Джеки Коллинз Стерва

Глава 1

Нико Константин встал из-за стола для блэкджека, улыбнулся игрокам, бросил хорошенькой девушке-крупье пятьдесят долларов чаевых и забрал двенадцать блестящих золотистых пятисотдолларовых фишек. Шесть тысяч долларов. Неплохой был бы итог для получасовой игры, если бы раньше Нико не проиграл около двух тысяч.

Нико обвел взглядом многолюдное казино Лас-Вегаса. Его темные глаза изучали разношерстную толпу. Пожилые женщины в ярких платьях азартно дергали рычаги игральных автоматов. Загорелые пары, обессилевшие от волнения и избытка солнца, спешили урвать сотню «зеленых» за игорными столами. Прогуливающиеся проститутки бесстрастными глазами высматривали крупную дичь. Солидного вида мужчины выкрикивали что-то со среднеамериканским акцентом у столов для покера.

Нико улыбнулся. Лас-Вегас всегда забавлял его. Вечная суета. Выигрыши и проигрыши. Придуманный мир. Город развлечений посреди безводной пустыни. Ослепительная неоновая реклама многих известных человечеству пороков. А также некоторых неизвестных. За деньги в Лас-Вегасе можно получить все. Только скажи, что ты хочешь.

Прикуривая длинную тонкую гаванскую сигару от плоской золотой зажигалки фирмы «Данхилл», он улыбался и кивал людям, которые всячески стремились привлечь к себе его внимание — администратору, продавщице сигарет, охраннику. Нико Константин был в Лас-Вегасе известной личностью. Более того — он был джентльменом. А много ли джентльменов осталось в мире?

В свои сорок девять лет Нико выглядел прекрасно. Появившиеся седые пряди лишь подчеркивали иссиня-черный цвет вьющихся волос. Густые ресницы обрамляли его темные глаза. Форма носа говорила о силе характера. Загорелая кожа имела оливковый оттенок. Широкие плечи и узкие бедра вызывали зависть у многих молодых мужчин.

Однако главное, что выделяло Нико из числа других интересных мужчин, был его стиль. Аура. Харизма.

Его костюмы из превосходной материи всегда были сшиты на заказ. Шелковые рубашки всегда были самого высшего качества, итальянские туфли — из мягчайшей кожи. Нико Константин покупал только первоклассные вещи. Он следовал этому правилу с двадцати лет.

— Принести вам что-нибудь выпить, мистер Константин?

Возле него появилась официантка. Ее длинные красивые ноги обтягивала черная паутинка колготок. Ее улыбка сулила многое.

Он усмехнулся, продемонстрировав свои великолепные лишь с одной золотой коронкой белоснежные зубы.

— Почему бы и нет? Пожалуй, девяностоградусную водку со льдом.

Его черные глаза недвусмысленно флиртовали с девушкой, и она наслаждалась каждым мгновением этой игры. Женщины обожали Нико Константина, и это ему нравилось. Он был обольстителен со всеми — от официантки до принцессы. Цветы — непременно красные розы, шампанское — только «Крюг», подарки — золотые украшения от Тиффани, а если роман продолжался больше нескольких недель, — бриллианты от Картье.

Официантка отправилась за напитком. Нико посмотрел на свои золотые часы «Патек Филлип». Восемь часов. Вечер только начинался. Он выпьет, понаблюдает за происходящим и снова испытает судьбу.


Нико Константин родился в 1930 году в бедном пригороде Афин. Окруженный заботами трех старших сестер, мальчик купался в океане женской ласки. Сестры обожали его, постоянно тискали и душили в объятиях. Мать баловала сына, родственницы потакали всем его прихотям.

Отец Нико, обслуживавший одну из великолепных яхт Онассиса, часто отсутствовал, поэтому маленький Нико стал главным мужчиной в семье. Он был очаровательным карапузом, а позже — красивым подростком. К тому времени, когда четырнадцатилетний Нико ушел из школы, все соседские девушки были влюблены в него без памяти.

Три сестры, не говоря уже о матери, ревностно следили за юношей. Для них он был прекрасным принцем.

