Слава Доронина Незабытые чувства

1 глава

– Ян, что такое? – подает голос Ника. – Почему мы остановились?

В груди сжимается до ломоты, когда я вижу красивое лицо и копну черных волос. Словно контуженный, перевожу глаза на вывеску здания, в котором скрывается девушка из моего прошлого. Мне бы уехать, притвориться, что не заметил, но вместо этого показываю Нике на дверь. Беру ее за руку и веду к салону красоты.

– Мне не нужны услуги стилиста, тем более в подобном сомнительном месте, – насмешливо произносит она.

– А ты сделай вид, что нужны.

От одной мысли, что сейчас увижу Алёну и посмотрю в ее глаза, по спине сбегает горячая волна. Знакомое ноющее чувство в груди – словно заноза в сердце. Никуда не исчезло. Как, оказывается, и желание обладать.


– Алён, спасибо, что приехала. Для меня это очень важно, – говорит Нелли и показывает глазами на кресло рядом с собой.

Набирает Ефимовой и договаривается с ней, чтобы та выделила лучших визажистов для меня и Вики.

– Всегда к вашим услугам, – улыбаюсь в ответ и сажусь на указанное место.

– Так, я договорилась с Ниной. Сейчас поедете, наведете с Викой красоту, затем отфоткаемся, и мы с тобой завалимся к Ленару в ресторан. У них сегодня фуршет: у начальника вчера свадьба была. Немного развеемся и поболтаем, а то с этой гонкой даже толком пообщаться не успеваем.

– Хорошо, мой генерал. – Я едва сдерживаюсь от смеха.

И все-таки смеюсь, когда Нелли театрально закатывает глаза.

– Как, кстати, Ласка и Гарри поживают? – спрашивает она.

– Настя долго ныла, что опять всё пропускает, потому что маленького сопливого чудика не на кого больше оставить, кроме как на нее. Но они не скучают.

Я достаю телефон из сумки, открываю галерею и показываю Нелли фото, где Андрюша, раздетый до трусов, сидит за столом и рисует красками. Перед ним чистый лист бумаги, но зато тело и руки вымазаны черной гуашью, и лицо при этом такое довольное, что невозможно не улыбнуться. Настоящий чертенок.

– Боже, – в голос смеется Нолик, увидев фотку. – Точно, семья гениев. Ласка поет, Гарри рисует, ты ставишь танцы на льду. Нужно и себе придумать какое-нибудь увлечение, чтобы вам соответствовать.

– Ты же вроде в дизайнеры подалась? – уточняю я, вопросительно приподняв брови.

Нелли демонстративно фыркает.

– Ленар меня сдал? Ничего от вас не утаишь. – Она возвращает мне телефон и просит переслать эту фотку.

Получив снимок, Нелли снова посмеивается, глядя на нашего маленького Гарри, а потом кому-то звонит. Я пересаживаюсь в кресло поближе к окну, чтобы не проморгать появление Вики, которая вот-вот должна подъехать за мной на такси.

– А знаешь, кто сегодня будет в ресторане? – игриво начинает Нолик, завершив очередной разговор по работе.

– Догадываюсь, – улыбаюсь я в ответ.

– Генрих каждый раз о тебе спрашивает, когда я появляюсь у Ленара в офисе. Пленила заморского принца, сердцеедка. Но я даже не удивлена. Внешние данные у тебя просто бомба. Покупательницы часто спрашивают, где я откопала такой алмаз. И это не про платья. А Рамзина всё пытается выведать у меня твои контакты, чтобы предложить для ее сайта отснять материал. Хочешь?

Меня передергивает от слов «принц» и «сердцеедка», но никак этого не показываю.

– Вообще-то я в другой сфере работаю. К тебе вот едва-едва выбираюсь. Сплю по четыре часа в сутки. Куда мне еще подработка?

Кручу в руках какую-то милую безделушку, похожую на заколку или бутоньерку, но, увидев на той конский ценник, кладу обратно на журнальный столик.

