Глава 5. Жребий

Есть люди, которые свято верят в то, что успешность их дня напрямую зависит от того, с какой ноги ты встал утром с кровати. Лив не верила в приметы. Но она точно знала, что проснуться утром привязанной к кровати без возможности пошевелиться — явно не к добру.

Особенно если за всем этим наблюдают чьи-то чужие, усталые зеленые глаза.

Увидев Августа, как ни в чем не бывало, сидящего напротив ее кровати на стуле, с миской и ложкой в руках, Лив потеряла дар речи. Она просто не знала, какими словами можно назвать этого человека, который то преследовал ее, то отталкивал. Снова и снова. Так они и смотрели друг на друга, не проронив ни слова. Она, привязанная простынями к кровати в одной пижаме. И он, жующий хлопья в молоке, в своем извечном черном костюме. Интересно, он его вообще снимает?

— Даже не попросишь, чтобы я тебя развязал? — Первым заговорил он, закидывая в рот очередную ложку завтрака.

— Сначала попрошу тебя объяснить, что ты здесь делаешь. Мы же договорились, что я позвоню тебе, когда проснусь, чтобы ты меня освободил, — ее голос все еще хрипел после сна. — И вообще, тебя не учили, что чавкать неприлично?

— Что ж, — Август отставил свой завтрак на соседний стул и вальяжно развалился на своем, закинув руки на спинку. — Раз тебе и так удобно… Отвечаю: я пришел, чтобы посмотреть, что не так с твоим лунатизмом. И я не чавкал!

Все раздражение вмиг покинуло ее. Он что, просидел тут целую ночь, чтобы разобраться в ее проблеме?

— И что скажешь? — Лив было дернулась, чтобы сесть, но простыни не далии ей этого сделать. — Ладно, развяжи меня.

— Скажу, что ты говорила во сне.

Нахмурившись, Август подошел к кровати и принялся развязывать узлы. Позабыв спросонья о его особенности, Лив на автомате одернула руку, почувствовав жар на коже. По ощущениям, как керамическая кружка с кипятком внутри. До ожога далеко, но ощутимо. И это сквозь защитную одежду. Насколько же горяча его неприкрытая кожа? Краем глаза, она заметила досаду на его лице. Стало стыдно, ведь он явно парился по этому поводу. Оставшиеся узлы он развязывал, старательно избегая контакта с ее кожей.

— Надеюсь, ничего секретного я тебе не выдала, — нужно было срочно отвлечь его от этого небольшого инцидента. Закончив с узлами, Август вернулся на свое место и положил подбородок на ладони, задумчиво уставившись на нее исподлобья. По одному взгляду понятно — ничего хорошего он ей не скажет.

— Я должен рассказать тебе кое-что, чтобы ты осознала всю степень моего негодования, — усевшись поудобнее в кровати, Лив кивнула. Она ненавидела, когда тянули резину, заставляя ее умирать от любопытства. — В тот день, когда вырвалась темная материя, мы были здесь. Проходили практику перед защитой диплома.

— Да, это я уже слышала. Ты тоже ученый? По тебе не скажешь, — ей хотелось поторопить его. Что она там, черт возьми, ему наговорила?

— Будем считать, что это было комплиментом… Да, я инженер. Ну, должен был им стать. Меня, Ами, Нико, Грейс и еще пару ребят с курса пригласили сюда на практику, для работы над этим чертовым экспериментом. Свежий взгляд им понадобился. На самом деле, руководитель проекта — Дэниел его звали — вечно ругался с ведущей ученой. Катериной. Классная была женщина, мозговитая. Она все твердила ему, что он слишком торопится, сжимает сроки, что это небезопасно. Вот он нас и позвал, чтобы мы помогли ей ускориться. Ну, короче Катерина права оказалась. Жаль, что она об этом уже не узнает. Впрочем, как и дядька Дэниел… И мой одногруппник Майкл. Он тоже погиб тогда. Прямо в этом здании.

