Глава 2

У лестницы в бывшую астрономическую башню под предводительством Янты нетерпеливо переминались с ноги на ногу пятеро мальчишек и две девочки. «Младшекурсники», – подумала Натт, когда не узнала никого из присутствующих. Ребята неуверенно косились на крутую винтовую лестницу, расставленные на полу сундуки и перевязанные стопки книг. Девочки же вооружились швабрами и вениками.

– Госпожа Мёрке, – лаборантка задорно подмигнула, – я привела вам подмогу.

Компания студентов оживилась и с любопытством принялась рассматривать миниатюрную преподавательницу некромантии.

– А мы видели вашего кельпи, – выдохнул самый младший мальчуган с большими передними зубами. Он походил на маленького всклокоченного хомяка.

– Это не кельпи, Троен, мы тебе сто раз уже объясняли. – Двое близнецов синхронно закатили глаза. – Это дредхост!

– Они правы, – вмешалась Натт, – кельпи – это духи, живущие у воды. Приручить таких можно, но лояльности от них не дождешься. Своенравный демон только и будет что желать смерти своего хозяина. А вот Бьелке при жизни был моим любимым скакуном, и он до сих пор сохранил отголоски прежней верности. А вас как зовут? – Мёрке повернулась к братьям.

– Твил.

– Цвэй.

– Мы третьекурсники, – хором уточнили близнецы. Они были похожи на двух ангелочков. Голубые глаза, пухлые губки и ореол волнистых светлых волос.

– Приятно познакомиться, Твил и Цвэй, – Мёрке почти сразу же забыла, кто из них кто.

– Маркен, – поднял руку долговязый кареглазый брюнет, – второй курс.

– Ди, – представился рыжий парень и кивнул на близнецов: – Учусь с этими двумя.

– Про меня забыл, одногруппничек, – фыркнула высокая девушка с выбивающимися из-под косынки фиолетовыми прядями. – Киерра! А это Мьюл.

Сероглазая малышка приветливо замахала.

– Она второкурсница, как и Маркен. А еще у нее в роду были банши, и поэтому она почти не разговаривает, зато очень шустро пишет. Вы к ней привыкнете. – Киерра подтолкнула скромную подругу вперед.

– Это все ваши маленькие некроманты, госпожа Мёрке, – довольная, подвела итог Янта.

– Не такие уж мы и маленькие, – буркнул Ди.

– Старуха Тинг! Отправила вас в самую задницу замка, – печально изрекла третьекурсница.

– Киерра, не стоит так говорить о старших, – нарочито серьезно сделала замечание Натт.

– Как скажете. Ну что, пошли вылизывать конуру, в которую заселили нашего нового препода! – Киерра перехватила швабру на манер боевого посоха, взяла ведро и встала во главе студентов. Мальчишки примерились к багажу некромантки и с трудом потащили наверх тяжелые сундуки.

Натт Мёрке было немного совестно пользоваться помощью студентов, но они совершенно не выглядели несчастными. По крайней мере, едва вступив на лестницу. Но как только добрались до девятого яруса, запал слегка поутих, а мальчишки, обливаясь потом, стали прикидывать в уме, сколько раз им придется спуститься за вещами.

– Добейте меня! Разрешаю использовать мой труп в качестве дешевой рабочей силы. – Маркен громко выдохнул.

В компании студентов страхи Мёрке поблекли, и почерк на конверте стал казаться простым совпадением. Но, подойдя к двери, она на всякий случай оттеснила шумную компанию к дальней стене.

– В заброшенных башнях иногда заводятся баллтрэ, гигантские летучие мыши.

Ребята демонстративно храбрились перед девочками и новым преподавателем, однако вперед ломиться не стали. Натт прислушалась к звукам за дверью, но уловила лишь мерный скрип распахнутой ставни. Она приложила ключ-печать, и замок с щелчком открылся.