– Ну согласись, что Нейман завидный жених. К тому же близкий друг Ленара и серьезный мужчина, – перечисляет Нелли. – Несерьезных, если что, в окружении моего мужа не водится…

– Да не распинайся ты так. На прошлой неделе Генрих приезжал в Москву с сестрой и племянницей, на обследование. Мы ходили с ним на свидание, а весь следующий день провели вместе с детьми, гуляя в парке.

– Ого! Какая прекрасная новость, – расцветает Нелли. – Вы с ним здорово смотритесь, правда. Ты жгучая брюнетка, он – зеленоглазый блондин… Кстати, в ресторане сегодня кого только не будет. Весь бомонд собирается. Предполагаю, дочка Иващенко не упустит шанса продемонстрировать свои прелести. – Нолик выпячивает грудь, намекая, что у Анжелики все прекрасно с объемами и есть чем удивить. – Она давно засматривается на Генриха, клинья подбивает. А я не хочу, чтобы он достался этой выскочке! Ему нужна нормальная женщина.

– Нормальная, да? – Цокаю языком. – Это точно не ко мне. – Я поднимаюсь на ноги, заметив в окно Вику, которая выходит из такси. – Ладно, Нолик, мы в салон. Скоро вернемся. Смотри ухо не сожги, бизнес-леди, – киваю на телефон, который она держит в руке.

Нелли ехидно ухмыляется в ответ и корчит смешную рожицу.

– Тогда уж лучше пусть от красоты вашей ослепну. Всё. Жду.

Она посылает мне воздушный поцелуй, снова отвечая на чей-то звонок.

Настроение отличное. Обожаю такие спокойные и безмятежные дни. Еще и на улице солнышко припекает – ни одной тучки на небе. Погода в этот раз явно благоволит к тому, чтобы устроить день релакса и прогуляться по любимым местам.

Я здороваюсь с Викой, и мы, перекинувшись парой фраз, загружаемся на заднее сиденье синего седана, в котором приятно пахнет клубничной жвачкой.

– Ну как тебе новая коллекция? Правда улет? – восхищается Вика. – Обожаю примерять свадебные платья. Кажется, это мое призвание.

– Да, платья очень красивые, – соглашаюсь я.

– А ты надолго или опять набегом? У нас в выходные вечеринка намечается. Может, примкнешь? – предлагает она.

– Нет, не получится. – Растягиваю губы в улыбке. – Я набегом. Едва вырвалась с работы, пришлось брать отпуск за свой счет.

Мы с Викой на подхвате у Нелли, когда в ее салон поступает новая коллекция свадебных платьев. Перед стартом продаж я выкраиваю пару-тройку дней и прилетаю в Питер, чтобы отснять материал для буклетов и сайта в интернете, а потом возвращаюсь в Москву.

– Мне всегда после этих фотосессий замуж хочется. Было бы еще за кого, – вдруг признается Вика.

– Знаешь, как мне тренер говорит? Выйти замуж не напасть, лишь бы с мужем не пропасть.

– Ну в чем-то она, безусловно, права.

Вика скептически поджимает губы, и мы ненадолго углубляемся в рассуждения о плюсах и минусах семейной жизни. Договариваемся на том, что до старости можно смело ходить в незамужних дамах. Если, конечно, не встретится крышесносная любовь, как у Нелли и Ленара, которые действительно относятся друг к другу с большой теплотой и нежностью. Тогда и пропасть не страшно.

Дискуссию прерывает таксист, сообщая, что мы приехали. Он одаривает нас щедрыми комплиментами, заверяя, что таких хорошеньких кто-нибудь обязательно окольцует и в старости мы не умрем от одиночества.

Мы выходим на улицу с улыбками на лицах и направляемся к салону. Я ненадолго остаюсь у входа, принимая звонок от Димки и сильно злясь на брата, что стал редко отсвечивать. Но выяснять отношения сейчас нет времени. Обещаю набрать его через час, если ничего срочного, и тоже захожу в здание.

