Миранда Ли Сильная слабая женщина

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Переплыв двадцать раз бассейн туда и обратно, Лия вылезла из воды. Невольно покосилась на свое левое бедро, где тянулись длинные грубые шрамы, и грустно вздохнула: скорее всего, они уже никогда не исчезнут! Впрочем, стыдно беспокоиться о таких пустяках, как обезображенная нога, ведь в той произошедшей два года назад автомобильной аварии погибла ее мать!

По сравнению с этой трагедией все остальное ничтожно, даже уход мужа, бросившего ее через несколько месяцев после несчастного случая. Ей никогда не забыть выражение лица Карла, когда тот впервые увидел ее травмированную ногу!

Вначале он долго придумывал различные предлоги, чтобы не заниматься с нею сексом, пока, наконец, не объявил, что хочет развестись из-за того, что она, видите ли, сильно изменилась: стала замкнутой, мрачной и полностью утратила чувство юмора.

Лии ничего не оставалось, как согласиться с доводами и выводами Карла. Не объяснять же близкому человеку очевидное: она только что потеряла мать и сама пролежала больше месяца в больнице, какое тут веселье? Тем более что истинная причина подобного решения крылась, разумеется, совершенно в ином: его просто-напросто испугало ее увечье.

Хромота, слава богу, почти полностью прошла, но шрамы, на ногах и на сердце, останутся навсегда. И как теперь, спрашивается, жить дальше, если ей в глаза заявили, что она больше физически непривлекательна? А ведь раньше Лия считала как само собой разумеющееся, что она красива, ибо как две капли воды напоминала мать: натуральную блондинку с большими зелеными глазами, белоснежной кожей и хорошей фигурой. Столь же очевидным считалось и ее привилегированное положение в обществе. Единственный ребенок одного из самых успешных биржевых маклеров Сиднея, разве могла она в чем-нибудь нуждаться?

Лия росла испорченной, избалованной маленькой принцессой, уверенной в том, что весь мир вращается вокруг нее. Вопрос о деньгах никогда не стоял перед ней. В ее распоряжении имелась кредитная карточка, обеспеченная постоянным и вполне приличным ежемесячным доходом. Немудрено, что ходить на работу и сидеть с девяти до пяти она считала лишним и ненужным. Когда люди спрашивали ее, чем она занимается, Лия отвечала, что она начинающая писательница. Однажды в школе преподаватель по английскому языку сделал ей комплимент, прочитав всему классу ее сочинение. А после окончания школы Лия даже посещала литературные курсы и, купив себе компьютер, написала свой первый роман в форме дневника. Особого успеха он не имел, но тираж более или менее разошелся, и издатель даже предложил попробовать написать второй. Но руки до него так и не дошли.

Позже девушка решила, что первый блин, конечно же, вышел комом. Да и как могло быть иначе, если жизнь ее была бессмысленной и мелкой, лишенной какого-либо смысла, каждый день заполнялся посещением магазинов, благотворительными обедами и праздными часами, потраченными в салонах красоты, в которых она готовилась к званым вечерам. И так неделя за неделей.

А потом она влюбилась в Карла… Ей было двадцать три, а ему – тридцать. Он был красив и очень богат, короче говоря – наследник алмазного короля.

Но через полгода их совместной жизни произошел тот самый несчастный случай, и они расстались. Вряд ли Карл успел бы ее разлюбить за столь короткий срок, значит, никаких особых чувств он и раньше не испытывал. Видно, выбрал, как товар в магазине, чтобы было не стыдно в дом привести. Так, красивая безделушка, удачный трофей, которым можно похвастаться среди друзей и коллег по работе!

– Миссис Би велела передать тебе, что завтрак будет готов через десять минут, – раздавшийся за спиной голос вывел девушку из задумчивости.

Она оглянулась.

На балкон вышел ее отец, одетый в свой любимый шелковый халат. Крепкий, загорелый, он выглядел значительно моложе своих шестидесяти двух лет. Даже легкая полнота и крашеные каштановые волосы не портили его внешний вид.

– Ты прекрасно знаешь, почему я приезжаю домой каждые выходные, – отозвалась девушка.

– Я обожаю кухню миссис Би.