Он говорил об это так спокойно, а у Лив по коже мурашки пробегались от каждого его слова. Но…

— Почему ты решил рассказать об этом сейчас? — тихо спросила она. Будто, заговори она громче, и души погибших здесь людей услышат ее. Как же это все тяжело. Столько людей испытали настоящий ужас и горечь потери в тот день. А она в это время спала. И смех, и грех.

— Потому что этой ночью ты говорила со мной голосом Майкла, Лив, — своими словами Август буквально пригвоздил ее к месту. Лив испуганно натянула одеяло повыше, будто оно могло укрыть ее от этой жути. Он же шутит? — Мало того, мы говорили о том, что знали только я и он. Понимаешь? Это не ты ходила ночами. Тебя кто-то уводил. Ты, Лив, сверхчеловек, как и я. Через тебя говорят души умерших.

Лив молчала, как громом пораженная. Серьезно? Кто-то летал, становился невидимым, останавливал время, становился сильным, быстрым, выносливым, а она… Как обычно, победитель по жизни.

— Жуть какая-то, — промямлила она, ища поддержки в его глазах. Но он снова хмурился, о чем-то соображая. — Я же боюсь всего такого до чертиков… Я не хочу. От этого надо избавиться.

— О, все в твоих руках, милая, — Август подскочил на ноги и открыл дверь. — Идем.

— Погоди, мне надо переодеться, — растерялась она.

— Я тебя умоляю, пол города видело твою пижаму, — фыркнул он и беспардонно сдернул с нее одеяло.

Укутавшись в простыню и ворча что-то себе под нос, Лив поплелась за парнем, который успел подхватить свою миску с хлопьями и теперь доедал их прямо по пути в основную лабораторию. Его волосы на затылке спутались настолько сильно, что у нее появилось навязчивое желание накинуться на них с расческой. И просто ощутить, какие они на ощупь.

— Народ, у меня созрел план, — сходу заявил Август, отвлекая остальных от своих дел. — Я выяснил что не так с блондиночкой и без всяких ваших научных тестов, — он многозначительно покосился на Грейс и ухмыльнулся, водружая на ее стол пустую тарелку.

Лив неловко мялась сзади, растрепанная, укутанная в простыню, и краснела, понимая, как сейчас выглядит со стороны.

— Не томи уже, — Нико недовольно скрестил руки на груди, усевшись верхом на стол.

Август показал брюнету средний палец и с размаху уселся на стул, выезжая на нем в центр помещения. Лив фыркнула. Кажется, кто-то очень любил привлекать к себе внимание. Еще одна галочка в ее список к фактам об этом ненормальном.

Ами потеряла терпение первой. С силой остановив крутящийся стул ногой, она молча смерила Августа тяжелым взглядом, под которым он раскололся, как партизан. Вкратце пересказал всем события прошлой ночи, опустив их разговоры по душам на крыше.

— Она что-то типо… медиума? Не знаю, называйте как хотите, но вот оно — решение нашей проблемы, — Август повернулся к Грейс. Она уже сообразила, о чем он толкует и одобрительно кивала. — Лив свяжется с духом Катерины. А уж она точно знает, как вернуть все назад. Потому что только она знала, чем все может закончиться.

— Погодите! — Лив впервые подала голос, делая шаг вперед. — А вас не смущает, что я это вообще-то не контролирую? Или вы собираетесь каждую ночь дежурить у моей кровати, пока в меня не решит вселиться эта ваша Катерина, где-то между Элвисом Пресли и Куртом Кобейном? Серьезно?

— Лив, каждая супер-способность, как и любой другой навык, может развиваться, — выезжая из-за стола, объяснила ей Грейс. — Нужна тренировка. Просто твоя сила не явная, как, например, силы ребят. Ты о ней не знала, вот она и не проявляла себя.

