Развод. Я тебя ненавижу

7

Игорь был так зол, что едва сдерживался.

Когда утром он получил отчет от своего человека в больнице о том, что Ярослава Казанова так и не пришла в больницу, он заволновался, что возможно ей стало хуже, поэтому набрал ей сообщение.

Получив отчет от детектива, он узнал, что она направились в парк с детьми Виктории Котовой, ее подруги, и прикинул, что было бы неплохо пообщаться наедине. Загрузив сумку с перекусом, он поехал навстречу и едва не сорвался, увидев, как одна из мамочек нападает на Ярославу.

Он переживал, что Вадим что-то сделал ей, раз она ушла от него с чемоданами. Не просто же так. И спросил. Она не подтвердила его догадки. Представив самое худшее, он внимательно прошелся по ней взглядом, предложив свою помощь, но она отказалась. Начала нести чушь по поводу того, что она его подчиненная, а он босс.

А он хотел схватить её в объятия и никогда не отпускать. И он даже сделал шаг, заметив, что ей нехорошо. Испугавшись за нее, он заметил, как она отшатнулась, и его этот жест разозлил. Как будто он смог бы причинить ей боль.

Предложив съездить к озеру, он без разговоров сунул коляску, и детей, сомневаясь, что она добровольно согласится, подвел ее к двери и Яся села, чем несказанно обрадовала его. Когда они прогуливались возле озера, его охватило такое чувство спокойствия и умиротворения, что улыбка невольно появилась на губах.

Девочки были шустрыми, и он побоялся, что если отвлечется на Ясю, они упадут, поэтому предложил посидеть в коляске и они согласились. Протянув им сок, Игорь поймал глаза Ярославы.

Ей было стыдно, что она совсем не подумала о напитках, и он улыбнулся.

— Все приходит с опытом.

Протянул ей бутерброд и налил чай, а сам исподтишка наблюдал за ней.

Красивая как всегда. Ветерок ерошил волосы, и она то и дело убирала их с лица, чтобы не мешали. А он, чтобы не сильно палиться, схватил бутерброд и уговорил его в два счета. Не забывая при этом проверять почту и подкидывать уточкам хлеб.

Когда она вернула ему пустую кружку, он налил себе чай и, сделав пару глотков, сказал то, что уже давно хотел.

— Ясь, я не хочу, чтобы ты закрывалась от меня, но если у тебя проблемы и тебе нужна моя помощь, тебе нужно только попросить.

— Знаю. И спасибо.

— Не скажешь, что у вас случилось?

Он хотел думать, что Ярослава доверяет ему, но она, покачав головой, отгородилась от него.

— Это только между нами.

Ему хотелось кричать, чувствуя, как его рвет на части от эмоций и чувств. Но вместо этого кивнул и отвернулся. Его спас телефонный звонок. Детектив, следивший за ее мужем, сообщил, что этот ублюдок привел другую женщину в их дом.

Его так трясло от несправедливости, что он боялся, что неосознанно ляпнет об этом и причинит ей боль, поэтому решил соврать.

— Прости, у меня появились срочные дела. Я вас подвезу и уеду.

— Если ты торопишься, мы и сами можем добраться, — начала Яся, но он, припечатав ее тяжелым взглядом, заставил замолчать.

Всю дорогу она молчала, и он не знал как себя вести с ней, потому что она ясно дала понять, что все еще любит мужа. А даже если и нет, отношения с ним не рассматривает. Любые отношения в принципе. Ярослава повернулась к нему, когда они уже подъехали к дому.

— Спасибо тебе. Нам очень понравилось.

— Тебе спасибо, что не отказала.

Он вытащил коляску, помог усадить девочек и, подтолкнул к ней ручку, заглядывая ей в глаза.

— Не забудь прийти завтра на медосмотр. Я хочу знать, что у тебя все в порядке и он… в общем, что ты здорова, — закончил он, пряча руки в карманах.

Она кивнула и ушла, а он, сжимая руль от злости, резко сорвался с места.

Теперь он ходит по кругу в кабинете и даже боится представить что будет, если она пойдет туда, за вещами или еще чем-то.

— Какой же ты ублюдок Казанов! Чертов ублюдок!

Плеснув себе выпить, он упал в кресло и повернулся к окну. Почему судьба так несправедлива к ним? Почему она любит того, кто недостоин её и причиняет боль, и отвергает того, кто готов положить к ее ногам целый мир?

Телефон снова вибрирует и на экране появляется лицо Ванессы. Он сбрасывает, понимая, что ему не до массажа. И снова делает обжигающий глоток. Когда многого достиг, держать себя в форме и не терять головы очень непросто. Массаж помогал справиться с напряжением, если было совсем невмоготу он вызывал Алису, свою любовницу и трахал представляя на ее месте совсем другую.

Их встречи были редки, всего пару раз в неделю, но сейчас он не хотел даже думать об этом. Он, конечно же не хранил Ярославе верность, но сейчас ему было не до развлечений.