Вика уже сидит в кресле у одного из визажистов, а меня, постукивая наманикюренными пальчиками по столу, ждет блондинка небольшого роста. Новенькая. Раньше я ее здесь не видела. Девушка представляется Наташей, долго рассматривает мое лицо задумчивым и любопытным взглядом, а затем берет в руки палетку с тенями.

Мягкая кисть начинает порхать, колдует над веками, очерчивает линию скул, щекочет кожу. Обожаю, когда мне наводят красоту. Но сегодня не получается расслабиться. Может, это из-за болтовни новой посетительницы, которая пришла несколько минут назад и без конца делает замечания своему мастеру. Или из-за Димкиного звонка и нашей недавней ссоры. Не знаю. Чувствую себя не в своей тарелке. Как будто не кисточкой водят по лицу, а горящей спичкой.

Наташа замечает мое напряжение, нанося последние штрихи.

– Я почти всё. Можно потом сфотографирую тебя для своего портфолио? – спрашивает она, продолжая работу. – Я иногда размещаю снимки в интернете, а у тебя очень яркая, запоминающаяся внешность. Хочу тебя в свою коллекцию.

– В коллекцию? – отзываюсь я с улыбкой. – Можно.

Скованность не проходит, потому что ощущение огня на коже не становится меньше, а наоборот, только возрастает.

Оглядываюсь по сторонам и, увидев призрака из прошлого, машинально тянусь, чтобы потереть глаза. Наташа, заметив этот жест, останавливает меня и просит не трогать лицо.

Часто-часто моргая, смотрю на Яниса, который сидит на диване рядом со стойкой администратора и сканирует меня пристальным взглядом. Его челюсти плотно сжаты. Ровные темные брови, слегка нахмурившись, сдвигаются к переносице, когда мы с Яном встречаемся глазами. В моих, наверное, замешательство и растерянность, в его – буря и ад. У меня пропадает дар речи и пересыхает во рту. Пламя охватывает сердце, и оно пропускает удар, когда понимаю, что это не глюк – передо мной действительно сидит Багдасаров.

– Всё в порядке, Алёна? – Наташа трогает меня за плечо, когда долго не отзываюсь. Слух перекрыт звоном, как после контузии.

Я запрещала себе думать о Янисе с тех самых пор, как наши пути разошлись. Но отрывочные воспоминания, словно ядовитые змеи, все равно приползали и больно жалили в сердце. Не спрашивая на то разрешения. Казалось, я их всех победила, но сейчас они как будто воскресли и по новой вонзают в меня острые зубы, заполняя тоской, которая стремительно разносится по венам.

Вцепляюсь пальцами в край юбки, когда Наташа снова зовет:

– Алёна?

– Да, всё в порядке, – автоматически киваю в ответ, не узнавая свой севший голос.

Наташа делает несколько снимков на телефон с разных ракурсов, а Ян продолжает на меня смотреть, откинувшись на спинку дивана и широко расставив ноги.

От того, что я вижу в глубине темных глаз, хочется превратиться в мелкую точку и попросить Яниса отвернуться, исчезнуть, сделать вид, что не заметил меня, потому что… не хочу ничего ворошить.

– Я готова. – Роскошная блондинка, которая донимала мастера своими придирками, подходит к Багдасарову, трогая маленькими ладошками упругую укладку. – Вроде симпатично. Да?

Янис наконец отмирает и поднимается на ноги.

– Идем, – говорит он своей девушке приказным тоном, даже не взглянув на нее.

Я сжимаю веки до звездочек под ними, когда Багдасаров со спутницей покидают салон, и чувствую, как становится легче дышать, оттого что меня больше не прожигают темным взглядом.

Сделав над собой усилие, встаю и подхожу к окну, наблюдая за красивой парой, которая садится в машину, припаркованную у тротуара. Ян на секунду поднимает голову, беря в руки телефон. Мы снова встречаемся глазами, а потом Багдасаров садится в белый седан. Они отъезжают от салона, а я ощущаю себя так, словно опять иду ко дну.

Загрузка...