Глава 2

Андреа отрешенно смотрела на стакан с водой и рассыпавшиеся по скатерти кубики льда. Джек так быстро выбежал за похитителем сумочки, что она не успела ничего сообразить. Только что он говорил о наблюдающем за ними парне, а через мгновение тот схватил ее сумку и убежал, а за ним и Джек.

– Может быть, упаковать вам остатки обеда с собой?

Андреа подняла глаза. На лице подошедшей официантки была лишь усталость, словно воровали сумки и переворачивали столики здесь ежедневно.

– Нет, спасибо. Только принесите чек. – Она посмотрела на дверь, надеясь увидеть Джека. Поймал ли он вора? Не ранен ли? Надо было выйти из кафе и убедиться, что с ним все о’кей.

Официантка вернулась с чеком, и Андреа вдруг поняла, что без сумки ей не расплатиться.

– Я рассчитаюсь. – Рука Джека легла на ее ладонь. Тяжело дыша, раскрасневшийся, он рухнул на стул рядом. – Убежал. К сожалению, вместе с вашей сумкой. – Он потянулся за кошельком в кармане джинсов и поморщился.

– Вам больно! – встревожилась она.

– Ерунда. – Он мотнул головой, вытащил кредитку и осмотрелся. Два работника кафе поставили на место перевернутый стол, посетители продолжили обедать. – Нам можно уходить.

Он помог ей надеть пальто и слегка приобнял, когда они выходили из кафе.

– Что было в вашей сумке? – спросил он. – Кошелек и кредитки? Водительские права?

– Ключи от дома и машины, мобильник. – Она глубоко вздохнула. – Можно позвонить и заблокировать банковские карты, получить новые права, и дома у меня есть запасные ключи. Придется купить новый телефон.

– Позвольте мне довезти вас до дома, чтобы вы взяли ключи.

– Нет необходимости. Лучше позвоню кому-нибудь и попрошу помочь.

– У меня весь день свободный, так что вполне могу вас подвезти.

– Хорошо. Спасибо.

У Джека был небольшой грузовой пикап – серебристо-черный «форд». На американском Западе такие машины ценятся, как новейшие спортивные модели. Андреа показывала ему дорогу до дома. Расположившись на заднем сиденье, она наслаждалась запахами кожи, кофе и Джека Прескотта. Догадался бы какой-нибудь гениальный парфюмер смешать эти ароматы вместе! Получился бы настоящий шедевр, с сексуальным подтекстом.

– Симпатично у вас здесь, – промолвил Джек, когда они ехали по предместью Дуранго с бело-голубыми особнячками в викторианском стиле.

Скоро они были на месте. Снег припорошил вечнозеленые приземистые деревца у крыльца и рождественские гирлянды из ветвей сосен и кедра над входной дверью. Джеку пришлось убрать со ступенек детский трехколесный велосипед.

– Извините, – усмехнулась Андреа. – Сколько раз говорила ему, что надо ставить на место свои вещи, но у него в одно ухо влетает, а в другое вылетает.

– Скоро пересядет на двухколесный, раз ему уже пять лет.

– Недавно просил купить ему такой на Рождество, но я пока сомневаюсь… – Она побаивалась, что на узких пригородных дорогах ее сынишка попадет в аварию или не сумеет затормозить на крутом спуске.

Не успели они подняться по ступенькам, как им открыла Челси, няня Иана, с дочкой Шарлоттой на руках:

– О, привет, Андреа. – Она бросила любопытный взгляд на Джека. – Вот кто приехал в этом пикапе.

– У меня во время обеда украли сумку. Приехала за запасными ключами. Это Джек. Джек, это Челси. Она моя лучшая подруга и присматривает за Ианом, когда я на работе. Ума не приложу, что бы я без нее делала.

– Здравствуйте, Джек. – Челси убрала с одного уха прядь черных волос и поправила розовую тенниску на груди.

– Я только возьму ключи и больше не буду мозолить тебе глаза. – Андреа хотела пройти мимо Челси, но тут из глубины дома выкатился Иан.

– Приветик, мамуля! – Он улыбнулся ей, запрокинув голову, на его щеках появились симпатичные ямочки. Закрывающие его лоб густые черные волосы наводили на мысль, что когда-то он станет таким же покорителем женских сердец, как и его отец. – Как ты рано сегодня! – обрадовался Иан.

