#10. Нок

Рассвет хмуро окрасил набежавшие облака в розовый и застыл. Солнце затерялось в розовеющем мареве, и подул, наконец, свежий, прохладный ветер.

Нок обходила лужи, перепрыгивая с камня на камень. У колодца дождевая вода разлилась, точно море – не обойти, не перепрыгнуть. Девушка кинула большой камень в середину лужи, осторожно встала на него. Нормально, не качается. Можно опускать ведро в колодец.

Привычно глянула на ветки шелковицы и провела рукой по браслетам. Только бы сегодня не случалось с ней ничего страшного и необычного. Никаких предсказаний и никаких Незнакомцев… Пусть будет обычный день и спокойная ночь. Да пошлют духи удачу и покой на Корабельный двор мамы Мабусы.

С тяжелым ведром в руке Нок поднялась в зал и остановилась. За одним из столиков сидел, вытянув ноги, Незнакомец. Шляпа надвинута на глаза, руки лежат на столешнице. Большие ладони с потемневшими, давно нестриженными ногтями. Как он сюда попал? Кто ему открыл дверь?

Появилась мама Мабуса. Поставила перед посетителем кружку пива и мисочку с соленой рыбой. Сама села напротив и заговорила, радушно сверкнув белыми зубами:

– Вот она, эта Нок. Можешь сам посмотреть, почтенный. Только никак не возьму в толк, зачем она тебе.

Незнакомец ровным, низким голосом пояснил:

– Я говорил со жрецом Дим-Хааром. Могу купить и Нок, и двоих детей вместе с ней, если только мы сойдемся с тобой в цене, Мабуса. Я предложил цену, она тебя устраивает?

– Цена хорошая, Ог, – голос Мабусы зазвенел десятком радостных колокольчиков. – Такую цену кто еще предложит, почтенный? Значит, ты собираешься купить для себя девочку, на плече которой шесть цветочков? Хочешь иметь собственную жрицу в доме? Знаю я вас, охотников и рыбаков…

Ог никак не ответил на лукавые намеки мамы Мабусы. Все таким же ровным, уверенным голосом он ответил, цедя слова сквозь черную бороду:

– Нок еще не жрица, ее не посвящали Набаре. А что я хочу, тебя не касается. Если торг состоится, я забираю эту девчонку, мальчика и младшую девочку. За каждого ты получаешь по мешочку золота. Вряд ли столько тебе дадут в храме богини любви. Ты совершаешь выгодную сделку, а я получаю то, что хочу. И никаких вопросов. Ну что, ты согласна?

Нок втянула плечи и тихонько опустила ведро на пол. Сейчас со всей ясностью она поняла, что Незнакомец покупает ее, и мама Мабуса не откажет ему. И она сама ничего не сможет поделать. Никто не будет спрашивать ее, хочет она принадлежать охотнику или нет. Права выбора у нее нет. У нее вообще нет никаких прав, она рабыня и должна подчиняться.

Предсказание Хамусы сбылось очень быстро. Ог пришел за ней, платит золотом, и ничего поделать тут нельзя.

– Сделка состоится, – тут же отозвалась Мабуса, – еще как состоится. Я сейчас принесу свиток, и мы его подпишем. А ты пока ешь, рыбу я сама солила, она хороша с пряными травами.

Для того чтобы купить раба, нужны только подписи на купчей. Мама Мабуса достала из резного сундучка под прилавком свиток рисовой бумаги и спросила охотника:

– Умеешь писать, почтенный?

Он невозмутимо кивнул. Не притронулся к угощению. Так и сидел, вытянув ноги и надвинув на глаза шляпу.

Нок смотрела, как слегка подрагивают края свитка, как ложатся темные буквы, скрепляющие договор. Вот за перо взялась мама Мабуса, вот она помахала свитком, чтобы скорее высохли чернила.

После она обернулась и велела:

– Нок, не стой как дура. Иди, собирай вещи. И Ежу вели собираться. Охотник Ог купил вас троих, вместе с проклятой Травкой вашей – вот уже не думала, что удастся от нее избавиться. И заплатил за вас хорошо. Теперь, девочка, у тебя новый хозяин. А уж он решит, какому храму тебя продать. – И мама Мабуса засмеялась своей шутке.

Нок повернулась и вышла. Не зря она вчера потеряла браслет с руки. Не зря прыгали кости у Хамусы в хижине. Не зря встречался на пути Незнакомец. Он изменил ее судьбу. И теперь она станет не жрицей почитаемой в городе богини, а… Кем она станет? Личной рабыней бородатого охотника? Будет отдавать свою любовь только ему?

