Глава 2

Едва тренировка закончилась, я вновь оказалась в цепких руках рыженькой Дирры.

– Слушай, а здорово ты его отделала! – воскликнула девушка, подхватывая под локоток. – И волновой щит! Ты же говорила, что не умеешь!

– Я говорила, что умею в теории… А вообще, сама не ожидала. Оно как-то случайно получилось… – Ну вот, опять вру. Но выбора, увы, нет.

– Мне б такую случайность, – выдохнула девушка и потащила меня к выходу.

Тощий ухажёр рыженькой шагал рядом, в спину дышали ещё несколько парочек. Когда добрались до столовой, выяснилось – меня приняли в компанию. Временно, конечно, но…

– Так, знакомься! Это Милли, Веза, Син, Данек, Жез, Корин…

Сосватанная деканом приятельница перечисляла уверенно и бодро. Названные маги и магички столь же бодро кивали. Всем было ясно, что имён не запомню, вот только я запоминала, и ещё как.

Нет, ничего сверхъестественного, просто результат общения с папой. Вернее, обучения, которое прошла по его требованию. Не могу сказать, что те занятия доставили удовольствие или принесли настоящую пользу, но… выбора всё равно не было.

– Уже решила, кого брать в спайку? – спросила миниатюрная кудрявая шатенка, которую представили как Везу.

– Тренер посоветовал Мая…

Разговор завязался быстро, и общие темы, как ни удивительно, нашлись. Слушая байки из жизни сотрапезников, поймала себя на осознании: отправляясь в дурборскую академию, ужасно боялась, что студенческое братство меня не примет, что я, дочь одного из влиятельнейших людей Верилии, стану изгоем.

За соседними столами тоже царило оживление: народ делился впечатлениями о каникулах, планами и просто болтал. Взглядов, направленных в нашу сторону, было негусто, но чуть больше, нежели хотелось. Май и Джаст, выбравшие места неподалёку, отчаянно подмигивали и одаривали улыбками. Девичье трио, с которым познакомилась благодаря Киру, косилось и презрительно кривило губы. В общем, ничего особенного, ничего необычного.

А потом в столовой появился он…

Коренастый, стремительный и наглый до невозможности. Окинул зал цепким взглядом, прищурился, расчесал пятернёй копну огненно-рыжих волос и ринулся прямиком к нам. Вернее, ко мне…

– Какая встреча! – воскликнул тот, в ком без всякой подсказки опознала Питкара, того самого боевика с пятого курса. – Девочка моя, я уж и не чаял!

Он оказался рядом прежде, чем успела опомниться. Тут же завладел моей рукой – левой, потому что в правой вилка была – и потянул несчастную конечность к губам.

– Я сражен, – возвестил наглец. – Я смертельно ранен. Я…

– Пит, нарываешься! – рыкнул кто-то. То ли Май, то ли Джаст…

Рыжий предупреждению не внял. Легко подвинул сидящую подле меня Дирру и резво плюхнулся на лавку. В какой момент его рука оказалась на моей талии, я так и не поняла. А увернуться от лёгкого поцелуя в щёку просто не успела.

– Пит! – А вот теперь я точно опознала, кто ревёт: это был шатен Джаст.

Впрочем, Май от товарища не отстал:

– Руки повыдёргиваю!

– Какие планы на вечер? – продолжал наглеть пятикурсник. – Вдвоём побудем или на вечеринку по случаю начала учёбы сходим?

Последние слова сопровождались чавканьем – рыжий беззастенчиво подхватил с моей тарелки кусочек мяса и пихнул в рот.

Чего-чего, а такого хамства стерпеть не могла. Двинула локтем раньше, чем сообразила, что делаю. Ушиблась.

– Бедненькая, дай поцелую, – посочувствовал рыжий, но добраться до покалеченной части тела не успел – Май и Джаст подскочили.

Мои сокурсники на удивление слаженно ухватили рыжего за ворот и выдернули из-за стола. Дальше – больше: Май схватил выскочку за грудки, приподнял над полом. Джаст стоял сзади, то ли дожидаясь своей очереди, то ли страхуя, чтобы пятикурсник не удрал.