– Боюсь, остаться пока не смогу. – Она обняла его и убрала волосы с его глаз. Но внимание мальчугана тут же переключилось на Джека. Иан спрятался за мамину юбку и тут же выглянул.

Джек присел перед ним на корточки. Это стоило ему немалых усилий, но он только безмолвно вздрогнул от боли.

– Привет, Иан. Меня зовут Джек.

– Мистер Прескотт, – поправила его Андреа. Она подтолкнула сына: – Поздоровайся, Иан.

– Привет. – Прикованные к Джеку глаза Иана блестели от любопытства.

– Какое твое любимое блюдо, Иан? – спросил Джек.

Иан поднял глаза на маму.

– Можешь ответить, – разрешила она.

– Бутерброды с сыром. Запеченные в гриле.

– Будь на то мое дозволение, он бы уплетал такие бутерброды на обед и ужин, – пояснила Андреа.

– Мне тоже нравится запеченный хлеб с сыром, – признался Джек.

– Я только возьму ключи.

Андреа проскользнула внутрь и подошла к шкафчику в своей спальне, в котором хранила запасные ключи. Ее взгляд задержался на фотографии, на ней были запечатлены Престон, Андреа и полуторагодовалый Иан у нее на руках. Сын часто с любопытством рассматривал этот снимок, но когда-нибудь ему станет не хватать одних фотографий и воспоминаний. Чтобы не стать маменькиным сынком, мальчик должен жить рядом с настоящим мужчиной.

Она вернулась на крыльцо. Джек с Ианом обсуждали что-то связанное с его трехколесным велосипедом.

– В чем дело? – спросила она Челси.

– Мужской разговор. – Челси махнула рукой: пусть занимаются своими делами. – А что с твоей украденной сумкой?

– Джек погнался за вором, но тот убежал. – Андреа звякнула ключами. – Когда вернусь в офис, надо будет заблокировать по телефону банковскую карту и узнать, как получить новые водительские права.

Челси подвинулась к ней и приглушенным голосом спросила:

– Джек такой красавчик! Вы давно встречаетесь?

Андреа покраснела:

– О, ничего подобного. Мы познакомились только что.

– Не похожи вы на двух человек, которые только сегодня познакомились, – усмехнулась Челси.

– Не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Ты не сводишь с него глаз. И он с тебя тоже.

Андреа посмотрела на Джека и только тут осознала, что делает это каждые несколько секунд. А когда он поднимал голову и их взгляды встречались, по ней прокатывалась волна удовольствия.

Джек похлопал Иана по плечу. Затем они присоединились к женщинам на крыльце.

– Иан пожаловался, что у него заедают педали. Я принесу машинного масла, капну на шарниры, и все будет в порядке.

– Ох, зря вы это, – запротестовала она. Все-таки Джек был ее пациентом. Предполагалось, что они пообедают вместе и немного поболтают. А теперь он все сильнее вторгался в ее частную жизнь.

– Я помогу Джеку починить мой велик, – заявил Иан.

– Мистеру Прескотту, – неуверенно поправила она сына.

– Можно и без «мистера», – ответил Джек. Спорить с ним, особенно при Иане и Челси, явно было пустой тратой времени.

– Хорошо. – Она присела и обняла сына. – Сегодня вечером у меня выступление перед женами полицейских, так что вернусь домой поздно. Челси о тебе позаботится.

– Пицца и киношка. – Челси погладила мальчугана по головке.

– И шипучка с мускатом? – спросил Иан. Челси взглянула на Андреа.

– Ладно. Один стакан шипучки вместе с пиццей, – разрешила Андреа.

– Большой стакан, – уточнил Иан. Джек улыбнулся:

– Парень не промах, своего добьется.

Иан засветился от похвалы. А у Андреа кошки на душе скребли. Незачем Иану так привязываться к мужчине, которого она едва знает. Особенно к такому, как Джек, с его опасной работой и боевым характером.

– Нам пора ехать, – твердо заявила она. – У меня после обеда еще будут пациенты.

– Мне твоя машина нравится, – сообщил Иан Джеку.

– Может, как-нибудь прокачу тебя на ней.

Андреа дождалась, пока они сели в машину и отъехали, а затем, старательно подбирая слова, промолвила:

– Вам не следовало так говорить. Не надо было обещать ему прокатиться на вашей машине.

– А почему бы вам тоже к нам не присоединиться?

– Предложение прокатить его означает обещание продолжить знакомство.

