Алина Аркади Стечение обстоятельств

Глава 1

Арина

Свадьба ‒ самое волшебное и долгожданное событие в жизни каждой девушки. Невероятное торжество, окутанное романтикой, предвкушением и волнительными эмоциями. Как правило, на подготовку уходит много времени и сил, и вот, в момент свершения данного события, любая девушка испытывает ни с чем несравнимое волнение перед произнесением долгожданного «да».

Любая? Вероятно. Но не я.

Отражение в большом напольном зеркале рисует мне прекрасную стройную брюнетку в длинном свадебном наряде. Прямое платье-русалка, с небольшим шлейфом и ажурной спинкой, перетекающей в такие же, полупрозрачные рукава. Сдержанное, лаконичное, выгодно подчёркивающее фигуру ‒ мой выбор среди множества пышных нарядов в салоне. Атласная ткань струится по ногам, обволакивает каждый изгиб, опускается мягкими волнами до самого пола, прикрывая белые туфельки на тонкой, но невысокой шпильке, лишь подчёркивают нежный образ невесты.

Катя, конечно, высказала своё, никого не интересующее, мнение по поводу моего наряда, заметив, что она остановила бы свой выбор исключительно на мега пышном, переливающемся тысячью кристаллов, платье, для которого, предполагаю, необходимо заказывать отдельный лимузин, потому что заднее сиденье обычного автомобиля вряд ли способно вместить это великолепие. Волнение отсутствует, а мандраж не сопровождает меня не протяжении всего дня, в отличие от Веры ‒ жены отца, и Кати ‒ сводной сестры. Такое чувство, что сегодня выходит замуж одна из них. Регистрация назначена на четыре, и это тоже не моя прихоть, а любимых девочек отца, которые слишком долго собирались не на свою свадьбу.

‒ Сестрёнка, ты прекрасно выглядишь, ‒ слащавый голосок раздаётся из-за спины, заставляя вздрогнуть. Всегда подкрадывается бесшумно, мягко. ‒ Но я бы на твоём месте выбрала другое платье, в этом нет изюминки, ‒ фыркает.

‒ А изюминка, по-твоему, это много-много блёсток и столько же юбок? ‒ Вздёргиваю бровь, предполагая положительный ответ.

‒ Именно! Бессовестно пышное платье, длинная, фата в несколько метров, и шикарная диадема с крупными камнями. Я бы хотела именно такой наряд, ‒ мечтательно улыбается.

‒ Вот когда будешь выходить замуж, именно на таком и остановишься. А сегодня моя свадьба, и главное действующее лицо тоже я.

‒ Хм, вот не понимаю, что Олег нашёл в тебе, ‒ рассматривает свои длинные острые коготки, ‒ хотя, понимаю ‒ брак договорной.

‒ Мы встречались год после знакомства, и уже потом наши отцы договорились о браке. Мы нравимся друг другу, относимся с теплотой и нежностью. Этого вполне достаточно для крепкого союза.

‒ Для крепкого союза требуется страстный секс и громкие крики в спальне, сестрёнка, ‒ подмигивает моему отражению в зеркале, ‒ как тебе Олег в постели? Ну, поделись с любимой сестрой. ‒ Подходит, обнимая меня за плечи. Стряхиваю холодные ладони.

‒ Во-первых, сводная сестра. Во-вторых, подробностями личной жизни я делиться ни с тобой, ни с кем-либо другим не желаю. На личном личное ‒ только так.

‒ А мне вот твой будущий муж кое-что рассказал, ‒ улыбается, почти шепчет, ‒ не так у вас всё в постели отлично, ‒ подмигивает. ‒ Скучная ты.

Злость окатывает изнутри, хочется с силой толкнуть в бок любопытную сестрицу и сломать ей пару рёбер. Раньше я бурно реагировала на каждый её выпад, пока не поняла ‒ она живёт ответными эмоциями на свои провокации. Но сегодня такого удовольствия я ей не доставлю.

‒ С чего бы это вдруг Олегу делиться с тобой подробностями нашей интимной жизни? Или ты опять подслушивала, приложив своё ушко к моей двери?

