Глава 8 Обязан жениться

После сообщения, переданного Великому Магистру, прошло больше половины дня. Эйнор, откинувшись, сидел на постели, перебирал пальцами камни в четках и размышлял, что делать дальше.

Обстановка в стане стражей накалялась с каждым днем, все предпочли бы сделать уже какой-то выбор и вернуться к привычной жизни. По закону Ордена Света они обязаны либо признать их с Эйдой мертвыми и выбрать нового стража на его место, либо открыть правду про «чудесное спасение». Но Эйнор обязан был прежде встретиться с Великим Магистром – с Аланом – и поговорить начистоту. Осталось получить от него сигнал.

Пока Эйнору удалось недолго побывать в городе в образе обычного жителя и узнать только, что многие сочли нападение в храме случайностью, а также поверили, что никто оттуда не выбрался живым.

И тогда есть два варианта. Либо именно этого враги и добивались – тогда они будут вести себя не так осторожно и рано или поздно выдадут себя.

Либо настоящий враг не верит в «случайную гибель», а всё это было большой провокацией, чтобы доказать причастность Эйнора к темной магии. Тогда ему лучше больше не показываться в столице: ни в одежде стража, ни в простом виде, если именно на него теперь открыли охоту.

Но какие доказательства? Только другой страж мог бы подтвердить, что мощность заклинания была больше, чем у всех айгулов, вместе взятых. Однако Эйнор не хотел подозревать кого-то из своих. Это было бы уже слишком!

Патриша – преданная до последнего своему погибшему пару месяцев назад мужу. Да, у нее есть скрытый мотив не любить Эйнора, который тогда мог быть истинной целью. Он, не Джейсон, чью гибель сочли несчастным случаем. Но и это никто не сможет сказать с определенной точностью. Боги сделали свой выбор.

Марк – страж, который стал Третьим совершенно невольно, после смерти Первого и Второго. Но, кажется, он подобному назначению не рад. Однако готов добросовестно служить делу Ордена – охранять свет, разгонять тьму.

Кому мог действительно насолить сам Эйнор?

Или кто-то хочет попросту уничтожить всех стражей в отместку за казни темных магов, уничтожение запрещенных артефактов и прочие ущемления прав тех, кто хочет вернуть старые порядки?

Мысли внезапно свернули к невесте, сидящей по ту сторону стены. Сначала казалось, что она беспокойно ходит по комнате, потом что-то бормочет. То тише, то громче. Молится Святым, возможно? Она бы позвала, случись что-то опасное.

Но похоже, Эйда избегала находиться сейчас рядом с ним.

После того как он потерял сознание и она лицом к лицу столкнулась с терзающими его душу демонами? Казалось, в тот миг он мог ее уничтожить. Будто одно ее касание разорвало хрупкую оболочку тела и дотянулось до самой глубины души. От воспоминания даже свело дрожью мышцы. Эйнор с напряжением вытянулся, потом снова взял себя в руки и сел.

Непростая ей выпала доля. Она вправе отказаться. Хотя когда такое было? Всё же власть, богатство, проживание в лучшем дворце стражей в сердце столицы – рядом с императорским двором. Страх и трепет простых жителей по отношению к членам Ордена, и особенно к самим стражам, чьи лица всегда под тенью, но чей облик легко узнаваем.

Эйнор не должен допустить отказа. Ему сейчас нужна любая помощь, а надеяться, что к «мертвецу» придет другая невеста – полная глупость. И потом… он и сам чувствовал к ней нечто особенное, чего прежде не замечал.

Камни в четках наконец замерцали в нужной последовательности.

Кому-то могло бы показаться, что так играет свет на черных граненых алмазах. Кому-то – что они сами поглощают, впитывают весь свет, чтобы отдать его своему владельцу, наделяя необыкновенной энергией.

А может, впитывают и его свет, взращивая тьму в душе.

Не суть! Алан получил его сообщение и готов к встрече. С момента мнимой смерти прошли почти сутки. Интересно, что чувствует Великий Магистр, получив послание с того света?

Эйнор накинул на плечи теплый плащ, подбитый черным мехом, приказал служанке, чтобы Коул взял на себя охрану невесты, и быстрым шагом спустился к тайному ходу.

Они уже однажды встречались в этом месте: на обрыве неподалеку от Железных Врат. Эйнор приготовился к длительному ожиданию: Великий Магистр едва ли сможет оказаться тут так скоро. Но не прошло и получаса молчаливого созерцания плывущего по небу солнца, как послышался шум.

Здесь не было дороги, только пустынный склон, поросший бурьяном, скалы вокруг и узкий уступ, с которого открывался вид на Врата.

Идеальное место, чтобы поговорить наедине без риска оказаться услышанным, как могло быть в столице. И прекрасное место, чтобы избавляться от свидетелей.