– Давно по морде не получал? – прошипел блондин. Его глаза приобрели зловещий стальной оттенок, но Питкар даже не думал пугаться.

– Да пошел ты, – выплюнул рыжий.

– Сам пойдёшь, – блондин по-прежнему шипел. – Девочка не про тебя, понял?

М-да… только драки нам не хватало.

Увы, мои мысли разделяли не все…

– Май, врежь ему! – донеслось с другого конца столовой.

– Пит, фиг ли болтаешься?! – Уже ближе, причём на порядок. – Бей гада!

Я мазнула взглядом по тарелке, в которой побывали пальцы Питкара, и выскользнула из-за стола. Коротко кивнула Дирре – кажется, рыженькая сокурсница была единственной, кто обратил внимание на мой манёвр – и поспешила к выходу. Боевики несносны по определению, но дурборские… просто слов нет.


На вечеринку по случаю начала учебного года я не пошла, сославшись на то, что мне чемоданы распаковать нужно. Дирра и Веза, которые к участию в этой авантюре склоняли, одарили понимающими улыбками. А вот Май, Джаст и Питкар, прознав о моём демарше, расстроились…

Пройти в женское общежитие парни не могли – в Дурборе, как и у нас, вход на девчачью территорию заказан для всех, кроме преподавателей. Уж не знаю, сколько сил в защитные заклинания вбухивают, но пробить их ещё никому не удавалось. В результате троица боевиков часа полтора маячила под окнами, но битва с моим упрямством была проиграна. Я даже почтовых журавликов, посланных парнями, не впустила.

Развесив платья, разложив бельё по ящикам комода и водрузив полученные учебники на расположенные над столом полки, я подхватила тетрадь с зарисовками структуры щитов и улеглась на застеленную тёмным покрывалом кровать. Увы, попытка уйти с головой в учёбу успехом не увенчалась – слишком много мыслей, слишком много переживаний. Неуместных, ненужных, но не изживаемых.

Три недели назад, когда отец пришёл в мою спальню и сказал, что смута неизбежна, я кивнула, и только. Не надо быть гением, чтобы понять: в королевстве, лишённом наследника, иначе не получится. Конечно, можно помечтать о том, что парламент сумеет обеспечить порядок и законное избрание новой династии, но… это именно мечты.

Их величество Рангар Второй из рода Олар слабее с каждым днём. Он давно не занимается делами собственного королевства, указы подписывает не глядя. По факту, вместо него правит первый министр – мой отец, господин Форан. И кому, как не отцу, беспокоиться о том, что будет дальше?

Конечно, отец не единственный – судьба Верилии заботит всю аристократию. Вернее, всех заботит один вопрос: кто следующий? Грызня за место под солнцем идёт уже давно. Их величество категорически отказывается назначать преемника, а знатные и именитые договориться между собой не способны. Вот и получается…

Я была готова к известию о будущей смуте. Абсолютно и полностью! Но я даже помыслить не могла, что отец, вместо того чтобы поддержать достойного кандидата, решит претендовать на трон.

Я пыталась отговорить, пыталась убедить, но… кому интересно моё мнение? Даже Рид на сторону отца встал. Меня отослали, спрятали от друзей и врагов, и… и теперь я здесь, а они там, в сердце грядущей смуты, в смертельной опасности.

Душа болезненно сжалась, в уголках глаз проступили слёзы. О Всевышний, как страшно! У меня же никого кроме них нет. Никого! Что, если они проиграют? Что, если…


Утро следующего дня началось вполне ожидаемо – не успела выйти из корпуса, как столкнулась с давешней троицей драчунов.

– Привет, – сказал Май.

Дирра, которая по-прежнему рьяно выполняла просьбу декана о помощи новенькой, и примкнувшая к ней Веза шагнули вперёд, загораживая меня от боевиков.

– Эмелис, извини за вчерашнее, – подал голос Джаст. – Мы не думали…

– Мы… – подхватил рыжий Питкар, – не нарочно.

– Давай начнём всё сначала? – опять Май.

– Пожалуйста, – добавил пятикурсник жалобно.

Ну что на это ответить?

Девочки оглянулись, а я кивнула.

