20

Любовь, что ненавистью обернулась, становится страшней нечистой силы.

Уильям Конгрив. Невеста в трауре. Акт 3, сцена 8.

Анабелла сидела у камина в театральной уборной, пытаясь согреться. В такое позднее время никто не догадается искать ее здесь. Даже Колин.

Она не хотела его видеть. Сначала ей необходимо успокоиться и разобраться со своими мыслями, решив, что делать дальше. Она застонала от отчаяния. Оказывается, все это время Колин был в сговоре с ее отцом. Неужели возлюбленный лгал ей каждым своим словом?

Анабелла не хотела этому верить. Она так надеялась, что Колин любит ее. Но почему же тогда он продолжал за ней шпионить по заданию этого ужасного человека? Почему обещал Уолчестеру все объяснить после того, как поговорит с ней?

Анабелле было больно думать о связи Колина с отцом. Что он рассказал графу? Неужели о снотворном чае и о ее переживаниях, когда она не хотела, чтобы он уезжал из Лондона? Сдерживая рыдания, Анабелла впилась зубами себе в палец.

Она старалась не думать о нежности Колина и о его ласках, но воспоминания не уходили.

– Он меня предал, – решительно произнесла вслух Анабелла, как бы изгоняя этими словами нежелательные мысли о счастье, испытанном с Колином.

«Да, он огорчился, увидев Уолчестера, – подумала она, вспомнив недавнюю сцену, – и, может быть, ему даже стало стыдно за то, что он не рассказал мне о связи с графом. Но это не меняет самого главного – Колин меня обманывал. Господи, да неужто он собирался держать меня в неведении и после женитьбы?»

Женитьба… Это слово несколько умерило ее гнев. Да, он хотел на ней жениться. Искренне хотел… Но тогда почему позволил графу втянуть себя в коварные планы?

Она так мечтала отомстить отцу! А вышло все иначе. Граф был возмущен ее поведением, лишний раз порадовавшись тому, что бросил мать такой распутной девки, как она. Анабелла же стремилась к тому, чтобы отец пожалел о своем подлом поступке. Но достаточно было взглянуть в его ледяные глаза, чтобы понять: такой человек просто не способен сожалеть. Его заботило одно: откуда она узнала о Серебряном Лебеде? Интересно, с чем это связано?

Анабелла напрягла память. Господи, да ведь Колин не зря намекнул на то, что граф предал своих соратников. Не мог же он голословно обвинить своего друга… Вероятней всего – отец действительно был шпионом, и тогда… тогда Серебряный Лебедь его псевдоним! Но если он работал на короля, то почему боялся, что это станет известным? И почему втянул в столь опасную историю ее мать?

Анабелла попыталась разгадать тайный смысл стихотворения. Она уже догадалась, что под бардом подразумевается Шекспир. Колин сказал, что арестовали троих. Скорее всего Порция и Беатриса – зашифрованные имена арестованных.

Любопытно, а Колин давно знает о предательстве графа? Нет, вероятно, он выяснил это лишь в Норвуде. И ничего ей не сказал потому, что чем-то обязан графу… Наверное, из-за этих обязательств он и согласился за ней шпионить.

Зато она ничем не обязана человеку, совратившему ее мать! У нее есть обязательства только перед покойной матушкой. Анабелла обещала Колину отказаться от мести, не подозревая, что он был орудием старого интригана. Так что теперь она свободна от обещания!

Колин предупреждал, что ее отец очень опасен. В таком случае лучший способ защитить себя от злодея – это воздать ему по заслугам.

За спиной Анабеллы открылась дверь. Она вскрикнула от испуга, но, увидев Чэрити, сразу успокоилась.

– Мы тебя повсюду разыскиваем. Милорд и Афра уже сбились с ног.

Она не должна встречаться с Колином, пока не отомстит за мать, так как он может помешать ей исполнить свой долг. А она не позволит ему покрывать предателя, какие бы обязательства он на себя ни принимал.

– Где Колин? Его здесь нет?

– Нет, он обнаружил, что тебя нет дома, и опять отправился к Афре, – ответила Чэрити.