Когда отец решил взять его на яхту юнгой, вся семья взбунтовалась. Женщины ни за что не хотели отпускать Нико со своих глаз. Отец попытался настоять на своем, но все его доводы не возымели действия, и Нико пошел работать в ближайший порт. Рыбаки свозили сюда рыбу. Небольшой док, куда определили Нико, находился всего в сотне ярдов от того места, где одна из его сестер работала на очистке рыбы. Она следила за братом, точно зоркий ястреб. Если он заговаривал с какой-нибудь девушкой, рядом с ним тотчас возникала фигура его разъяренной и властной сестры.

Семья Нико хотела, чтобы юноша оставался чистым и неиспорченным как можно дольше. И ради этой цели они дружно сплотились вокруг него, не давая никому ни малейшего шанса прорвать это кольцо защиты.

Нико тем временем взрослел. Его тело крепло, кровь играла, чресла наливались силой. Юноша почти постоянно пребывал в возбужденном состоянии Да и не удивительно — ведь его все время окружали четыре женщины. Сексуальная атака происходила на всех уровнях. Он видел обнаженные груди и лобковые волосы, вдыхал женские запахи. Куда бы он ни посмотрел, повсюду сохло выстиранное женское белье.

Шестнадцатилетний Нико дошел до отчаяния. Облегчение приносил лишь онанизм, но и к этому занятию приходилось готовиться, как к военной операции. Женские глаза зорко следили за ним каждую минуту.

Он понял, что должен уехать, хотя это решение далось ему нелегко. Нико боялся лишиться любви и обожания близких… И тем не менее сознавал, что эта любовь буквально душит его и побег — единственный выход из положения, единственная возможность стать настоящим мужчиной.

Нико уехал воскресным вечером в декабре 1947 года и через два дня прибыл в Афины — голодный, усталый, продрогший, сожалеющий о своем поступке и боящийся, что родные устроят погоню.

Он понятия не имел о том, что ему делать, где найти работу, к чему его влечет.

Нико бродил по городу, замерзая в тонких хлопковых штанах и тонкой рубашке. Только непромокаемая накидка защищала его от холода и сырости.

После долгих скитаний он нашел пристанище в подъезде большого жилого дома. Вскоре к зданию подкатил автомобиль, из которого выбрались две женщины в мехах. Они болтали и смеялись.

Инстинкт самца подсказал Нико, что следует привлечь к себе их внимание. Он громко кашлянул, перехватил взгляд одной из женщин, трогательно улыбнулся, явно демонстрируя свою незащищенность, уязвимость.

— Что? — спросила женщина. — Тебе нужен мой автограф?

Нико, всегда отличавшийся необыкновенной находчивостью, ответил без колебаний:

— Я три дня добирался сюда, чтобы получить ваш автограф.

Он даже не подозревал, кто стоит перед ним. Женщина казалась загадочной и невероятно красивой. Нико видел светлые локоны волос, изящную фигуру под распахнутой шубкой, чувственную улыбку.

Она подошла, и он вдохнул чудесный аромат, напомнивший ему домашние женские запахи.

— Похоже, ты устал, — произнесла незнакомка волшебным, нежным голосом.

Нико не ответил ей. Он смотрел на нее своими темными глазами, пока она не взяла его за руку и не произнесла:

— Пойдем, тебе надо выпить что-нибудь горячее и надеть теплую одежду.

Ее звали Лиз Мария Андротти. Она была знаменитой оперной певицей. В тридцать три года после развода с мужем она стала очень богатой и свободной. Нико считая, что Лиз Мария — самый замечательный человек на свете.

Через несколько дней они стали любовниками. Семнадцатилетний юноша и тридцатитрехлетняя женщина. Лиз Мария научила его заниматься любовью именно так, как ей этого хотелось. Нико перенимал опыт с большой охотой, был прилежным и старательным учеником.

— Господи, Нико! — восклицала она в минуты отдыха после наслаждения. — Ты — самый искусный любовник из всех, какие у меня были.

И конечно, в этом была ее заслуга.

Друзья певицы, узнав об их связи, пришли в ужас, они постоянно предостерегали ее:

— Ты связалась с ребенком. Разразится скандал. Твои почитатели не потерпят этого!

