Соблазнения Саймона (ЛП)

Глава 21

Она любила его. Это только начало впитываться под его кожу, проникать в кровь. Он слишком хорошо помнил все те чудовищные слова, которые она сказала. Каждый нюанс ее речи отпечатался в его памяти, что чувствовало ее сердце, как эмоции сквозили в ее глазах.

Саймон откинулся на спинку дивана. Наблюдая, как Тони и Эй Джей наряжают рождественскую елку. Их с Мэттом выписали два дня назад. И Тони без перерыва тряслась над ним. Ему это жутко нравилось. Он скучал по ней, несмотря на то, что они много времени проводили вместе и не только здесь, но и в ее новом доме. И в ее постели.

Она любила его. Он был поражен, как эти простые три слова заставили его прочувствовать всю гамму эмоций.

Старла выражала любовь к нему, но его чувства не были задействованы в их отношениях. И он точно не чувствовал ничего, подобного нынешним эмоциям.

Он наблюдал за каждым ее движением, как рубашка касается ее округлившегося живота, когда она тянулась, чтобы повесить повыше игрушку на елку. Жесткая волна собственника прокатила по нему со скоростью молнии.

Она принадлежала ему. На самом деле? Она любила его, но что насчет отца ее ребенка? Спустя месяцы после ее сенсационного заявления, она была молчалива насчет его личности. Он причинил ей боль? Или ее жестоко обманули?

Его мозг был атакован вопросами, вопросами на которые не было ответов. А они нужны были ему, если он с Тони собирался думать о совместном будущем. Он усмехнулся, когда увидел, как она стукнула Эй Джея по рукам и отругала за ангела, которого тот погнул. Да, у них есть будущее. Он не мог даже вообразить свою жизнь без нее. Она стала его вектором, его дыханием. Он любил ее. Его сердце защемило. Боже, да, он любит ее. Разве было когда-нибудь иначе? Он нахмурился. Подумав, он понял, что никогда еще не был так влюблен.

Даже встречаясь с другими женщинами, он всегда думал, что хотел видеть рядом с собой кого-то, вроде Тони. А когда Старла предала его, все, о чем он мог думать, это что Тони никогда бы так с ним не поступила. Был ли он готов снова все поставить на карту, как недавно со Старлой? Ответ был однозначно «Да». Тони очень сильно отличалась от Старлы. Тони любила его. Тони была именно такой девушкой, о которой мечтает каждый парень.

Медленная улыбка приподняла уголки его рта. Вскоре его челюсть свело от широкой улыбки. Да, она точно была его будущим. Он любил ее, и он будет любить её ребенка. Их ребенка. Его ум пришел в действие, обдумывая, когда настанет лучшее время для приведения его плана в действие. Тони посмотрела вокруг, ее взгляд остановился на Саймоне и его широкой улыбке. Она сделала паузу в украшении елки и приподняла бровь.

— Мы так забавно смотримся со стороны? — спросила она.

Его лицо стало серьезным.

— Ты великолепна. Я люблю наблюдать за тобой, — она покраснела, жар опалил ее кожу. Он никогда не был так откровенен перед Мэттом и Эй Джеем, хотя оба знали об их отношениях, включая бесчисленное количество ночей, проведенных им в ее новом доме.

Эй Джей закатил глаза.

— Не могли бы вы притормозить? Я только что поел.

— Почему бы тебе не вернуться к украшению елки? — хмурясь, сказала она ему, — женщинам не надоедает слушать о том, что они великолепны. Особенно если они такие огромные, как дом, — она с сожалением посмотрела на свой большой живот.

— Иди сюда, — Саймон поманил ее пальцем. Его глаза потемнели, а выражение на лице было почти сердитым. Она подошла к его месту на диване, его ноги лежали на журнальном столике. Он обхватил руками ее талию и посадил на свои колени, — ты прекрасна, — пробормотал он, — животик и вся в целом.

Он сплел свои губы, с ее, покусывая нижнюю. Она вздохнула, позволив себе потеряться в его поцелуе. Было легко забыть обо всем в его руках. Упиваться фактом, что он был дома и с ними все хорошо. Но теперь она должна столкнуться с реальностью. Пора сказать ему правду, и сделать это нужно как можно быстрее. Так быстро, как представиться возможность и ни минутой позже.

Он притянул ее еще ближе к себе. Она улыбнулась и уютно устроилась в его руках.

— Похоже, что мне придется закончить наряжать это чудовище одному, — проворчал Эй Джей.

— Ты куколка, Эй Джей, — сказала Тони и усмехнулась.

— Да, Да. Настоящая Cabbage Patch (кукла, созданная Ксавьером Робертсом. Прим. переводчика)

— Мне нужно проведать Мэтта, — сказала она, с неохотой отодвигаясь от Саймона, — он спит уже некоторое время, я хочу узнать, не требуются ли ему еще обезболивающие.

— Он в порядке, — сказал Саймон, удерживая ее в своих руках, — ты мне нравишься там, где сейчас находишься.