– Мы проводим Эмелис до столовой, – сказал резко повеселевший Джаст. И добавил с подчёркнутой вежливостью: – Вы же не против?

Дирра и Веза спорить не стали, отошли. Я тотчас оказалась в окружении. К счастью, парни действительно угомонились – даже за руки хватать не пытались.

Путь к столовой лежал через аллею, разделяющую территорию академии на две части. По правде, занимал он от силы четверть часа, но мои провожатые шли очень неспешно. Я тоже не торопилась.

– Эмелис, прости, – начал Май. – Мы не хотели тебя напугать или обидеть.

– Вы не напугали.

– Но ты обиделась? – подключился Джаст.

– Нет. – И снова чистая правда.

– Что тогда? – влез в разговор Питкар. Он был на голову ниже моих сокурсников и чуточку ниже меня самой. Впрочем, если надену туфли без каблука, то мы, вероятно, сравняемся.

Я шумно вздохнула, сказала со всей серьёзностью:

– У меня есть жених.

– И что?

Парни удивились до того слаженно, до того дружно, что я споткнулась.

– У меня есть жених, – повторила громко, чётко, внятно. И добавила, как для тупых: – Я помолвлена.

– И что? – вновь изумились боевики.

Я остановилась, чтобы вглядеться в лица провожатых и найти там… ну хотя бы зачатки совести. Но увы.

– Я помолвлена. – Может, с третьего раза дойдёт? – Понимаете?

– Эмелис, детка… – вздохнул Джаст, поправляя камзол. – Мы в курсе, нам Дирра сказала. Но давай рассуждать здраво? Это сейчас тебе кажется, что переезд в Дурбор смерти подобен, что отмучаешься год и снова вернёшься к старым друзьям. Но поверь, всё совсем не так будет. Через неделю-другую втянешься и думать забудешь и о друзьях, и о женихе.

Я не выдержала, закатила глаза. Самоуверенность – главная черта боевиков. Они, как никто другой, умеют быть невыносимыми.

– Эмелис, ты можешь возмущаться сколько угодно, но это объективная реальность. Я не раз и не два видел…

– Джаст! – перебила я. – Ну с чего ты взял, что я этого не понимаю?

– Что тогда? В чём причина?

– Банальную порядочность рассмотреть не хочешь?

Шатен задумался, но только на мгновение.

– Порядочность – это хорошо, но в твоём случае – глупо.

– Это ещё почему?

– Ты не сможешь сдержать обещание, Эмелис. Во-первых, ты слишком молода и неопытна. Во-вторых, мы слишком напористы. В покое тебя не оставим, даже не надейся. Ты всё равно влюбишься, но если будешь держаться за память о своём женихе, это будет болезненно и неприятно. Лучше сразу признай, что погорячилась, давая обещание, и живи в удовольствие. Иначе рискуешь мучиться угрызениями совести, ну и… нас мучить.

– Вас?

– Ну да, – встрял Май. – Ты же понимаешь, что твои страдания нам не безразличны. Твоя нерешительность тоже по нервам бьёт.

Мне всё это чудится, правда?

– Эмелис, мы не железные, – внёс свою лепту Питкар. – Так что имей совесть!

Я… я просто не нашлась с ответом. Сделала подчёркнуто глубокий вдох и продолжила путь к столовой. Нет, дурборские боевики определённо круче наших. И наглее раз в сто!

Впрочем, если совсем честно, в родной альма-матер проблем с боевиками не было по одной простой причине: все знали, чья я дочь и чья невеста. А тех, у кого случались приступы амнезии, вразумляли двое аспирантов – приятели Рида. Я с самого начала понимала, что здесь, в Дурборе, придётся выкручиваться самой, но… Впрочем, ладно, прорвёмся.


Завтракала в компании Дирры и её друзей. Те, как и в прошлый раз, принимали крайне доброжелательно, сыпали шутками и байками. О вчерашней вечеринке, которая проходила в этой самой столовой, тоже рассказали, но я не впечатлилась. Чужому празднику радоваться сложно.

Единственное, что действительно позабавило, – назойливое желание Жез поговорить о Кирстене. Мол, пришёл весь такой-разэтакий, лоснящийся и умопомрачительный, но ни с кем не танцевал, зато распивал с сотоварищами тайно принесённое вино.

