Развод под новый год

Глава 7

Катя

Лежу до рассвета и не могу уснуть. Злость накатывает волнами. Хочется разбудить его, заорать, выгнать из дома. Но сдерживаюсь. Нет, рано. Сначала надо все узнать до конца.

Подарок. Что за подарок? Где он его прячет?

Встаю, иду в спальню. Слава все еще спит.

Думаю. Где он мог спрятать? Дома точно не оставит, я могу найти случайно. Значит, либо на работе, либо… В машине!

Смотрю на часы, половина шестого утра. Слава проснется не раньше семи. Успею!

Иду в прихожую, накидываю пуховик прямо на пижаму. Сую ноги в сапоги, не застегивая. Беру ключи от машины с полки.

Выхожу из квартиры, спускаюсь на лифте на подземную парковку. Холодно, сквозняк гуляет между машин. Пижамные штаны из-под пуховика торчат, но мне плевать.

Нахожу нашу машину, открываю. В бардачке только какие-то бумажки, чеки. Ничего интересного. Проверяю все кармашки на дверях, между сидениями, обыскиваю весь салон. Ничего!

Неужели на работе все-таки прячет? Это усложняет дело! Я задумчиво смотрю на машину и замечаю на багажнике следы от пальцев. Ага! Багажник я ведь не проверила. Открываю! Там запаска, огнетушитель, провода какие-то. Ничего похожего на подарок! Приподнимаю запаску. Вот оно! Два свертка, упакованы в одинаковую нарядную бумагу.

Беру оба свертка, кладу на бампер. На первом бирка — "Любимой жене". На втором — "Моей сладкой девочке".

Руки трясутся. Разворачиваю первый сверток, тот, что "жене". Аккуратно, чтобы бумагу не порвать, верну потом все как было.

Внутри коробочка. Открываю. Цепочка серебряная, тоненькая, дешевая. Такие в переходах продают за тысячу рублей. Может, полторы. Выглядит как из автомата с игрушками.

Кладу обратно. Беру второй сверток. "Моей сладкой девочке".

Разворачиваю бумагу. Коробка от ювелирного магазина, тяжелая, с тиснением. Открываю крышку.

Колье. Золотое, массивное, с камнями. Сапфиры, похоже. Или может аквамарины, я в камнях не особо разбираюсь, но выглядит дорого. Очень дорого. Лежит на бархатной подушечке, блестит под тусклым светом лампы на парковке.

Вот как значит! Для нее дорогущее колье, а мне цепочка за тысячу!

Стою и смотрю на это колье, и внутри такая ярость поднимается, что руки сами сжимаются в кулаки. Хочется швырнуть эту коробку об асфальт, растоптать, разбить к чертям.

Но сдерживаюсь. Заворачиваю коробку обратно в бумагу, аккуратно, как было. Кладу оба свертка назад в багажник, закрываю.

Стою у машины, тяжело дышу. Морозный воздух обжигает легкие, но мне жарко. Как? Как я за столько лет не разглядела кто рядом со мной? Как могла любить его, заботиться, в постель с ним ложиться? Так гадко становится…Мерзко.

Потерпи, подожди, не время - только и слышала я все эти годы. И я терпела, ждала, поддерживала, потому что любила, потому что считала что семья важнее, любовь важнее. А теперь что?! Я как лох, в дураках осталась! И без семьи и без денег!

Телефон звонит в кармане пуховика неожиданно. Вздрагиваю, достаю. На экране "Слава".

Черт. Он проснулся, хватился меня.

Беру трубку.

— Алло, — говорю. Голос хриплый от злости и невыплаканных слез.

— Катя, ты где? — бубнит он равнодушно — Я проснулся, тебя нет.

— В магазин пошла, — быстро отвечаю. — Хлеба нет, тебе к завтраку гренки пожарить. .

— В шесть утра? Какие магазины в шесть утра?

— Круглосуточный на углу, — говорю я. — Сейчас приду.

— Ладно, — он зевает.

Бросаю трубку. Стою еще минуту у машины, пытаюсь успокоиться, выровнять дыхание.

Потом иду к лифту, поднимаюсь на наш этаж. Открываю дверь квартиры.

Слава стоит на кухне, наливает себе воду. Волосы взъерошенные, в одних трусах.

— А где хлеб? — спрашивает он. - Что я буду есть?

— А, нет там, не привезли еще, яичницу пожарю.

Он кивает, не особо вникая. Допивает воду, возвращается в спальню. Давай, давай, дорогой скоро ты потеряешь и сон и аппетит!