Глава 20

Ближе к вечеру всех адептов пригласили в большую залу, где проходили собрания. Меня накрыло ощущением дежавю, последний раз, когда пропала Аврора, всё было точно так же. Неужели нас будут отчитывать при всех? Или сам император-дракон скажет, что мы во всём виновны?

— Нам несдобровать, — тряслась Дейзи, то и дело теребя складки на своей юбке.

— Тебе-то что переживать? — хмыкнула Глория. — Ты просидела в подсобке закрытая всё это время.

— За намерения тоже порой наказывают, — покосилась на разноглазку некромантка.

— Я возьму всю вину на себя, — попыталась успокоить я подруг. — В конце концов, я стащила ключ, открыла дверь, по моей вине всё произошло… Надеюсь, профессор Суинтон успела помочь Зури.

— Уверена, что успела. Она же глава ковена! Для неё нет ничего невозможного, — с важным видом сказала Глория.

Войдя в залу, мы встали, напряжённо глядя на возвышенность, с которой обычно вещали преподаватели. Сейчас там не было вообще никого. Я осмотрелась по сторонам, словно подозревая, что все уже знают о нашей провинности. Но адепты переговаривались между собой, нисколько не обращая внимания на нас. Лишь подруги Авроры, заметив мой внимательный взгляд, поджали губы и отвернулись. Одна даже показала мне неприличный жест.

— Вот же стервы, — услышала я шёпот Глории. — Когда-нибудь мы их накажем, правда, Селеста?

Пальцы разноглазки любовно огладили змею, которая овивала её шею. Та открыла глаза, сверкнувшие ярким изумрудом, и довольно прищурилась, будто бы уже представляла в голове план мести.

— Думаю, лучше с ними не связываться, — прошептала Дейзи. — Потом проблем не оберёмся.

— Тс-с, — прошипела я, увидев, что Виридиан встал на трибуну. Мы все приготовились слушать ректора. Я подметила, что дракон стал ещё бледнее, его лоб покрылся испариной. Наверняка Дину плохо! Мне хотелось помочь ему хоть как-то. Но что я могла сделать?

— Адепты! — слегка хриплый голос Данталиона разнёсся по зале. — За четыре месяца убийца адептки Грант так и не был найден. Это ставит под сомнение не только компетентность полиции, но и мою.

— Как так?

— Ректор-то здесь при чём?

— Что происходит?

Повсюду раздавались удивлённые возгласы ребят. Я бросила взгляд на подруг. Мы-то думали, что речь пойдёт о том, что мы сотворили. И что всех нас ждёт публичное наказание.

Виридиан между тем продолжал:

— Сегодня к нам прибыл высокопоставленный гость, который крайне озабочен возникшими в академии проблемами.

Все вокруг принялись гадать, кто же это. Но мы уже знали ответ.

Вперёд вышел глашатай и громогласно произнёс:

— Божественный дракон-император Харальд Данталион!

Адепты дружно ахнули, склоняя головы. Мы последовали всеобщему примеру, а когда разогнулись, поняли, что в зале повисла звенящая тишина, прерывая лишь лёгким, едва слышным шуршанием, которое издавали сферы-светильники перемещаясь под потолком, но даже они казалось замедлили движение, чтобы получше рассмотреть стоящего на постаменте мощного дракона с венцом на голове.

Я с любопытством оглядела императора с головы до ног. Даже подумать было невозможно, что он отец Дина, ведь на вид стоящему перед нами дракону было не больше сорока пяти!

Хотя все знают, что император-дракон живёт сотни лет, так что это вполне объясняло его молодость. Длинные светлые волосы волнами ложились на мускулистые плечи, внушительность которых не могла скрыть даже богатая аристократическая одежда. Брови были сведены к переносице, но это нисколько не портило правильных черт лица императора-дракона. В каждом его взгляде и движении сквозили властность и могущество.

— Ехидна! Он великолепен! — прошептала Глория. — Я же не смогу теперь уснуть…

Мне даже показалось, что я услышала, как она облизнулась. Ну вот… В ближайшие месяцы только его и будет вспоминать. Дейзи бросила на меня взгляд и закатила глаза, сдержав хихиканье.

— Приветствую вас, адепты академии «Навилетт», — раздался глубокий бас императора.