Я удивилась: почему вино принесли тайно? Им ведь по двадцать, а в двадцать уже можно. И тут же узнала, что в дурборской академии, в отличие от нашей, хмельные напитки строго запрещены. Смысл подобного запрета так и не поняла…

А потом была первая настоящая лекция – та самая теория щита, которую лично декан ведёт. Учебную программу я опережала, но записать лекцию не поленилась и, как оказалось, не зря. Госпожа Флесса отличалась нестандартным видением, некоторые замечания по построению кристаллической решётки всерьёз озадачили, и когда прозвенел звонок, я уже точно знала, что ближайшие несколько вечеров проведу за чтением конспектов за четвёртый и пятый курсы. Благо достать их труда не составит.

Увлечённая этими мыслями, я напрочь позабыла о предупреждении Дирры, что следующей в расписании сдвоенная пара физического анализа боевых систем, в просторечии физана. Нет, в самом предмете ничего особенного, он вообще до жути интересный, вот только… защитники и боевики учат его вместе.

Я шла в самом хвосте группы. Моя «опекунша» о чём-то заболталась с Везой, остальные заговаривать пока не спешили – у девчонок и без меня тем для разговоров хватало. Каникулы, парни, вчерашняя вечеринка, в конце концов. В итоге в аудиторию вошла последней и тут же услышала:

– Эмелис, солнышко моё…

Честно попыталась споткнуться, но мне не позволили – учтиво поддержали за локоть. Потом приобняли за плечи и сообщили доверительным тоном:

– Сегодня ты со мной.

– Что? – Я несколько опешила.

– Мы с парнями договорились, – сообщил Май, – что ухаживать будем по очереди. Тянули жребий. Я первый.

У меня от изумления даже рот приоткрылся, а блондин нагло отобрал сумку с учебниками и поволок к проходу. Аудитория представляла собой амфитеатр, так что манёвр Мая увидели все. Притихли.

– Ты что себе позволяешь?! – прошипела я.

– Эмелис, детка…

– Какая я тебе детка?!

– Эми… – боевик остановился, чтобы заглянуть в глаза, и обнаружил бурю гнева.

– Меня не Эми зовут. Меня зовут Эмелис! – По-прежнему изображаю змею.

– Детка…

Я шагнула к Маю и не без удовольствия впечатала каблук в его ногу. Блондин скривился, но не отпустил. Зато голос стал жалобней, чем у брошенного котёнка:

– Эмелис, ну пожалуйста… дай мне шанс.

– Какой шанс? Какой, к дохлому гоблину, шанс?! – рыкнула я, пытаясь отобрать сумку.

Но парень стоял на своём. Боевики, они вообще отступать не приучены.

– Ну хотя бы посидим рядом, а? Всего две пары, Эмелис…

Я тоже сдаваться не собиралась, но в этот миг в аудиторию вошел преподаватель. Продолжать спектакль при нём? Глупо как минимум. Вон, уже глядит, изогнув бровь, и восхищаться игрой актёров явно не собирается.

– Ладно, – прошипела Маю. – Но если тронешь меня хоть пальцем…

Боевик спешно убрал руки и изобразил самую милую улыбку.

Пользуясь желанной свободой, я уселась на первый ряд, поближе к кафедре. Блондину мой выбор не понравился, но возражать было поздно.

– Ну что, все угомонились? – выдержав красноречивую паузу, вопросил препод. Он был низок, худощав и лыс и сильно напоминал упомянутого в сердцах гоблина.

Мы дружно закивали, чтобы тут же услышать подлое:

– В таком случае уберите учебники. Мы начнём с контрольной.

По аудитории пронёсся слаженный, исполненный вселенской тоски стон.

– Но господин Ликси… – попытался возразить кто-то из парней.

– Две контрольные? – спросил «гоблин» едко.

Спор, разумеется, тут же прекратился. Учебники со столов исчезли, перья и чернильницы остались. Листки с заданиями препод раздавал лично, начиная с последнего ряда. У нашего стола задержался дольше – пристально изучал новенькую, то бишь меня.

