Глава 4

На следующий день я проснулась на рассвете. Полежала немного, наслаждаясь зудящим под повязками телом, осторожно потянулась и поняла, что зверски хочу есть. Не хотелось беспокоить миссис Лидию, но… я позвонила в колокольчик, стоящий на тумбе у постели. Минут через десять экономка явилась с подносом в руках:

– Доброе утро, миледи! Я принесла вам завтрак! Сейчас будет горячая вода и чистая сорочка!

Я схватила с подноса кружку с какао и сделала первый – самый вкусный и сладкий – глоток. Внутри разбежалась тепло, и я замерла с легкой улыбкой, прислушиваясь к себе. Да, мне хорошо, тепло, мягко и сладко. А теперь надо поесть, чтобы появились силы.

Миссис Лидия постаралась приготовить завтрак, полезный для желудка. Тут была овсянка, сдобренная сливками и коричневым сахаром, мясо цыпленка, поджаренный хлеб и чашка бульона. Я мелкими глотками выпила бульон, съела кашу, а потом впилась зубами в хлеб, уложив поверх него мясо. И почти стонала от удовольствия, пока экономка разводила в тазу воду.

– Миссис Лидия, – я обратила внимание на покрасневшие от усилий руки женщины, – сегодня я осмотрю дом. Бабушка писала мне, что оставила тут для меня деньги. Как только я их найду – сразу наймите горничных и лакея. Соседям скажете, что я вдова, приехала в столицу улаживать дела с наследством. А Себастьян… мой кузен. Поддерживает меня в моем горе и мечтает поступить в семинарию.

За что я всегда любила мистера Бриггса и его супругу – за тактичность и неразговорчивость.

– Все сделаю, миледи, – покивала миссис Лидия, – а деньги ваша бабушка оставила на счету. Раз в месяц нам переводится пенсия и некоторая сумма на содержание дома. Излишки Бриггс откладывал, так что теперь можно спокойно нанимать слуг.

– Отлично! А что мистер Трэвис? Еще не встал?

– Мистер Трэвис уже проснулся, мистер Бриггс помогает ему подобрать одежду.

– Ах, да! Раз у нас есть деньги, пригласите портного. Скажите ему, пусть принесёт вдовье платье и траурный костюм для моего кузена. Плюс теплые плащи. Обувь придется купить по мерке, чтобы мы могли дойти до лавки сапожника. И обязательно густую вуаль для меня и старомодную шляпу с широкими полями для мистера Трэвиса!

Завтрак меня подкрепил. Я умылась, нацепила капот миссис Лидии и отправилась осматривать дом, осторожно придерживаясь за стены.

Рядом с хозяйской спальней нашлись гардеробная и кабинет. На полках рядом с зеркалом нашлось несколько штук тонкого полотна, узкие полоски тесьмы и кружев. Отдельно лежали ткани для блузок, юбок и платьев. Я поразилась предусмотрительности моей бабули – одежда может выйти из моды, как и дорогие узорные ткани. Но в шкафах лежали хлопок, лен и шерсть – однотонные и очень качественные.

– Ваша бабушка, да примут Светлые ее душу, сама лично выбирала все для этого дома. Она говорила, что серая шерсть никогда не выйдет из моды, как и простое полотно. А здесь вот – шелк для сорочек, тесьма и шнурки для корсетов, фланель для зимних юбок и все необходимое для шитья!

Я утерла подступившие слезы. Бабуля была тысячу раз права! Она всегда была предусмотрительной и резкой в суждениях, а я не понимала ее. Теперь же необычный прощальный подарок поможет мне выжить.

В кабинете миссис Лидия сразу показала мне огромную шкатулку на каминной полке:

– Вот, миледи, ключа нет, но леди Инфиолата говорила, что вы сумеете открыть.

Я только кивнула – слезы комом стояли в горле. Эта шкатулка стояла на столе бабули в нашем поместье. Она была с секретом – ключик прятался в задней стенке самой шкатулки.

Отпустив экономку, я открыла большую деревянную коробку и первым делом увидела чуть пожелтевшее от времени письмо с личной печатью леди Инфиолаты Бристоль.

