Понты и пуанты

Глава 16

Амелия

Готовясь к этой поездке, мы арендовали шале с четырьмя спальнями, одна из которых теперь пустовала. Мне досталась комната с большой двухместной кроватью. Наташа решила не отставать и заняла комнату, где должны были разместиться родители Андреса.

- Предлагаю быстренько переодеться и пойти кататься, - воодушевленно проговорила мама, предвкушая начало отличного отдыха. – Нагуляем аппетит, а потом пойдем ужинать.

- Маш, может отдохнем? – спросил отец, устало усаживаясь в кресло. – Сначала сходим в ресторан.

- Нет, не хочу терять и дня. Покатаемся, а потом будем отдыхать, - мама подмигнула отцу. - Кстати, надо заказать столик в нашем любимом ресторане, а то вдруг мест не будет.

- Ладно, тогда ты пока закажи, а я отнесу вещи девочек наверх, - папа встал и взяв наши чемоданы покатил их к лестнице. Мы с Наташей пошли за ним.

- Хорошо, только не задерживайтесь, через двадцать минут сбор в гостиной, все должны быть готовы, - крикнула мама, листая страницы справочника.

Подняв наши вещи наверх, папа пошел собираться, а мы с Наташей разойдясь по разным сторонам дома отправились каждая в свою спальню.

Войдя в большую просторную комнату, отделанную деревом, я не стала сразу зажигать свет, любуясь притягательным видом из окна. Маленькие огоньки, разбросанные тут и там, освещали горные склоны. Небо было чистым с россыпью сверкающих звезд. Подойдя поближе, я улыбнулась, наблюдая настоящую зимнюю сказку за окном, и в этой чудесной сказке мы оказались снова. Прекрасная семейная традиция. Пребывание здесь дарило мне чувство безопасности и комфорта, но переживания за состояние Андреса никак не хотели меня отпускать. Чтобы между нами не произошло, мы не чужие друг другу и даже если из нашего брака ничего хорошего не вышло, мы партнеры на сцене. Мне небезразлично его здоровье… Поразмыслив немного, я все же достала телефон и отправила ему сообщение:

«Как ты себя чувствуешь?»

Было видно, что мой вопрос был прочитан, но ответа на него не последовало. Как угодно, больше ни за кем бегать я не собираюсь. Попытку сгладить конфликт я предприняла, дальше пусть сам решает как ему поступить.

Разбор чемодана пришлось отложить до вечера. Надев термобелье, я облачилась в свой новый ярко-желтый комбинезон, который мне подарила мама на Новый год. Надев шапку и нацепив очки на лоб, я спустилась вниз, засовывая в карманы перчатки. Родные уже обувались, а папа проверял все наше снаряжение перед выходом.

- Все готово, - закрывая чехол от лыж, произнес отец.

- Ну, с богом…

Мама с папой покатавшись с нами и немного разминувшись, отправились на сложный спуск, а вот мы с Наташей остановились на более безопасном. Я не могу рисковать, мои ноги должны быть в полном порядке, отпуск скоро закончится и мне снова возвращаться на сцену. Ноги - это мой рабочий инструмент, к которому приходится трепетно относиться и лишний раз не рисковать.

А вот родители пусть гоняют, мама приходит в полный восторг мчась со скоростью 80 км/ч, оставляя за собой снежную пыль. Мы начинали с ней учиться катанию на лыжах вместе. Помню, как ещё ребенком она привезла меня в Красную поляну и там, занимаясь с инструктором, мы делали свои первые шаги в этом зимнем виде спорта. Мама продвинулась дальше меня, ну ничего, когда-нибудь я обязательно составлю им с отцом компанию…

Мы замечательно проводили время, пока сестра не сделала уставший вид, реагируя таким образом на мое предложение прокатиться еще раз.

- Я больше не могу, - простонала Наташа. – Боюсь завтра не поднимусь, икры ломит.

Она упала на снег и поджав ноги, положила руки под голову, изображая будто спит.

- Ну ты даешь, - засмеялась я. Для меня такая нагрузка обычное дело, а вот Наташе конечно тяжело с непривычки. В детстве она тоже увлекалась балетом, но в юности решила стать учительницей. И мне кажется, что в этом деле она добилась успеха, ведь дети её обожают.

– А как на счет того, чтобы разочек скатиться на ватрушке? – предложила я, присаживаясь рядом с ней на корточки. Тут она сразу оживилась, а я знала, что Наташа просто обожает это делать.