‒ Я? Я никогда не подслушиваю!

‒ Ну да, ‒ хмыкаю, ‒ это мы уже проходили, Катя. Ты ни раз была поймана за гадким делом. Живи своей жизнью, а в мою не смей лезть. И выйди вон ‒ тебе здесь не место. Сегодня я хочу лицезреть исключительно прекрасное, ‒ слащаво улыбаюсь, отчего девушка растягивает губы в ответ, ‒ ты в эту категорию не входишь.

‒ Ах так, ‒ шипит, прищурившись, но всё же двигается к двери, ‒ этот день ты точно запомнишь!

Наконец, Катя выскакивает из подготовительной комнаты, оставив меня в одиночестве. Я хочу перекинуться парой слов с отцом. Волнение всё же даёт о себе знать, и я вновь, по привычке заламываю пальцы, собираясь с мыслями.

Год назад именно папа познакомил меня с Олегом, с сыном своего знакомого, которого рассчитывал увидеть деловым партнёром в новом проекте. Возможный брак лишь предполагался, при условии, что возникнет взаимная симпатия. Папа слишком меня любит, чтобы заставлять связывать узами брака с человеком, который окажется мне противен.

Но, познакомившись, мы понравились друг другу по-настоящему. Высокий брюнет с зелёными глазами сразу меня обаял, оказавшись в придачу очень интересным человеком и собеседником. Проведённое вместе время, совместный отдых и развлечения, лишь укрепили симпатию, чему отец был рад. К тому же, уже решённый вопрос брака привёл нас с Олегом в постель, и именно с будущим мужем я познала все прелести интимной жизни и возможных её вариаций.

Единственное, что меня смущало ‒ Олег не умеет целоваться. Все его манипуляции языком больше похожи на облизывания собаки, чем на что-то возбуждающее и завораживающее, но и это можно перетерпеть, не увлекаясь процессом. Конечно, прикосновения неотъемлемая часть отношений, но от неё я успешно уворачиваюсь, не привлекая внимания. Всё, что касается секса ‒ мне не с чем сравнивать, точнее, не с кем, именно поэтому слова Кати так резанули, посеяв ещё большие сомнения в правильности сегодняшней свадьбы.

Влюблённость между нами есть, но есть ли любовь? Вероятно, выйдя из этой комнаты, мне уже никогда не узнать обратного.

‒ Готова?

Чёрт, что же вы сегодня все подкрадываетесь ко мне?!

‒ Можно сказать, да, пап.

‒ Красавица! ‒ Папа подходит сзади, обнимая меня за талию. Кладёт подбородок на моё плечо, с восхищением разглядывая отражение в зеркале. ‒ Вот только красавица не выглядит счастливой.

‒ Катя вышла отсюда пару минут назад. ‒ Отец прекрасно знает, что это означает.

‒ Опять зацепились?

‒ Не опять, а снова, ‒ раздражённо бурчу. ‒ Как хорошо, что с завтрашнего дня я уже не буду жить с ней под одной крышей. Только ради этого стоит выйти замуж. ‒ Нервно провожу ладонями вниз по платью, делая вид, что расправляю ткань.

‒ Только не говори, что ты согласилась на брак именно по этой причине? ‒ Отец заводится, снова поднимая неприятную тему. ‒ Мне бы хотелось, чтобы муж у тебя вызвал хоть какие-то чувства.

‒ Например, симпатию?

‒ Хотя бы влюблённость.

‒ Она есть. Тебе не стоит волноваться.

‒ А любовь?

Молчу, не решаясь согласиться с тем, чего нет и, вероятно, не будет. Олег очень привлекает меня, притягивает и манит, но чего-то глубокого я не чувствую, искренне надеясь, что со временем во мне всё же проснётся любовь к нему.

‒ Пока лишь влюблённость, ‒ поворачиваюсь, чтобы поправить бабочку на шее родителя, ‒ но сегодня я стану Евдокимовой, а значит, мне просто придётся проникнуться к своему супругу более глубокими чувствами. Иначе, как построить семейное счастье?

‒ Фу, как пафосно! ‒ смеётся. ‒ Ариша, я уже спрашивал тебя. Ты могла отказаться.

