Соблазнить Мальвину

Глава 4

Стася

Когда он срезал с меня веревки при нашем первом знакомстве, я перепугалась до жути. Меня тогда колотило не на шутку, хотя я и пыталась не показывать этого. Тогда до меня не сразу дошло, что незнакомец просто хотел меня освободить от веревок, в которые меня упаковали те козлы из клуба.

Теперь же... Теперь я лишь плотоядно облизнулась, уже предвкушая те ощущения, что вот-вот испытаю.

Не боишься? — как всегда предусмотрительно спросил муж. Он всегда чутко улавливал мое состояние, и всегда прежде всего заботился о безопасности. Даже если выглядел при этом как голодный, дикий зверь. Нет, — уверенно выдохнула я.

— Сделай это со мной.

Торжествующая улыбка на его лице, и первое прикосновение лезвия к коже...

Потрясающий контраст, который только усиливал впечатление от происходящего.

Одну за другой он задевал нити на моем теле, то с одной стороны, то с другой. Что-то тянул сильнее, что-то, наоборот, едва трогал, при этом продолжая выписывать узоры кончиком лезвия.

Опасность заводила. Я была напряжена словно струна. И при этом каждый раз, глядя в глаза любимого, в очередной раз убеждалась, что мы с ним были на одной волне.

Когда он разрезал первую петлю, я с трудом удержалась от стона. Закусила губу так, что почувствовала вкус крови.

— Не сдерживайся... - прошептал Арес, заметив мою попытку не нарушать тишину. — Кричи, моя девочка...

И тут же рванул еще один узел.

В этот раз я не смогла подавить стон. Тело прострелило ярким всполохом, я неосознанно дернула рукой, чтобы продлить ощущение, но руки по-прежнему были в плену витиеватых узоров.

— Не так быстро, малышка, — довольно пробормотал муж. — Подожди чуть-чуть. Сейчас станет еще лучше.

И ведь не соврал. Знала, что умение мужа отточено, что он действительно мастер узлов, но все равно каждый раз восхищалась тем, как тонко он чувствовал момент, чтобы сделать то или иное действие.

— Вот так, маленькая, кричи... Отпусти себя, прочувствуй момент...

Его пальцы скользнули мне между ног, и я застонала в голос.

Еще... - выдохнула, изнывая от неудовлетворенного желания. Еще? — коварно прошептал он, вгоняя в меня сразу два пальцы. Мышцы стали сокращаться против моего желания. — Давай, хорошая моя, давай.

Казалось бы освобождение должно облегчить мое состояние. Но почему-то этого не произошло. Лишь сильнее скрутило пружину внутри. Будто какие-то точки в моем организме до сих пор были заблокированы.

— Хорошо тебе, маленькая? — спросил Арес, снова оказываясь у меня за спиной.

Да... Нет... Пожалуйста. Я больше не могу. Можешь, еще как можешь, малыш. Давай, вот так, — порочно шептал он, перетягивая нити так, что узор менялся, а вместе с ним менялись ощущения, становясь еще более яркимиГотова к большему? Да! Да!! Дай мне! — выкрикивала я, уже плохо понимая, чего же просила.

Всего какое-то мгновение, и мы оба оказались на постели. Муж был уже полностью обнажен, а я — оказалась верхом на нем, с руками, по-прежнему связанными за спиной. Вокруг груди все еще были натянуты узлы. Кажется, Арес говорит, что это называется синдзю. А может, и еще как — я так и не научилась разбираться в хитроумных названиях того, чем радовал меня муж.

— Поехали, Мальвина, — прохрипел он, после чего резко насадил меня на себя, заставив раскрыться еще больше. Его член буквально пронзал меня, обжигал своим желанием и твердостью.

Крепкая хватка в волосах заставила откинул голову назад, предоставляя доступ к шее, чтобы уже в следующее мгновение, муж сомкнул на ней зубы.

Словно дикое животное клеймил меня, заявляя права.

А потом он начал двигаться.

Резко. Отрывисто. Нагло.

И чертовски размашисто.

Находясь в столь уязвимом положении, я не могла ничего контролировать и только послушно позволяла пользоваться моим телом.

Хотя это было лукавством. Никто не использует тело так, что то испытывает колоссальное удовольствие. Правда в том, что я по-прежнему ощущала себя богиней, музой, которой поклонялись и которой доставляли удовольствие снова и снова.

— Кончи еще для меня, девочка, — потребовал Арес, вбиваясь особенно глубоко. — Давай, сейчас.

Мои мышцы послушно сократились. Я никогда не могла противиться его безумной безудержной энергетике. С самого начала он смог приручить меня и подчинить себе.

И я не была против. Потому что оно того стоило!

Оргазм оказался куда ярче предыдущего. И пока я приходила в себя, муж продолжал вбиваться, двигаясь так яростно и жестко, как никогда.

Он и правда был голоден. Я не ошиблась.

Но несмотря на это он замедлился, приподнял мое лицо, заставляя посмотреть в глаза. А затем медленно и тягуче поцеловал.

Мой наркотик, мой яд.... - выдохнул он, а второй рукой сжал грудь, царапнул походя пальцами сосок, чтобы затем чуть оттянуть одну из петель, вырывая у меня приглушенный стон.

Моя... — Его хватка чуть усилилась. — Моя девочка...

— Твоя, — снова согласилась я и сильнее подставилась под ласки. Губы тут же накрыли другой сосок, покусывая, играя и дразня. — Пожалуйста... Я не могу больше...

Затуманенный похотью взгляд встретился с моим.

— Вот теперь ты готова...

Он ловко снял меня с себя и перенес на кровать. Осторожно уложил на живот, чтобы бережно провести пальцами по руках, оставшимися в плену веревок, по узлам, который украшали предплечья.

Дорожка из поцелуев сменилась уже знакомым холодом металла, а затем — свобода...

И как всегда Арес не дал мне прийти в себя — приподнял за бедра и вошел резко, до упора. Так что внутри снова все зажглось, а тело, разомлевшее после удовольствия, вновь наполнилось жаром, жаром его желания.

Может кому-то это показалось бы неуважением, но я балдела, млела и просила еще. Мне было в кайф, что мой мужчина брал меня вот так — дико, до одури, трахая словно никого в этом мире больше не было.

Только он. Я. И наше бешеное желание.

Его финальное рычане совпало с моим пиком идеально. Как и всегда. Мы были словно спаяны воедино — инь и янь.

Люблю тебя, — выдохнул Арес мне в затылок, все еще не торопясь выходить из меня. И я до безумия любила эти мгновения — когда уже нет того зудящего желания, которое мешает мыслить трезво, но еще не нужно куда-то бежать и что-то торопиться делать. Когда мы — все еще едины. Когда весь мир — наш. Люблю, — ответила следом, глупо улыбаясь.

Завтра у меня будет болеть все тело, и сидеть под пристальным взглядом Маши на новогоднем празднике мне будет неловко. Но это будет завтра.

А сейчас...

— Ты ведь не думаешь, что я наелся? — раздался довольный голос мужа. Я не видела его лица, но знала — он улыбался. Довольно и счастливо. Как и я.

— Я тоже все еще голодна, — промурлыкала, потеревшись щекой о его ладонь, лежавшую рядом.

Нас ждал душ, в котором обязательно будет не менее горячее продолжение...