Глава 2

Сколько раз за годы дружбы с Уилом Джорджия отправлялась с ним в Голубые горы к западу от Сиднея, чтобы покататься на лошадях или прогуляться в глуши. Но никогда прежде они не ездили туда в автомобиле с детским креслом на заднем сиденье и не везли с собой четыре больших пакета одноразовых подгузников.

– Это на тот случай, если они все понадобятся по дороге домой, – объяснил Уил.

Джорджия рассмеялась.

– Очень сомневаюсь в этом, если только у ребенка нет особенно взрывной пищеварительной системы.

Уил нахмурился.

– Я же признался, что ничего не смыслю в детях.

Джорджия хотела ответить: «Тебе еще многому предстоит научиться», – но Уил, кажется, и так это осознавал. Она чуть не спросила, не нервничает ли он, и сама все поняла, увидев, как крепко сжимают руль пальцы Уила, – даже костяшки на них побелели.

– Ты быстро всему научишься, – сказала она, решив поощрять и поддерживать его, как прежде всегда поступала.

Джорджию подмывало положить ладонь на руку Уила, чтобы его успокоить, но они всегда избегали прикосновений.

– Думаю, придется научиться, – отозвался он.

Старый друг так неожиданно вернулся в жизнь Джорджии. Ей было любопытно, как он жил те два года, что они не виделись. Столько вопросов требовалось задать. Но сейчас для этого был неподходящий момент.

Она познакомилась с Уилом в первый день своей учебы в Сиднейском университете. Восхищенная новизной обстановки, Джорджия хотела записаться в несколько клубов по интересам и искала конный клуб, когда натолкнулась на высокого темноволосого парня, явно не городского, судя по его джинсам, сине-белой клетчатой рубашке и сапогам для верховой езды. Ему для полного комплекта не хватало только широкополой шляпы.

– Конный клуб закрыли из-за отсутствия интереса, – мрачно сообщил он.

– Но мне интересно, – сказала она.

– Мне тоже.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Почему бы нам не открыть собственный клуб? – предложил Уил.

– Давай выпьем кофе и обсудим эту идею, – согласилась Джорджия.

Это знакомство взволновало ее. Уил был самым красивым студентом во всем кампусе. Но, как выяснилось, он только что обзавелся девушкой, а Джорджия все еще встречалась с парнем, которого знала со школы. Несмотря на это, она и Уил легко подружились и проболтали без перерыва более часа. У них так и не получилось возродить конный клуб в университете, но на следующие выходные они вместе поехали в Голубые горы, чтобы покататься на лошадях в долине Мегалонг…

На этот раз полуторачасовая поездка привела их в пригород Катумбы. Уил пояснил, что его бывшая жена переехала сюда после развода.

Здесь улицы с небольшими, отдельно стоящими домами то шли в гору, то спускались. Это была почти самая окраина – неподалеку уже начиналась заросшая кустарником саванна. Джорджия рассмеялась, увидев бредущее по обочине стадо овец.

Уил остановил машину перед старым, но аккуратным коттеджем, окруженным ухоженным садом.

– Здесь живет сестра Энджи. Она присматривает за Ниной после аварии.

– Нина. Какое красивое имя!

– Да уж. Мне нравится.

Уил не спешил выходить из машины. Он сидел, глядя на ярко-голубую дверь дома, пока тишина в салоне не стала неловкой.

– Итак, операция «Забери младенца» начинается, – подсказала Джорджия. – Каким будет следующий шаг?

– Социальный работник Мари встретит нас в доме, чтобы облегчить передачу. Она сейчас там.

– И ты станешь папочкой.

Она не представляла себе, что Уил вскоре выйдет из этого дома с ребенком на руках.

Уил повернулся к Джорджии. Кровь отхлынула от его лица.

– Это меня пугает. Я хочу поступить правильно. Но что я знаю о том, как быть отцом? Речь ведь идет не только о том, как менять подгузники или чем кормить Нину – с этим я справлюсь. А вдруг из меня не получится хороший родитель?

