Глава 2

Кирилл

– Как давно у нас проблема с поставками и задержка в строительстве? – басит отец, осматривая всех за столом переговоров.

Мой зам по снабжению мнется. Он – взрослый мужик с одной из самых высоких зарплат в нашей компании, но сейчас я впервые вижу на его лице растерянность. И я его прекрасно понимаю. Как бы трудно ему ни было со мной работать, с моим отцом невыносимо. Я и сам едва держусь на этом чертовом собрании. Хочется встать, распустить всех и выпроводить отца, по-хорошему напомнив ему о том, что компанией теперь руковожу я.

– Уже несколько месяцев, – сообщает зам.

– У вас два месяца задержка? – гремит Багров-старший.

– Н-не-е-ет. Проблемы были пару месяцев назад, но тогда их удалось более-менее решить. Ну и месяц назад тоже были. Теперь вот – снова.

– Три раза, – подводит итог отец, буравя Сергея Леонидовича взглядом. – Так? Или больше?

– Да, так.

– Это минус минимум полмиллиарда за один раз. Так, навскидку, – теперь отец сосредотачивает взгляд на мне.

Спокойно его выдерживаю. Сотрудники мои, конечно, неподготовленные, а я этот взгляд с детства вижу. Привык уже. Отец со мной никогда не нянчился. Мое рождение стало для папы поводом успокоиться и заняться воспитанием преемника. Это потом, когда появились Саша и Глеб, отец понял, что можно было выбирать, но было уже поздно. Воспитание во мне лидера давало свои плоды. Я хорошо учился в школе, закончил с отличием университет, умело управлял компанией. То, что сейчас у нас происходит – не моя вина.

– По моим подсчетам, семьсот миллионов, – вклинивается наш аудитор.

– Понятно, – отец хмурится, а затем требует всех покинуть помещение.

Присутствующие спешно собираются. Через минуту в зале остаемся только мы вдвоем. Я сижу в одном конце переговорного стола, отец – в другом. Когда все уходят, он встает и садится поближе.

– Рассказывай.

– Что именно рассказывать?

– Как дошло до того, что мы теряем семьсот миллионов за один такой простой? Как ты вообще их допустил?

– Арбатов блокирует поставки оборудования в портах, из-за этого у нас проблемы на стройке. Мы не успеваем вовремя сменить машины, а работать со старыми я не позволяю. Все-таки техника безопасности превыше всего.

Отец кивает. В этом он со мной абсолютно согласен. Наша строительная компания всегда соблюдала в первую очередь технику безопасности. Именно она и стала причиной экстренной замены нашего постоянного поставщика оборудования, с которым мы сотрудничали последние годы.

– Я что-то не понимаю. Арбатов не желает делать поставку оборудования?

Я набираю в легкие воздуха. Отец отошел от дел не так давно, но почти не интересовался происходящим. Его вполне устраивало мое руководство, а я старался соответствовать, и до недавнего времени все шло хорошо.

– Мы заменяем поставку из компании Арбатова оборудованием из-за границы.

Отцу требуется несколько мгновений, чтобы переварить полученную информацию, после чего он сухо спрашивает:

– Причина?

– Низкое качество. В последние полгода у нас ряд несчастных случаев, произошедших из-за выхода из строя машин, что мы у него покупали. Причем это было совершенно новое оборудование, на гарантийном сроке.

– Такое случается, – вставляет отец. – Погрешности бывают.

– Безусловно, – соглашаюсь с ним. – Но шестой по счету случай заставил насторожиться. Я отправил одну из машин на экспертизу, и выяснилось, что они подмешивают в материалы низкосортное сырье средней плотности, тогда как в отчетах у нас стоит совсем другое. Покупать оборудование у них означает подставлять под удар наших людей.

Отец выслушивает мои пояснения молча. Хмурится недовольно, а после спрашивает:

– Иван в курсе?

– Это его компания, конечно, в курсе. Мы говорили с ним, он обещал все исправить, но новая поставка ничего не изменила. Экспертиза показала то же самое. Мы нашли высококачественное оборудование в компании за рубежом, его доставляют по морю, но в портах задерживают. У Арбатова, насколько я знаю, есть такие полномочия.

