Подари мне сказку (СИ)

ГЛАВА 10

Демьян

Уехать от бабули вовремя и с пустыми руками? У вас получалось? У меня никогда. Вот и в этот раз все по её плану. Днём срочные дела, которые без меня ну никак не решались, вечером банька.

На утро она загружает багажник моей машины продуктовыми запасами, если не на год, то на ближайшую неделю - полторы, это точно. Спорить - бесполезно! Смиряюсь и ищу во всем позитив.

Готовить умею и неплохо, малышку голодной точно не оставлю, и у плиты стоять не будет. Мы найдем чем занять наше время. И мысли улетают далеко за пределы уютной бабушкиной кухни, где я пью утренний кофе в ожидании возможности уехать к той, кто заполняет собой всё моё сознание. Я там, где она, в нашей общей вселенной, маленькой и только нашей. Прикрываю глаза, и за веками мелькают картинки нашего настоящего и будущего счастья.

- Демьян, - возвращает меня в реальность голос деда, - машину глянул, все нормально, - со знанием дела выдаёт мне вердикт своего техосмотра.

Автослесарь - золотые руки, но как ушёл на пенсию, теперь только с моей машинкой и развлекается.

- Спасибо, - встаю с места, пожимаю его жилистую руку и оказываюсь в крепких мужских объятиях. Сентиментален....

- Ты приезжай почаще. Ярик на время у нас.

- Постараюсь.

На улице ба все ещё складывает-перекладывает котомки со снедью. Проводит ликбез, что, где и как долго хранить, а что лучше съесть в первую очередь. И ещё одно моё искреннее: «Спасибо!» падает в копилку добра моих любимых предков.

- Дема, - и в голосе слышны нотки надежды, - ты не теряй её, она делает тебя по-настоящему счастливым.

Без уточнения понимаю, о ком она. За весь прошлый день я много раз звонил Ляле. Мы обсуждали планы, рассказывали друг другу, что делаем в тот или иной момент времени. Просто болтали о разном, просто молчали в унисон, ловя легкие вздохи и тихий шепот сердец.

Не замечал, что кто-то был невольным слушателем, но ба, всегда была проницательной.

В носу защипало, и я делаю вид, что проверяю давления в шинах, наклонив голову, прячу от неё взгляд, боясь выдать себя. Сам ещё не до конца принял стремительно меняющуюся, за эти предпраздничные дни, действительность. Но то, что я уже не хочу возвращать её в прежнее русло независимости и одиночества, это точно.

- Хорошо, ба, - заключаю её в объятия верного внука.

Чувствую, как уверенность и жизненная мудрость капельками вливается в меня.

- Ну все, езжай, - говорит она, выбираясь из кольца моих рук.

Прощаюсь с Яриком, беру обещание сильно не шалить, даю слово, что к Рождеству приеду в гости. Довольный малой уносится покорять очередную снежную вершину, что настроил ему дед.

***

- Привет, малышка, - звоню ей, выезжая на основную трассу, - чем занята?

- Привет, - смущенно произносит, - составлением меню.

- И что у нас на праздничный ужин? - спрашиваю, и чувство тепла разливается по телу. Понимаю, что хочу так каждый день, возвращаясь домой, звонить малышке с вопросом, что поесть, что нужно и просто, чего она хочет. Так по-настоящему...

Малышка начинает перечислять блюда нашего сегодняшнего вечернего меню, и где-то на десятом моя улыбка уже натянулась так, что щеки болят.

- Ляль, а мы Новый год точно вдвоем встречаем или я, что-то упустил?

Тишина в трубке и тихое обиженное сопение были мне ответом.

- Я просто не знаю, что ты любишь.

- Я всеяден, - успокаиваю её, - выбери два любых блюда, а десерт купим по дороге. Я скоро буду.

- Хорошо. И Дем, - голос сбивается, а я в предвкушении жду продолжения, - будь аккуратен, - это даже не просьба, это что-то большее, для меня как сигнал о переходе на ступеньку ближе к нашему «долго и счастливо».

- Обещаю!

У меня очень много планов на ближайшие сто лет.

***

К дому, где живёт Ляля с бабушкой, подъехал ближе к вечеру. Заранее сообщив малышке, что скоро буду, и она уже гуляет по двору в ожидании меня. Развлекает малышню, строя с ними снеговика. Сижу и наблюдаю за тем, как моя девочка ловко водружает шар-голову на все сооружение, достает из кармана большие пуговицы- глазки, а дети вокруг прыгают от радости. Вместо рук - ветки, на голове старое ведро и даже морковку-нос не забыла.

