудит уже пестрели сединой. Я никогда не встречалась с отцом Роланда, потому что он умер, когда сын был еще ребенком, но мне всегда казалось, что свою комплекцию мой друг унаследовал от отца. Точно не от матери.

– Не сейчас, Макс, – произнесла Джудит голосом, не терпящим возражений. – Дайте девочке передохнуть. – Она взяла меня под руку и повела к лестнице, выкрикнув через плечо: – Роланд, поставь чайник.

Я не привыкла, чтобы кто-то нянчился и возился со мной, но было приятно позволить Джудит взять все в свои руки. Она потащила меня вверх по лестнице в ванную и приказала принять душ, пока сама сходит за чистой одеждой.

Как только Джудит закрыла дверь, я взглянула на себя в зеркале и ахнула: на меня смотрела растрепанная девушка со спутавшимися волосами, заплаканными щеками, в грязной разорванной рубашке, на которой виднелись пятна запекшейся крови. Я словно смотрела на незнакомку.

Я наклонила голову в сторону, чтобы разглядеть четыре отметины от когтей, оставленные на шее. Я коснулась пальцами царапин, и меня пронзила дрожь от воспоминаний, как руки Илая обхватывают меня. Желудок резко скрутило, и меня стошнило в туалет, пока горячие слезы текли по щекам.

Я бы свернулась калачиком на полу, если бы Джудит не постучалась тихо в дверь и не привела меня в чувства.

– Дорогая, ты в порядке?

– Да, – слабо отозвалась я. Смыла воду в туалете и взяла салфетку, чтобы высморкаться. – Собираюсь в душ.

Я стянула с себя испачканную одежду и, отбросив ее на пол, скользнула под блаженную струю горячей воды. Добрых пять минут простояла под потоком воды, позволяя ему успокаивать и смывать болезненные ощущения в теле. Но это не помогло справиться с болью внутри меня, которой требуется куда больше времени для исцеления. Вода смыла последние слезы, после чего я выключила ее и вышла из душа.

На туалетном столике уже были оставлены чистые джинсы и мягкий красный свитер вместе с дымящейся чашкой чая, от которого исходили ароматы ромашки и перечной мяты. Я с удовольствием потягивала чай, пока обтиралась и одевалась. Я поняла, что вещи принадлежали дочери Брендана, Лидии, – которая училась в колледже, – поскольку мне пришлось подвернуть джинсы и закатать рукава.

Я высушила полотенцем волосы и вычесала колтуны, прежде чем спуститься вниз с пустой чашкой в руке. У подножия лестницы услышала доносящийся из кухни повышенный голос Максвелла:

– …поверить не могу, что вы повезли ее в клуб Портленда, когда вокруг такое происходит, – резко сказал он. – Как вы могли быть такими беспечными? Где ваше воспитание?

– Ты сам говорил на этой неделе, что они ушли, – возразил Роланд.

– И мы часто бываем в «Аттике». Никто никогда с нами не связывался, – вклинился Питер. – Мы подумали…

– Конечно, никто с вами не связывался! – Максвелл, казалось, разозлился еще сильнее, если такое вообще было возможно. – Вы, два идиота, не только подвергли опасности Сару, но и раскрыли нас смертному.

– Но, пап, она…

– Я никому не расскажу о вас.

Разговор прекратился, стоило мне войти на кухню. Джудит сидела за столом вместе с Максвеллом и Бренданом, а Роланд прислонился к холодильнику. Питер стоял у задней двери с таким видом, будто хотел скрыться от гнева отца. Я подошла к раковине, сполоснула чашку и поставила ее на сушилку для посуды. Затем собралась с силами и повернулась лицом к присутствующим в комнате, осознавая, что все взгляды устремлены на меня.

Джудит отодвинула стул рядом с собой.

– Сара, почему бы тебе не присесть, чтобы мы поговорили. Должно быть, ты сейчас очень растеряна.

– Я лучше постою, если вы не против. – Я поразилась тому, как ровно прозвучал мой голос.

Максвелл прочистил горло, но Джудит положила ладонь на его руку. Она кивнула мне и понимающе улыбнулась.

– Мы понимаем, что тебе пришлось сегодня многое пережить и нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

Я не нуждалась во времени. Мне нужны были ответы. К моему удивлению, первый вопрос, сорвавшийся с губ, совершенно отличался от того, что я намеревалась задать:

– Почему вы позволили нам дружить? Разве не переживали, что я обо всем узнаю, проводя здесь столько времени?