– Дорогая внучка, я от всей души надеюсь, что мой прощальный подарок тебе не пригодится. Но если ты все же читаешь это письмо, значит, твой муженек показал свою гнилую натуру. Поэтому тебе понадобится все, что мне удалось о нем узнать, и не только о нем. Используй эти знания с умом, не торопись и стань счастливой!

Под письмом лежала толстая пачка бумаг. Я мельком пролистнула их и закусила губу от волнения – это были письма от бабулиных подруг по пансиону, дальних родственниц и знакомых. Все они были аккуратно перетянуты лентами и снабжены пояснительными записками. Я заглянула в пару конвертов и похолодела. Тут была, скажем так, пикантная информация на моего мужа. И не только на него.

Еще в шкатулке лежали векселя и закладные на приличные суммы, а на самом дне – толстенький кошелек с монетами и… украшения. Я про них и забыла. Думала, что все они отошли по завещанию монастырю или богадельне. А оказывается, бабушка оставила их мне!

Вот ее любимая брошь с аметистом. Серьги с крупными каплевидными жемчужинами. Браслеты в виде свернувшихся змей. Вычурного плетения цепочка с крупным алмазом. В общем, все, что я хоть раз видела на леди Инфиолате – все лежало в этой коробке.

Я снова всплакнула и увидела на дне еще одну записку. В ней бабуля прощалась со мной и давала указания, как получить доступ к банковскому счету и прочим ресурсам. Но главное – в запертом секретере лежали поддельные документы! На меня, детей и мужчину! Да-да, бабушка считала, что к этому времени у меня будут дети, которых я не пожелаю оставить мужу, и мужчина, готовый сразиться за меня с целым миром!

Я горько усмехнулась, но секретер проверила – там действительно нашлись бланки подорожных, свидетельства о рождении и паспорта, причем, судя по некоторым деталям, бланки были подлинные! Как бабуле удалось это провернуть? Оказывается, я ее совсем не знала!

Впрочем, ответы на некоторые вопросы я получила быстро.

Под шкатулкой лежала огромная тетрадь, похожая на гроссбух. Я открыла ее, и слезы снова потекли по лицу – она была написана нашей детской тайнописью. Мы с бабулей так переписывались, когда мне случалось бывать в ее поместье. Обычный азбучный шифр. Но вначале нужно было отсчитать количество букв имени того, кому предназначалась записка. Эта тетрадь явно была приготовлена для меня.

Я попросила миссис Лидию вынуть из шкафчика недорогую бумагу и письменный прибор, села за стол и через десять минут отложила перо – это был бабулин дневник. И в нем было немало такого, что не стоило знать посторонним. Например то, что моя решительная бабуля служила в министерстве внутренней безопасности! Тетрадь я убрала в стол – кроме меня ее никто не прочтет, а листок с расшифровкой сожгла на свече – незачем кому-то знать бабушкины секреты.

Утро получилось насыщенным – я устала, и раны снова заныли, требуя новой порции мази и перевязки. Пришлось вернуться в спальню и довериться ловким рукам экономки. Потом меня покормили ланчем в постели и сообщили, что портной придет через час.

– Как чувствует себя мистер Трэвис? – спросила я.

– Он позавтракал, прочитал канон и стал помогать Бриггсу с уборкой, – отчиталась миссис Бриггс.

– Это хорошо, передайте ему, что я жду его через час в гостиной, и нашу легенду о вдове и кузене. Слуг, готовых наняться, соберите к вечеру, я хочу сама выбрать себе камеристку…

– Миледи… – осторожно сказала экономка, и я вспомнила. Конечно, небогатые дамы одеваются сами. Им помогают горничные, способные затянуть шнуровку и подать платье.

– Пусть будут горничные, но мне нужна будет молодая и шустрая, готовая учиться.

– Все поняла, подыщу, как вы хотите, миледи.

Большого разнообразия в одежде у меня не было, так что я снова воспользовалась любезностью миссис Лидии, натянув ее сорочку и капот. Даме в печали позволено принимать белошвейку в домашнем наряде. А вот для Себастьяна нужно придумать повод появиться в одежде мистера Бриггса. Можно сказать, что на его сюртук опрокинули котелок с маслом или воском. Приняв решение, я долго-долго плела косу. Мне повезло – титул защитил меня от унизительной стрижки, и пусть волосы пострадали в застенке, но им можно было придать приличный вид, уложив аккуратный пучок.

Загрузка...