‒ Но тебе важен Евдокимов, как партнёр, так?

‒ Да, ‒ отец не отрицает. Эта тема поднималась неоднократно.

‒ Мне нужны его дотации в мою компанию. Объединению или созданию нового я тоже буду рад, а родственные связи крепче, чем любой подписанный документ.

– Я в курсе. Слышала много раз. Но мне показалось, что между Олегом и Катей изначально возникла более сильная симпатия. Ты мог бы настоять на браке с ней.

‒ Хм, она мне падчерица, а не дочь, а Евдокимов желал именно Строганову. Родную кровь. К тому же, ты на тот момент была свободна, ‒ напоминает отец, вновь раздражая.

‒ Если бы ты дал мне больше свободы и не следил за каждым шагом и вздохом, скорее всего, я бы уже давно не была свободна, ‒ фыркаю, отстраняясь.

‒ Ты знаешь по какой причине ты некоторое время была ограничена в действиях.

‒ Некоторое время? Шесть лет, напоминаю. Если ты вдруг забыл, ‒ расхаживаю из угла в угол, нервно заламывая пальцы. ‒ В тот момент, пока Катенька шастала по всем клубам столицы и весело проводила время, я же безвылазно находилась дома, не имея возможности даже выходные провести с друзьями, а поехать куда-то в компании знакомых, так и вовсе подобно преступлению, ‒ возвожу руки к небу, повышая интонации. ‒ Если бы ты дал мне больше свободы в своё время, сейчас я бы не стремилась связать себя браком с Евдокимовым.

‒ Ты это делаешь назло мне или себе во благо? ‒ Папа подходит, заглядывая в моё лицо. Ответов для него там нет, что бы он не искал.

‒ Скорее, всё в точности наоборот.

‒ Ариша, Олег надёжный и серьёзный человек. Он будет тебя оберегать и заботиться, уверен, ‒ берёт мои руки, подносит к губам, целуя каждую. ‒ Мне кажется, он тебя любит, по-настоящему, просто… пока не проявляет это очень активно.

‒ А когда проявит? Когда ты проявил чувства к маме?

‒ Сразу, ‒ отворачивается, пряча взгляд. ‒ Это была любовь с первого взгляда, которая, увы, закончилась через восемнадцать лет после известных тебе событий. Но главное, что она была. ‒ Тушуется, стесняясь показывать переживания. Они развелись шесть лет назад, и отец снова женат, но каждый разговор о маме заканчивается смущением и скачком на другую тему. ‒ Если ты готова, можно выходить. Почти четыре. Все уже собрались.

Кладу ладонь на подставленный для меня локоть, чуть сжимая пальцы. Всё же я волнуюсь. Немного потряхивает от осознания, что через час я выйду отсюда женой человека, в которого, наверное, влюблена. Чувство влюблённости меня уж захватывало, расплываясь внутри эйфорией и счастьем. Но сейчас происходит нечто иное ‒ более интимное и глубокое.

Останавливаемся с отцом перед большими резными дверями, уже готовые войти в торжественный зал под марш Мендельсона. Но двери не открываются, приглашая нас, а музыка не слышна, что настораживает.

‒ Не может найти Олега, ‒ выскакивает Вера, оповещая о потере жениха и уносится прочь по коридору. ‒ У него кольца.

Сквозь приоткрытую дверь вижу озадаченные лица гостей, которые крутят головами из стороны в сторону и регистратора, показывающего на часы.

‒ Он должен уже ждать меня в зале. ‒ Начинаю оглядываться, чтобы выловить своего будущего мужа.

‒ Позвони ему, ‒ предлагает отец.

‒ Не могу. Телефон к комнате, как и сумка с вещами. Я сейчас.

Иду по коридорам, извивающимся и имеющим ответвления. Тихо и лишь стук моих каблучков разносится эхом по пустым коридорам. Только это не хватало! Сразу вспоминается фильм «Сбежавшая невеста», вот только сегодня сбежавшим является именно жених. Неужели передумал за минуту до регистрации и решил просто уйти по-английски?