Максвелл ответил:

– В стае нашлись те, кто не поддерживал эту идею, но если мы хотим жить среди людей, то не можем обособиться от них. И мы можем скрыть свою сущность.

Очевидно. До сегодняшнего вечера я не имела ни малейшего представления о том, что мои друзья далеко не смертные. Я задалась вопросом, кто из них был против моей дружбы с Роландом и Питером, и могла назвать как минимум одного. Фрэнсис никогда не скрывал своей неприязни ко мне. Теперь я понимала почему.

– Я знаю, что вы охотитесь раз в месяц, но Роланд и Питер занимаются этим всего несколько лет. Почему они не ходили охотиться в детстве?

Максвелл вскинул бровь и метнул испепеляющий взгляд на Роланда и Питера. Питер поднял руки в защиту.

– Мы ничего ей не говорили, клянусь.

– Это были не они. Я знаю, что оборотням необходимо охотиться, иначе… случится непоправимое. – Я оглядела лица, на которых отразилась разная степень удивления.

– Видишь, а я говорил. Она знает, – вмешался Питер.

– Откуда ты знаешь? – осведомился Максвелл.

– Я… – Как много я могла рассказать им, не выдавая секреты, которыми не была готова делиться? Я хорошенько обдумала то, что собиралась сказать, прежде чем продолжить: – Я кое-что видела и общаюсь с людьми в интернете. – Максвелл бросил неодобрительный взгляд на меня, и я добавила: – В основном на форумах, но с некоторыми я общаюсь лично. Уже давно. Не уверена, догадываетесь ли вы, но многие люди – смертные люди – знают о существовании реального мира. Просто мы не болтаем об этом направо и налево. Кто нам поверит?

Хмурый взгляд Максвелла смягчился.

– Ты сказала, что кое-что видела. Что именно?

«Ну, вампиров, троллей, духов природы».

– Эм… чертят.

– Чертят? – повторила Джудит.

Ее удивленное выражение лица настолько развеселило меня, что я едва не рассмеялась – впервые после нападения.

– Наш дом кишит ими.

Роланд поморщился.

– Фу! Ты ведь знаешь, что есть специальные средства. Мы с Питом можем помочь избавиться от них.

Я покачала головой.

– Да, они досаждают и никому не нравятся, но они не так уж и плохи, если привыкнуть. Чертята обожают черничные маффины, поэтому время от времени я угощаю их, а они взамен не трогают мои вещи. И хорошо ловят крыс.

Брендан кашлянул в ладонь.

Питер нахмурился.

– Никогда не слышал, чтобы черти селились в доме смертных. Дядя Брендан, это нормально?

Брендан отрицательно покачал головой:

– Нет, но как много домов смертных ты проверил на наличие чертей? Видимо, этого не миновать, пока города разрастаются.

Максвелл выглядел задумчивым.

– Давно знаешь о нашем мире, говоришь. Как долго?

Я вцепилась пальцами в столешницу за своей спиной. Единственным человеком, которому я когда-либо рассказывала об этом, был Реми, но в моем суровом друге было нечто такое, что позволило мне с легкостью поведать о своих проблемах. Но раскрывать правду людям, которые были мне как семья, совершенно другое дело.

– С тех пор как убили моего папу, а я увидела… что с ним сотворили. – Я с трудом сглотнула. – Ни один смертный не способен сделать такое, что бы там ни говорила полиция. Мне потребовалось несколько лет, чтобы понять.

– Вампир, – сказал Питер, и слово повисло в воздухе.

Роланд расправил плечи.

– Господи, Сара. Я понятия не имел.

– Никто не знал. – Я потеребила край свитера. – Я не могла рассказать Нейту или полиции. Кто бы мне поверил?

Максвелл почесал бороду.

– Мы подозревали. У нас есть друзья в полиции Портленда, поэтому мы знали о нескольких подозрительных смертях в то время. Ты была ребенком. Я даже не догадывался, что ты видела и к тому же знаешь правду.

По полу заскрипели ножки стула, и я оказалась в теплых объятиях Джудит.

– Ты храбрая девочка. Поверить не могу, что ты столько лет переживала это одна.