Ведь не для плантации же он купил их троих и заплатил такие огромные деньги. Все, что дал город за убитых драконов, все пошло в уплату за троих рабов. Ладно, она, Нок, стоит дорого – все благодаря цветкам на плече. А Еж не стоит мешочка золотых. За него хватило бы и серебра. Он же совсем еще мальчик, какой с него толк? Травку так вообще никто и даром не взял бы. Порченый, больной ребенок. Почему-то жрецы храма трясутся над ней, и Хамуса тоже. Больше никому Травка не нужна. Значит, охотник Ог купил их троих для себя.

У колодца возился Еж, осторожно мочил щеки и хлебал воду прямо с ладоней. Подпрыгивал на камне, точно воробей, ежился от ветра.

– Нас продали, – с убийственным спокойствием сказала ему Нок, – нас продали. И меня, и тебя, и Травку. Тому самому охотнику, что убил драконов для города. Иди, собирай вещи.

– Что? – удивленно хлопнул ресницами Еж. – Что надо делать?

– Вещи собирать, глупый. Мы уходим вместе с охотником Огом прямо сейчас.

– Ты шутишь. Напугать меня решила? Так я тебе и поверил, – хмыкнул Еж и плеснул на Нок водой из ведра.

– Вот появится мама Мабуса и покажет тебе, кто шутит, а кто нет. Она велела собираться. Сложи свои штаны в мешок и рубашку захвати. Если не веришь, сбегай и спроси у нее.

Нок повернулась и зашагала к хижине.

Малышка еще спала, развалившись на кровати. А вот Травка проснулась, будто почувствовала неладное. Она уселась на край кровати и принялась раскачиваться из стороны в сторону. Девочка всегда так делала, когда волновалась или чего-то боялась.

Нок задумалась. Что брать с собой? У нее две пары шаровар, две туники, одна рубашка для уборки и сна. И одна юбка, нарядная и цветастая. Может она брать с собой эту одежду или нет?

В храме Набары ей бы дали красивую одежду, новые браслеты. Нок бы почитали, ее ночи покупали бы. А сейчас ей купят новую одежду или она так и будет всю жизнь ходить в темных шароварах? Что ей придется делать теперь? Кто ей расскажет, как отдавать любовь, как угодить мужчине, как придать сладости ночам, которые мужчина будет проводить с ней? Мама Мабуса всегда говорила, что ее всему научат в храме Набары. А теперь кто ее будет учить? Бородатый и грязный охотник Ог?

Видать, он приметил на улицах Нок, и она показалась ему желанной и красивой. Потому он и решил купить ее для себя. Дикарь и болван! Купил бы ночь любой рабыни, так обошлось бы дешевле и толку было бы больше. Какой смысл получать удовольствие только от одной девушки, пусть даже и красивой, когда каждую ночь можно покупать разных?

Нок кинула на дно холщового мешка соломенную куклу – подарок Хамусы. Сунула пару штанов, тунику. Подумала немного и туда же забросила юбку. Ничего, мама Мабуса не разорится, если купит Малышке новую. Ей нынче перепало немало золота, на юбку должно хватить.

Девушка чувствовала, как злость все сильнее разгорается внутри нее, и ей захотелось выплеснуть все это, как выплескивает каждое утро ведро воды на пол в зале.

– Ну, что стоишь? – толкнула она Травку, – выходи давай.

У девочки и вовсе была одна рубаха, длинная, без рукавов. Нок иногда стирала ее и вешала на веревку на улице. На солнце рубашка высыхала за час. А пока она сохла, Травка разгуливала голышом. Вернее, не разгуливала, а сидела на кровати и перебирала бусы.

Наконец появился Еж. Он рассеянно взлохматил волосы и пробормотал:

– А мне что с собой брать?

– Штаны и рубашки, болван.

– Что, у меня рубашек много? Рубашка одна. Штанов двое.

Да, у него была одна рубашка, на особый случай. А так он обычно ходил с голым торсом. Иногда натягивал кожаный жилет, когда ходил в ночь ловить рыбу.

– Вот и бери с собой то, что есть. Мама Мабуса что тебе сказала?

– Сказала собрать вещи.

– Так что спрашиваешь?

Ог все так же сидел за столом, и перед ним по-прежнему стояла нетронутая кружка с пивом и полная мисочка рыбы. Что, охотники не едят рыбу? Нок бросила на него быстрый взгляд и опустила глаза. Теперь он ее хозяин, тем более не положено глазеть на него.

– Вот Нок, Травка и Еж, – громко пропела довольная мама Мабуса, – ты отправляешься с караваном, почтенный?

Охотник Ог поднялся, внимательно осмотрел всех троих и, не глядя на женщину, велел:

– Пошли. Пусть удача улыбается тебе всегда, Мабуса. И пусть золото не переводится в твоих мешочках.

– Да хранят тебя духи, охотник.

Загрузка...