– Из Верилии? – спросил Ликси.

Я кивнула.

– На поблажки не надейся, – сообщил «гоблин», круто развернулся на каблуках и направился к преподавательскому столу.

М-да… дурборские маги не перестают удивлять.

– Ликси всех девчонок недолюбливает, – шепнул Май. А потом придвинулся ближе, сказал тем же шепотом: – Знаешь, ты когда сердишься, ещё красивее становишься.

Вот ведь… ни ума, ни фантазии!

– Ничего банальнее придумать не мог?

– Эмелис, я не шучу, – сказал блондин, водружая руку на мою коленку.

Я в этот момент как раз крышку чернильницы отвинтила. Искушение плеснуть в самодовольную физиономию было ой как велико, но я сдержалась. Ограничилась тихим шипением. Боевику хватило ума убрать шаловливую конечность, и мы, наконец, погрузились в изучение полученных заданий…

Тот факт, что в дурборской академии учат не десять, а всего шесть лет, на программу, разумеется, влиял. Она была жёстче, насыщенней. Я с самого начала знала, что опережаю, но ректор, с которым встретилась сразу по прибытии, предупредил – расслабляться не стоит, дальше будет сложно. Возможно, слишком сложно.

Описывая физику и параметры щита, который наилучшим образом отразит атакующее заклинание с заданными показателями, я вспоминала тот разговор и искренне радовалась. Пусть! Жёсткость и лёгкий шовинизм «гоблина» тоже понравились – лишний повод засесть за учебники и зубрить.

Зубрить и не думать о том, что творится дома. Не вспоминать, не строить догадок, не дрожать. Я ведь всё равно не могу повлиять на события. Я ничего не могу… и такой беспомощной себя чувствую, что выть хочется.

– Время! – сообщил господин Ликси спустя полчаса. Тут же поднялся из-за стола и пошёл собирать листки с заданиями. Опять сам, словно кроме него никто со столь «сложной» задачей не справится.

Я сдавала контрольную с затаённой гордостью – как же, всё написала и в каждом слове уверена. И как-то не подумала, что радоваться рано, ведь Май тоже с заданием закончил и снова… совершенно свободен.

– Эми… – прошептал блондин проникновенно. Попытка положить руку на мою талию была предотвращена с помощью тычка локтем в бок. – Эми, ты уже решила, кого выберешь?

Моему взгляду могла бы позавидовать нечисть всех семи миров, и трёхрогая гидра в придачу. То есть мои слова о женихе и категоричное «нет» совсем побоку?

– Я имею в виду спайку, – пояснил блондин не без ехидства.

Ах… вот он о чём…

– Нет, не решила. Но, скорее всего, попрошу Джаста составить мне компанию.

На лице Мая такое удивление, такая обида проступили.

– А почему не меня?

– У тебя уже есть пара для тренировок. Ты в спайке с Кейном.

Я отлично помнила, как Май и Кейн – единственный мужчина-защитник на нашем курсе – работали вчера. Очень чётко, очень слаженно. Разбивать такую спайку глупо и некрасиво по отношению к коллеге.

– И что? – возмутился блондин. Кажется, хотел сказать что-то ещё, но…

– Девушка! – рыкнул «гоблин». – Как вас там? Из Верилии!

Я не стушевалась, но смутилась изрядно. Даже покраснела, кажется.

– Быстро к доске!

Маю пришлось встать, чтобы выпустить меня. Прежде чем я шагнула в клетку с тигром, блондин успел шепнуть:

– Не бойся. Ликси всегда такой.

Отличное напутствие! Его-то мне и не хватало!


Стоять перед толпой фактически незнакомых людей и слушать отповедь, мягко говоря, неприятно. Ещё неприятней, когда отчитывают крайне едким тоном и… ну ни за что! Думаю, Ликси отлично понимал, кто тот разговор начал, но препод… он получал удовольствие, не иначе.

– Девушка, должен вам сообщить, – вещал «гоблин», – что здесь не светский салон, а серьёзное учебное заведение. Возможно, у вас, в Верилии, иные порядки, но у нас, в Дурборе, принято слушать преподавателя. И если вы прибыли в нашу академию, чтобы болтать, то спешу заверить – вы тут не удержитесь. И никакие знакомства, никакие протекции, вам не помогут.