Конечно, это было ложью. Ей просто хотелось провести время со своим отцом, почувствовать себя нужной и любимой. Но признайся она в этом, и Джоаким Блум постарался бы прибрать ее к рукам. А ей не хотелось терять независимость.

– Чушь! – парировал ее отец.

– Ты тощая как жердь. И ешь ты, как курица клюет. Но, так или иначе, я рад, что ты приехала, у меня к тебе важное дело, которое мы обсудим с тобой за завтра ком. Так что поторопись.

– Надеюсь, хоть приятное? – пробурчала Лия ему в спину.

– Или не очень? У меня сегодня настроение не ахти, поэтому лучше мне ничего плохого не говори.

– Это как посмотреть, – закатив глаза, буркнул он и ушел в столовую.

Перекинув полотенце через плечо, Лия поднялась в свою спальню, одну из шести в большом двухэтажном особняке в восточном предместье Сиднея, который, вероятно, стоил несколько миллионов.

Через несколько месяцев после смерти матери отец предложил продать дом, но Лии тогда удалось отговорить его, ведь здесь все хранило память матери.

Пока девушка стояла в душе, ей в голову пришла неприятная мысль: а что, если отец надумал все-таки продать дом.

Я не позволю ему это сделать, решила она, выходя из душа. Буду биться с ним насмерть!

Несколько минут спустя она сбежала вниз, одетая в синие джинсовые бриджи и розовую футболку; ее длинные влажные волосы были завязаны в конский хвост.

Когда Лия вошла в столовую, сердце Джоакима дрогнуло – дочь была удивительно похожа на Изабелл в молодости.

– Если ты думаешь, что сможешь продать дом, папа, – со злостью бросила Лия, усевшись за стол, – то глубоко ошибаешься. Я категорически против. Ничего другого мне не надо. Да, я пре красно знаю, что ты хочешь купить себе какую-нибудь квартиру, чтобы меньше возиться с уборкой, но потерпи, пожалуйста, еще немного. Я не могу пока выехать отсюда, ведь все мое детство прошло здесь.

Джоаким вздохнул. Да, характер у дочери совершенно не похож на материнский! Упрямая и независимая. Впрочем, когда тебя в трудной ситуации бросает муж, тут неизбежно станешь толстокожей.

– Нет, Лия, – заверил он ее с улыбкой. – Дом продавать я не собираюсь. Хотя мне действительно было бы лучше куда-нибудь переехать. Но я прекрасно знаю, как ты любишь его.

Лия почувствовала облегчение. Тогда о чем же отец собирался говорить с нею?

– Признаться, ты меня заинтриговал, – воскликнула она, вынув хлебец из серебряного тостера.

– Ты ведь не собираешься поднимать шум по поводу моей работы, не так ли? Разве ты не гордишься, что я стала самостоятельной?

Когда Лия год назад сообщила, что собирается искать работу, ее ошеломленный отец спросил, чем же, спрашивается, она думает заниматься.

«В наши дни даже официанткам нужны определенные навыки», – сказал он ей тогда.

Лия поняла его скептицизм лишь после того, как разослала свое резюме. Помимо общительности и смазливой внешности, особо похвастаться ей было нечем, разве что средним образованием, которое явно не делало чести принцессе из высшего общества, да весьма поверхностным знанием компьютера. С таким багажом ей интересная должность не светила!

Вот и вышло в результате, что единственная работа, которую она сумела отыскать после бесконечных собеседований, секретарь-регистратор. Причем в не самом роскошном предприятии города, производившем косметические товары. Завод и его главный офис располагались в Эрмингтоне, индустриальном пригороде Сиднея.

– Разумеется, горжусь, – кивнул ее отец, – очень горжусь! Причем без всякой иронии. Все лучше, чем дома шататься.

Вошедшая в комнату миссис Би с подносом, на котором стояли тарелки с яичницей-болтуньей с жареными помидорами и беконом, прервала их беседу.

– Все это выглядит просто восхитительно, миссис Би! – улыбнулась Лия домохозяйке свое го отца, когда та поставила перед нею поднос, а про себя подумала: какое счастье, что она ест зав траки миссис Би только раз в неделю, иначе непременно стала бы огромной и толстой как корова.

– Только учти: ты должна все съесть, – сурово сказала миссис Би, кинув на Лию проницательный взгляд.