В комнате царил полнейший беспорядок. Пол у балконной двери разбух и вздулся от частых косых дождей, проникающих сквозь оконные щели. Петли на ставнях проржавели и просели. Вонючий матрац был снят с кровати и приставлен к стене. Стол, стул и полки покрыты толстым слоем пыли, но на первый взгляд находились в рабочем состоянии. Натт открыла дверь в крохотную ванную и тяжело вздохнула, глядя на серую склизкую плесень на стенах и в душевой кабине. В грязной раковине поселился паук и прямо у них на глазах поедал еще живую муху. Киерра смахнула его в сторону и открыла воду. Трубы отчаянно задрожали, выплевывая с громкими хлопками воздух, а затем из крана потекла ржавая вода.

– Да уж, работы здесь на целый день, – вынесла вердикт Янта.

В платяном шкафу в комнате кто-то подозрительно начал скрестись.

– Крыса? – испуганно предположила Киерра.

– Только не говори, что ты боишься грызунов, – удивился не то Твил, не то Цвэй.

– Мы же их пачками воскрешали у Рё’Тена на практических занятиях, – хмыкнул Ди.

– Именно! Воскрешали! Они же были мертвые. А тут явно кто-то живой.

– Не факт, – возразил Маркен. – Можно подумать, что мертвые шевелиться не могут.

– Я посмотрю, – мягко предложила Мёрке. Ей очень понравилась шумная компания ребятишек, и она уже с нетерпением ждала предстоящих занятий.

Натт сняла с пояса жезл с лазурной сферой и провела им вдоль двери. Шум прекратился, а когда Натт открыла створку, то присутствующие увидели неподвижного тощего кота. У него не было хвоста и задних лап.

– Кто его так? – с жалостью спросила Киерра, когда преподавательница вытащила покалеченного дредката.

– Если ты про конечности, то он их сам съел, чтобы подпитать тело. Поэтому еще и двигается, но это ненадолго. Он очень слаб, и с нашей стороны будет гуманно отпустить его дух.

– Нет! – в голос закричали дети.

– Оставьте, – еле слышно прошептала Мьюл.

Все ошарашенно уставились на девочку, но она более не проронила ни слова.

– У меня не хватит инструментов и оборудования, мы только заставим и без того измученное существо страдать.

– Пожалуйста! Наверняка у Рё’Тена в лаборатории есть все необходимое, – попросил Ди. В глазах рыжего мальчишки тоже застыла мольба.

– А убираться кто будет? – усмехнулась Натт.

– Мы все сами уберем. Вместе, – пообещали близнецы.

Натт Мёрке вновь оглядела комнату, раздумывая над щедрым предложением студентов.

– Хорошо, – наконец сдалась она, – на балкон не ходить, мы не знаем, насколько он старый. Не хочется начинать свою работу с несчастных случаев.

Дети радостно закивали. Мальчишки рванули вниз за оставшимся багажом, а девочки распахнули окно и принялись поднимать вениками облака пыли.

Мёрке провела ладонью над сундуком с инструментами. Зачарованная крышка открылась и преподавательница достала пояс с креплениями для сфер. Она выбрала пять разноцветных сердцевин для жезла и распределила их на ремне. К нему же прикрепила тяжелый кинжал с лезвием из черного камня и тонкий стилет для отвода крови, больше похожий на шприц. Внутри орудие было полым. К его рукояти крепились сменные шланги, благодаря чему такой незамысловатый кровоотвод быстро справлялся со своей задачей.

– К чему такие приготовления? – взволнованно спросила Янта, обводя взглядом экипировку наставницы.

– Посещая жилище или рабочее место некроманта, как, впрочем, любого мага, нужно быть готовым к сюрпризам. Когда почил магистр Рё’Тен?

– В начале лета. Сразу после выпускных экзаменов у старшекурсников, – ответила студентка.

– Получается, что лаборатория больше месяца опечатана. Представь, что вся магия и накопленная там аура смерти остались без надзора. Мы не знаем, успел ли магистр закончить свои эксперименты. – Напоследок Мёрке собрала волосы в тугой пучок и закрыла сундук. – Ты идешь со мной. Оценим состояние аудитории и лаборатории. Проведем учет реагентов и инвентаря.