— Что скажешь, насчет ужина завтра вечером у меня? — мягко спросила она. Ее желудок сжался. Она может воспользоваться этой возможностью и сказать ему свой ужасный секрет. Она вытерла увлажнившиеся ладони о джинсы, пытаясь избавиться от ощущения липкости.

— Я думаю, что это лучшая идея, которая пришла тебе сегодня в голову, — Сказал он мягко, — думаю, нам о многом нужно поговорить.

Ее сердце подпрыгнуло в груди. Что он имел в виду? Он ведь не может знать. Остановись. Конечно, он не мог знать. Но будет, завтра ночью, потому что она уже не может откладывать этот разговор на другой день. Она только молила бога, что он не будет ее ненавидеть, когда узнает правду.

Следующим утром Саймон встал рано, ощущение намеченной цели заставляло его действовать быстро. Он все еще был нездоров после несчастного случая, но чувствовал себя чертовски удачливым, что не провел на больничной койке больше времени. Или хуже того, быть не в состоянии вернуться к работе. Даже Мэтт через пару дней уже сможет вернуться.

— Где пожар? — спросил Эй Джей, когда Саймон быстро проглотил миску с хлопьями. Он зашел на кухню и присел к барной стойке рядом с другом.

— Плохая шутка, — скривился Саймон.

Эй Джей рассмеялся.

— Догадываюсь. Так в чем дело? Разве ты не должен отдыхать?

— Саймон глубоко вдохнул, — я должен пройтись по магазинам сегодня, и купить кольцо. Я планирую вечером просить Тони выйти за меня замуж.

Лицо Эй Джея расплылось в широкой усмешке.

— Черт возьми. Самое время.

Саймон скривил губы. Теперь будем надеяться, что она скажет «Да».

Эй Джей посмотрел на него, как будто тот начал петь оперу или что-то в этом духе.

— Нет сомнений, что она скажет «Да». Эта девушка давно влюблена в тебя, — Саймон улыбнулся.

— Да, я влюблен в нее не меньше.

— Это большой шаг, чувак. Поздравляю. Похоже, вы с Мэттом сделаете большой шаг.

Саймон искал в лице Эй Джея любые признаки враждебности.

— И что ты чувствуешь по этому поводу?

Эй Джей удивился, всего на секунду.

— Я взволнован, особенно из — за вас с Тони. Она великолепная девушка. Я реально надрал бы тебе задницу, если бы ты не сделал шаг в ближайшее время.

— Да, поверить не могу, что дойти до этого мне понадобилось столько времени, — сказал он с сожалением.

— Что ты собираешься делать? Ну … ты знаешь… Ребенок? — спросил Эй Джей.

— Скажи мне кое — что Эй Джей. Поделись со мной. Она когда-нибудь говорила, кто отец ребенка?

— Нет, она не говорила. Я спрашивал ее много раз, но она так и не призналась.

Саймон медленно вдохнул. Он надеялся, что Тони больше не влюблена в того идиота, который сделал ее беременной. Зная Тони, он мог предположить, что она сказала придурку о ребенке, и он испарился.

— Я не могу даже сказать тебе, сколько раз, я мечтал, чтобы она носила моего ребенка, — тихо сказал он, — это сделало бы все проще. И если быть честным, я жутко ревную, от одной только мысли о ней с другим парнем.

— Я могу это понять, — чутко ответил Эй Джей, — это волнует тебя больше, чем то, что она беременна от другого? Я имею в виду, оставит ли это отпечаток на твоем отношении к ребенку?

— Для меня это не имеет никакого значения, но мы должны поговорить об этом, — сказал он, — я должен знать, что этот парень не материализуется через несколько месяцев.

— Ну, тогда удачи, чувак. И мои поздравления. Не могу представить, чтобы она отказала тебе, — он подмигнул ему и встал с табурета, — пойду, проведаю Мэтта. Дай мне знать, как все пройдет.

— Спасибо Эй Джей.

Саймон взял свои ключи и направился к своему грузовичку. У него сегодня еще много дел.

В шесть вечера, он свернул на подъездную дорогу к дому Тони и припарковался. Он нащупал кольцо в своем кармане прежде, чем выйти из машины и подойти к входной двери.

Как только она ее открыла, Саймон тут же заключил ее в свои крепкие объятия. Именно так, как ей нравилось, и именно так, как ему было удобно расположить ее под своим подбородком.

Он наклонил ее голову и поцеловал притягательные полные губы. Ее вкус был невероятен. Он был готов весь оставшийся вечер дегустировать ее рот.

Она задрожала в его руках, и он быстро закрыл дверь.

— Извини, — попросил прощения он, — не собирался держать тебя в дверях.

Она улыбнулась ему. Эта улыбка почти высосала воздух из его легких. Он стремился впитать в себя все ее изгибы. Боже, он был одержим, желая наслаждаться ею всю ночь.

— Сегодня прохладно.

Он кивнул, освободился от своего пальто и повесил его на вешалку.

— Да, странно, не правда ли? Погода приготовила нам сюрприз в виде холодного фронта на следующие несколько дней.

— Она покачала головой, пока они шли в гостиную, — два дня назад было как в семидесятых.