– А то на тебя без слез и смотреть нельзя, так ты похудела, дорогая.

– Мужчины терпеть не могут тощих, – поддакнул отец, – как говорится, на досках мы еще успеем наваляться! Разве ты не собираешься искать себе другого мужа?

Вежливо улыбнувшись, Лия принялась молча копаться в тарелке, но, когда миссис Би покинула комнату, она отложила нож и вилку и в упор посмотрела на отца.

– Я не хочу снова выходить замуж, папа. Поэтому прошу тебя, не заводи больше подобных разговоров.

– Как? Почему не хочешь? Так и будешь одна куковать весь век?

– Ты сам прекрасно знаешь, почему.

– Но ведь не все мужчины такие же негодяи, как Карл, – проворчал Джоаким Блум.

– Ты красивая молодая женщина, Лия. У тебя должен быть муж. И дети…

– Я не хочу говорить об этом, папа. Я сама решу, как мне жить. Ладно?

– Рано или поздно ты обязательно повстречаешь настоящего мужчину и влюбишься в него. Природа все равно возьмет свое. Вот помяни мои слова.

Лия с трудом подавила вздох раздражения.

– Что ты хотел обсудить со мной? – спросила она, меняя тему.

– Мне почему-то кажется, что разговор пойдет о деньгах. Только прошу тебя, не говори мне о том, что я могу, а что не могу делать с доходом от моего трастового фонда. Это мои деньги, и я вольна распоряжаться ими по своему усмотрению. Мама не поставила никаких условий относительно наследства. Если я захочу, то могу взять все деньги сразу. Но я стараюсь экономить, хотя мне и приходится каждый месяц снимать небольшую сумму, чтобы свести концы с концами.

– Я не спрашиваю тебя об этом, – покачал головой ее отец, – но меня, признаться, огорчает, что ты зарабатываешь гроши.

– Многие женщины зарабатывают и того меньше, – парировала Лия, – и тем не менее умудряются содержать семью. А я их трачу только на себя. Так что вполне хватает. Вот увидишь, я постепенно войду во вкус и стану много зарабатывать. За год карьеру не сделаешь. Так о чем ты хотел поговорить со мной? – нетерпеливо спросила девушка.

– Доешь сначала завтрак. Мы все обсудим позже за чашечкой кофе.

Любопытство Лии достигло апогея, и она поспешила скорее доесть яичницу. Вкусную, но слишком сытную для завтрака.

– Ну, давай! Я слушаю тебя, – сказала она через несколько минут, сделав глоток ароматного напитка.

– Что ты знаешь о слиянии вашей компании с «Бевилль-холдингом»?

– Как? Неужели ты хочешь сказать, что оно уже произошло? – с тревогой в голосе спросила Лия.

Об этом уже давно ходили слухи. И сотрудники компании со страхом ждали, чем это закончится, ведь новое руководство обычно первым делом сокращает штат.

– Да, слияние уже произошло! – подтвердил Джоаким Блум.

– Об этом даже есть статья в воскресной газете. Плюс фотография вашего нового босса, Джейсона Поллака.

– Джейсон Поллак, – Лия повторила ничего не значащее для нее имя, – никогда не слышала о нем.

– Далеко не все любят светиться в газетах, – пожал плечами отец Лии, – а Джейсон Поллак ведет очень замкнутый образ жизни.

– Покажи мне его, – попросила девушка, и отец раскрыл перед ней нужные страницы газеты.

– Потрясающе! – воскликнула Лия, ожидавшая увидеть фотографию солидного, средних лет человека с брюшком.

А тут молодой, стройный, красивый… Густые черные волнистые волосы, гладко зачесанные назад, открывали высокий лоб. Изящный прямой нос. И маленькая ямочка на подбородке. Настоящий плейбой!

– Это старая фотография? – отрывисто спросила она.

– Нет, – отозвался отец.

– Если внимательно прочитаешь статью, увидишь, что ему всего лишь тридцать два года. Симпатичный, правда?

– Да уж, красавчик, – призналась девушка.

– Но что скрывается у него внутри, это еще вопрос. У таких импозантных миллионеров обычно бывает черная душа.

– Он сын польских иммигрантов. Мать умерла при родах, и отец привез его в Австралию. После окончания школы сразу начал сколачивать капитал.