- Я в деле…

Добравшись до проката, мы встали в очередь чтобы взять тюбинг. Наметив двухместный, я достала карточку, чтобы расплатиться.

- Здравствуйте, нам вот такой, - я указала пальцем на раздутый резиновый бублик зеленой расцветки.

- Тюбинги закончились, надо подождать, - голосом полным сожаления ответил розовощекий парень с крупной головой.

- Что он сказал? – спросила Наташа.

Я перевела сестре ответ. Для нее два языка родные – русский и польский, а на иностранном она сносно изъясняется на английском. Из иностранных я владею французским и также английским, поэтому с местными обычно переговоры веду я.

- Как закончились, а эти? – спросила Наташа, показывая на пять надутых «ватрушек», стоявших у сетки.

Я указала на них, и спросила продавца почему мы не можем прокатиться на свободных.

- На них бронь. Может пластиковые санки? – поинтересовался продавец.

Наташу они не устроили.

- Нет, мы подождем, - недовольно ответила сестра.

Мы встали с краю, но ждать нам не пришлось.

- Девчонки, хотите с нами? У нас два свободных места, - крикнул парень в оранжевой куртке. С ним был еще один в зеленом костюме, и у них был длинный четырехместный тюбинг.

- Амелька, поехали, - потянула меня сестра, а я стала упираться.

- Может подождем? – предложила я.

- Чего ждать? Поехали, заодно познакомимся, - произнесла она тихо, не шевеля губами. – Смотри какие подтянутые.

- Так вы едите? – крикнул один из них.

- Ну сестренка, пожалуйста.

- Ладно.

Один парень сел спереди, потом Наташа, за ней я и замыкал наш паровозик второй парень.

Оттолкнувшись, мы с легкостью покатились с горы. Молчаливое и неловкое начало в кругу незнакомцев сменилось громкими выкриками и смехом. Подпрыгивая на маленьких трамплинах наша четверка мчалась вниз, получая невероятное удовольствие от скорости и небывалой беззаботности от такой детской забавы. Было здорово до тех пор, пока руки замыкающего наш квартет не прошлись по моей талии и не дошли до попки. Это была неслыханная наглость. Я попыталась их скинуть, но он вцепился в мои ягодицы и не отпускал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- А ну отпусти, - перестав держаться я вцепилась в его руки.

- Никогда не отпущу, - произнес парень той самой наглой интонацией, которая при каждой нашей встрече вызывала во мне смешанные чувства. Голос сквозь балаклаву был приглушенным, но теперь я точно знала кто сидит за моей спиной и догадывалась, кто находился впереди. – Держись Лисичка, - ловким движением, он приподнял меня и обняв, сбросил с тюбинга вместе с собой. Мы покатились в сторону, кружась по заснеженной горе, от чего в голове будто все перемешалось. Его руки все также держали меня и остановившись, близнец извернулся и налег сверху. Ударив по снежному насту после безуспешной попытки скинуть его с себя, я находилась в шоке. Я даже не знала какие слова подобрать, потому что это нереально. Как они здесь оказались? Неужели преследуют меня? Ну не может это быть случайностью.

Сняв очки для сноуборда и оттянув балаклаву, близнец нагло улыбнулся.

- Привет, дорогая.

- Слезь с меня, - процедила я сквозь зубы.

- Если бы ты знала, как мне не хочется этого делать, - совсем не шутя ответил он. - Я так соскучился, - наклонившись, он коснулся моих губ своими теплыми губами, зарождая во мне ответное желание. Но поборов его, я наклонила голову в сторону, разрывая слияние наших губ. Его это не остановило, проведя дорожку из нежных касаний по щеке, он снова вернулся к губам. – Ну же Лисичка, сделай это. Дай снова почувствовать твой завораживающий вкус, - его слова сеяли во мне семена из сладкого запретного возбуждения и волнения. Его частое дыхание, задавало темп для моего. Он смотрел в мои глаза без насмешки или пошлости, этот взгляд был другим… Разомкнув губы и опустив веки я приняла его язык, касаясь своим.

- Амелия, я что-то не поняла, - произнесла сестра. Разорвав поцелуй, я посмотрела на неё, но больше всего мне запомнился сердитый взгляд рядом стоящего близнеца, который, не скрывая своего пренебрежения, смотрел на своего брата, лежащего на мне. Кто из них кто, я не знала, пока тот который устроился на моем теле не слез с меня. Протянув руку, он помог мне подняться, и повернувшись к сестре, сказал:

- Я – Гордей, парень Лисички.