Меня отвлекает непонятный звук в глубине коридора, а, пройдя пару шагов, натыкаюсь на дверь туалета и дёргаю ручку на себя.

Застыв на пороге, пытаюсь осознать увиденное, нервно сглатывая слюну и почти оседая на пол. Катя, опершись на раковину, стоит загнувшись перед Олегом, который очень активно, громко и энергично, трахает её. Глаза мужчины прикрыты и с губ срываются лишь хрипы и разрывающие стоны. Они настолько заняты процессом, что не сразу обращают на меня внимание. А я только и могу открывать и закрывать рот, наблюдая, как мой будущий муж насаживает на себя мою сводную сестру.

Гадко. Противно до тошноты. Начинаю шмыгать носом, не в силах сдержаться и принять порочную картинку.

‒ Арина… ‒ наконец, Олег отмирает, тут же отталкивая Катю и запихивая возбуждённый орган в трусы. ‒ Я… Мы… Ты не так поняла…

‒ Я. Всё. Поняла, ‒ цежу сквозь зубы. ‒ Пока я ожидаю возле двери зала, готовая стать твоей женой, ты благополучно заталкиваешь свой член в мою сестру. Не мог подождать? Ах, да, у нас же в постели всё не так отлично. Видимо, своё отлично ты получил, ‒ киваю в сторону Кати.

Сестрица лыбится, как ошалелая, спокойно подтягивая трусики и поправляя обтягивающее платье. Больше похоже на продуманный ход, чем на случайный секс в туалете ЗАГСа.

‒ Я же обещала, что этот день ты запомнишь, ‒ ухмыляется, расплываясь в самой милой из существующих улыбок. ‒ Надеюсь, каждый раз, когда ты будешь ложиться в постель с Олежкой, у тебя перед глазами будет стоять эта невероятная сцена. Ну что, пошли жениться, сестричка?

Закрываю глаза, сжигаемая злостью и обидой, разочарованием и досадой. Адский коктейль чувств разносится по венам, потряхивая крупной дрожью и застилая пеленой глаза. Замахиваюсь и, швырнув букет невесты, попадаю в Олега, разбив ему нос. Он даже не подозревал, что скромный букетик имеет тяжёлую пластиковую ручку, в которой закреплены ножки цветов. Капли алеют на белой рубашке, а мужчина закидывает голову в попытке остановить кровь. И это впервые, когда Катенька обескуражена моим поведением. Отходит на пару шагов назад, прячась за спину Олега, видимо, ожидая следующего предмета, который обязательно предназначен ей.

‒ Козёл! ‒ кричу, что есть силы. ‒ Чёртов кабель! Я за тебя замуж не выйду!

‒ Но наши отцы заключили договор… ‒ гундосит, закрывая нос мой жених.

‒ Плевать! На тебя, на договор, и на всё, что сейчас происходит. Хочешь жениться? Женись на этой, ‒ киваю в сторону Кати. ‒ Вы идеальная пара!

‒ Подожди…

Олег кричит вслед, но я уже мчусь по длинному коридору, желая покинуть это место. Приближаюсь к холлу, замечая, что почти все гости вывалили из зала и сейчас непонимающе перешёптываются. Вижу отца, разговаривающего с отцом Олега, а, когда он замечает меня, замираю. Не знаю, что написано на моём лице, но уж точно не счастье и предвкушение.

‒ Где Олег? ‒ доносится голос Веры.

‒ Трахает твою дочь в туалете.

Гости оборачиваются, услышав резкое высказывание и провожают меня взглядом, когда я почти добегаю до выхода.

‒ Ариша, что случилось? А свадьба? ‒ слышу голос папы.

‒ Свадьба? ‒ останавливаюсь в дверях. ‒ Пусть Евдокимов женится на твоей замечательной падчерице, которая так вовремя подставила себя для моего будущего мужа. Совет да любовь! ‒ истерически смеюсь, пока по щекам стекают слезинки и душит дикая обида.

‒ Арина! Стой! ‒ слышу голос несостоявшегося муженька и срываюсь с места, чтобы скрыться от изучающих меня глаз в толпе людей на улице.

Загрузка...