Одичавший волк

Итан похлопал меня по плечу, глядя на меня.

— Спасибо, — задыхался он. — Ты, блядь, спас меня.

— Шевелись! — рявкнул Кейн, подталкивая Розали, которая моргнула с болью в глазах, в то время как Эсме начала выть так, будто у нее болит сердце, и грусть нахлынула на меня тоже.

— Подождите. Нужно сделать баррикаду получше, чтобы у нас было время сбежать — мы не можем рисковать тем, что они увидят, куда мы идем, — сказал Итан, начиная создавать толстый ледяной барьер перед моим воздушным щитом, по которому продолжало бить пламя. Когда агенты остановят пламя и поймут, что мы не погибли в нем, они точно станут кучкой угрюмых Мэнди.

Все, кто мог помочь, поспешили назад, чтобы возвести стену, а Гастингс вцепился в волосы и с тревогой смотрел по сторонам. Сейчас он мало что мог с этим поделать. Он находился на американских горках и не мог сойти с них, пока все не закончится.

Когда Розали стояла рядом со мной и творила магию, я наклонился к ней и прижался губами к ее щеке, желая изгнать часть той боли, которую я видел в ее глазах.

— Они полагались на меня, — прорычала она.

— Это не твоя вина, — сказал я. — А если бы и была, это тоже нормально, потому что иногда мы совершаем плохие поступки, даже если не хотели этого. Но это не твоя вина, дикарка. Если уж на то пошло, то это моя вина, потому что я поднял Итана, а мог бы поднять кого-то из них, но я выбрал его, потому что он Итан, и… мне кажется, я его немного люблю. Не так, как я люблю тебя, а так, — хочу иногда пососать его член, понимаешь?

— Ты любишь меня? — прошептала она, повернувшись ко мне со сверкающими глазами, в то время как Итан смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— Думаю, да, — сказал я, нахмурившись. — Это самое сильное чувство, которое я когда-либо испытывал, так что это должно быть оно. Оно настолько велико, что я удивлен, как оно вообще помещается в моей груди.

— Так, ладно, — огрызнулся Кейн. — Пока этого хватит.

Розали кивнула, обхватив Эсме за плечи и уговаривая ее перестать плакать. Она оглянулась на меня, ее глаза были полны тысячи вопросов, и я был уверен, что они были хорошими.

Мы побежали в изолятор, и Кейн, как хороший мальчик, открыл нам дверь, после чего мы рванули по коридору между камерами и помчались вниз, на уровень технического обслуживания.

Я постоянно оглядывался через плечо, но агентов ФБР не было видно, и мне оставалось надеяться, что мы их потеряли.

Мы собрались под тем местом, где Кейн мог попасть в секретный туннель, ведущий к помещениям охранников, и я подпрыгнул на месте от восторга.

— Я не пущу вас туда, пока вы все не дадите мне звездную клятву не убивать других охранников, — твердо сказал Кейн, и Розали кивнула в знак согласия, велев нам всем дать это обещание.

Когда подошла моя очередь, я попытался сделать тайное рукопожатие с Кейном, отбивая его руку то влево, то вправо, а затем пытаясь ударить его бедром. Ему это не понравилось, так что я вздохнул и впечатал свою ладонь в его, пока он смотрел на меня, и мы произнесли слова, необходимые для клятвы. Между нами раздался магический хлопок, и я притянул его ближе, прежде чем он успел отстраниться.

— Хотите пить, офицер Ворчун?

— Отпусти меня, — предупредил он, но я чувствовал его жажду крови так же, как и все остальные виды похоти, и знал, что уже дошел до сути этого кусачего взгляда в его глазах.

— Офицер Ворчун хочет пить! — Я объявил, затем наклонил голову, подставляя ему шею, размышляя, не решит ли он в конце концов отпустить меня без всякой драмы, если сначала получит свое удовольствие от меня. — Выпей. Я подрочу, чтобы поддерживать уровень магии на высоком уровне.

Он зарычал, пытаясь вырвать свою руку из моей, но я не отпускал. Это был мой шанс соблазнить его, и в этом был мой главный талант.

— Ты хочешь пить, Мейсон? — спросила Розали, появляясь рядом с нами, и я посмотрел между ними, облизывая губы, когда его вожделение перешло из разряда десяти в разряд девятисот. Да, черт бы его побрал. Я был здесь ради этого шоу.

— Да, ему нужно укусить тебя. — Я схватил его за затылок и толкнул так, что его лицо прижалось к ее шее.

— Прекрати, — он дернулся назад, но Розали тоже схватила его за затылок и удерживала его там.

— Пей, — приказала она знойно-сексуальным голосом, и напряжение в его теле спало.

Я усмехнулся, когда он, поддавшись первобытному порыву, впился клыками в ее шею, издав стон потребности. Мои пальцы переплелись с пальцами Розали, когда мы прижались к нему, и наши глаза встретились. Да, это было охуенно горячо. И у меня было много идей о том, как бы я хотел вовлечь Кейна в кровавую игру, пока он будет кусать меня и Розали. Я тоже мог бы превратить свои клыки в клыки Вампира, и мы могли бы играть с ней во всевозможные извращенные игры. Ммм…

— Хватит. — Я запустил пальцы в его короткие волосы, отдернул голову, и он повернулся ко мне с диким рычанием, делая выпад вперед, словно собирался вырвать мне горло за то, что я помешал ему кормится. Упс.

Я выставил перед собой воздушную стену, и он врезался в нее, из его рта потекла струйка крови, а в глазах полыхнула ярость. Черт, похоже, мне все-таки не удалось его соблазнить.

— Открой люк, Мейсон, — Розали сказала, дернув его за спину комбинезона к спрятанной кнопке.

Он смотрел на меня все это время, но сделал, как она сказала, и мы все посмотрели на потайной люк, который открылся, и лестница опустилась.

— На старт, внимание, марш! — крикнул я, первым взбежав по ней и радостно засмеявшись, когда оказался в туннеле наверху. С радостным криком я заскочил в подземелье, лидируя в гонке. Мы приближались к свободе, и я чувствовал ее вкус в воздухе, который хлестал меня по коже. — Не догоните меня, сучки! — воскликнул я, когда остальные бросились за мной. — Я уиппет³¹ с крыльями!