— И как вы собираетесь меня развивать? Устроим шоу спиритизма с доской Уиджи или просто вызовем Пиковую даму со свечой у зеркала? Ну, это же бред какой-то. Не бывает призраков! — Лив всегда боялась подобных тем, ведь она видела достаточно фильмов, чтобы понимать, что ничем хорошим это никогда не кончается. Либо в нее вселится какой-нибудь демон ада, либо она сама свихнется и пойдет добывать кровь девственниц для ритуала. Поэтому-то она и паниковала сейчас, ощущая на себе такие разные взгляды. Сочувственные, скептические и насмешливые.

— Ты живое доказательство, что бывают, — Грейс не разделяла его страха, возбужденно сминая ткань пледа. — Да это же прорыв, мы сможем заглянуть туда, куда еще никто из живых не заглядывал! Нобелевка у нас в кармане!

— Я назову вам как минимум три причины забыть об этой затее, — всплеснула руками Лив и начала загибать пальцы. — Паранормальное явление — выбирайте любую часть. Уиджи: Доска Дьявола. Заклятие, черт бы его побрал! Вы в своем уме?

Повисшую тишину разорвал смех Августа. Остальные уставились на него с таким удивлением, будто только что произошло что-то сверхъестественное. Но поспешили скрыть свою реакцию, заулыбавшись. Лив наблюдала за всем этим со стороны, злясь на них за эту несерьезность. Они могли бы спорить бесконечно долго, если бы лаборатория не потонула в вое сирены. Лив зажала уши ладонями, а Грейс подъехала к своему столу и нажала на кнопку, прекращая это.

— Нападение на группу туристов. Один сверхчеловек. Они заперлись от него в магазине вместе с продавцом. Скорее, — ее голос стал твердым и серьезным, без тени улыбки.

Тело и одежда Нико тут же покрылись изморозью. Из заднего кармана штанов он достал маску, натягивая ее на лицо. Ами поступила так же, тут же становясь полупрозрачной, едва заметной. Лив засмотрелась на нее, все еще не в силах поверить собственным глазам.

— Без меня справитесь? Я всю ночь не спал, караулил блондиночку, — законючил Август, а Ами небрежно махнула ему рукой, мол свободен, и помчалась к лифту вместе с Нико.

А Лив просто улыбалась от уха до уха, позабыв о страхах. Ее первый супергеройские вызов! И пусть вызывали не ее, но она ощущала себя частью всего этого. Этого завораживающего, полного опасности и приключений, мира.

Август давно скрылся за дверью, а она уселась рядом с Грейс и с жадностью следила за ее работой. На экранах тут и там мелькали какие-то показатели жизнедеятельности Ами и Нико. Грейс то и дело переключалась между уличными камерами, чтобы следить за дракой и давать советы. Попутно она объясняла Лив, что и как здесь работает. Но Лив мало что понимала, гораздо интереснее было наблюдать за видео, где Ами ловко уклонялась от атак ядовитого человека (так она сама называла злодея), а после, нырнув в собственную тень и вынырнув из тени злодея уже у него за спиной, повалила его на землю. Нико же приморозил его руки и ноги к асфальту, оставляя его лежать до прибытия полиции.

Вернувшись в комнату, Лив пришлось долго отвечать на сообщения Марка, сетуя на так внезапно появившуюся у нее простуду. Он порывался навестить ее и принести фруктов. Пришлось сослаться на то, что она очень боится его заразить. Ей не хотелось врать ему, но выбора-то не было. Интересно, как много приходится лгать своим близким ребятам? Есть ли у них семьи? Они ведь все живут и ночуют здесь.

После одной перепалки у магазина случилась еще одна. Грейс была занята у своих мониторов до вечера, а Нору она не видела с самого утра. Пришлось как-то развлекать себя самой. К счастью, она прихватила из дома пару книг.

Выбравшись из постели только к вечеру, она прошла на «кухню», чтобы перекусить и застала там сонного Августа, лениво ковыряющегося ложкой в хлопьях с молоком. Все в том же своем костюме.