Выхожу из машины, стараясь остаться незамеченным, подхожу ближе. Мальчуган, что стоял лицом ко мне, одаривает грозным взглядом, готовность встать на защиту выдаёт крепко сжатая в руках лопатка. Забавно, чую не просто будет бороться за сердце своей Снегурочки. Но я рискну, даже если буду покалечен этой самой лопаткой.

Шаг, другой и вот, она уже в моих объятиях. Испуганно вздрагивает. Резко поворачивает голову, так что капюшон пуховичка слетает, и волосы мягкими прядями проходятся по моему лицу. Ловлю во взгляде узнавание и улыбку. Быстрый поцелуй в румяную от мороза щёчку.

- Отличное изваяние, - комментирую снежного пузатого Снеговика, - и давно ты на улице?

Ляля пытается выбраться из захвата, толкает меня локтем в живот. Не срабатывает.

- Недавно, - прекращая попытку улизнуть, говорит мне.

- Поехали?

Подхватываю её рюкзак, тяжеловато для дамской сумки. И что девочки в них складывают? Пол гардероба? Малыш если б ты знала мои планы на праздники...

***

Дома весело распаковываем все, что собрали наши бабушки. Да. Лялю из дома с пустыми руками тоже не отпустили. Так что, еды на все выходные. Шампанское в холодильнике.

За окном предпраздничная ночь укрыла все тонким одеялом предвкушения. Огни машин, блеск гирлянд, всполохи фейерверков!

В комнате полумрак, разбавленный отсветами с улицы. Огоньки восковых свечей, стоящих на столе, играют замысловатые сюжеты тенями на стене. Стою в дверном проеме, облокотившись плечом о косяк. В руках запотевшая бутылка шампанского и два бокала. Наблюдаю за малышкой, затаив дыхание, а в голове мелькают сюжеты сценария на вечер и последующую ночь, один ярче другого. Их так много, что мне жизни не хватит все воплотить, но я буду стараться.

В штанах снова тесно и это только от созерцания её хрупкого силуэта на фоне тёмного проёма не зашторенного окна.

Чуть подрагивающие плечи выдают Лялино волнение. Она дышит на холодное стекло, пальчиками рисуя узоры, вглядывается в жизнь, что кипит за пределами нашей тишины.

- Ты хочешь туда? - спрашиваю, кивая головой в сторону яркой уличной суматохи праздника, что разворачивается на площади недалеко от дома.

- Нет, - улыбка озаряет лицо, - А ты?

Аккуратно ставлю на стол бокалы, откупориваю бутылку, и с шелестом пены золотистая жидкость струится, заполняя хрусталь.

- Я хочу провести этот вечер с тобой, - говорю ей, протягиваю напиток.

Пальчики оплетают хрупкую ножку бокала, тонкое стекло касается её губ. Ляля морщит носик от пузырьков, что жемчужными нитями поднимаются со дна и лопаются у поверхности. Делаю глоток из своего, не отводя глаз, не разрывая зрительного контакта. «Верь мне» безмолвно прошу, отставляю бокалы в сторону, обнимаю её за талию, притягивая вплотную к себе. Пахом упираюсь в упругий животик, давая наглядно понять, как и с кем я хочу провести этот праздник и не только его.

Маленькие ладошки ложатся на мою грудь, сминая пальцами ткань футболки. Ляля откидывает голову и смотрит мне в глаза, будто пытается уловить в них намёк на сожаление или сомнения в правильности сегодняшнего вечера.

- Хорошо, - произносит на выдохе, и кончик языка пробегает по пухлой нижней губе. В глазах мелькает нерешительность, но лёгкий взмах ресниц, и в них уже плещется любопытство.

Подаётся вперёд, не смело оставляет робкий поцелуй на моём подбородке. Боюсь дышать, чтобы не спугнуть храброго воробушка. Ну же, смелей, я весь твой. Уголки губ растягиваются в одобрительной улыбке, побуждая действовать увереннее и давая понять, что я за любой эксперимент.

Она приподнимается на носочки, и теперь уже чуть смелее своими тёплыми мягкими губами касается моих. Отстраняется и снова. Пробует их на вкус, проходясь язычком. Я на пределе, волна желания накатывает с каждым разом все сильнее и сильнее.

Одной рукой зарываясь в шёлк волос на Лялином затылке, перехватываю инициативу. Мягко беру её губы в плен, дразня и лаская, язык то нежно гладит, то врывается в глубь, то снова отступает, переходя на невесомые касания.

Её музыкальные пальчики, что так и лежат на моей груди, сжимают в кулачок ткань футболки, царапая ноготками кожу, вызывая толпу мурашек вдоль позвоночника.