Ни один мускул на его лице не дрогнул, только костяшки державших руль пальцев побелели.

– А разве это так плохо?

Она повернулась к нему, сжав кулаки:

– Вы мой пациент. Я вас почти не знаю.

– Сегодня у меня удачный день. И я хотел бы увидеть вас еще раз. Вас и Иана.

– Не думаю, что это приведет к чему-нибудь хорошему.

– Почему нет?

– Просто… это добром не кончится.

– Потому что я ваш пациент? А если перестану им быть? Если не буду больше обращаться к вам как к специалисту-психологу?

– Это не имеет значения.

Она повернулась к окошку, за которым мелькали фасады особняков в викторианском стиле, украшенные рождественскими хвойными венками и разноцветными гирляндами. Прохожие несли объемистые пакеты с покупками или лыжи и сноуборды, а румяные лица говорили об отлично проведенном в горах деньке.

– Еще какие-то причины? Бойфренд? Нет ощущения, что он у вас есть.

– Я очень занята на моей работе, а все свободное время посвящаю сыну. И ходить на свидания мне некогда.

– Некогда ходить на свидания с копом.

Как легко он догадался! Она замолчала и вопросительно посмотрела на него. Он взглянул на нее, повернулся к дороге и добавил:

– Я не врач и не психолог. Но если ваш муж погиб при исполнении служебных обязанностей, нетрудно сделать вывод, что повторения вам не хочется. Только мы все под Богом ходим. Любой человек может попасть под автобус, упасть с горы или получить инфаркт, просто подстригая газон.

Она мотнула головой:

– Джек, я не хочу с вами встречаться.

– Хорошо. Но мне надо увидеть вас еще раз.

– Почему это?

– Хочу разузнать побольше о том парне, который убежал с вашей сумкой. И затем попробую его найти.

– Не беспокойтесь об этом. Все, что там было, легко заменить.

– Возможно. Но вряд ли он торчал в кафе только для того, чтобы украсть первую попавшуюся сумку. Перед тем как начать действовать, он следил за нами – наблюдал за мной. И я хочу узнать почему.

– Сомневаюсь, что вам удастся вернуть мне сумку.

– Может, и не удастся. Но мне в любом случае надо вас увидеть.

– Зачем?

– Обещал Иану починить педаль велосипеда. А я всегда держу слово.

Да, Джек Прескотт слов на ветер не бросает. На него мог положиться и мужчина, и женщина, и такой мальчуган, как Иан. Но готова ли она разделить судьбу с таким самоотверженным человеком? Андреа не могла ответить себе на этот вопрос.


Джек довез Андреа до ее офиса и позвонил спецагенту Кэмерону Сангу, своему приятелю из седьмой опергруппы.

– Как живешь-поживаешь, Джек? – обрадовался компьютерщик Кэмерон. У этого наполовину азиата двадцати с чем-то лет, как и у всех в седьмой опергруппе, была отличная память на лица.

– Иду на поправку. – Джек потер больную ногу. – Скоро вернусь на службу.

– А твой врач тоже так думает?

– Говорит, что мне нужно еще две недели отпуска. Но что он понимает? Как там с нашим делом? – Он имел в виду террористическую группировку, обосновавшуюся в западном Колорадо. Предполагаемый главарь этой банды двумя месяцами раньше выпрыгнул из вагона поезда, следующего по туристической узкоколейке Дуранго и Силвертона, однако его тело так и не нашли.

– Нам сообщили, что похожий на Бресвуда человек лежит в больнице Гранд-Джанкшена, – ответил Кэмерон. – Но когда туда приехали местные полицейские, его уже и след простыл.

– Так он травмирован?

– И, полагаю, серьезно. Хоть и не без труда, нам удалось получить копию медицинского заключения. У него сломана нога, несколько ребер, ушиблены печень и почки.

Джек прищурился:

– Значит, сам он добраться до больницы – или уехать из нее – не смог бы.

– Мы тоже так решили. Просмотрели записи с нескольких камер, но изображения очень размытые. Обычная дешевка это их видеонаблюдение, от которого нет никакого толку.

– Не похож он на того, у кого много верных друзей.

– За деньги все можно купить, даже друзей.

– Точно. Раз уж мы заговорили о дружбе, не сделаешь мне одно одолжение?

Кэмерон простонал:

– Чую, что придется мне сказать «нет», хотя пока даже не знаю, о чем речь.