— Ах… — восхищённо вздохнула Глория. — Я его не слышу, нужно подойти поближе!

— Почисти уши, всё отлично слышно, — пробурчала я.

Но разноглазка уже схватила нас с Дейзи под руки и начала со свойственным ей напором пробиваться ближе к трибуне, где стоял император Харальд.

— Я крайне озабочен происходящими здесь событиями. И тем, что виновный до сих пор не найден! — продолжал свою речь император.

Мы стояли теперь прямо перед ним, в этот момент я была готова прибить Глорию! Мне хотелось держаться от этого дракона подальше, но подруга совсем не думала о нашей безопасности! Вдруг взгляд императора упадёт на нас, наверняка он уже в курсе того, что мы натворили и…

В этот момент зелёные глаза остановились прямо на мне. Я хотела отвернуться, но заставила себя не делать этого. Мне показалось, что губ императора коснулась лёгкая улыбка. Затем он отвернулся и продолжил свою речь о том, как важна безопасность в академии, и как непозволительно то, что убийца до сих пор на свободе.

— Он посмотрел на меня! На меня! — отчаянно зашептала Глория.

Я сглотнула, не желая с ней спорить.

— Ехидна! Он даже улыбнулся! — разноглазка поправила и так тщательно уложенные светлые локоны. — Как думаете, к нему можно подойти, или император ходит с охраной? Я надела свои лучшие украшения…

— Глория, хватит, — умоляюще произнесла Дейзи. — Мне и так не по себе. Неспроста он приехал, ох неспроста.

— Думаете, ректору несдобровать? — спросила разноглазка, буравя взглядом императора-дракона.

— С чего бы это? — насупилась я. — Он ничего не сделал!

— О-о, — ухмыльнулась Глория, повернувшись ко мне. — Раньше ты считала совсем по-другому. Или всё дело в…

— Ш-ш, замолчи! — шикнула на подругу я. — Кто-нибудь услышит.

— В истинности! — громко сказала Дейзи, которую мы уже посвятили во всё, что произошло.

Это слово прозвучало очень громко в стоящей вокруг тишине. Потому что именно в этот момент император-дракон закончил свою речь, половину которой мы прослушали переговариваясь.

Сотни пар глаз обратились на нас. Я густо покраснела и уставилась в пол. Ну вот… ещё этого не хватало. Опять поползут слухи. Дейзи и сама смутилась, принявшись ещё отчаяннее теребить юбку.

Уже почти вечером, когда мы слегка успокоили нервы чаем с ромашкой, а Глория пошла к себе, в дверь постучали. Я отложила домашнее задание, в котором вяло ковырялась и открыла дверь. Передо мной стоял высокий мужчина, которого я никогда раньше не видела.

— Император Харальд Данталион желает видеть вас, Мирабелла Зирафель! — произнёс он строгим, не терпящим возражения голосом.

— Кого? Меня? — пискнула я, поражаясь как тоненько может звучать мой голос.

Мужчина окинул меня с головы до ног пронзительным взглядом, будто бы и правда сомневаясь, что меня. Но затем всё-таки кивнул.

Я обернулась, выразительно посмотрев на ошарашенную Дейзи и совсем обалдевшего Зефира.

Енот тут же вскочил и побежал ко мне, намереваясь идти с нами.

— Фамильяра брать нельзя, — приказным тоном сказал мужчина.

— Почему это? — возмутилась я.

Зефир недовольно засопел, я видела, что его глазки уже выбирают место получше, чтобы вцепиться наглецу в щиколотку.

— Его величество не любит животных, — пояснил мой собеседник.

— Фамильяры не просто животные! Они наши друзья! — решилась вступиться за нас Дейзи, прижимая к себе свою крыску.

— Нельзя, — строго оборвал её гонец императора.

Я вздохнула, кинув страдальческий взгляд на Зефира:

— Подожди меня здесь.

— Изабелла так же говорила! И где она теперь? — принялся возмущаться енот.

Я не стала его слушать, просто выскочила из комнаты и затворила скорее дверь.

Пока мы шли с наглым мужчиной, который даже не представился, в преподавательское крыло. Я успела прочувствовать все спектры страха и волнения. Зачем я нужна императору-дракону? Он думает, что я убила Аврору? Вряд ли… Иначе бы со мной говорил не он, а полиция. Хочет изощрённо меня наказать за то, что мы натворили в храме? Нет. Тогда меня бы позвали к какому-нибудь пыточному мастеру, а не божественному императору-дракону.