Сверху, с широкого уступа, где еще можно было проехать, послышался лошадиный хрип, скрип колес, кто-то спешился, и вскоре перед Эйнором показался силуэт Магистра.

Алан шел тяжело, опираясь всем своим худощавым телом на тонкую, но прочную трость. Эйнор в очередной раз подумал, что глава Ордена необычайно живуч. С этим неизлечимым заболеванием обычные люди не протягивали и несколько лун, Алан же боролся за существование второй год.

– Знал, что ты выживешь, сукин ты сын.

– Я тоже рад вас видеть, Великий Магистр, – Эйнор широко усмехнулся.

Алана стоило уважать не только за стойкость в болезни, но и за многое другое. Он был первым из Магистров, кому удалось объединить ложи Ордена Света в разных странах, наладить между ними мирные соглашения и даже умаслить императора.

Злые языки поговаривали, что Алан за это получил почти неограниченную власть над умами и правителями, но Эйнор был согласен отдать такую власть этому человеку. Не инфантильному императору и не королю соседнего Элевиса, который, если бы не Орден, давно бы попытался развязать вражду.

– Как тебе это удалось? – Магистр дохромал и остановился неподалеку, опершись на резной набалдашник.

– Что именно?

– Разрушить всё здание.

– Не знаю, что именно сработало, но полагаю, давние системы безопасности, которые создавали еще первые Мастера Ордена, мессир. По-моему, еще никогда айгулы не попадали в центр сил Ордена. Возможно, ловушки были готовы на этот случай, ведь раньше как-то боролись с разгулом темных сущностей. Я думал, те времена давно прошли.

– Надеюсь, действительно прошли. Однако, полагаю, ловушки бы уничтожили айгулов, а не храм. Кто-то добавил в этот костер горючего. Мои люди успели осмотреть обломки, нашли обрывки вашей одежды и следы крови – еле уловимые. В таком месиве после взрыва кто угодно утвердится во мнении, что вы не могли бы выжить. Кто угодно, кто не знает про тайный ход, конечно.

– Это нас спасло. Портал сработал, хоть я уже и не надеялся. Удалось спасти и Эйду Нордис, и капеллана. А я выторговал у них несколько дней молчания – чтобы разобраться в покушении, мессир. Надеялся, что вы поймете.

Магистр помолчал, перешагнул с ноги на ногу и поморщился.

– И что ты хочешь понять?

– Кому нужна моя смерть.

– И какие мысли?

– Я стал Вторым стражем несколько месяцев назад. Едва ли успел многим испортить жизнь за это время, да и за время обучения и службы Ордену прежде. Мне кажется, кто-то намеренно подрывает репутацию всех стражей. Что знает император сейчас?

– Что возникла опасность, которую наш доблестный страж устранил ценой собственной жизни. Тебе грозит посмертная слава и всеобщая благодарность.

– Серьезная угроза, – усмехнулся Эйнор. – Значит, мне не следует возвращаться к жизни?

– Или наоборот. Именно что стоит.

– Если я сейчас вернусь, то привлеку к себе внимание заговорщиков. Они могут вывернуть всё это не самым приятным для Ордена образом. Если хотят уничтожить всех нас, то пойдут разговоры о темном возрождении и связях с запретным культом. Вы знаете, как легко управлять общественным сознанием, подкидывая в нужный момент нужные слова. Оставаясь в тени, я смогу выяснить гораздо больше.

– У меня не так много времени, Великий Второй страж, – скупо отозвался Магистр.

– Я думаю, вы были верны в своих подозрениях, – нехотя, но не затягивая признал Эйнор. – Похоже, те случайности, что мы иногда наблюдали на собраниях и о которых докладывали ваши информаторы, не случайны. Признаю, что был не прав, отрицая их. Коул доложил, что видел следы поклонения Кибеле: ритуальные ножи на одном из последних собраний и несколько странных символов. Хотел сообщить вам, но не успел. Уничтожив или подставив стражей, заговорщики получат доступ к власти стражей, если убедят императора. Получат доступ к Железным Вратам.

– Подозреваешь кого-то конкретного? Мы ищем врагов не меньше года, и пока никому не удалось хоть что-то доказать. Скрытные твари.

– Возможно, мессир, стоит рассмотреть тех, кого вы думали назначить своим преемником. И тех, кто окружает этих людей. В рядах Ордена назревает переворот. Будет жаль, если прежняя слава канет в небытие. Всё то, что вы строили не один десяток лет. Я готов сделать то, что вы прикажете, но…

Великий Магистр почему-то загадочно улыбнулся.

– Преемников, говоришь… У меня несколько кандидатур.

– Вы обещали хранить это в тайне до самого конца.

– Конец близок, Эйнор. – Алан посмотрел в упор. – И ты – один из претендентов.

Эйнор недоверчиво улыбнулся.