Лиз Мария выслушивала все предостережения с улыбкой.

— Он сделал меня счастливой, — говорила в ответ певица. — Он — лучшее, что у меня было в жизни. Нико отправил семье короткое письмо. У него все в порядке, работу нашел, скоро напишет снова. Он вложил в конверт немного денег, которые ему дала Лиз Мария. Она настояла на этом и контролировала, чтобы Нико каждый месяц писал домой. Она понимала, что родные переживали за него. Он был чудесным юношей.

Они поженились в тот день, когда Нику исполнилось двадцать лет. Лиз Мария пыталась избежать повышенного внимания прессы, но тем не менее освещать церемонию устремилось множество фотографов, и бракосочетание обернулось безумным шоу. Из газет родные Нико узнали о женитьбе своего драгоценного мальчика и бросились в Афины. Их появление подлило масла в огонь, и скандал, который Лиз Мария и Нико пытались игнорировать, разгорелся еще сильнее.

Однако родные Нико ничего не могли поделать. Брак зарегистрирован официально. К тому же супружеская пара выглядела необыкновенно счастливой.

Идиллия длилась девятнадцать лет. Они, похоже, не замечали разницы в возрасте. Лишь газеты время от времени возвращались к этой теме.

Из угловатого юноши Нико превратился в холеного светского человека. Лиз Мария привила ему вкус к первоклассным вещам. Ее состояние позволяло им жить на широкую ногу.

Нико никогда не утруждал себя работой. Лиз Мария не хотела этого. Путешествуя с ней по всему миру, он выучил английский, французский, немецкий и итальянский языки.

Научился кататься на горных и водных лыжах, управлять гоночным автомобилем, ездить верхом на лошади и состязаться в поло. Он великолепно играл в бридж, триктрак и покер. Стал знатоком вин и кулинарного искусства.

Нико часто играл на фондовой бирже, и порой ему удавалось сорвать приличный куш.

Он по-прежнему был верным и неутомимым любовником своей знаменитой красавицы-жены и обращался с ней, как с королевой. Но в 1969 году в возрасте пятидесяти пяти лет она умерла от рака.

Нико остался один в мире, в котором не хотел жить без любимой Лиз Марии.

Ему было тридцать девять лет, когда он впервые в жизни познал одиночество. Он имел все — Лиз Мария оставила ему огромное состояние, но чувствовал себя нищим.

Нико не мог больше находиться ни в их афинской квартире, ни на вилле, расположенной на острове, ни в роскошном парижском доме.

Он продал все. Четыре машины. Фантастические драгоценности. Дома.

Попрощался со своей семьей, которая жила теперь в самом центре Афин, и отправился в Америку — страну, где Лиз Мария была не столь известна, как в Европе.

Америка. Там он сможет все забыть. Начать новую жизнь.


— Вот ваша водка, мистер Константин, — официантка улыбнулась ему, — девяностоградусная… напиток для настоящих мужчин. — Кокетливо взглянув на него, она неохотно направилась к позвавшему ее угрюмому игроку.

Лас-Вегас. Уникальное место. Игра, продолжающаяся двадцать четыре часа в сутки. Роскошные отели и развлечения. Красивые танцовщицы. Ослепительное солнце.

Нико улыбнулся, вспомнив тот день, когда впервые увидел это место. Он приехал из Лос-Анджелеса ночью, и после нескольких часов кромешной тьмы перед ним посреди пустыни вспыхнула неоновая сказка. Это воспоминание сохранится навеки.

Неужели это было всего десять лет назад? Ему казалось, что с того времени прошла вечность…


Летом 1969 года Нико прибыл в Лос-Анджелес с двадцатью пятью шикарными чемоданами от Гуччи. Взяв напрокат белый «Мерседес», он добрался до одного из бунгало знаменитого отеля «Беверли-Хиллз», где решил остановиться. Откинувшись на спинку кресла, Нико обвел взглядом номер и спросил себя, доволен ли он жизнью.

На этот вопрос он ответил утвердительно. Мог ли он желать чего-то большего?

Он был богат, красив, свободен.