— Ты в курсе, что на ужин принято есть что-то серьезнее хлопьев? — кинула она ему через плечо, заглядывая в холодильник. Ее душа требовала действий и приключений. А желудок тащил к холодильнику.

— Покажи мне книгу, где есть такое правило, — вяло буркнул он ей. — Ешь и собирайся.

— Куда? — не поняла Лив, выпрямляясь с куском пиццы на тарелке. Судя по всему, о здоровом питании никто из героев не задумывался.

— Кое-куда, — загадочно протянул он, загребая остатки хлопьев. — В место, где твои силы должны раскрыться.

— А почему этим решил заняться ты? Я же тебе не нравлюсь, сам говорил, — перспектива снова терпеть его вспышки гнева радовала мало. С другой стороны, когда он не орет, с ним довольно-таки интересно.

— Я уже говорил тебе, что жребий выпал мне, — пожав плечами, он вышел, бросив грязную тарелку в раковину.

Спешно запихнув в себя пиццу, Лив выскочила в общий зал. Август уже ждал ее, крутя на пальце ключи от машины. Грейс переводила подозрительный взгляд с Августа на нее. Словно предчувствуя поток вопросов, Пламень вскочил на ноги и быстрым шагом отправился к лифту. Лив бросила Грейс прощальный взгляд, молящий о спасении, и отправилась следом.

— Разве тебе не надо к Нико и Ами на подмогу? — Усаживаясь на переднее сидение поинтересовалась Лив. Теперь, в лучах заходящего, ласкающего оголенные участки кожи, солнца, она смогла рассмотреть машину. И если одни назвали бы ее развалюхой, то другие раритетом. Черная снаружи и внутри. Присмотревшись, Лив поняла почему. На сидениях и приборной панели виднелись обугленные куски. И как эта колымага до сих пор не развалилась на части?

— Сейчас гораздо важнее узнать, как нам избавить мир от сверхлюдей. Пока они окончательно не разбрелись по всему земному шару, — Август уселся за руль, поправив зеркало заднего вида. — Я сжег магнитолу. Придется тебе развлекать меня по дороге. Только, очень прошу, не выводи меня из себя, а то это может плохо кончиться. Я серьезно.

— Почему для тебя это так важно? — машина тронулась, а Лив пристегнула ремень. — Я думаю, что со временем, эту ситуацию можно обернуть в пользу. Например, сила Норы. Да она же может лечить людей руками! Может, она и неизлечимые болезни способна побороть?

— Не всем повезло так, как Норе, — поколебавшись, Август указал ей пальцем на оплавленный пластик перед ней. — Видишь это? Мне не всегда удается контролировать себя. А что уж говорить о тех, кто и не пытается держать силы под контролем?

Лив прикусила язык, украдкой наблюдая за его сосредоточенным лицом с длинной челкой, которую он зачесал назад сегодня, чтобы не спадала на глаза. Какой Август перед ней сегодня? Игривый шутник? Нервный параноик? Или крутой супергерой с улыбкой, от которой можно запросто сойти с ума?

— Нелегко тебе, наверное, приходится, — решившись, выдохнула она. — Бывало, что ты не удерживал огонь внутри? Да?

— Я не хочу об этом говорить, — резко бросил он, смотря исключительно на дорогу. Но, сделав глубокий вдох и выдох, кажется, успокоился. — Да. Иногда я и сам не понимаю, что делаю: спасаю мир или разрушаю его.

Они проехали еще два квартала в полном молчании. Лишь изредка Август ворчал себе под нос, критикуя стиль вождения того или иного водителя. А Лив не могла перестать смотреть на отражение его лица на стекле. Кажется, она начала понимать, почему он вел себя так, а не иначе. Но ей было мало этого. Она хотела знать больше. Сама не зная почему и зачем ей это. Это был какой-то вызов для нее, наверное. Или что-то большее.

— Август, — снова позвала она. — А как ты живешь теперь, со своей силой? Как ходишь в кино? По магазинам? Я не знаю… Ты ходишь гулять просто так? Без охоты за очередным преступником.