– Здорово, – загорелась Янта. Она тоже была рада покинуть пыльную каморку.

Они завернули спящего дредката в бумагу и пожелали девочкам удачи с уборкой. На лестнице им встретились пыхтящие, но счастливые мальчишки. Они волокли книги и манускрипты некромантки. Заметив кинжал на поясе Мёрке, ребята издали громогласное: «Вау!»

– Это же гравштайн! Можно потрогать? – попросил Ди, едва не побросав ценные документы на пол.

Янта строго зыркнула на него и процедила:

– Оружие некроманта принадлежит только ему, или ты забыл правила? А если этот гравштайн вытянет твою душу? Такое ощущение, что ты спал на лекциях Рё’Тена.

– Янта права. Кинжал слушается меня, но я не могу гарантировать, что он безвреден для других.

Ди шмыгнул носом.

– Я обязательно покажу вам много всего интересного из своей коллекции, а пока у нас есть важное поручение: спасти дредката, помнишь? – Мёрке погладила бумагу с завернутыми в нее останками кота.

Ди кивнул и поспешил наверх. Янта тоже с трудом скрывала свое любопытство и украдкой поглядывала на черное блестящее лезвие.

– А из чьего надгробия сделано лезвие вашего гравштайна?

Натт Мёрке загадочно улыбнулась:

– Ты только что ругала Ди, а сама просишь меня сказать тайное имя клинка. Ведь знаешь, что он потеряет свою силу, если я проболтаюсь.

– Извините.

Янта покорно прекратила допрос. Но ее отношение к преподавателю тут же переменилось с радостного восхищения на глубокое уважение и трепет. Только сильный некромант способен вынести тяготы обладания темным орудием самой смерти. Клинок, выточенный из могильной плиты, способен остановить или ослабить практически любую нежить, но алчное оружие, подгоняемое душой хозяина надгробия, тянет жизнь из своего носителя. Острые иглы вонзаются в ладонь некроманта и жадно пьют кровь, оставляя черные незаживающие отметины. Адепты смерти стараются прибегать к помощи гравштайна лишь в крайних случаях – когда вышедшая из-под контроля нежить отказывается подчиняться. Если Натт Мёрке взяла с собой клинок, значит, ожидает подобной встречи в лаборатории. Янта судорожно сглотнула.

– Как же далеко до подземелий, – пожаловалась она преподавателю, когда спустя пятнадцать минут они покинули восточное крыло и оказались в центральной части замка. – И до катакомб идти еще столько же. – Круглое лицо лаборантки стало красным. Она едва поспевала за новой начальницей.

– Я пытаюсь во всем видеть положительные моменты. Раньше я совершала утренние пробежки, но теперь дорога до аудитории может с легкостью их заменить. А уж регулярные подъемы на девятый ярус… – Натт присвистнула.

Они спустились в катакомбы и поздоровались с лаборантами секции алхимии и геммологии. Старшекурсники почтительно кивнули новому некроманту и тоже с благоговением посмотрели на гравштайн. Мёрке уже пожалела, что не закрепила его в чехле. В следующий раз так и сделает.

Аудитория некромантии располагалась в самом конце подземелья. Сбоку за серой дверью располагалась мертвецкая, где проводили вскрытия практиканты факультета целителей и адепты смерти. Натт не помнила, чтобы ей выдали ключ. Нужно будет поинтересоваться у преподавателей о допуске. Общение с госпожой Тинг хотелось свести на нет.

За массивной железной дверью располагалась бывшая вотчина Рё’Тена. На створках причудливой сетью расползались серебристые нити. Агрентинум пламб – простой сплав двух металлов, которые ослабляют нежить. Кроме того, вход был опечатан. Натт слышала, как дверь буквально нашептывает ее имя:

Натт Мёрке.