— Тебе нужна моя помощь с чем-нибудь? — спросил он, когда она прошла дальше на кухню. Он втянул носом воздух с восхищением, — пахнет отлично.

Она снова улыбнулась, его глаза бродили по ее пылающей коже.

Беременность определенно шла ей. Ее кожа приятно сияла. У него промелькнула заманчивая идея держать ее беременной постоянно, как только они поженятся. Он улыбнулся своему высокомерию. Он был уверен, что она не откажется. Он обнял руками ее талию, когда она нагнулась пошевелить угли в камине. Все было очень просто, он не мог держать свои руки подальше от нее. Он любил ощущение в своих руках, когда трогал ее. Он никогда не считал себя привязчивым к чему или кому-либо, но его ощущения от присутствия рядом с Тони, рушили все разумные объяснения. Он хотел провести всю свою оставшуюся жизнь, заботясь о ней. Любя ее, смеясь с ней, занимаясь любовью с ней.

Она развернулась к нему лицом и нежно поцеловала в губы.

— Ты можешь сесть за стол, если хочешь. Ужин будет готов через пару минут.

— Ты имеешь в виду, что тебя в меню нет? — пробормотал он, спускаясь дорожкой поцелуев по ее шее.

Она засмеялась, но смех вырвался немного ненатуральный. Ее глаза не смотрели на него.

— Что-то не так? — спросил он.

— Нет, нисколько, — ответила она мягко, — иди и накрой на стол. Мне нужно вынуть рулет из духовки.

Он взял две тарелки из шкафчика, вилки и ножи из посудомоечной машины. После того, как он положил все на стол, он налил два стакана чая.

— Дай мне, — он взял из ее рук тяжелое блюдо и поставил его в центр стола. В это время Тони положила рядом глубокую тарелку с пастой.

Они сели за стол и принялись за вкусный ужин. Саймон сидел и мог думать только о том, как он подарит кольцо любимой. После ужина, решил он. Они могли устроиться в гостиной, и тогда он откроет свое сердце перед ней.

Когда он помог ей убрать со стола, он заметил, что она была на краю от нервного срыва.

— Иди, устройся в гостиной, я закончу здесь, — сказал он, массируя ее плечи.

Наблюдая за ней, он испытал чувство неловкости. Почему она так встревожена? Это связано с беременностью? Может у нее болит спина?

Что бы это ни было, он надеялся, что его предложение поможет все исправить.

Тони скрылась в гостиной на грани панической атаки. Вечер был прекрасен. Просто прекрасен. Слишком прекрасен, и сейчас, она собиралась все испортить, шокируя Саймона правдой.

Она шагала туда-сюда по ковру, пока ожидала его появления. Ее желудок скрутился в узлы, и она боялась, что ей придется уйти в ванную, чтобы освободиться от ужина. Боже, ну почему же она с самого начала позволила вовлечь себя в эту неразбериху? Почему она не призналась ему во всем уже на следующее утро?

Она тревожно смотрела на него, когда он зашел в гостиную. Нежная улыбка сияла на его губах. Он приблизился к ней, его глаза излучали тепло.

Она почти растаяла лужицей у его ног, когда он взял ее руки и поцеловал каждый пальчик.

— Ужин был фантастический, — пробормотал он, — но теперь, когда он закончен, есть кое-что, что я хочу обсудить с тобой, — она нервно засмеялась.

— Как забавно, потому что у меня тоже есть кое-что, что нужно обсудить с тобой.

— Я первый, — сказал он.

Она сглотнула и кивнула. Он подвел ее к кушетке и сел рядом с ней. Он взял ее руку, перевернул ладонью вверх и поцеловал ее.

— Я люблю тебя, Тони.

Его прямое заявление заставило ее рот открыться. Слезы собрались в уголках ее глаз. Она вспомнила время, когда мечтала услышать от него эти слова. И сейчас он был здесь, держал ее за руку, и пристально смотря, с обожанием, говорил ей эти три слова. А она чувствовала себя самой большой задницей в мире.

— Я думаю, что любил тебя уже давно, — признал он, — но потребовались твои огромные усилия, чтобы проверить мои чувства. А потом, в больнице, когда ты сказала мне что любишь, это заставило меня понять, какой я счастливчик. И каким глупцом я был, не сделав тебя своей уже давно.

Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Он нежно стер ее длинными пальцами. Она хотела зажмуриться, отвести свой взгляд, смотреть куда угодно, только не в его глаза. Она чувствовала, как большой цементный блок, давил на ее грудь. Она не заслуживала его.

— Но я хочу исправить все, Тони. Хочу перевести наши отношения на другой уровень. Но прежде чем мы сделаем это, есть вещи, о которых мы должны поговорить. Кое-что, нужно обсудить обязательно.

Она смотрела на него, ощущая весь вес своей вины, тяготивший ее все время. Скоро она вообще не могла дышать. Она открыла рот, но все слова испарились из нее, как улетающие птицы.

— Тони, — мягко спросил он, — расскажи мне об отце твоего ребенка.