Это он на протекцию ректора сейчас намекает, да? Что ж, имеет право. Если бы не ректор и… некоторая сумма в золоте, меня бы здесь не стояло. Я бы сидела где-нибудь в провинции, под надзором, за десятью засовами.

– Не знаю, как у вас, а у нас, в Дурборе, физический анализ боевых систем считается одним из ключевых предметов, – продолжал бесноваться лысый. – Без удовлетворительных оценок по плановым контрольным вас к сессии и близко не подпустят. А с таким отношением к учёбе хороших оценок по моему предмету вам не видать! Вы понимаете, девушка?

Я покорно кивнула.

На следующий выпад снова кивнула.

На третий тихо извинилась.

На чётвёртый… начала злиться. Ну сколько можно?

Сокурсники глядели с сочувствием. Боевики и защитники сидели преимущественно парочками, точь-в-точь как… у нас, в неоднократно упомянутой Верилии. И… шептались. Все! Без исключения! Вот только на их болтовню господину Ликси было плевать!

Неудивительно, что к тому моменту, как препод прекратил плеваться ядом и скомандовал взять мел, я пребывала в состоянии лёгкого озверения.

– Итак! – воскликнул лысый. – Параметры атаки…

Я искренне полагала, что вот теперь всё. Думала – отмучилась! Просто я физан действительно люблю и проблем с решением задач никогда не имела. Но «гоблин» заготовил подлость – щит, который был бы действительно эффективен против той атаки, параметры которой он озвучил, мы проходили только в теории. Рассчитать показатели и уровень приложения силы я не могла в принципе.

Если б не получасовая отповедь, я бы опустила ресницы и призналась в собственной тупости, но предел моего терпения был достигнут. Я начала расписывать тот вариант защиты, который соответствовал уровню знаний моих сокурсников. Да, как учащаяся верилийской академии я знала больше, но… мы же в Дурборе, тролль его раздери!

Спор? Он был неизбежен.

Конечно, Ликси принялся объяснять, что я не права, что этот щит средней эффективности и задача, соответственно, не решена. Я не постеснялась объяснить, почему даю именно такой щит и именно такие параметры.

Слово за слово, аргумент за аргумент, и…

– Эмелис!

Вау, то есть «гоблин» всё-таки знает моё имя? Ну надо же!

– Эмелис, вы понимаете, что мой предмет вы не сдадите?!

Только Всевышний знает, каких усилий мне стоило удержаться от крайне неприличного жеста в адрес препода.

– Я понимаю, что, принимая у меня экзамен, вы будете рыдать от умиления!

– Что-о-о?!

– У меня достаточно хорошая дикция, господин Ликси. Вы прекрасно расслышали мой ответ.

После этих слов лысый откровенно позеленел, потом указал на место рядом с Маем и выплюнул:

– Сидеть и молчать!

Ладно, война так война. Никогда с преподами не воевала, но… новое место учёбы, новые правила. Ведь так?

Остаток пары прошёл в очень нервном ключе. Ликси выписывал на доске непонятное никому решение задачи, поджимал губы и опять плевался ядом – не прицельно, а так, в пространство. Я сверлила препода взглядом и старательно переписывала предложенное им решение в тетрадь. Май, который снова попытался подкатить с вопросом о спайке, был послан безмолвно, но очень грубо и далеко. Остальные студиозусы… а что с них, с остальных, взять?

Когда прозвенел звонок и Ликси соизволил махнуть рукой, подтверждая – занятия окончены, я подхватила сумку и первой поспешила к выходу.

Блондин умудрился поймать за локоть, шепнуть:

– Эми, ну ты чего? Расстроилась, что ли?

– Не называй меня Эми! – рыкнула я. – И не подходи больше! Сказала же – я помолвлена. По-мол-вле-на!

Блондин благоразумно отвял. Было совершенно очевидно, что это не навсегда, но хоть что-то.


Следующие два дня прошли вполне мирно и спокойно, если не считать одного момента – мне дали прозвище. Оно было простым и совершенно неоригинальным – Мелкая! Я возмущаться не стала, отлично понимая: чем громче споришь, тем крепче прилипнет. А потом вообще плюнула на это дело.