— Проходи, — открыл мне дверь мой провожатый.

В горле мигом пересохло, я сглотнула и сделала шаг внутрь.

Комната чем-то напомнила покои Дина, от этого в душе стало ещё волнительнее. Император стоял полубоком, держа в руке стакан с водой. Вблизи он выглядел ещё величественнее.

— Не стой на пороге, — он повернулся, окинув меня нечитаемым взглядом.

Я почувствовала, как у меня задрожали коленки.

Но дракон, должно быть, не подозревая о моих переживаниях решил добить меня:

— Должен же я познакомиться лично с истинной моего сына.

И он туда же…

Я нахмурилась, не зная, как положено себя вести в присутствии императора, но в итоге просто поклонилась.

— Добрый вечер, ваше величество, — выдавила я, складывая руки на груди и надеясь, что голос не выдаёт моё внутреннее смятение.

— Мирабелла, — задумчиво произнёс моё имя Харальд Данталион. — Кто бы мог подумать, что это будешь именно ты.

— Не знаю, что вам сказал наш ректор, но знайте, ничего ещё не доказано! — покачала головой я.

Император внезапно рассмеялся:

— Ты очень похожа на свою мать.

— Вы знали мою маму? — удивилась я.

— Конечно. Она была одной из самых выдающихся глав ковена. Великая ведьма.

— Поэтому вы ничего не сделали, когда она пропала? — вырывалось у меня с горечью.

Потому что вот он здесь, передо мной. Самая влиятельная и могущественная фигура в империи. Хвалит мою мать напоказ, но сам даже ничего не сделал, чтобы помочь ей. Им всем нет никакого дела до неё…

— Мирабелла, — мягко произносит дракон, глядя на меня с пониманием. — Мы пытались. Но из междумирья не возвращаются… Мне действительно жаль.

Я ничего не ответила, вперившись взглядом в узор на обоях. Пусть говорят, что хотят. Пусть хоть сами боги скажут, что шансов нет. Я не успокоюсь.

Император тоже молчал, давая мне время.

— Простите, — пробормотала я, осознавая, что позволяю себе лишнее. — Вы ведь позвали меня не просто так. А я уже тут наговорила всякого.

— Да. Виридиан говорил, что для тебя это больная тема.

Упоминание Дина вызвало странное волнение. Я вспомнила его сегодняшнюю речь…

— Вы приехали, чтобы проверять его работу? Лично? — осторожно спросила я, с опаской глянув на императора.

Он нахмурился на секунду, но затем складка на его переносице разгладилась.

— Садись, — Данталион указал мне на кресло.

Я почувствовала себя неловко, наверное, не всем дозволено сидеть перед императором, но ослушаться не посмела.

— Мой сын должен был позаботиться о вашей безопасности. Здесь, в стенах академии, будущее нашей империи. Сотни юных дарований, самых умных и перспективных были подвергнуты опасности, хотя я лично обещал, что академия будет заботиться о детях так, как если бы это делал я сам. Это проишествие и его последствия бросают тень не только на саму академию, но и на весь императорский род!

Мне показалось, что Харальд преувеличивает, но я кивнула, выражая согласие.

— Но Дин не виноват, но пытался найти того, кто причинил вред Авроре.

— Дело не только в ней. Проишествие в храме стало моей последней каплей. Теперь он обязан всё исправить, иначе потеряет моё доверие навсегда.

Ехидна!

Я опустила голову и ответила, стараясь говорить твёрдо:

— Мне жаль. Я украла ключ у Виридиана, я подговорила подруг пробраться в храм, я практически заставила их… это всё только моя вина.

Император сделал шаг вперёд. Я подняла голову и наткнулась на мягкий взгляд зелёных глаз:

— Виридиан должен был думать о последствиях, когда скрывал от тебя то, что произошло с матерью. Ключ от храма — его ответственность. Но он был беспечен.

— Он боялся, что я брошусь на поиски матери, он думал, что поступает правильно! — принялась оправдывать дракона я.

Мне не нравилось, что кто-то, пусть даже сам божественный император-дракон, осуждает Дина. Ректор этого не заслуживал.