– Вы шутите, мессир. Я мертв.

– Оживешь, – как ни в чем не бывало Магистр пожал плечами.

– Стражи не становятся Магистрами.

– Ошибаешься. По крайней мере, один раз такое уже случалось, году эдак в восемьсот пятьдесят шестом, кажется.

Эйнор неверяще помотал головой. Специально поднял архивы ради этого дела? Просто безумие. Он – претендент на звание Магистра, в его двадцать шесть? Учитывая то, что с ним произошло несколько лет назад? Алан не знает всей правды и всё равно сошел с ума, если думает, что это возможно.

– Кто еще может знать о вашей… идее?

– Вот теперь ты задал верный вопрос. Это может объяснить попытку тебя убить. Напрямую не говорил никому, разумеется. Но у некоторых могут быть догадки. Может, кто-то следил за моими записями.

– Я понял, мессир. Прикажите не подходить к руинам храма. Скажите, что это опасно и они могут погибнуть, что темные твари вернутся или что-то подобное. Во-первых, там действительно опасно. Во-вторых, могут искать наши останки. Возможно, я успею найти там следы.

– Уже распорядился, как только получил от тебя сообщение. Еще я хочу, чтобы ты провел расследование внутри стражей. Я пока доверяю только тебе, Эйнор. И не могу поручиться ни за кого из них.

В памяти тут же всплыла встреча с Марком и Эйдой в покоях основателя. Довольно странная встреча, и стоит проверить Третьего стража на преданность.

– И еще одно… – начал Алан.

– Да, мессир.

– Ты обязан жениться в положенный после ритуала срок, Эйнор. Только так ты получишь достаточно привилегий, чтобы претендовать на власть.

– Я не собирался претендовать на власть, Алан. Тем более на такую власть!

– Считай это повелением богов, поведанным мне через молитвы Святым. Если раскроешь заговор и найдешь врагов – значит, так тому и быть.

Эйнор едва удержался от яростного крика. Магистр словно издевается! Он бездумно соединил пальцы в символ силы, вдохнул и проговорил:

– С Эйдой… с ней сложно, мессир. Не могу понять, в чем дело.

– Ты подозреваешь и ее? – с любопытством поинтересовался тот.

– Пока не знаю. Еще немного – она бы погибла.

– Поговори. Допроси. Если страж не имеет власти над своей невестой, как он может иметь власть над тьмой? Ты услышал меня, Эйнор. Действуй.

– Да, мессир.

– И не думай погибнуть. Так легко ты не отделаешься, – улыбнулся глазами Магистр, цепко следя за реакцией на свои слова.

– Это слишком большая ноша, Алан.

Тот пожал плечами.

– Богам виднее.

– Вы тоже их посланник.

– Пока меня не причисляли к лику Святых.

– Увидим, – хмуро дернул краем рта Эйнор.

Магистр бросил на него еще один взгляд и направился к ждущей наверху повозке.

– Не желай мне так уж скоро смерти, мой друг. Наберись терпения! Время всё расставит по своим местам, вот увидишь.

– Как и всегда, – отозвался Эйнор.

Великий Магистр уехал, и опустилась полная тишина. Оставшись еще на какое-то время на краю обрыва, Эйнор наблюдал за течением времени, ослабив внимание. В замедленном состоянии разума легче убрать шум и услышать истинные ответы.

И пока настойчиво просился один: надо снова увидеть Эйду. Будто именно в ней крылась часть отгадки на то, что происходит вокруг.

Или сначала допросить Марка?

Солнце начало клониться к закату, поднялся прохладный ветер.

Эйнор понял, что провел в одиночестве и тишине не один час. А ведь обещал невесте, что будет рядом и будет оберегать от тьмы. Пора вернуться.

Ступая по склону, он чувствовал, как осыпается под ногами рыхлая земля. Так же, как ненадежно ему сейчас казалось всё вокруг. Стать главой Ордена, Великим Магистром, имея за спиной такую тайну? Да Алан шутит!

Нужна опора под ногами прочнее, чем только вера в собственные силы.

Но разобраться в заговоре Эйнор должен. Хватит тех, кто уже погиб.

Быстро вернувшись в замок, он направился к покоям Эйды.

В коридорах тускло мерцал свет, и Эйнор чувствовал нарастающую неподконтрольную тревогу. Отсутствие света было болезненным с тех пор, как он побывал за Железными Вратами. Настолько болезненным, что никому не стоило об этом знать. Сосредоточившись, он усилил свет вокруг и остановился перед дверью.

Тихо. Может, она уже спит? И что сказать?

«Проснись, дорогая, мне нужно тебя допросить»?

Не очень справедливо по отношению к той, что вместе с ним пережила жуть в храме и едва не погибла под руинами от его магического импульса, задевшего давние ловушки.

Но все-таки Эйнор отпер дверь.

Загрузка...