Ну да, мелкая и есть. Ростом не вышла, возрастом тоже. Да ещё похудела накануне перехода в Дурбор – просто на фоне всех событий кусок в горло не лез. Здесь, в академии, проблемы с аппетитом продолжились, но были не такими глобальными, как раньше. Я даже на ужин ходила… разок.

А на третий день случилось закономерное и неизбежное – тренировка.

Питкар, слава Всевышнему и Богине, тренировался с пятым курсом. Май уже имел спайку, и я точно знала, что разбивать эту команду не буду. Так что выбор был очевиден.

Дожидаться, когда парни пойдут в новую атаку, не стала. Самолично выловила Джаста после первой пары, сказала:

– Джаст, я бы хотела тренироваться в спайке с тобой. Ты не против?

Шатен расплылся в улыбке и сделал шаг вперёд в явном намерении обнять. Я спешно отступила и выставила руку в упреждающем жесте.

– Джаст, давай обойдёмся без фамильярностей.

Улыбка боевика стала шире, глаза цвета шоколада блеснули азартом.

– Джаст…

– Эмелис, ну о какой фамильярности ты говоришь? Я всего лишь хочу обнять свою боевую подругу.

Ну да, ну да.

– К тому же сегодня моя очередь за тобой ухаживать. Потрясающее совпадение, правда?

Я фыркнула и одарила шатена ледяным взглядом.

– Мне думалось, твоя очередь была позавчера.

– Да, верно, – сказал боевик, улыбаясь. – Но мы с парнями посоветовались и решили дать тебе передышку. Ты же с Ликси поссорилась, нервничала, переживала.

Переводя на нормальный язык – они просто боялись под горячую руку попасть. Что ж, приятно! Оказывается, толика ума у дурборских боевиков всё-таки есть.

– Эмелис, ты такая удивительная… – Джаст перешёл на шёпот. – Я когда тебя в первый раз увидел – остолбенел. Твои глаза цвета небесной лазури, твои волосы цвета золота… А ещё, знаешь, мы так отвыкли видеть девчонок в платьях, а ты всё время…

– Джаст, прекрати!

Прекратил, состроил покаянную моську.

– Джаст, давай обойдёмся без этого? Я не смогу тренироваться в спайке с человеком, который…

– Неровно к тебе дышит? – перебил шатен. – Прости, солнышко, но тогда тебе придётся тренироваться с фантомом.

Моё изумление было, мягко говоря, огромным.

– Что? У вас есть фантомы, имитирующие атаку? – просто у нас, в Верилии, таких отродясь не было. Но не потому, что их в природе не существует, просто фантомы стоят очень дорого, и так как боевиков всегда больше, чем защитников, тратиться на подобные «глупости» руководство нашей академии отказывалось категорически.

– Нет, конечно, – расплылся боевик. – Кому они нужны, если есть мы?

Вот… вот зачем так делать, а? Сперва дать надежду, а потом столь жестоко её отнять!

– Зато у нас есть Даяна, Лим и Карас, – продолжал глумиться парень. – Если очень сильно попросишь…

Ага, делать мне больше нечего. А то я не знаю, что девчонки выбрали профиль «без прикрытия». Кстати, в реальном бою он самый рисковый, но при этом крайне эффективный. Он рассчитан на скорость, на слом шаблона – ведь боевик всегда работает в паре, а пара ограничивает. Спайке трудней пробраться в тыл врага или забраться по замковой стене, а уж уйти после такой атаки живыми…

– Ты предлагаешь разбить спайку Май-Кейн? – вопросила я.

Улыбка с губ боевика слетела.

– Эмелис, не дури.

– Это моя реплика.

Шатен нахмурился, сложил руки на груди. Сказал, выдержав очень долгую паузу:

– Ладно, Мелкая. Во время тренировок буду паинькой, но вне арены – сама понимаешь…

Я закатила глаза. О Всевышний! Ну хоть что-то!

– Если вам троим так нравится тратить время впустую – пожалуйста, я не возражаю. Но мой ответ останется неизменным. Нет. Нет! И ещё раз нет!