— Дитя, это похвально, что ты защищаешь его, ведь он твой истинный…

— Почему вы так уверены? — выпалила я.

— Я и сам это чувствую, мы же родня. Эта тонкая нить между вами крепнет день ото дня.

— Какая ещё нить? — с беспокойством спросила я. — Я ничего такого не замечала.

— А может ты просто не желала замечать? — хитро прищурился император.

Я смутилась, понимая, что он прав. Я всеми силами отрицала то, что между мной и Дином может быть что-то настоящее, не верила… Но в последнее время желание быть с ним рядом, просто хотя бы видеть его, давило на меня изнутри. И что пугало больше всего — оно даже вытесняло мысли о маме. Я упустила тот момент, когда дракон стал так важен для меня.

— Может и не желала, — согласилась я с Харальдом спустя время. Но тут же добавила:

— Разве это не может быть ошибкой?

— Дракон любит лишь раз, — с какой-то тоской произнёс император, отворачиваясь к окну. — Это чувство ни с чем ни спутать. Оно горит внутри ярким пламенем, согревая сердце и душу.

— Но я просто ведьма… во мне нет дракона, нет этого пламени.

— В этом и есть главный страх каждого дракона, — император повернулся и его глаза блеснули. — Не почувствовать взаимности от единственной, кого дракон способен любить.

— Значит, я могу отказаться, — догадалась я.

— Конечно. Ты вольна разорвать эту нить, — натянуто улыбнулся император.

Вот зачем он позвал меня… Думает, что я хочу лишить его сына шанса на любовь?

Я посмотрела на дракона и решилась уточнить:

— Вы хотите знать, влюблена ли я в вашего сына?

— За эти месяцы нить должна была окрепнуть, но этого не произошло. Это может означать лишь одно — ты противишься этому, Мирабелла.

— Это он попросил вас спросить у меня? — вспыхнула я.

— Он никогда бы не стал говорить об этом со мной, — покачал головой Харальд. — Это лишь моя инициатива. Я беспокоюсь о сыне.

— Дин мне небезразличен, — призналась я, окончательно смущаясь.

Харальд просиял, но я поспешила твёрдо добавить:

— Но это не значит, что я готова броситься в его объятья! Слишком уж много тайн у него. Какое тут может быть доверие?

Император окинул меня хитрым взглядом:

— Я знаю, как решить этот вопрос.

— Как? — с опаской спросила я, вцепляясь пальцами в подлокотник кресла.

— Виридиан должен исправить всё, что по его вине случилось в храме, — снова затронул эту тему император.

— Да, но я думала, что ковен справится, и я ведь уже говорила, что вина на мне…

Харальд остановил поток моей речи повелительным жестом:

— Ты отправишься с ним. Он всё тебе покажет и расскажет, в конце концов, ты должна знать, что случилось с матерью.

Отправлюсь с ним?! Я едва сдержала победную улыбку. Мне по доброй воле предлагают снова посетить храм, ещё и дают провожатого, который обязан будет всё рассказать?

— Думаю, идея просто отличная! — едва не захлопала в ладоши я. И тут же поспешно добавила:

— Это обязательно позволит нам сблизиться.

Император удовлетворённо кивнул.

— Ты хорошая девушка, Мирабелла. Но впредь ты так же должна понимать, что все твои поступки отразятся и на твоём истинном. Если проблемы в академии и храме не будут решены, Виридиан лишится своей должности и будет отправлен… — Харальд задумчиво свёл брови. — Возможно, на границы, где мы ведём войну с дикими племенами великанов.

Радость внутри меня поутихла. Император-то не так прост, как кажется. Он наказывает не только Дина. Он наказывает нас обоих, заставляя меня терзаться жгучим чувством вины. Получается, я своим необдуманным поступком подставила не только себя, но и ректора.

Я встала и снова поклонилась:

— Была рада с вами познакомиться, ваше величество.

Харальд улыбнулся и кивнул. Он выглядел довольным собой. Хитрый лис.

Я вышла из комнат императора и направилась к себе, по пути обдумывая наш разговор про истинность. Хочу ли я правда сохранить эту нить между мной и Дином? И даёт ли эта нить гарантию, что мы можем быть счастливы друг с другом? Говорят, драконы готовы на всё ради своей истинной… Вот и посмотрим.

Загрузка...