— Конечно, нет, — фыркнул он. Раздражение пропитало каждую частичку его голоса. Лив чувствовала себя сапером. Малейший шаг не туда, и взрыв. — Как ты себе это представляешь вообще? А если кто-то коснется меня?

— Знаешь, мне кажется, что выход найти очень просто, если пораскинуть мозгами. Ты же инженер, живущий среди кучки ученых! — скинув с ног кроссовки, Лив подтянула к себе ноги, обняв колени. — Как говорит мой папа, выход есть всегда, если конечно ты не умер.

— Мы сделали для меня этот костюм, — буркнул Август, останавливаясь на светофоре и скользнув по такой домашней позе девушки взглядом. — Не слишком ли ты любопытная? А что насчет тебя? Как много я угадал, когда читал твои мысли у тебя дома?

— Мало, — хихикнула девушка. — Только о том, что я люблю читать романы. Но это было просто понять по книгам, которые раскидали по всей комнате.

— Что, тебя не любили в детстве, как я предполагал? — Лив понимала, что он просто старается сменить тему, но рассудила, что ничего не теряет, треплясь с ним ни о чем.

— Мы с папой рано лишились мамы, поэтому у него осталась только я, кого он мог бы окружить заботой. Но я бы не сказала, что он перелюбил меня, — Теперь уже она смотрела на дорогу, а Август то и дело кидал на нее заинтересованные взгляды. — Что, интересуешься моей жизнью?

— Вот еще, — фыркнул парень, улыбнувшись уголком рта. — А что на счет парней? Неужели ты не отшивала всех подряд в старшей школе? Не ври, тут я точно угадал.

— А вот и нет, — забывшись, Лив стукнула его кулаком в плечо. Она часто делала так со Марком. Но Август ощутимо напрягся. — Прости… Я встречалась с несколькими, если они очень настаивали, но…

— Но? — казалось, от распирающего его любопытства, он уже и забыл о своем напряжении.

— Это не длилось долго. Как я уже говорила, я — дитя романов. Поэтому свято верю, что сближаться с кем-то нужно только по большой любви. А просто для меня симпатии недостаточно. Поэтому я мягко расставалась с ними, пока все не заходило слишком далеко, — Лив мечтательно улыбнулась. — Глупо, наверное.

— Женщины, — протянул Август, закатив глаза и беззвучно рассмеялся. — Мы приехали.

Лив не разозлилась на него, она и сама понимала, как глупо это все прозвучало. От этого разговора ей почему-то стало так приятно. Пламень действительно был хорошим парнем, когда не превращался в огромную задницу.

Но вся ее симпатия к нему развеялась, едва она увидела, куда этот идиот привез ее.

— Ты совсем рехнулся? Разве я не дала понять, что боюсь всего этого до чертиков?

Ухмыляясь, Август открыл перед ней дверь, но она скрестила руки на груди, отказываясь выходить.

— А иначе никак. Развить силу можно только в ее естественной среде, — аккуратно, стараясь не касаться кожи, он схватил ее за краешек футболки и сильно потянул. Чтобы не остаться без одежды, ей пришлось выйти, извергая из своего изящного рта совсем некультурные слова. — Серьезно? Ты можешь спасти мир, но испугалась какого-то кладбища?

— Да, испугалась! — взревела Лив, скрестив руки на груди. — Ты спятил!

— Я спятил, когда обрек себя выслушивать твое нытье, — они стояли друг напротив друга и вновь сверлили друг друга глазами. Лив перевела взгляд на это холодящее кровь место, а потом снова на лицо Августа. Его силы действительно были тяжким бременем для него. Быть может, он прав?

Поколебавшись, Август неуверенно протянул руку в ее сторону и тихо произнес:

Пожалуйста, Лив.