И опять мне дарят улыбку. Широкую и светлую.

– Это ты сейчас так говоришь, детка, – заверил боевик.

На том и разошлись, чтобы встретиться через два часа, под белоснежным защитным куполом…

Наш разговор с Джастом никто не слышал, но вся группа боевиков видела, как мы стояли в сторонке. Догадаться, о чём шептались, несложно, но… Мая в этот момент рядом не было. Поэтому, когда я взяла защитный амулет и шагнула к Джасту, лицо блондина вытянулось, глаза округлились.

– Мелкая?.. – позвал боевик возмущённо.

Я на реплику не среагировала. Сопровождаемая шатеном, поспешила к тренеру: нужно сказать, что определилась со спайкой. И хотя господин Канг рекомендовал именно Мая… в общем, думаю, препод поймёт.

И он действительно понял.

– Сегодня будете стоять против Дирры с Фесом, – сообщил Канг. А когда сокурсники разбились на пары и слегка угомонились, скомандовал зычно: – На позицию! Приготовиться…


Вариантов магических щитов очень много, от простейшего базового до высшего физического. В процессе обучения мы пробуем выстраивать все типы, но основной упор всегда идёт на защиту подкласса «пара».

К этому подклассу относятся щиты, способные пропускать так называемую внутреннюю энергию, то есть пропускать атаки боевика, который стоит под щитом. Поэтому поединок в спайке возможности защитника вообще-то ограничивает, но это одно из тех ограничений, которые можно обойти.

Говорят, всё не просто так. Говорят, всё случилось потому, что, создавая наш, первый из семи миров, Всевышний и Богиня повздорили. Врут, дескать, Богиня осерчала настолько, что взяла в руки не то сковороду, не то скалку и попыталась вразумить супруга не только словом. Всевышний вроде как увернулся и даже извинился, но когда настало время наделять людей магией, ссору припомнил. Именно поэтому дар боевой магии был отдан мужчинам, и только им.

Богиня тоже склерозом не страдала и, увидав, что сотворил муж, опять рассвирепела. Топнула ногой и наказала: дара защитной магии мужчинам не видать! Он пробуждается только у женщин, и никак иначе! И снова взялась за скалку…

А чуть позже, когда создатели помирились и, нежась в объятиях друг друга, признали ошибки, исправлять ситуацию было поздно. Всевышний слишком вынослив в постели, а Богиня, если верить сказителям и сплетникам, слишком ненасытна, и за то время, пока создатели выясняли отношения… в общем, действительно поздно стало.

Но супруги не смирились, они внесли небольшое, но существенное дополнение. Наказали: соединившись, боевой маг и защитница способны усиливать друг друга и сглаживать недостатки.

Нас всегда уверяли, что речь о духовном единении. Нет, я до сих пор в это верю! Но, как говаривала одна моя подруга, пути к духовному единению бывают разными. Есть короткие, есть длинные, кривые и прямые, толстые и… впрочем, неважно.

Важно то, что Дирра и Фес были настоящей спайкой, они знали друг друга вдоль и поперёк. Их души были связаны настолько прочно, что о такой глупости, как защита подкласса «пара», эти двое не вспоминали. Даже кристаллический щит, который считается самым устойчивым к прохождению внутренней энергии, атакам Феса не мешал.

А мы с Джастом даже приятельских отношений не имели, поэтому нам приходилось изгаляться.

Пару раз его огненные шары вязли в моей двухслойной отражающей защите. Один раз я едва успела выставить дополнительный щиток, чтобы сбить «ледяную стрелу» Феса, которая бы непременно пробила, потому что мне пришлось ослабить поле, чтобы пропустить атаку Джаста. Трижды сама чуть не пропустила удар, потому что оглядывалась на партнёра в попытке понять, чем он будет атаковать. Ну и ещё несколько эпизодов по мелочи.

В родной академии таких проблем не было. Два постоянных партнёра по тренировкам – отличные ребята. Мы вместе обедали, вместе пили эль и вообще дружили. И бились в итоге не многим хуже тех, кто собирался пожениться после выпуска.

А спарринг в компании Джаста… закончился вничью.

Загрузка...