Со дня смерти отца меня не обнимали так долго. Мне хотелось отстраниться, но это почему-то казалось грубым, поэтому я позволила ей держать меня в объятиях.

Она отступила и прочистила горло:

– Мне нужен чай. Кто-нибудь хочет?

Я отошла в сторону, чтобы она могла наполнить чайник.

– Правда, что оборотни охотятся на вампиров? – спросила я у Максвелла, и он кивнул в ответ.

– Поверить не могу, что не догадалась, кто вы есть на самом деле.

За все те дни, что провела здесь, за все ночевки с Питером и Роландом и семейные ужины я не обнаружила ни одного намека на то, что они отличаются от меня. И уж точно я никогда бы не приняла их за охотников на вампиров.

Максвелл впервые улыбнулся.

– Мы умеем хранить секреты. Я бы оскорбился, если бы мы не смогли скрыть их от одной маленькой девочки.

Роланд фыркнул, и дядя бросил на него грозный взгляд.

– Я посмотрю, как ты будешь смеяться, пока нарезаешь круги на тренировках в течение следующего месяца.

Лицо Роланда помрачнело, и я почти рассмеялась над его несчастным видом. Чтобы спасти его от испепеляющего взгляда Максвелла, я спросила:

– Вы поэтому знаете того парня, Николаса? Кто он такой?

– Мохири – раса воинов, охотников на вампиров, которая существует, вероятно, столько же, сколько и сами вампиры. Они очень скрытны и почти никогда не общаются с другими охотниками, хотя наши люди иногда пересекаются с ними. Мы не интересуемся ими, а Мохири не трогают нас, потому что мы на одной стороне.

– Почему у вас взаимная неприязнь друг к другу?

Брендан, который молчал с тех пор, как я спустилась вниз, заговорил:

– Мохири охотятся не только на вампиров. Они охотятся на всех, кто представляет угрозу для смертных. Давным-давно наш род был не таким… цивилизованным, поэтому они охотились и на нас. Со временем мы изменились, но время от времени случаются неприятные инциденты. Мохири не доверяют нам, а среди оборотней есть те, кто по-прежнему питают обиду на них.

Чайник засвистел, и Джудит сняла его с плиты, налив кипятком чайные пакетики в двух чашках. Аромат жасмина донесся до меня, когда она пододвинула ко мне одну кружку, а другую поставила на стол. Я дала чаю настояться в течение минуты и сделала глоток. Мне нравились чаи Джудит; она сама выращивала и сушила травы, а затем высушенные листья раскладывала по маленьким сетчатым мешочкам, которые покупала на азиатском рынке в Портленде. Казалось, она всегда знала, какой чай выбрать для той или иной ситуации.

– Вы не ответили на мой вопрос. Почему Роланд и Питер охотятся только последние несколько лет? – напомнила я Максвеллу.

– Желание охотиться появляется только после полового созревания, – пояснил он. – У всех по-разному.

– Ага, и нам приходится тренироваться… много, – добавил Питер.

Я взглянула на своих друзей, с трудом веря в то, что они могут превращаться в тех устрашающих существ, которых я видела сегодня вечером.

– Вы когда-нибудь охотились на вампиров?

Роланд покачал головой.

– Нет, только после восемнадцати. – Его глаза довольно заблестели. – Немногим из нас удается сражаться с вампиром до первой охоты.

Максвелл бросил на него испепеляющий взгляд.

– Это не повод для радости. Если бы поблизости не оказался Мохири, то у нас состоялся бы другой разговор.

На кухне повисло молчание, когда слова Максвелла грузом свалились на нас. Если бы Николас тогда не появился, Илай бы утащил меня прежде, чем Роланд и Питер узнали бы, что мне угрожает опасность. Никто бы и не догадался, что случилось со мной, как и с другими пропавшими девушками. А Илай не оставлял никаких сомнений в том, какие ужасы бы сотворил со мной в последние часы жизни.

На лицах моих друзей отразились боль и чувство вины. Я не могла рассказать им, что Илай пообещал сделать со мной, как едва не лишилась их навсегда. Они и так уже считали себя виноватыми, а я не хотела добивать их дальше. И если в чем я и была хороша, так это в сохранении секретов.

– Сара, ты хорошо держишься, учитывая обстоятельства, – заметила Джудит.

Я подула на чай.