Собрав все силы в кулак и сбросив с себя постыдный страх, она взялась за его ладонь в необъятной перчатке. Горячо. Но она стоически выдержала до самого входа на кладбище. К этому моменту солнце окончательно закатилось за горизонт, а свет горел только в окнах соседних домов. Надгробия и памятники безмолвными тенями возвышались перед ней.

Здесь было так тихо.

Август провел ее вглубь, отпуская руку. Подальше от шума автомобильных дорог, а ее глаза уже успели привыкнуть к темноте.

— Ну что? — очень тихо спросил он. Но здесь не было нужды кричать.

Лив хотелось огрызнуться на него, но она решила, что лучше помолчать. Отступив от него на два шага, чтобы лучше сосредоточиться, она осмотрелась вокруг, пытаясь нашарить внутри себя отголоски какой-то сверх способности. Хотя бы что-то необычное внутри себя. Но она не чувствовала ничего, кроме страха от этого безмолвного места и озноба, покрывшего ее тело. Пожалуй, она слишком легко оделась. Хотя эту проблему можно легко решить, приблизившись в живой батарее, которая сопроводила ее сюда.

— Ничего, — наконец, выдохнула Лив. Август недовольно цыкнул.

— Не может же быть, что совсем ничего, — он звучал очень настойчиво. — Расскажи мне, что ты чувствуешь, видишь.

— Да ничего, сказала же! — Ну вот, не сдержалась и все-таки огрызнулась на него. Отчего-то стало стыдно. — Ну… Чувствую жуть. Немного холодно. Вижу… ну, могилы, цветы. Того мужчину, которому мы, наверное, мешаем скорбеть. Давай уйдем?

Лив развернулась, чтобы отойти подальше от фигуры мужчины, который беззвучно плакал над чьей-то могилой, сжимая в руках цветы. Но Август поймал ее за руку.

— Какого мужчину? — настороженно спросил он. Лив непонимающе махнула рукой в нужную сторону. — Там никого нет, Лив.

— Как нет? — пискнула она, а по спине прошелся неприятный холодок. — Это совсем не смешно! Хватит меня пугать!

В это же мгновение мужчина поднял на нее взгляд своих пустых глазниц и засмеялся. Безэмоционально, холодно и совсем не весело. Лив испуганно заморгала, а силуэт вдруг стал ближе. Еще мгновение, и он стоит прямо перед ней.

«Беги» — прошелестело у нее в голове, и она закричала, зажав уши руками и осев на землю. Ее плеч касалось что-то теплое и приятное, но она не могла остановиться. Тогда она почувствовала рывок и встала на ноги. Август силой заставил ее подняться. Теперь она видела только его обеспокоенное лицо и беззвучно шевелящиеся губы. Сердце стучало, как сумасшедшее.

Вырвавшись из хватки его рук, она отскочила назад, затравленно осматриваясь. Мужчина исчез.

— Лив, посмотри на меня, — она словно вынырнула из воды, вновь услышав его голос, как издалека.

Переведя взгляд на Августа, она ахнула, зажмурившись. Она не видела его, не видела, не видела. Это все было похоже на самый страшный в ее жизни сон. Хотелось свернуться на земле калачиком и отключиться.

Вновь открыв глаза она в панике уставилась на силуэт Августа. Именно силуэт, потому что сейчас она видела не его. А сгусток какой-то пылающей ярко-красной энергии в форме его тела. Эта субстанция находилась в постоянном движении, то увеличиваясь, то уменьшаясь в размерах. А на ее поверхности, словно грязь, растекалось что-то черное. Как налет. Хотелось стереть его рукой, но она продолжала завороженно смотреть на это, пока с силой не зажмурилась.

В ее голову ворвался тихий шепот. Сначала один голос, затем два, а потом ее голова взорвалась хором незнакомых ей голосов. Они перебивали друг друга, увеличиваясь в геометрической прогрессии, и было так сложно разобрать слова. Сквозь беспокойный гул голосов она вылавливала лишь обрывки.

