Отец моего лучшего друга

Глава 7. Дарья

Тошнота накатывает внезапно. Иногда поездки в машине превращаются в то еще испытание. Закрываю глаза и стараюсь сосредоточиться на дыхании. Выкидываю все посторонние мысли из головы и думаю лишь о том, как делаю глубокий вдох, а затем выдох. Становится немного легче.

Ник пытается со мной заговорить, но в ответ выставляю перед собой руку раскрытой ладонью к нему и быстро проговариваю «не сейчас».

Вдох. Выдох.

Никаких посторонних мыслей.

Тошнота отступает. Открываю глаза.

— Прости, резко стало плохо. Ты что-то говорил? — Поворачиваюсь к Нику.

— Именно это я и спрашивал, не стало ли тебе плохо.

— Прости, накатило слишком внезапно, если бы не успела среагировать, стало бы хуже.

— Сейчас тебе легче? Или нам лучше где-то остановиться, чтобы ты вышла?

— Не волнуйся, со мной уже все хорошо. Такое со мной частенько случается, научилась уже справляться.

— Если снова станет плохо, то скажи.

Смысла в остановке все равно нет, это мало чем поможет, но вслух произношу:

— Хорошо.

Остаток пути проходит без происшествий. Такси останавливается около черного кованного забора с воротами. Мы быстро выбираемся на свежий воздух. Ник забирает мою сумку из багажника, я закидываю на спину рюкзак, а ремешок дамской сумки зажимаю в руке.

— Не хочу пускать незнакомцев на территорию дома, — объясняет мне Ник, когда такси уезжает. — Дойдём пешком.

Подойдя вплотную к забору, понимаю, насколько же он высокий, не меньше трех метров в высоту, а ворота и того выше.

Провожу пальцами по прутьям. Ледяные. Потрясающе.

Ник открывает ворота и приглашает меня на территорию. Делаю осторожный шаг вперед. Потом второй. Третий.

Входить на территорию богачей. Волнительно.

Ворота за спиной закрываются. Вот я и отрезана от внешнего мира.

Вдвоем идем по дороге к большому дому, что виднеется вдали. На территории в большом количестве растут хвойные деревья и кустарники, пахнет очень по-новогоднему.

Передо мной вырастает темная громадина из стекла, железа и бетона.

Дом совсем не вяжется с окружающей обстановкой. Выглядит чужеродно. Хочется вырвать его с корнем, а на освободившееся место поставить милый светлый особнячок. А для громадины найти что-то более подходящее, агрессивное.

Я видела проекты Империи Вороновых.

Константин Юрьевич (мой временный работодатель) сказал, что я должна оценить работы конкурентов, чтобы создать достойный для них проект.

На самом деле это была обычная презентация, их постоянный работник попал в аварию и выпал из рабочего процесса на несколько месяцев, поэтому они искали временного сотрудника на удаленке, и так нашли меня.

На мое имя прислали одно приглашение на закрытую выставку, чтобы я оценила конкурентов, вдохновилась и принялась за работу.

Это было пару месяцев назад. Погода стояла мерзкая, шел дождь. Я бежала под зонтом, так как таксист не смог подъехать ближе из-за скопления машин. Настроение было где-то на отметке ноль, хотелось просто развернуться и уйти. Но на входе меня поджидал стенд Вороновых. Тогда я и оценила их строительную империю (Тайфун оказался одним из их детищ).

— Какая прелесть… — говорю вслух.

— Тебе это нравится? — Удивлено спрашивает Ник.

— Да, дом шикарный, хоть он здесь и выглядит чужеродным. Рука так и тянется вырвать дом с корнями и перенести в другое, более выгодное место… Если сказать по секрету, хочу себе такой же, но воровать проекты Вороновых… подсудное дело.

— Этот дом придумал отец. И строил его под своим чутким руководством.

— Правда, этот дом совсем не выглядит, как место, где должны жить дети, — рассуждаю вслух. — Идеальная обитель для одиночки. Хоть здесь и много места, но… Прости!