– Да сущие пустяки. У моей хорошей знакомой украли сумку, когда мы с ней сегодня обедали.

– У тебя есть близкая знакомая? Женщина?

– А что тут удивительного?

– Я гляжу, ты времени в отпуске зря не теряешь. Кто она такая? Как вы познакомились?

– Ее зовут Андреа Макнейл. Она врач.

– То есть она лечит наших полицейских? Ты же к ней собирался на прием? Как тебе удалось ее подцепить? Заигрывал с ней, пока она тебя осматривала?

– Мы просто пообедали. Только и всего.

Правда, ему хотелось большего. Такие, как Андреа, не каждый день встречаются, а ее якобы нежелание познакомиться с ним поближе он всерьез не принимал. Ее опасения он находил резонными, с учетом того, как сложилась ее жизнь. Но между ними сразу возникла связь, которой она тоже не могла не почувствовать. Но ему следовало действовать осторожно. В конце концов она убедится, что их взаимное влечение важнее риска, которому она себя подвергает.

– Кажется, я узнал того, кто украл ее сумку. По-моему, он есть в нашей базе данных.

– Угу. А что за одолжение?

– Мне нужна копия нашей базы данных. Чтобы поискать там этого урода.

– Эта база данных для служебного пользования. С ней можно работать только у нас в офисе.

– Ну ты же дашь ее не постороннему гражданскому человеку? Я – член вашей команды.

– Строго говоря, сейчас ты не в нашей команде. Числишься в отпуске по болезни. Тебе даже не разрешается приходить в офис.

– Просто чинуши боятся, что я поскользнусь на мокром полу, упаду, а потом их затаскают по судам. Дескать, нельзя было привлекать его к работе, пока официально не разрешил врач. Мне нужно иметь эту базу данных в своем компьютере.

– Джек, если кто-то узнает, меня уволят со службы.

– Да никто ничего не узнает, буду молчать как рыба. Мне во что бы то ни стало надо отыскать этого мерзавца.

Он буквально услышал, как Кэмерон заскрипел зубами.

– Лады. Только сам ничего не предпринимай. Если найдешь что-то – сообщи нам.

– Сообщу. Обещаю.

– О’кей. Жди меня сегодня после шести вечера в той закусочной на углу.

– «Старый лось»?

– Да. Плохое название, зато пиво там хорошее. Возьмешь мне кружку, а я передам что тебе нужно. А если у твоей докторши есть хорошая подружка, можете меня с ней познакомить.

– Не валяй дурака. Сам без труда найдешь, с кем тебе сходить на свидание.

– Да я только спросил.

Джек нажал отбой и завел двигатель машины. Его тревожила мысль, что сумка была украдена не просто так. Он в отпуске, но вполне мог вести свое расследование.


Домой Андреа вернулась как выжатый лимон. Чем больше она общалась с женами полицейских – тем острее чувствовала их постоянное беспокойство за мужей. Она выслушивала исповеди своих пациенток, помогала им снять тревогу и понимала, как мало значат для них любые ее слова.

К ее удивлению, крыльцо дома не было освещено. Обычно Челси оставляла включенной лампочку у входа. Андреа поднялась по ступенькам и открыла дверь. Ее встретила тишина – еще одна странность. Иан обычно в это время уже спал, но Челси, как правило, сидела у телевизора.

– Челси? У вас все в порядке? Недоеденная пицца на журнальном столике, стакан с шипучкой, темные пятна на столе и капли на полу. Рядом валялась одна из подушек. У Андреа перехватило дыхание. Она шагнула вперед и увидела кровь.

Или ей показалось, что это кровь. Бурые потеки на коврике у журнального столика были явно не от шипучки с мускатом. Это мог быть сироп, но кто же ест пиццу с сиропом?

Она потянулась за телефоном, чтобы позвонить по номеру 911, но вспомнила, что мобильник исчез вместе с украденной сумкой.

– Челси! – крикнула она, бросилась в кухню и остановилась как вкопанная в коридоре – Челси лежала на спине, со связанными руками и ногами. Во рту у нее был кляп, а глаза широко открыты.

Вся дрожа, Андреа опустилась на колени и вытащила кляп изо рта Челси:

– Что случилось? Где Иан?

– Иана нет. – Из испуганных глаз Челси текли слезы. – Его увезли с собой двое мужчин.

Загрузка...