Некромантка провела ладонью по красивым узорам, и одна из печатей послушно отозвалась. Натт поднесла круглый ключ к соответствующей панели, и двери широко распахнулись, пуская внутрь новую хозяйку и ее лаборантку. Мёрке еще помнила, где находятся осветительные сферы, и с трепетом коснулась их. Круглые лампы начали загораться одна за другой, пока аудитория не наполнилась тусклым, холодным сиянием.

Все осталось без изменений: шкафы с реагентами и чучелами, огромный череп слона с длинными бивнями, баночки с формалином и причудливыми экспонатами… Вокруг приятно пахло книгами, деревом и сладковатыми химикатами. Она была дома.

– Неплохо, – подала голос Янта. – В аудитории нужна всего лишь влажная уборка. Нужно будет принести лестницу, чтобы протереть сферы. Идем в лабораторию?

Мёрке сняла очередную защитную печать легким прикосновением – и оказалась в просторном помещении с операционным столом посередине.

– Вот черт, – ругнулась Янта и подбежала к холодильнику, – кристалл разрядился. Представляю, какая тухлятина там сейчас, – она поморщилась и открыла дверцу.

Лабораторию тут же заполнил едкий черный дым, а по полу начала стремительно растекаться гнилая кровь. Мёрке вытолкала лаборантку из помещения и, едва скрывая в голосе волнение, приказала:

– Срочно приведи кого-то из старших, желательно Онни Веккер или декана Анда. Ты поняла?

Янта бросила взгляд за спину некромантки и увидела, как черное месиво выползло из лаборатории и начало обволакивать аудиторию, роняя на пол экспонаты и реагенты.

– Беги! – Мёрке толкнула замешкавшуюся девушку и вернулась в аудиторию. Пальцы интуитивно отсоединили голубую сферу и водрузили на жезл прозрачный и полый внутри шарик. То, с чем ей предстоит иметь дело, посильнее полусгнившего дредката. Она оттолкнула ногой сверток со спящей нежитью в коридор. Ребятки точно расстроятся, если и кота поглотит смердящее нечто. Мёрке уже точно знала, что перед ней собирается воедино голем плоти. Самой бы выстоять… В некрополе Хиес она сталкивалась с подобным, но впервые видела такой бесконтрольный голод.

Слоновий череп нашел свое место на плечах уродливого создания, а бивни угрожающе нацелились в ее сторону. Натт Мёрке считала мгновения и наблюдала. Батарея в холодильнике не разрядилась. Рё’Тен оставил в нем кого-то жадного до жизни, он и вытянул энергию из кристалла. Как оказалось, хитрая и предусмотрительная тварь была под стать своему бывшему хозяину. Голем спрятал сосредоточие под кровавой плотью. Его можно шинковать до утра, но так и не найти источник силы. Остается только приручить. Череп затянулся остатками шкур с чучел зверей, и плешивая безглазая голова стала изучать своего противника.

– Я Натт Мёрке, преемник Деарда Рё’Тена. Подчинись! – Мёрке решила начать знакомство с нежитью по-хорошему. Но имя бывшего некроманта только вывело чудовище из себя. Уродливый слон без хобота, наконец, встал на ноги и бросился на Натт. Она не двинулась с места. Бивни мерзко скрипнули по двери, снимая металлическую стружку. Натт Мёрке оказалась между смертоносных отростков, прямо напротив пустых глазниц чудовища. Она вскинула жезл и начала вытягивать тьму из создания. Оружие задрожало, не в силах справиться с мощью, а рукоять стала нагреваться и прикипать к ладони. Сфера лопнула, осыпав Натт острыми осколками. Лицо и руки покрылись мелкими порезами, а со лба на глаза закапала кровь. Слон не двигался, но высвободившаяся тьма нацелилась на измученную кошмарами некромантку и впилась в ее тело.

Блаженство. Страхи ушли, а на их место начали приходить похоть и жажда власти. Она выронила жезл и обожженной рукой скользнула между бедер. «Не сопротивляться! Подчиниться этому чувству».