— Забей! Мы появились неожиданно, а отец строил дом для себя и под себя. Пойдем, увидишь, что там внутри…

Ник открывает дверь и пропускает меня вперёд. Сам с моей сумкой идет следом.

Вокруг много чёрного и темно-серого. Идеальный черный паркет, на стенах снизу черные панели, сверху краска. Сама бы я выбрала обои со сложным рисунком. И добавила немного белого.

Но это я. А где я, а где Вороновы.

Черный кожаный диван, два кресла. Столик с, конечно же, чёрной матовой столешницей. Черный камин. Черный плазменный телевизор. Черный ковер с коротким ворсом.

Уверена, что кухня тоже вся черная. Ну, возможно… немного темно-серая.

— Где-нибудь в доме нет черного?

— В спальне Чудовища.

— А в твоей?

— Много черного. И совсем чуть-чуть синего.

— Пошли, покажешь свою обитель.

Ник ведет меня на второй этаж. От лестницы направо, по коридору, третья дверь. Толкает ее и пропускает вперед.

Стены и пол черные. А вот ковер синий. Но тут же взгляд падает на черную кровать с черным атласным постельным бельем. Черный диван. Черные книжные шкафы заваленные какой-то мелочью и книгами. Черные двери. Одна ведет в черную ванную комнату, а вторая в гардероб. Где конечно же все черное, кроме некоторых вещей.

— Индивидуальненько, ничего не скажешь. — Протягиваю я, заглядывая в ванную комнату.

— Отец решил сделать так.

— Отец?

Ник лишь пожимает плечами.

Отец имеет такое огромное влияние на Ника? Или он просто смирился и приспособился?

Кидаю рюкзак и дамскую сумку на диван. И опускаюсь рядом.

— Я же могу остаться здесь? — Интересуюсь у Ника.

Я могла бы попросить поселить меня в гостевой комнате, но не могу спать одна, зная, что в доме кто-то есть.

— Можешь. Буду даже рад спать не в одиночестве. А еще здесь есть телик, можем продолжить смотреть сериалы.

— Точно, Сверхъестественное, продолжим смотреть шестой сезон, — щелкаю пальцами. — Мне надо переодеться.

— Твоя сумка вон стоит, — показывает куда-то за моей спиной. — Можешь развесить вещи в гардеробной, там полно места.

— Спасибо. — Подскакиваю, и хочу уже взять сумку, но Ник меня опережает.

— Я отнесу. Вешалки, полки все в твоем полном распоряжении.

Разбираю вещи. Чехол с платьем вешаю в пустую секцию рядом с костюмами Ника. Коробку с туфлями ставлю вниз. Домашние вещи, белье, чулки раскладываю на одной из полок. Два платья вешаю рядом с чехлом. Легинсы закидываю на соседнюю полку.

Тут же переодеваюсь в домашний костюм. И выхожу. Ника в комнате нет.

В коридоре тоже пусто. Похоже, он спустился на первый этаж.

Нахожу Ника на кухне. Он в черной майке и домашних черных штанах стоит на черной кухне. Взгляд сразу падает на неизменно идеальные мышцы на руках. И ключицы. Эти проклятые ключицы.

— Что будешь есть? — Ник смотрит на меня вопросительно.

— Сэндвичи, — на секунду задумываюсь, — и кофе.

— И больше ничего?

— Пока ничего.

— Если захочешь есть, можешь воспользоваться кухней или сказать мне, я что-нибудь приготовлю.

— Хорошо, спасибо. Ты как всегда очень мил. — Усаживаюсь на стул.

— Можешь уже начинать на меня молиться. — Поддразнивает Ник.

— Конечно, Ваше Высочество. — Поднимаю руки вверх и опускаю вместе с головой, делая вид, что кланяюсь в ноги.

— Предлагаю поесть в моей комнате, там есть столик…

— Черный черный столик в черной черной комнате в черном черном доме, — перебиваю Ника и смеюсь.

— Или мы можем поесть в черной черной кухне, что находится в черном черном доме за черным черным забором… — Ник с хохотом присоединяется к игре.