– Это вы меня два часа назад не видели.

Максвелл повернулся к Брендану.

– Утром придется созвать всех. Похоже, у нас остались дела в Портленде.

Брендан уныло кивнул.

– Если бы мы только знали, что держит этих кровопивцев там. Обнаглевшие ублюдки, накинулись на девушку, когда рядом два члена стаи и парочка охотников.

Я вспомнила о решимости Илая заполучить меня. Неужели он действительно помешался на мне лишь потому, что я отвергла его знаки внимания и не поддалась внушению? Отсюда вытек другой вопрос: почему он не смог повлиять на меня? Было ли это как-то связано с моей силой? Может, в моей голове не хватило места для вампира, ведь там уже затаилось чудовище.

– Какова бы ни была причина, я больше не потерплю их на своей территории. Добавим патрульных по городу и отправим команду обследовать каждый уголок Портленда. Пусть убираются отсюда или умрут. – Голос Максвелла властно прогромыхал на кухне; я никогда его таким не видела, отчего по телу пронеслась дрожь, несмотря на то, что в руках я держала горячую чашку чая. Я украдкой взглянула на него, ожидая увидеть пылающие янтарные глаза, но выражение его лица не изменилось.

– По-моему, этот разговор может подождать до утра, – решительно заявила Джудит, очевидно, ничуть не напуганная своим братом-альфой. – Сара, почему бы тебе не остаться у нас? Ты выглядишь слишком взвинченной, чтобы видеться с Нейтом.

Я практически отказалась от ее предложения, потому что хотела вернуться в свою комнату и свою кровать. Но она была права: я не готова к встрече с Нейтом. Один взгляд на него, и я, скорее всего, разревусь, а тогда от него точно ничего не скрыть.

Я перевела взгляд на Роланда, и он кивнул, его взгляд был полон надежды. Я чувствовала его страх, он боялся, что после сегодняшнего вечера я изменю свое отношение к ним, и мне захотелось заверить его, что ничто не рассорит нас.

– Спасибо, мне бы этого хотелось, – ответила я Джудит.

Роланд улыбнулся.

Джудит встала и сполоснула чашку. После взяла мою и помыла.

– Ладно, думаю, нам пора домой, а тебе не помешает выспаться. Ты, верно, совсем утомилась.

– Не думаю, что смогу уснуть сегодня. – Я знала, что как только закрою глаза, всплывет лицо Илая.

– Тогда мы составим друг другу компанию, – сказал Роланд, следуя за нами.

Нас догнал Питер.

– Я с вами.

Джудит обернулась, чтобы возразить.

– Это не пижамная вечеринка. Сара многое пережила, и ей не нужно, чтобы вы мешали ей ночью спать, что бы она там ни говорила.

– Мальчики, можете остаться здесь, если хотите, – предложил Брендан, и улыбка Роланда померкла. Было нетрудно прочитать его эмоции на лице, потому что мы втроем, я не сомневалась, чувствовали одно и то же. Мы вместе прошли через суровое испытание и сейчас не хотели расставаться друг с другом.

– Я бы хотела, чтобы они пошли с нами, – сказала я, не сумев скрыть легкую дрожь в голосе. Джудит бросила на меня обеспокоенный взгляд, и я только надеялась, что она не станет снова обнимать меня, иначе, боюсь, в этот раз не смогу сдержать слез. Я уже достаточно нарыдалась сегодня.

Джудит понимающе улыбнулась, и я в тысячный раз убедилась в том, как Роланду повезло с мамой.

– Ладно. Роланд, ты поведешь.

Роланд сжал мою ладонь, когда мы направились к двери.

– До скорого, – проговорил он одними губами, наклонив голову в сторону мамы. Я едва заметно кивнула ему в ответ. Когда мы устраивали ночевки, он дожидался, когда его мама отправится спать, а после приходил ко мне. Мы тусовались в его комнате, смотрели фильмы или просто болтали, пока один из нас не начинал засыпать, – но это были лучшие мгновения, проведенные здесь.

Я внезапно затосковала по тем дням, когда монстры казались безликими существами, о которых я только слышала в сказках. Благодаря Илаю я, вероятно, больше никогда не смогу почувствовать себя в безопасности, и горячо надеялась, что Николас и его друг отследили вампира и отправили его в ад, где ему самое место.

Загрузка...