Страшные, словно залитые чернилами глаза…

Натт Мёрке вспомнила ночь на кладбище, и это напрочь отогнало наваждение. К горлу подступила тошнота, и Мёрке мгновенно вырвало черной шипящей гнилью, которая вновь устремилась к голему. Некромантка быстро подобрала жезл, а здоровой рукой выхватила кинжал и всадила его в горло неподвижного слона. Шипы гравштайна вонзились в ладонь магессы. Очнувшаяся тварь продолжала чиркать бивнями о дверь, пытаясь освободиться. Рука с кинжалом входила глубже и уже увязла по локоть в кровавом месиве.

Поняв тщетность попыток, голем встал на задние лапы и схватил некромантку конечностью, из которой торчали острые кости аудиторных экспонатов. Мёрке старалась не кричать, боясь дать слабину и позволить тьме снова просочиться в свое сознание. Зверь слабел, но и Натт ощущала, как в тело проникает губительная гнилая кровь и смешивается с ее.

– Ты мой, – прошептала она в уродливую морду. Гигант впал в ярость и снова разбежался. На этот раз он не стал биться бивнями о дверь, а с размаху швырнул Мёрке в противоположную стену и тут же бросился к ней, чтобы растоптать. Натт чудом откатилась в сторону, чувствуя, как кости из лапы голема, застрявшие в ее теле, впиваются глубже и глубже.

Где же Янта?

Зверь вновь повернулся к некромантке, но на этот раз у Натт не было сил, чтобы даже вздохнуть. «Как же так? В первый же день. Могильники. Некрополи. Обучение. Он…»

Страшные, словно залитые чернилами глаза.

Тогда тоже было невыносимо от его мерзкого поступка, и внизу все ужасно болело. Стыд, отвращение к самой себе.

Нет. Не сегодня!

Она быстро накрутила на жезл красную сферу, наполненную собственной кровью, и направила оружие к горлу нежити, туда, где застрял гравштайн. Клинок откликнулся на зов хозяйки. Натт Мёрке представила, что он, словно игла, прошивает тело голема. Зверь рухнул на колени. Натт встала и, хромая, приблизилась к чудовищу. Оно все еще неистово трясло головой, грозя сбить некромантку с ног своими бивнями. Только все было тщетно, оно уже почти подчинилось. Мёрке схватилась за бивень, и зверь послушно поднял ее и усадил себе на спину. Она запустила руку в гнилую плоть и нащупала гравштайн. Сейчас Натт гордилась собой даже больше, чем в могильниках и некрополе. Покоренный голем плоти – все равно что призрачный дракон для призывателя, и она сидела верхом на жутком порождении, как когда-то Онни Веккер на своем Энд Драке. Мёрке улыбалась.

Такой ее и застали подоспевшие на подмогу декан, призывательница и новоиспеченная лаборантка. Они в ужасе смотрели на разгромленную аудиторию и гигантского голема, замершего посреди разломанных в щепки столов и шкафов. Некромантка победно восседала на огромном чудище. Ее лицо было залито кровью, с мокрых волос свисали алые ошметки, а из обеих рук и правого бока торчали мелкие кости.

– Он мой, – прошептала Мёрке, обнажая окровавленные зубы, и без сознания соскользнула на пол.

* * *

Натт брела вверх, на девятый ярус, думая, удалось ли студентам привести комнату в порядок. Шаги слишком громко отражались от стен башни. А еще что-то неприятно капало. Мерное кап-кап-кап. С каждой ступенькой звук становился громче и неприятнее. Кап-кап-кап. Она вошла в комнату и побрела в ванную. Нужно вымыть из волос отвратительные куски плоти. Волосы, наверное, не спасти. Кровь хорошо въедается в светлые пряди. Кап-кап-кап. Это все ржавый кран. Натт открыла его и стала ждать, пока мутная жижа стечет из системы. Затем щедро зачерпнула воды и умыла лицо. Кожу защипало из-за мелких порезов, оставшихся от лопнувшей сферы. Натт Мёрке подняла голову и, несколько раз сильно моргнув, посмотрелась в зеркало.