В уборную вошел Ривертон.

«И это от меня тоже скрывали», – с обидой подумала Анабелла и спросила:

– А он что здесь делает?

– Я решил, что Чэрити негоже ходить одной по ночным улицам. Как, впрочем, и вам.

Анабелла не сдержалась и злобно буркнула:

– Я удивлена, сэр Джон, что вы выкроили минутку для своей любовницы. Я думала, вы все время уделяете невесте.

Ривертон обнял Чэрити за талию и спокойно ответил:

– Да, я все свое свободное время посвящаю любимой невесте.

– Джон предложил мне выйти за него замуж, – со смущенной улыбкой пояснила Чэрити.

Увидев недоверчивое лицо Анабеллы, Ривертон нахмурился:

– Послушайте, Анабелла. Я не позволю отравлять Чэрити вашей ненавистью к мужчинам. Возможно, я пренебрегал ее чувствами, но это в прошлом. Благодаря Чэрити я понял, что любовь гораздо важнее положения в обществе, – Ривертон вновь посмотрел на свою возлюбленную восхищенным взглядом, от которого у Анабеллы заныло сердце. – Мой отец был обычным купцом, а мать горничной, когда они полюбили друг друга. Как видите, моя родословная проста, а дворянство я получил за услуги, оказанные королю. Потом я как-то позабыл, что мои родители были счастливее всех, даже самых богатых и знатных дворян, и чуть было не упустил свой шанс на счастье.

Вид любовно переглядывающейся парочки еще больше усилил страдания Анабеллы, но она нашла в себе силы улыбнуться и сказать:

– Желаю вам счастья, от всей души.

– Теперь мы проводим тебя к лорду Хэмпдену, – решительно заявила Чэрити. – Пора и тебе подумать о своем счастье.

Улыбка Анабеллы погасла.

– Позвольте мне самой решать, как мне поступить с лордом Хэмпденом.

– Но… – начала Чэрити.

Ривертон перебил ее:

– Любимая, она права. Дай им самим решить свою судьбу.

Анабелле хотелось рассказать Чэрити о случившемся и о своем решении, но она боялась, что та передаст все Ривертону. А Ривертон сообщит Колину о ее намерениях. Господи, да она просто окружена шпионами. Впрочем, в этом есть и положительная сторона: Ривертон может знать, что связывает Колина с Уолчестером.

– Сэр Джон, вы знакомы с графом Уолчестером?

– Конечно, он очень влиятельный человек.

– Он дружит с лордом Хэмпденом?

Ривертон пожал плечами:

– Можно сказать да. Хэмпден относится к нему с почтением – граф однажды спас ему жизнь, а позже устроил его на королевскую службу. Но мне не кажется, что у графа есть настоящие друзья.

Сердце Анабеллы дрогнуло. Теперь понятно, почему Колин считает себя должником графа.

– А почему вас это интересует? – осведомился Ривертон.

– Просто так, к слову пришлось, – Анабелла бросила на Чэрити предостерегающий взгляд, заклиная ничего не рассказывать Ривертону.

– Джон, дай нам с Анабеллой поговорить наедине, – попросила Чэрити.

Тот кивнул и вышел из уборной, закрыв за собой дверь.

Чэрити приблизилась к хозяйке:

– Что, черт возьми, происходит?

– Я точно узнала, что граф – мой отец. А Колин по его просьбе шпионил за мной.

– И что ты намерена делать?

– Ты можешь оказать мне одну услугу?

– Пожалуйста.

– Принеси из нашей квартиры мою шкатулку. Ключ спрятан в книгу стихов, она на бюро.

Чэрити подозрительно посмотрела на хозяйку.

– А зачем?

– Не спрашивай. Сделай это, и я вечно буду перед тобой в долгу.

Пожав плечами, Чэрити направилась к двери.

– Да! И еще… – сказала вдогонку ей Анабелла, – пожалуйста, ничего не рассказывай Колину. Он не должен знать, где я.

– Что ты затеяла?

– Скоро узнаешь. А теперь иди.

Чэрити ушла, а Анабелла направилась в гардеробную выбирать костюм. Ей надо было великолепно выглядеть.