– Должно быть, он на редкость умен и талантлив, если сумел так быстро заделаться магнатом, – протянула Лия.

– Безусловно. Но вдобавок ко всему он еще удачно женился: на вдове своего первого работодателя, получившей в наследство сеть магазинов электроники. Женщина умерла от рака через несколько лет после их свадьбы, оставив своему обожаемому молодому супругу все состояние. Хотя надо отдать должное и Поллаку. Компания уже дышала на ладан, а он лихо сумел вдохнуть в нее новую жизнь. В своем нынешнем деле он непревзойденный мастер: покупает разорившиеся компании, реанимирует их, а затем с выгодой продает. Если же понимает, что игра не стоит свеч, то быстро продает компанию по частям. И опять-таки не в накладе!

– Да, тот еще типчик! Бедные служащие, которых он вышвыривает на улицу, небось проклинают его почем зря. Наверняка скопил уже миллиарды на чужом несчастье, раз позволяет себе жить, как написано в статье, в пентхаусе небоскреба в центральной части делового района Сиднея.

– Ты все-таки преувеличиваешь, не такой уж он и злодей. А теперь я перехожу к главному. Как, по-твоему, ему удастся спасти «Бевилль-холдинг» или нет?

Лия нахмурилась.

– Почему ты хочешь это знать?

– Дело в том, что два года назад я приобрел довольно внушительный пакет акций вашей компании. Вот, естественно, и волнуюсь. Я могу надеяться на рост стоимости акций или ты посоветуешь мне как можно быстрее от них избавиться?

– Откуда я знаю? – рассердилась Лия и отшвырнула газету в сторону.

– Э, нет, Лия, не будь такой скромницей. Людям нравится с тобой откровенничать. Я сам был тому свидетелем много раз. Ты же работаешь в компании уже восемь месяцев. Держу пари, тебе хорошо известно, что там творится. Когда захочешь, ты бываешь необычайно проницательной. Тебе же достались в наследство мои умственные способности.

– Ты мне льстишь, папа. Я была не слишком проницательной, когда выходила замуж за Карла.

– И что такого? Из-за любви даже самый умный может остаться в дураках. Ну скажи, доченька, у меня есть шанс получить прибыль?

Лия задумалась. Отец прав. Люди действительно любили откровенничать с ней. А в последнее время даже больше, чем когда-либо. И ей было хорошо известно, что происходит в «Бевилль-холдинге». Проблемы у компании, конечно, были, но вполне решаемые.

– Продукция «Бевилль-холдинга» превосходна, – выдала она тщательно сформулированный ответ. – Но руководство бездарно. Я думаю, при хорошем управлении цена твоих акций поползет вверх!

Джоаким довольно улыбнулся. Какая сильная женщина его дочь! Сильная и красивая, которая совершенно не заслуживает того, чтобы прозябать секретаршей-регистратором в захолустье. И уж тем более скучать в одиночестве.

Разумеется, гибель матери и последующее предательство мужа травмировало психику бедняжки. Но жизнь продолжается! Дочери всего лишь двадцать шесть лет. У нее еще есть время начать все сначала.

Чтобы немного растормошить дочь, он и задумал устроить в следующую субботу званый ужин, пригласив несколько старых друзей и еще какого-нибудь красивого и приличного молодого человека.

Только вот кого?

Джоаким долго не мог придумать ничего путного. Подходящих кандидатур в его окружении не находилось. И вот сегодня, когда его взгляд упал на фотографию Джейсона Поллака, ему внезапно пришла в голову странная, но чрезвычайно интересная мысль: а почему бы не пригласить в гости Джейсона Поллака?

Первая реакция Джоакима была резко отрицательной. Нет, это невозможно. Нет и еще раз нет! Наверняка он женился из-за больших денег. А значит, расчетлив, холоден и циничен… Зато сильный и уверенный в себе. Такой способен заставить Лию вновь почувствовать вкус к жизни. А значит, можно рискнуть! До последней секунды его грызли сомнения.

Джоаким кинул быстрый взгляд на дочь.

– Что такое? – спросила она, заметив странный блеск в его глазах.

– Ничего.

Решение было принято. Он пригласит Поллака на обед, но Лии ничего об этом говорить не будет, а то она еще возьмет и откажется.

Загрузка...