«Опасно»

«Уходи»

«Беги»

— Лив, пожалуйста, вернись ко мне! — голоса стихли так же внезапно, как и появились.

Тяжело дыша, Лив открыла глаза. Лицо Август прямо перед ее. А глаза так и пылали, тепло тлели в темноте таким приятным беспокойством. За нее.

Глотка болела так, будто она сорвала голос, а под собой ощущала холодную и влажную траву. Кажется, она успела снова осесть на землю.

— Пожалуйста, уведи меня отсюда, — хрипло попросила она, находя на земле руку, закованную в перчатку. Плевать, что горячо. Если подумать, то и не горячо вовсе. А тепло.

Август помог ей подняться, а она цеплялась за его предплечье, словно это был последний источник тепла на земле. Ее колотило от холода и страха.

— А мы уж думали, ты никогда не придешь.

Его рука мгновенно напряглась под ее ладонями и стала твердой, как камень. И в два раза горячее. Август предупреждающе завел ее за спину, оборачиваясь. Картинка мира все еще плыла у нее перед глазами, но она смогла заметить два мужских силуэта, медленно шагающих им на встречу.

— Слушай меня, — обернувшись к ней полубоком, тихо, но настойчиво заговорил Август. — Как только скажу — беги. Так быстро, как только сможешь, и даже не думай оборачиваться. Я справлюсь с ними и найду тебя, поняла? А если не найду, то возвращайся в убежище. И убедись, что за тобой никто не следит.

— Поняла, — прохрипела Лив. Она не дура, чтобы строить из себя героя и наивно полагать, что сможет чем-то помочь. Пламень и не с таким справлялся.

— Умница, — Август улыбнулся ей уголком рта. — Тогда… беги!

Сорвавшись с места, она побежала. Что есть сил, позабыв, что ноги с трудом держали ее после случившегося. Она не видела, но чувствовала спиной немыслимый жар, опаляющий ее кожу. Август принял свою огненную форму.

— Не дай девчонке уйти, — услышала она сзади крик.

— Черта с два, — голос Август.

Продолжая бежать, Лив обернулась. Ночь окрасилась в ярко-красные оттенки. Все пылало, весь мир пытал. Это было настолько же прекрасно, насколько дико и жутко. Стеной пламени Август огородил одному из нападавших путь в сторону Лив. Крупный парень с длинными волосами швырял во все стороны какие-то темные молнии. Чуть поодаль она заметила второго. Блондин. В изящной карнавальной маске — злодей тем самым будто насмехался над отличительной чертой героев. Пока Август атаковал пламенем здоровяка с молниями, второй спокойно достал что-то из кармана. Это и насторожило Лив, но она продолжала послушно бежать. Август справится. Он всегда со всем справляется.

За один лишь короткий миг все изменилось. Ночь из красной перекрасилась в золотой. Блондин сжимал что-то в руке и победоносно улыбался. А стена из огня вдруг пропала. Пламени вокруг тела Август стало в два раза меньше.

Как они это сделали? Этим устройством в его руке? Лив замедлилась, резко сворачивая в сторону, скрываясь среди высоких памятников. Кажется, Август решил перейти в рукопашную. Он все еще владел огнем, но теперь он не обладал такой разрушительной силой. А вот грозовой великан не жалел для него своих молний. От большинства Август уворачивался, но что-то прилетало в цель. Август грязно ругался и рычал, как обезумевший, врываясь в драку снова и снова. Но он явно был растерян и, кажется, ранен. А второй не спешил вступать в бой. Был так уверен в победе своего дружка.

«Я помогу»

Прошелестело у нее в голове. С этого самого момента она лишь на половину управляла своим телом. Странно, но она едва успевала подумать о том, что нужно сделать, а ее тело уже выполняло команду. Будто кто-то помогал ей двигаться. Словно толкал в спину.

Схватив с земли увесистый камень, она обогнула эпицентр сражения, рассекая воздух с несвойственной ей скоростью.