Она собиралась просить аудиенции у короля.


В полночь Анабелла стояла в маленькой комнатке личных апартаментов короля со шкатулкой в руках и ждала ответа на просьбу, переданную дежурному офицеру.

Что подумает Его Величество, когда увидит ее в роскошном платье, найденном в театре? Она убеждала себя, что это неважно. Главное наказать предателя короны. Но втайне Анабелла, конечно, осознавала, что хочет покарать графа вовсе не за смерть каких-то там роялистов, а за то, что Уолчестер погубил мать и заставил Колина играть роль презренного шпиона.

Усилием воли заставив себя не думать о Колине, Анабелла открыла шкатулку, чтобы посмотреть на перстень Уолчестера и еще раз напомнить себе о его измене. Однако взгляд невольно упал на кольцо Колина, и снова на нее нахлынули воспоминания о недавних днях: боль, сомнения и… любовь. Она безумно любила его… Он, несомненно, будет вне себя от гнева, когда услышит, что она сделала.

Но она обязана так поступить.

Кольцо Колина Анабелла спрятала в кармашек нижней юбки. Король не должен знать об их отношениях. Даже если до него доходили какие-нибудь слухи, правды он знать не должен. Она боялась навредить Колину.

Появился дежурный офицер.

– Его Величество примет вас, мадам, но он может уделить вам лишь несколько мгновений. У него гости.

Гости? Ну да, она слышала, что король обычно не отходит ко сну до рассвета.

Она с трепетом вошла в королевские апартаменты. Король ужинал. Взглянув на его гостей, Анабелла узнала актрису из королевского театра и Барбару Палмер, постоянную любовницу Карла. Та посмотрела на Анабеллу с явным подозрением. За столом сидели также Бекингем, один из советников короля, кузен Барбары Палмер и, к ее огорчению, Рочестер.

Король с мрачным видом вышел ей навстречу. Анабелла с интересом рассматривала человека, о котором так много слышала. Он был высок, намного выше, чем она ожидала, и красив. Густые темно-каштановые волосы, ниспадавшие на плечи, чувственный рот, большие глаза… Несомненно, многие женщины домогались его.

Но с Колином сравниться он не мог.

Король безразлично проследил, как она, спохватившись, сделала реверанс.

– Добрый вечер, мадам Мейнард. Надеюсь, вы оправились от своей болезни?

– Да, Ваше Величество.

– Мы с интересом ознакомились с вашим посланием.

– Ваше Величество, не могла бы я изложить свои доводы наедине?

Кивнув, король проследовал в соседнюю комнату, Анабелла вошла за ним.

– Вы понимаете, насколько серьезные обвинения вы выдвигаете?

– Да, Ваше Величество.

– Излагайте.

– Во-первых, я должна сказать, что мои обвинения основываются не на слухах и подозрениях. Я говорю не как актриса, а как дочь графа Уолчестера.

Наконец-то она завладела его вниманием.

– Что за чертовщина?

– Я незаконная дочь, зачатая в Норвуде вскоре после битвы при Нэзби.

Король прищурился. Эти названия были ему явно знакомы.

– У вас есть доказательства его отцовства?

– Да, – она открыла шкатулку. – Этот перстень он дал моей матери, на нем герб Уолчестеров. Это он тоже дал моей матери. – Анабелла протянула ему листок со стихотворением.

Карл пробежал взглядом листок и побледнел.

– Расскажите все, что вам известно.

Она изложила ему сокращенную версию событий.

Дослушав до конца, он пробормотал:

– Это нас очень обеспокоило. Так вы утверждаете, что ваша мать отнесла письмо до того, как эти люди были арестованы, а бумаги моего отца конфискованы?

Она кивнула.

– Бекингем! – крикнул король, заставив ее вздрогнуть.

Дверь открылась и появился Бекингем вместе с Рочестером. У Анабеллы заныло сердце. Неужели король ей не поверил?

– Бекингем, тебе известно, что произошло в Норвуде после битвы при Нэзби?

– Вы имеете в виду казнь троих наших сторонников и захват королевского архива?