Не разрывая даже на миллиметр нашего контакта, подхватываю малышку под попку. Она крепко обвивает мою талию ногами, а руками хватается за плечи. Смотрит своими большими глазами мне прямо в душу, тихо шепчет:

- Я твоя...

Ладошками обнимает моё лицо, возобновляя наш жаркий поцелуй, окончательно снося все преграды, что выставлял мой мозг на пути к нашему удовольствию. Я боюсь напугать Лялю своей несдержанностью. Для неё все ново, для меня тоже, не смотря не весь прежний опыт, чувствую себя новичком.

Опускаюсь на диван, так и держа малышку в объятиях.

- Я буду нежен, - шепчу на ушко, носом втягивая аромат цитруса на нежной коже. Мой фруктовый десерт, сносящий крышу.

Вдох-выдох, и дорожкой жарких поцелуев спускаюсь вниз по шее к ключицам, растягиваю вырез на свитере для большего доступа к оголенной коже. Её дыхание срывается, а руки тянут вверх мою футболку. Помогаю ей, откидывая вещь прочь. А следом летит её...

Накрываю ладонью холмик груди с торчащей вершинкой, что укрыта за кружевом белья. Чуть сжимаю, прокатываю между пальцами сосок, что вызывает сдавленный стон. Глаза малышки заволакивает туманом возбуждения, руки блуждают по моему разгоряченному телу, доводя до исступления одними только касаниями. Хрипло дышу и яростно целую каждый миллиметр доступного тела. Сладкого и манящего.

Ляля задыхается и трепещет в моих руках. Скольжу ими по ее спине, изучаю каждый изгиб. Натыкаюсь на застежку, и тонкое кружево летит на пол. Перед глазами манящие вишенки, втягиваю одну в рот, играя с ней языком и покусывая зубами.

В голове сумбур из желаний, а я потакаю лишь одному. Укладываю малышку на диван, освобождаю от остатков одежды, любуясь обнаженным телом. Кожа таинственно блестит. Во взгляде плещется неразбавленное возбуждение. Она манит меня своей чистотой и невинностью.

Желание владеть ею безоговорочно и навсегда мощной волной прокатывается по венам, аккумулируясь в. до предела возбужденном, естестве.

Сдерживая себя из последних сил, осторожно прикасаюсь пальцами к влажным складочкам, чуть развожу их и скольжу вглубь жаркого лона. Член болезненно дергается, требуя своего... Ещё не время...

Нахожу бусину клитора, пульсирующими движениями довожу малышку до грани. Она выгибает спинку, сжимает в кулачки ладошки.

- А-а-а-а-х... - приглушенный стон удовольствия срывается с её губ, ещё мгновение, и Лялю накроет первой волной экстаза.

Перемещаю своё тело, нависая над ней. Коленом развожу ножки в стороны. Кровь в висках пульсирует. Возбуждение подскакивает до максимальной отметки.

- Малышка, я на пределе, - шепчу ей в губы, сминая их в поцелуе.

Она подаётся мне навстречу. Одним движением максимально погружаюсь в это, такое узкое, влажное и жаркое лоно. Застываю на мгновение, давая Ляле возможность привыкнуть к моему размеру. Чувствую каждым сантиметром пульсирующего члена её лёгкий испуг от вторжения. Вдох, и она расслабляется, льнет ко мне, пальчиками скользит от плеч к затылку, тянется к моим губам.

- Д-а-а-а...

Глотаю ее согласие вместе с жаром очередного поцелуя.

Возобновляю движение...

Ляля закидывает свои ножки мне на талию, увеличивая глубину вхождения.

- Дем-а-а... - моё имя в её звучании лучшая музыка, - я... - и затуманенный взгляд прячется за веером ресниц.

- Что моя маленькая?

- А-а-а-х...

Пальчики сильнее впиваются с кожу на плечах, прогиб спины и протяжное «да-а-а», срывают окончательно все, данные самому себе, установки не спешить.

Её бархатистая плоть сжимает меня в конвульсиях экстаза. Толчок, ещё и я присоединяюсь к ней.

- Ты как? - интересуюсь у малышки, проводя подушечками пальцев по скулам, целуя веки.

- М-м-м-м, - было мне ответом.

- Я приготовлю ванну.

- Хорошо, - соглашается, потягиваясь всем телом, и прикусывая нижнюю губу.

Ахер’***, детка, что ж ты со мной делаешь?..

Второй заход будет раньше, чем куранты отсчитают начало нового года.

Да-а-а-а...

Но вначале, все же, ванна.