– Есть, – вздыхает отец. – Он нам такие палки в колеса вставить может. Я удивлен, что задержка в портах – единственное, с чем мы столкнулись.

Я вижу, что отцу неприятно это слышать, все же Арбатов – его лучший друг. Они регулярно встречаются, собираются друг у друга на барбекю. Когда-то они вместе начинали. Арбатов отцу на старте очень сильно помог, и, конечно, он это помнит. Отказываться от поставок ему сложно, разорвать партнерские отношения – еще труднее. Я до последнего не хотел, чтобы отец узнал о происходящем. Арбатов молчал, и я тоже. Не хотелось вмешивать отца и рушить их дружбу, но иначе не выходит, к сожалению.

– Я поговорю с Иваном. Возможно, мне удастся с ним договориться.

– Попробуй. Со мной он даже на встречу по итогу не пришел, хотя сам на ней и настаивал. Он, я так понял, с Тагаевым сдружился, а там, сам понимаешь, какие люди.

– Серьезные, Кирилл. Откуда информация?

– Арсений достал.

С Арсом мы работали несколько лет назад, пока он не укатил за границу. Я с ним связывался специально, чтобы найти, через кого Арбатов блокирует наши поставки. Там на довольно высоком уровне все делалось, а друзей среди высокопоставленных за Иваном замечено не было. Арс, как и всегда, сработал быстро и ответ дал почти сразу.

– Тагаев сейчас весь город держит, – говорит отец. – Мы тоже не последние люди, но лезть в чернуху не хотелось бы.

В этом я с отцом солидарен на все сто процентов. Мы старались вести бизнес относительно честно. Без прикрытия извне. И, по правде, не хотелось бы его иметь.

– Ладно, решим, – смягчается отец. – С Ликой что? Точно не женитесь?

Я морщусь. На то, чтобы устаканить вопрос с моей якобы женитьбой, у меня ушел месяц, и то отголоски новостей долетают до сих пор. Я с Ликой засветился на приеме, когда девушка, с которой я хотел пойти, отказалась. Лика же… пришла с обручальным кольцом на пальце, и, конечно же, все решили, что замуж она выходит именно за меня. Вопрос утрясали долго, да и до конца еще не убрали постоянные вбросы. Мы с Ликой продолжаем общаться, несколько раз встречались в ресторане, и это, конечно же, подхватывают местные сми, строя догадки, не обманули ли мы всех и не решили ли пожениться в тайне.

– Я ведь говорил, что не собирался, папа.

– Зря. Хорошая женщина тебе бы не помешала, к тому же у нее отец метит в губернаторы области. Ты представляешь, каким выгодным будет брак, если это произойдет?

– Я не стану жениться на женщине, чтобы подобраться к ее отцу. И ты знаешь мое отношение к женитьбе.

– Да уж знаю. У всех вас оно какое-то… так и внуков не дождемся.

– Папа.

– Что папа? Тебе тридцать пять, Кирилл. Пора бы и жениться. Неужели так и не встретил женщину, которая бы тебя взволновала?

– Нет.

Напоследок отец обещает поговорить с Арбатовым и сказать мне о результатах их разговора. Когда он уходит, я позволяю себе вспомнить Киру. Она стала единственной, даже не женщиной – девушкой, которая меня взволновала. Зацепила настолько, что даже спустя несколько месяцев после того, как она ушла, прихватив с собой карту и сняв с нее несколько сотен тысяч рублей, я продолжаю о ней думать.

Поначалу хотел поручить своим безопасникам организовать ее поиски, а потом понял, что у меня ничего не осталось, кроме имени, да и то, вероятно, принадлежало не ей. Все фото, что она мне отправляла, я не сохранял, а когда дошло дело до поисков, оказалось, что она стерла все, что мне отправляла. Неприятно, конечно, если не сказать больше. И подруга ее, с которой они работали, ни слова не сказала. То ли не знала, то ли оказалась крепким орешком и не испугалась. Говорить отказалась, даже охрану в ресторане вызвала, когда я попытался ее удержать и вытащить информацию.

– Кирилл Викторович, к вам Софья. Впустить? – голос секретарши вырывает меня из раздумий.

– Проводи в кабинет, я сейчас приду.

Загрузка...