– Да, это нанесло страшный удар нашему делу. Допрашивался ли граф Уолчестер по этому поводу?

– Да, Ваше Величество, причем при моем личном участии. Насколько я помню, он утверждал, что ничего не знал о хранителях архива до их ареста.

– Ты знаком с мадам Мейнард? – Карл взглядом показал в ее сторону.

Бекингем кивнул. Рочестер оказался менее выдержанным и воскликнул:

– Мы ВСЕ знаем мадам Мейнард, Ваше Величество.

Король недовольно взглянул на юнца:

– Раз уж ты здесь, то держи язык за зубами. Ты в те времена был еще сосунком и вряд ли сможешь сказать что-то разумное, – он повернулся к Бекингему. – Мадам Мейнард утверждает, что она незаконная дочь графа Уолчестера. – Спутники короля удивленно посмотрели на нее. – Мы склонны думать, что она говорит правду. В любом случае, у нее есть информация о катастрофе в Норвуде. Ты не помнишь псевдонима Уолчестера во время войны?

Бекингем наморщил лоб:

– Серебряная Птица… нет, Серебряный Лебедь.

Карл протянул герцогу листок.

– Прочти. Ты не помнишь, как звали тех троих?

– Энтони Гиббс, Бенедикт Купер и Пакстон Харт.

Бекингем с непроницаемым лицом несколько раз прочитал стихотворение и пробормотал:

– Да, Серебряный Лебедь.

– Ты думаешь, он это написал? – спросил король.

– Возможно.

– Кому ваша мать должна была передать записку? – обратился король к Анабелле.

– Не знаю, она не рассказывала. Сказала только, что отец описал ей внешность этого человека.

– Любопытно, мадам Мейнард, – произнес Бекингем, – почему вы решили предложить это нашему вниманию?

Она смело посмотрела ему в глаза:

– Я хотела, чтобы свершилось правосудие. К тому же я боялась, что он может навредить мне из-за того, что я узнала о его прошлом.

– Смотрите, Ваше Величество, – Бекингем указал пальцем на строчку. – Вот здесь. Под Порцией имеется в виду Энтони, под Беатрисой – Бенедикт. А «сердце» обозначает Харта. «Площадь мучеников» – это, конечно, площадь святого Стефана, где жили наши люди. Все понятно! Уолчестер назвал солдатам их имена и адрес.

«Да, но почему, называя адрес, граф просит забыть эту площадь?» – удивленно подумала Анабелла.

Король недовольно покачал головой:

– Очень неприятная история. А что значит остальная часть записки?

Бекингем сложил листок и сунул его в карман.

– Ничего, Ваше Величество. Вы же знаете, как составляются подобные письма: одно зерно и куча мусора.

Анабелла продолжала размышлять над текстом. Почему граф призывает солдат заставить замолчать Харта – «пусть будет кротким», – а не всех троих? Ее охватил ужас. Может, она неправильно все поняла? Может, записка должна была предупредить роялистов? Но почему отец требовал ее молчания, если он невиновен в предательстве?

– Ваше Величество, там еще одна строчка имеет смысл, – решилась изложить свои сомнения Анабелла, – «некоронованные силы»…

– Обозначают круглоголовых, – подхватил Бекингем. – Но это ничего не добавляет.

– Я хотела…

– Мадам Мейнард, вы хорошая актриса, но оставьте подобные дела мужчинам.

Внезапно дверь приоткрылась, и в образовавшемся проеме показалась Барбара Палмер. Она пристально оглядела Анабеллу и обратилась к королю:

– Мы вас заждались. Вы обещали сыграть с нами в вист.

– Да, да, мы сейчас идем, дорогая. Государственные дела нас немного задержали, – извиняющимся тоном ответил Карл и повернулся к Анабелле. – Бекингем абсолютно прав. Вы разумно поступили, придя к нам, а теперь оставьте это дело тем, кто в нем сможет разобраться. Бекингем сумеет отличить правду от лжи.

Король явно не хотел продолжения разговора.