На лице Уила было написано страдание. Джорджия невольно подумала, что причина столь сильной тревоги, возможно, уходит корнями в детство и воспитание Уила. Ей всегда казалось, что он многое недоговаривал, рассказывая о своей жизни. Но Джорджия никогда не подвергала сомнению прошлое друга.

А прямо сейчас он нуждался в повышении морального духа больше всего на свете.

– То, что ты чувствуешь ответственность за Нину и приехал ее забрать, – очень хорошее начало. Это огромный аргумент в твою пользу.

– У других парней обычно есть время, чтобы привыкнуть к мысли о своем отцовстве. – Уил барабанил пальцами по рулю. – А меня словно бросили в воду, не научив плавать.

– Это правда. Но ты умный парень. Мне кажется, что пока у тебя все идет отлично.

– Сейчас Нина лишь младенец, но потом она станет маленькой девочкой, а затем – подростком. Я буду отцом подростка, Джорджи! Как я с этим справлюсь?

– Это непросто себе представить, не так ли? Но ты будешь расти вместе с ней, и однажды ты поведешь Нину к алтарю, чтобы вручить свою дочь ее жениху.

– Отец невесты? Ну, до этого еще слишком далеко, – улыбнулся Уил.

– То, что ты собираешься сделать, навсегда изменит твою жизнь. Не изводи себя тревогами, а просто продвигайся вперед маленькими шажками, – улыбнулась в ответ Джорджия.

– Ты всегда знаешь, что сказать.

– Не всегда. Но в этом случае я говорю: просто иди и возьми своего ребенка. Чтобы скрепить наш договор о дружбе, я покажу тебе, как заменить подгузник, если возникнет такая необходимость.

Уил поморщился.

– Смена подгузников – это один из аспектов отцовства, по поводу которого я не испытываю восторгов. Готов к этому, но боюсь.

– Эй, тебе ведь приходилось чистить стойла в конюшне. Ты и к этому привыкнешь.

«Во всяком случае, – подумала Джорджия, – Уил вполне может позволить себе нанять няню, чтобы помочь ему ухаживать за ребенком».

– Ты права. Я пошел, – решительно выдохнул он и отстегнул ремень безопасности.

А ведь всего четыре дня назад Уил и понятия не имел, что у него есть дочь.

– Хочешь, чтобы я пошла с тобой? – спросила Джорджия.

Разумеется, она умирала от любопытства, желая увидеть Нину, но, главное, ей хотелось быть рядом с Уилом, чтобы поддержать его.

Он повернулся к ней.

– Пожалуйста! Я не знаю, смогу ли я сделать это без твоей поддержки.

– Конечно, сможешь. Но чем нас больше, тем мы сильнее, и я очень рада быть твоей подружкой.

Они вышли из машины. Джорджия разгладила ладонями подол своего льняного платья винного цвета. В сочетании с туфлями на низком каблуке это был ее любимый наряд, идеально подходящий для школьной учительницы, – стильный, но респектабельный.

– Я буду сражаться за Нину! Она моя! – яростно заявил Уил.

– Никогда не видела никого более бесстрашного. Ты можешь это сделать. Ты действительно можешь!

Джорджия не хотела признаваться, что и сама нервничала. Еще несколько часов назад она упаковывала коробки для переезда и вдруг отправилась в горы с Уилом, которого не видела два года, чтобы забрать его ребенка. Казалось, все происходит во сне.

Он повернулся, чтобы посмотреть ей в лицо, в искреннем взгляде его темных глаз читалась благодарность. «Как хорошо снова быть с Уилом!» – подумала Джорджия.

– Спасибо, – медленно произнес он. – Я теперь твой должник.

– Ты ничего мне не должен, – возразила она. – Я рада помочь. Ответной услуги не требуется.

Кто знает, когда они снова увидятся в следующий раз? Сегодня Уил нуждается в ней, а завтра? Кроме того, новый Уил может сильно отличаться от того старого доброго Уила, который был ее другом. Теперь он стал отцом-одиночкой, пережившим неприятный развод и смерть матери своего ребенка. Его жизнь будет полностью сфокусирована на семимесячной дочери. Джорджия сомневалась, что у Уила найдется достаточно свободного времени для посещения рок-концертов или для ужина с ней в каком-нибудь классном кафе. Не исключено, что он снова исчезнет еще на пару лет.