Решив, что ему просто необходимо поговорить с Викторией Котовой, он отдает распоряжение главбуху, написать ей в воскресенье вечером, что в понедельник с утра, он ждет ее у себя. Ему нужны были уши в стане врага, ну или в данном случае, возможный союзник.

Ему хотелось думать, что уж Вика точно знает, что он волк в овечьей шкуре и только прикидывается хорошим и добрым. А вместе, они смогут открыть глаза Ярославе на мужа и возможно, когда-нибудь она все же посмотрит на него по-другому.

Не как на друга или брата. А как на любимого мужчину.

Звонок от прокурора был волнующим, ведь по делу о крупном хищении был привлечен Геннадий Павлович Худяков. И он не хотел, чтобы Ярославу это как-то задело, даже если она и была его помощником последние пять лет.

— Привет Игорь. Как ты? — голос прокурора и давнего друга звучит тепло и дружелюбно, но он знает, что это ненадолго.

— Есть какие-то новости? — бросает он, не собираясь быть вежливым.

— Хотел бы встретиться с его помощницей, — замолчал он, будто задумался. — Казановой Ярославой Романовной.

— Нет.

— Не понял?

— Я говорю, нет. Без нее никак нельзя? — спрашивает он, будто они обсуждают, что заказать на ужин.

— Ты не понял, считай это повестка. Просто спугнуть не хочу.

— Она мой помощник и в данный момент находится в отпуске.

— Сучонок. Подготовился, да? — смеется он. — Игорь, как бы ни было. Я хочу видеть ее завтра у себя. Если придет сама, будет лучше.

— Она ничего не знает! — цедит он сквозь зубы, еле сдерживаясь, чтобы не послать его на три буквы.

— Вот и проверим. Если не знает, тебе нечего бояться, отпустим.

— Не бери на себя больше, чем можешь Тарас. Я знаю, кто ты, но и ты знаешь, кто я. Не хочу, чтобы её…

— Не понял. Твоя баба что ли? — недоверчиво бросает он и слышит, как Стрелецкий матерится.

— Ярослава Романовна мой личный помощник и… давний друг. Если ей будет предъявлено хоть какое-то обвинение, я…

— Да не ершись ты. Просто поговорю. Пока. Ты же знаешь, я все равно не смогу ничего утаить, если она замешана. У меня прослушка в кабинете.

— Мне плевать. Я привезу ее ровно на час. Этого должно хватить, чтобы взять показания и прочее.

— Игорь ты бы хоть для приличия сделал вид, что побаиваешься меня, — рассмеялся Тарас и Игорь хмыкнул.

— Сделаю, как только ты перестанешь преследовать ее.

— Влюбился что ли?

— У тебя все? До встречи.

Оборвав связь, он закрыл глаза и понял, что ему придется поехать к ней, чтобы предупредить и… увидеть. Он и боялся этого, и торопился, выжимая педаль газа до упора. Отослав ей на телефон сообщение, он попросил ее выйти к нему на пару минут. Поняв, что не сможет просто так обрушить на нее такие новости он заезжает в кофейню, чтобы взять ее любимый напиток, надеясь, что вкус не изменился и въезжает во двор.

Она стоит у дома и, увидев его, машет, подбегая ближе.

— Привет.

— Привет еще раз. Что-то случилось? — спрашивает она, и он замечает, что ее глаза припухли.

Плакала. Значит, уже знает.

— Держи. Группа поддержки, — улыбнулся он, протягивая ей стакан кофе с арахисом.

— Оу, спасибо. Ты еще помнишь? — удивилась она, делая глоток.

— Я по делу Ясь, — перебивает он и, убедившись, что она сделала глоток, продолжает. — Завтра тебя вызывают в прокуратуру. Они думают, что ты знала о махинациях Худякова. Хотят допросить.

Повернувшись к ней, он заметил, как её глаза округлились и подбородок задрожал.

— Твою мать! — прорычал он, притянув ее к себе. — Не бойся, я с тобой пойду. Ты уж прости, но им нужно допросить тебя. Такие порядки. Не бойся, никто тебе ничего не сделает, несколько вопросов и ты свободна.

— Но я ничего не знаю, — прошептала она, утыкаясь ему в шею и чувствуя, что у нее не остается сил противостоять всему происходящему.

— Вот и скажешь им это завтра. Я заеду за тобой в восемь тридцать. К девяти нам надо быть там.

Говоря все это, он не перестает поглаживать ее по спине и пусть им мешает одежда, он чувствует, как она сдается и прижимается к нему, заставляя сердце сильнее биться. Волшебный аромат ее волос кружил голову и он закрыл глаза, чтобы представить, будто они одни, и она принадлежит только ему.

Как только она успокоилась и вновь зашевелилась в его руках, он отодвинулся от нее и посмотрел ей в глаза.

— Ты только не плачь, хорошо? Я всегда рядом и всегда помогу. Ты можешь положиться на меня. Мне больно видеть тебя такой, — он осторожно убирает пряди волос с лица и вытирает подушечкой пальца мокрые дорожки, заставляя ее замереть на месте. — И не бойся меня. Ты же знаешь, я никогда не сделаю ничего против твоей воли. Даже если очень хочу.