Страшные, словно залитые чернилами глаза.

* * *

– Тише-тише. Это остаточное действие токсина. Не нужно было ходить в лабораторию в одиночку. Я же сказал, что мы во всем разберемся утром.

Мёрке привыкла к свету и с трудом сфокусировала взгляд на лице декана.

– Дредкат. Дети попросили, – только и выдохнула она в свое оправдание.

– Твоя лаборантка зарядила холодильник и убрала его туда. И кстати об этом: в начале учебного года студенты с разных факультетов понесут тебе своих умерших питомцев. Даже не думай их воскрешать. Никакой жалости! Устроим по традиции проводы любимцев. Саат тебе поможет с подготовкой к этому мероприятию.

– Где я? – В первые секунды Мёрке думала, что находится в лазарете, но теперь поняла, что скромная комната, со свисающими с потолка пучками трав, совсем не была похожа на больничное помещение.

– У меня, – осторожно ответил Гостклиф.

– Зачем? – удивилась Натт.

– Целители в разъездах. Заходил старшекурсник, залечил ушибы с порезами и извлек обломки костей. Остальное уже по моей части, – декан красноречиво покосился на многочисленные трубки, торчащие из ее тела. По одним черная субстанция стекала в колбы, расставленные на столике, по другим разноцветные жидкости устремлялись к девушке.

– Токсин… Гнилая кровь… Насколько все серьезно?

– Магистр Деард был весьма мнительным человеком, что и передалось аудитории. Но это уникальный случай, когда помещение некроманта исторгло такое сильное защитное заклятие. К сожалению, големы плоти опасны не столько своей силой и непредсказуемостью, сколько трупным ядом. Однако как специалист в своем деле скажу, что тебе ничего не грозит.

– Не понимаю. Неужели бракованная сфера? Ее просто разорвало в клочья, – расстроилась Мёрке. – Я уже подчиняла нежить высшего порядка…

– Рё’Тен хранил совершенно безумные вещи. Кто знает, откуда он достал эту проклятую кровь… Но не бойся, через час в твоем теле не останется и следа от нее. Я обязательно изучу ее, и ты обо всем узнаешь первой, – заверил декан.

– Что с тварью? – поинтересовалась Мёрке. В глубине души она боялась, что голема уничтожили. Ей хотелось еще раз взглянуть на побежденного монстра.

– Дожидается тебя, как послушная собачка, и стережет твой гравштайн и аудиторию. Мы на всякий случай вновь опечатали дверь твоей кровью. Сама решишь, что с ним делать.

– Не думаю, что держать его в академии – хорошая идея. Но и уничтожать такой экспонат жалко, – размышляла Мёрке.

– Не торопись. Кстати, Северный альянс заходил. Дети просили передать, что твоя комната готова. Они очень расстроились, что не могут сами показать плоды своих стараний.

– Северный альянс? – переспросила Натт.

– Ага, – рассмеялся Гостклиф, и от его глаз лучиками разошлись мелкие морщины, – так называют себя твои адепты.

– Надо бы посмотреть на эти плоды стараний и заодно помыться. Как же от меня воняет… – Натт критически оглядела свою рваную одежду, пропитанную гнилью. В волосах что-то безнадежно засохло. Даже между зубами неприятно скрипело.

– Ну, я уже привык. Кстати, можешь воспользоваться ванной для администрации, когда мы закончим. Она прямо по коридору.

– Это было бы здорово. – Мёрке вновь откинулась на подушку и задремала. Рядом с Гостклифом было спокойно. Студенткой она часто рисовала в своем воображении, как он несет ее на руках, раненую, а потом заботливо лечит, но сейчас Натт восприняла все слишком равнодушно. Декан Анд перестал ей казаться непогрешимым героем в тот самый миг, когда выхватил у инквизитора раскаленную метку и самолично заклеймил бедного, потерявшегося во тьме мальчишку.

Загрузка...