Она последовала за ним к дому. Когда Шарин открыла дверь, Джорджия сразу заметила сходство старшей сестры с Энджи. Рядом с ней стояла социальный работник – женщина среднего возраста по имени Мари.

– Я очень сожалею о вашей утрате, – пробормотала Джорджия, обращаясь к Шарин. – Я знала Энджи.

Она не кривила душой. Гибель молодой женщины, оставившей сиротой ребенка, была настоящей причиной для горя и печали, независимо от того, какой характер был у покойной при жизни.

– Очередная потеря, – пробормотала Шарин, глядя на Уила, который держался предельно вежливо, стараясь не обращать внимания на явную ее враждебность.

Мари, заговорив, разрядила ситуацию, и Джорджия вошла вместе с Уилом в дом. В прихожей выстроилась в ряд обувь детских размеров, к стене была прислонена коляска, на вешалке висели маленькие куртки. Эта картина напомнила Джорджии дома ее старших сестер.

Мари провела ее и Уила в гостиную, где царили чистота и порядок, если не считать разбросанных по полу игрушек. В центре комнаты был установлен детский манеж из дерева.

– Шарин сказала, что маленькая Нина только что проснулась и сейчас играет со своими кузенами, – сказала Мари, указывая на манеж.

Джорджия увидела темноволосую девочку в розовом хлопковом комбинезончике. Она сидела в манеже и заразительно смеялась, демонстрируя четыре крошечных зуба – два на верхней челюсти и два на нижней, а мальчик лет шести тряс перед ней пушистым игрушечным кроликом. Нина в восторге размахивала ручками, пытаясь ухватить игрушку. Еще один мальчик, помладше, стоял возле манежа, держась за него.

Джорджия улыбнулась от всего сердца. Так вот какая она – дочь Уила и Энджи! Маленькая Нина унаследовала лучшее от своих родителей. Темные волосы и глаза – от отца. Миниатюрный носик и лицо сердечком – от матери.

– Она восхитительна! – пробормотала Джорджия, взглянув на Уила, стоящего рядом.

Сначала она не поняла, расслышал ли он ее. Уил не сводил глаз с Нины. На его лице отражалась целая гамма эмоций: волнение, благоговение, гордость. Таким Уила Джорджия никогда раньше не видела.

– Да, она замечательная, – тихо сказал он наконец, не сводя глаз с ребенка.

Шарин подошла к манежу.

– Ну все, Киран, хватит! Дай Нине кролика и отведи брата поиграть во дворе.

Мальчики тут же послушались мать. Старший поцеловал маленькую кузину, выпрыгнул из манежа, взял своего младшего брата за руку и направился к двери.

Маленькая Нина обернулась на звук голоса своей тети и подняла ручки. Шарин сразу же подхватила ее на руки и повернулась к Уилу.

– Вы все еще хотите забрать Нину с собой?

– Она моя дочь, Шарин.

Уил говорил спокойным тоном, но Джорджия заметила, что на виске у него пульсирует жилка.

– Ты даже не знал, что у тебя есть дочь. Энджи ненавидела тебя и хотела наказать, не сообщив про Нину.

Мари подошла и встала между Шарин и Уилом.

– Мы ведь уже обсуждали это. Даже если не принимать во внимание юридическую сторону вопроса, ваша сестра перед смертью ясно выразила свою волю. Она хотела, чтобы Нина попала под опеку своего отца. Я понимаю, что вам грустно расставаться с малышкой, но…

– Энджи просто хотела, чтобы Нина получила доступ к деньгам Уила, – проворчала Шарин. – Я говорила ей, что Нина должна знать своего отца, но Энджи мечтала отомстить бывшему мужу за то, что он ее выгнал. Она собиралась шантажировать его, вытягивая деньги в обмен на разрешение видеться с дочерью.

Выражение лица Уила не изменилось, но эти слова, должно быть, его обидели.

– Это ничего не меняет, – произнес он.

Шарин прижала к себе ребенка.