Едва спустившись вниз и устроившись в шезлонге возле бассейна, он через пару минут подвергся мощной атаке.

Его атаковала Дороти Дейнти, периодически снимавшаяся «звездочка»с копной рыжих волос, тридцативосьмидюймовым силиконовым бюстом и отвратительной привычкой говорить почти не раскрывая рта, точно беженец из фильма Джорджа Рафта.

— Вы — продюсер? — спросила она тоном заговорщицы.

Нико посмотрел на девушку. Он старался держаться с Дороти уважительно и согласился осмотреть вместе с ней город.

Он ни разу не попытался переспать с ней. Дороти Дейнти была изумлена и возмущена. Bсe стремились трахнуть ее. И всем это удавалось. Что же это за странный тип, приехавший из Европы?

Она таскала его повсюду. «Бистро». «Ла Скала». «Маргаритка». «Фактория». Одно посещение, и Нико становился лучшим другом метрдотеля.

Через две недели он уже не нуждался в Дороти. Он отправил девушке золотую брошь с выгравированными словами благодарности и дюжину алых роз. Больше Нико не звонил ей.

— Этот парень, несомненно, «голубой»! — говорила Дороти подругам. — Я уверена в этом!

Мысль о том, что мужчина не пожелал переспать с нею, на несколько недель повергла Дороти в состояние глубокой депрессии.

Нико не собирался спать с такими женщинами, как Дороти Дейнти. Его жена умерла три месяца назад, он нуждался в сексе, но ничто не могло заставить его пойти на компромисс. У него была лучшая в мире женщина. Смирившись с тем, что он никогда не встретит вторую Лиз Марию, он искал нечто более достойное, нежели Дороти Дейнти.

Нико решил, что лучше всего ему подойдут молоденькие девушки. Красотки со свежими личиками и без длинного «послужного» списка.

Он никогда не изменял своей жене. Но теперь, в течение десяти лет после ее смерти, он наверстывал упущенное. Занимался любовью со ста двадцатью юными красотками. Каждая связь длилась в среднем неделю. Ни одна девушка не пожалела о том, что легла в постель с Нико Константином. Он был любовником-асом. Лучшим из лучшим.

Купив виллу на Голливудских холмах, он зажил в свое удовольствие.

Холостяки «Беверли-Хиллз» набивались ему в друзья. Нико обладал тем, что они хотели иметь. Классом. Стилем. Блеском. И дело было вовсе не в его деньгах, все эти люди тоже были богаты. Нико выделяло среди остальных врожденное обаяние.

Десять безмятежных лет Нико наслаждался жизнью. Играл в теннис, плавал, играл с друзьями, совершал сделки на фондовом рынке, вкладывал деньги в различные проекты, занимался любовью с красивыми девушками, загорал, проводил время в сауне, посещал приемы, кинотеатры и рестораны.

Когда деньги иссякли, он испытал серьезное потрясение.

Нико Константин на мели. Какая нелепость. Однако это было правдой. Афинские адвокаты покойной жены в последние два года предупреждали его о том, что состояние значительно уменьшилось. Они советовали заняться инвестициями, выгодно вложить капитал. Нико проигнорировал их слова, постепенно промотал все.

Мысль о бедности привела его в ужас. Он осознал, что необходимо срочно что-то предпринять. Нико всегда был блестящим игроком, а соблазнительный Лас-Вегас находился так близко.

Он принялся тщательно обдумывать свое положение. Сколько денег ему потребуется для сохранения нынешнего образа жизни? Он содержит своих родных, которые живут в Афинах, но больше ему не о ком заботиться, кроме себя. Если он продаст виллу и снимет для себя дом поскромнее, то получит солидную сумму. Он сократит свои еженедельные расходы. Эта идея показалась Нику превосходной. Он возьмет деньги, вырученные от продажи дома, и благодаря своему мастерству и удаче удвоит или утроит их в Лас-Вегасе, превратит в солидный кусок, на проценты от которого сможет жить.

Нико провел в Лас-Вегасе ровно двадцать три часа. Общий проигрыш составил сто девяносто четыре тысячи долларов.

Загрузка...