«Я был неплохим квотербеком когда-то» — голос в ее голове самодовольно расхохотался, а Лив решила для себя, что умирать от ужаса будет после.

Выскочив со стороны на блондина в шляпе, она почувствовала, как ее рука сама собой заносится для броска. Она попыталась сопротивляться, ведь было слишком рано. Она в жизни не докинет камень так далеко. Но рука не слушалась. Рывок, и вот камень рассекает воздух прямо в сторону блондина, который лишь сейчас заметил ее, повернув голову.

Невидимые руки будто отпустили ее тело. А камень с немыслимой скоростью прилетел точно в цель, выбивая устройство из рук опешившего блондина. Словно невидимый барьер разбился вокруг Пламеня, выпуская наружу неконтролируемый огонь, который извивался и разрастался с немыслимой скоростью. Лив вместе с блондином снесло ударной волной. Блондину, который стоял ближе, досталось больше, и он больше не поднимался.

— Дура, какого черта ты творишь! — Сквозь грохот в ушах послышался разъяренный голос Пламеня.

Лив же оставалась в сознании настолько, чтобы приподняться на локтях, наблюдая за тем, как Пламень, словно обезумев от гнева, размазывает здоровяка по земле кровавой кашей.

И все бы ничего, если бы не эта невероятная боль в ногах. Лив знала, что Август будет винить себя в том, что ее икры были похожи на кровавую кашу со вздувшимися на них волдырями ожогов. Поэтому молчала, не позволяя себе даже виду подать насколько ей больно. Прикусив губу от боли, она отстраненно наблюдала за тем, как Пламень осел на землю перед бесчувственным телом здоровяка, пытаясь успокоиться и загнать огонь обратно. Внутрь себя.

Мир опасно расплывался перед ней, когда их глаза встретились. Она не видела того ужаса на его лице. Или гнева? Уже не важно. Прикрыв глаза, она видела красное зарево, ощущая только пульсирующую боль и жар в ногах. Было тяжело дышать.

— Прости, — лепетала она, не видя, но чувствуя, что он опустился рядом с ней. — У них было какое-то устройство, и ты…

— Молчи, — сложно было понять, зол он или взволнован. — Ты сможешь потерпеть, чтобы я отнес тебя в машину?

— Я в порядке, — соврала она. Август тихо выругался.

Лив почувствовала, как ее спины и ног коснулся кипяток. Спину приятно грело, но ноги… Вновь прикусив губу, она подавила крик. Внутри стонала и сходила с ума от боли, боясь отключиться, но не позволила себе кричать перед ним. Он будет винить себя, теперь она точно знала это. А ведь предупреждал неоднократно. Но что ей оставалось?

Кажется, она все-таки отключилась, потому что уже в следующее мгновение открыла глаза, уставившись в белый холодный потолок. А боль в ногах стала тупой и отдаленной.

— Как ты? — Ее руку сжимали холодные пальцы. Повернув голову, она проглотила плотный вязкий комок. Хотелось пить.

— Где Август? — Первое, что спросила она.

— Не знаю, — растерялся Нико. — Ушел куда-то. Но он в порядке, если ты об этом. Он нам все рассказал. Не слушай его ворчание, ты молодец. Ему пришлось бы не сладко, если бы ты не уничтожила то устройство. И за ноги не переживай, Нора тебя подлатала.

— Слушай, Нико, — перебила его Лив, вдруг решив для себя что-то. — Это я виновата. Не нужно ничего менять. Жребий присматривать за мной выпал Август. Пусть так все и остается.

Нико замолчал, и Лив пришлось повернуть голову набок, чтобы видеть его лицо. Он свел бровь к переносице и о чем-то думал. Долго. Мучительно долго.

— Прости, но… — наконец заговорил он. — О каком жребии ты говоришь?

Лив замерла, а Нико методично поглаживал ее руку. Только это холодное прикосновение помогало ей не потерять нить с реальностью.

— Не было никакого жребия, с чего ты это взяла? Август вызвался сам.

Загрузка...