– Нина счастлива здесь с нами. Я присматривала за ней, когда ее мать была на работе. С чего ты взял, что сумеешь ухаживать за маленькой девочкой?

Джорджия почувствовала в ее гневном тоне скрытую боль.

– Она моя дочь и принадлежит мне, – повторил Уил. – Я смогу очень хорошо за ней ухаживать.

Благодаря своему богатству Уил мог дать своей дочери гораздо больше, чем родная тетя. Джорджия оценила то, что Уил не стал подчеркивать различие в их социальном статусе и доходах.

– Ты? Парень, который не смог пробыть женатым даже шесть месяцев?

Джорджия сжалась от резкого вздоха Уила.

– Да, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

– Это неправильно. – Шарин крепче сжала ребенка, словно бросая немой вызов Уилу: «Попробуй вырви ее из моих рук!» – Если бы ты заботился о Нине, ты бы оставил ее со мной. Маленькой девочке нужна мать… женщина рядом с ней.

– Рядом с ней будет женщина, – ответил Уил. Он подошел к своей спутнице и обнял ее. – Джорджия – моя невеста.

Она застыла, а затем открыла рот, собираясь запротестовать, но Уил крепче сжал ее плечо. Джорджия поняла, что он просит ее подыграть ему. Прежде они не раз притворялись влюбленной парой, чтобы удерживать на расстоянии нежеланных воздыхателей на вечеринке или в баре, а после вместе смеялись над этим. Но сейчас Джорджии было не до смеха.

– Да, – кивнула она и заставила себя улыбнуться.

– Поздравляю с помолвкой! – радостно воскликнула Мари.

– Спасибо.

Джорджия отвела взгляд, злясь на Уила за то, что поставил ее в такое положение.

– Она – учительница начальной школы и знает все о маленьких детях, – добавил Уил и снова сжал плечо Джорджии.

– Э-э-э… Да, это так, – подтвердила она. – И о младенцах тоже. У меня пять племянниц и племянников, и я присматривала за ними всеми. Можете задать мне любой вопрос о детях, и я отвечу.

Уил притянул Джорджию к себе. Она попыталась расслабиться, но это было непросто, чувствуя рядом его сильное теплое тело.

Шарин с отвращением оглядела ее с ног до головы.

– Энджи рассказывала мне о тебе. Она считала, что ее муж неравнодушен к своей лучшей подруге. Похоже, сестра была права, когда не доверяла тебе, раз ты сейчас помолвлена с Уилом.

Джорджия чуть не задохнулась от такого чудовищного обвинения.

– Все не так, Шарин, – возразил Уил. – В то время мы с Джорджией действительно просто дружили.

Странно, но Джорджии причинило боль его утверждение, что у Энджи не было причин ревновать к ней. Пришлось напомнить себе, что на большее, чем дружбу Уила, она никогда и не претендовала.

Шарин, прищурившись, посмотрела на безымянный палец «невесты», на котором не было обручального кольца. Заметив этот взгляд, Джорджия сжала левую руку в кулак и заложила ее за спину. Уил, похоже, не подумал об этом, когда сделал свое сенсационное заявление. Или все-таки он заранее решил представить ее своей невестой? Джорджия решила, что поразмыслит над этим позже, а сейчас нужно было продолжать подыгрывать Уилу, потому что сестра Энджи, похоже, все еще была полна решимости сражаться.

– Но это не значит, что ты можешь быть хорошей матерью для маленькой девочки, оставшейся сиротой! – заявила Шарин и нахмурилась, увидев в глазах Джорджии искреннее сочувствие.

– Я сделаю все возможное. Мне кажется, что Нину будет очень легко полюбить. И то, что Нина собирается жить со своим отцом и… э-э-э… со мной, не означает, что она должна навсегда попрощаться с тетей и двоюродными братьями. Уверена, Уил захочет, чтобы вы тоже стали частью ее жизни.

Джорджия почувствовала, что Уил напрягся. Неужели она нарушила границу, которую не должна пересекать фиктивная невеста?

– Правда? – переспросила Шарин, и воинственное выражение ее лица смягчилось. – Мы сможем общаться с Ниной?

Джорджия была ужасно смущена ситуацией, в которой оказалась, но изо всех сил пыталась говорить спокойно.