– Ваше Величество, я могла быть излишне категоричной в своих обвинениях…

– Вот они, женщины, – злорадно перебил ее Рочестер. – Испугалась за лорда Хэмпдена? Ему тоже придется не сладко, если выяснится, что он в сговоре со своим приятелем.

– Лорд Хэмпден тут ни при чем, – как можно небрежнее возразила Анабелла.

– Неужели? Он твой любовник и друг предателя.

– Не понимаю, какое отношение к этому делу может иметь лорд Хэмпден? – удивленно вмешался Бекингем.

– Такое. Она выступала под псевдонимом своего отца, и почему-то ею заинтересовался единственный приятель графа. Не пахнет ли тут сговором?

– Лорд Хэмпден не имеет к этому никакого отношения, – возмутилась Анабелла. – Вы просто мстите ему за стычку в «Голубом колоколе».

– Что там произошло? – оживился Карл.

– Милорд начал дебоширить в пьяном виде, и лорд Хэмпден поставил его на место.

Король замаскировал свой смех нарочитым кашлем, что еще больше взбесило Рочестера, проворчавшего:

– Одно к другому не относится. А Хэмпден, я вам докажу…

– Хватит, – взмахнул рукой король. – Мадам Мейнард, мы благодарны вам за предоставленные нам сведения государственной важности. Теперь же доверьте мне и моим советникам выяснение истины.

– Но…

– Вы сомневаетесь в справедливости Его Величества или его советников? – сурово спросил Бекингем.

– Нет, – выдавила из себя Анабелла.

Ей показалось, что глаза Бекингема победно сверкнули, однако она не могла понять, что могло послужить тому причиной.

– На сегодня достаточно, – с улыбкой объявил король. – Бекингем, завтра мы все обстоятельно обсудим. С Уолчестером надо срочно разобраться. Да и с Хэмпденом, конечно, тоже, если выяснится, что он участвовал в этом деле.

Анабелла была не в силах пошевельнуться. Господи, как ей остановить это безумие? Что она натворила?

– Я вас провожу, мадам Мейнард, – вкрадчиво сказал Бекингем. – А когда они вышли на лестницу, вполголоса произнес: – У меня есть к вам деловое предложение.

– Слушаю вас, ваша светлость, – она не могла прийти в себя от стремительности, с которой первоначальное недоверие короля к ее словам сменилось непоколебимой уверенностью в том, что граф и Колин виновны в государственной измене.

– Я никому не расскажу о том, что здесь случилось, если и вы дадите такое обещание.

– Но почему?

Его ленивая улыбка не скрывала жесткого взгляда.

– Вам, возможно, известно, что я обладаю большим влиянием на короля. От меня зависит, окажетесь ли вы участницей сговора, существование которого навязывал нам болтун Рочестер, или ваше имя вообще не будет нигде упоминаться. А это немаловажно для вашей безопасности.

– Что же от меня требуется?

– Никому не говорите о стихотворении, особенно лорду Хэмпдену. Я не сомневаюсь в его невиновности. Рочестер по злобе может многое наговорить, но это не значит, что к нему будут прислушиваться.

Напряжение в груди Анабеллы немного ослабло.

– Тем не менее, он друг лорда Уолчестера, и я не хочу, чтобы он осложнил свою жизнь неверной интерпретацией записки. Пусть он лучше о ней не знает.

Сердце бешено забилось, когда до нее дошел смысл последних слов. Выходит, Бекингему неважно, что содержится в записке. Он просто ненавидит Уолчестера и хочет с ним расправиться…

Анабелла почувствовала себя виновницей в происходящем безумии.

Одно дело обвинить предателя и совсем другое – быть свидетелем наказания человека, в виновности которого ты не уверен. Неужели она пошлет своего отца без вины на смерть или в тюрьму? Но ведь он же предатель, король в этом нисколько не сомневается! Самое важное не дать им обвинить действительно невиновного человека – Колина. Только ждать помощи от королевского двора она больше не будет.

– Вы хотите, чтобы свершилось правосудие? – прервал ее мучительные размышления Бекингем.

Анабелла заставила себя улыбнуться:

– Я жажду правосудия, герцог.

Загрузка...