– Конечно. Семья очень важна. Правда, Уил?

– Да, это так.

– Значит, мне не нужно говорить мальчикам, что они никогда больше не увидят свою двоюродную сестру? – спросила Шарин.

– Нет. И кстати, они могли бы принять участие в нашей с Уилом свадьбе – один нес бы кольца на подушечке, а другой – шлейф платья невесты, так ведь, дорогой? – сказала Джорджия сладким голосом, не удержавшись от того, чтобы поддразнить друга в качестве мести за неожиданную выходку.

Она чуть не улыбнулась при взгляде на лицо Уила.

– Да, – пробормотал он.

Лицо Шарин просияло.

– Нести кольца и шлейф? Боюсь, они слишком непоседливые для таких серьезных поручений. Но вы и в самом деле собираетесь поддерживать с нами общение?

Джорджия стиснула зубы, подумав о том, что не может сама отвечать на такой вопрос. Не выходя из образа «невесты», она улыбнулась и выжидающе посмотрела на Уила.

– Я позабочусь о том, чтобы Нина поддерживала связь со своими двоюродными братьями, – пообещал он.

Шарин кивнула и неохотно передала ему свою маленькую племянницу.

Уил взял Нину немного неловко. Джорджия затаила дыхание, наблюдая за ним. Этот высокий, широкоплечий, мужественный парень держал в своих сильных руках маленькую и хрупкую девочку и смотрел на нее так, словно обещал взглядом защищать ее от всевозможных бед. Но то, как Нина посмотрела на Уила такими же, как у него, темными глазами, заставило сердце Джорджии перевернуться в груди. Между этими двумя людьми ощущалась незримая связь.

Теперь действительно не оставалось сомнений в том, что Нина – дочь Уила. Тоска охватила Джорджию при мысли, что ее дни полны заботы о чужих детях. А она хотела собственного ребенка. Ей скоро исполнится двадцать восемь лет. Ее биологические часы тикают все настойчивее.

Вот только эта мечта вряд ли сбудется в ближайшее время, поскольку Джорджия отклонила уже три брачных предложения. Первое ей сделали, когда она еще училась в университете. Последнее поступило от Тоби – их отношения слишком затянулись, и Джорджия лишь впустую тратила свое и его время. Но она сначала искренне считала, что именно такой брак ей нужен – с надежным парнем, который всем нравится. Они завели бы детей. С учетом того, что Тоби тоже преподавал в школе, было бы очень удобно вместе проводить отпуск всей семьей во время каникул. Однако этого было недостаточно, чтобы Джорджии захотелось выйти за него замуж, – даже после того, как Уил женился и разбил ее надежды на то, что их дружба перерастет в любовь.

Уил повернулся к ней, широко улыбнулся и сказал таким тоном, словно предлагал бесценный дар:

– Хочешь ее подержать?

Конечно, Джорджия хотела взять на руки малышку Нину. Но она не знала, чего от нее ожидает Уил. Чтобы Джорджия заявила, что ждет не дождется, когда станет мамой этой девочке?

В таком случае спектакль, в который Уил ее втянул, зашел бы слишком далеко. Она не могла лгать. Джорджия решила вести себя так, как поступала обычно, когда ей предлагали пообниматься с прелестным ребенком. Она с улыбкой протянула руки и вдохнула нежный запах младенца.

– Привет, Нина! – пробормотала она. – Я – Джорджия.

Девочка ответила милой улыбкой с четырьмя зубами и лепетом, который, возможно, означал: «Приятно с тобой познакомиться!»

Нина, без сомнения, была очаровательным ребенком.

Но Джорджия по-прежнему злилась на Уила. Как он посмел вынудить ее притворяться его невестой и будущей мачехой Нины? Это слишком далеко отодвигало границы возобновленной дружбы. Не хватало только попасться в старую ловушку, снова превратившись в старую добрую Джорджию, – всегда услужливую, готовую простить то, что прощать нельзя. Она больше не пойдет на такое – ни ради своих родных, ни ради друзей, ни ради Уила, который игнорировал ее в течение целых двух лет!

Загрузка...