Роксана Дэлейни Таинственная гостья

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Опустившись на кожаный стул, стоящий около массивного дубового стола, Трей Бранниган подпер голову руками и прикрыл лицо ладонями. Рабочий день еще не окончен, и остается немало времени, чтобы все пошло не так, как надо. Возможно, прогноз и пессимистичный, но объективный. Теперь, когда он встретился со всеми, кроме одного из гостей, поселил их в номера, все объяснил и ответил на вопросы, ему хотелось только одного — немножечко тишины и покоя. Но, посмотрев в окно офиса и заметив у ворот порядком потрепанный «мустанг», Трей понял, что покоя ему не видать, пока он не уладит все вопросы с последним из гостей. Нехотя поднявшись, он направился встречать опоздавшего. Подходя к стоянке, он разглядывал вновь прибывшего. Вернее сказать — вновь прибывшую. Трей улыбнулся. Женщины во многом хороши, но вот что у них плохо получается, так это не опаздывать. Его улыбка стала шире, когда он разглядел гостью. Манера одеваться этой женщины, по мнению Трея, оставляла желать лучшего. Неоново-зеленые, оранжевые и желтые цвета пестрели в ее одежде. Женщина стояла к нему спиной и, наклонившись над задним сиденьем машины, что-то укладывала в сумку.

— Приветствую вас, мэм, — промолвил Трей, остановившись около машины.

Услышав его голос, женщина дернулась, резко выпрямилась и ударилась головой о дверцу. Потирая ушибленное место, она повернулась к Трею и попыталась улыбнуться. Уголки ее губ застыли в полуулыбке, а пристальный взгляд из-под очков остановился на его лице. Трей широко улыбнулся и, посмотрев ей в глаза, зеленые, как изумруд, внезапно замер. Он вряд ли смог бы ответить на вопрос, сколько же простоял так, глядя, как в омут, в эти бездонные зеленые глаза. Глухой звук захлопнувшейся дверцы привел его в чувство; очнувшись, он слегка тряхнул головой, судорожно сглотнул и увидел ее багаж — нейлоновую сумку.

— Позвольте мне донести, — сказал он, надеясь, что этот джентльменский жест сгладит первые неловкие минуты их знакомства.

— Я и сама могу донести, — возразила женщина, наклонившись одновременно с Треем и ударившись головой о его голову.

«Лучше уж звездочки перед глазами от удара, чем эти ее изумрудные бездны», — подумал Трей, вздохнув. Легкий аромат ее духов щекотал ноздри. Он попятился назад, чтобы снова не удариться лбами с гостьей, и тут же налетел на раскрытую дверцу автомобиля.

«Вот незадача!» — снова вздохнул Трей, чувствуя, что в голове его все гудит. Не выпуская сумку из руки, Трей повертел головой вправо-влево, надеясь избавиться от шума в ушах и саднящей боли в затылке.

Женщина поправила очки. Трей заметил, что пальцы ее дрожат. Она пробормотала:

— Мне так жаль…

— Ничего страшного, — не очень убедительно заверил Трей, избегая смотреть в ее глаза. — Вы, должно быть, М. Чейстен, как указано в списке, — проговорил он, вынимая из багажника чемодан.

— У моей машины замок иногда заклинивает, ее захлопнешь, а она снова открывается, — извиняющимся тоном проговорила женщина.

Трей просто кивнул в ответ, думая только о том, как бы не смотреть на нее. Жестом указав в сторону нужного строения и подхватив ее багаж, он сообщил:

— Вы будете жить в четвертом номере, — и пошел по направлению к нему.

— О, спасибо.

Догнав его и подстроившись под его широкий шаг, она шла теперь рядом, явно озадаченная его реакцией. А он, взглянув на нее, снова быстро отвел глаза.

«Интересно, что же прячется под этой яркой одеждой?» — подумал Трей, как думает, наверное, любой мужчина. Длинная, до пят, цветастая юбка незнакомки не оставляла даже намека на то, какие у нее ноги — длинные, стройные, красивые? Зеленая блузка была мешковатая и простая, без каких-либо рюшечек и узоров.

Поднявшись по ступенькам на крыльцо, Трей поставил багаж около двери и спросил:

— Что означает инициал «М»? Какое имя под ним скрывается?

— Хм… Маргарет.

Трей открыл дверь и отступил в сторону, давая Маргарет возможность войти внутрь.

— Друзья, наверное, зовут вас Марджи?

Проходя мимо него, она хрипло рассмеялась, и Трей почувствовал холодок, пробежавший по спине.

— Нет, обычно меня так и зовут, Маргарет, — ответила она, — или Мэг. Иногда.

Трей прокашлялся, облизнул пересохшие губы и, не в силах справиться с непонятным приступом дрожи, поставил чемодан и сумку около двери, продолжая наблюдать за Маргарет. Думать он ни о чем не мог, тем более что-то говорить, все его внимание было устремлено на гостью, вернее, на то, как она двигается. Пластика ее тела — она не шла, а плыла — приковывала взгляд, зачаровывала.

— Здесь очень мило, — сказала Маргарет, пересекая комнату и осматриваясь.

«Эй, приятель, очнись!» — скомандовал себе Трей и, как это принято на техасских ранчо, коснулся края своей шляпы.

— Очень рад, что вы довольны, мэм, — произнес он, растягивая слова, как южанин, что было не в его привычке. Обычно он говорил четко, быстро и много. Да, до настоящего момента неразговорчивым его вряд ли можно было назвать. — Наверное, вы хотели бы примерить сапоги со шпорами и совершить конную прогулку. Вы можете сделать это в любое время после ужина.

Маргарет удивленно приподняла брови.

— Верховая езда — это очень заманчиво.

Избегая смотреть ей прямо в глаза, Трей все же не отводил взгляда от ее лица. Безупречный цвет кожи, полные, чувственные губы, застывшие в улыбке. «Интересно, каковы на вкус эти губы? моментально подумал Трей. И тут же одернул себя: — Да что это с тобой? А ну-ка встряхнись, подтянись, давай-ка, раз-два, повернулся и вышел из номера. Ты что, головой так ударился, что последние мозги потерял? Веди себя как подобает!» Медленно повернувшись к двери, Трей прошел два шага, потом снова повернулся, снял шляпу и сказал, чувствуя, что от одного взгляда на эту женщину сердце его стало биться быстрее:

— Ну хорошо, я буду неподалеку… — У него снова пропал дар речи. — Вы… э-э… если… вы будете в чем-нибудь нуждаться…

— Да? — Маргарет внимательно посмотрела на него.

Его сердце ускорило темп, едва Трей услышал ее хрипловатый голос.

— В общем, — заторопился он, — если вам что-нибудь будет нужно, обращайтесь ко мне или моим помощникам. — Он быстро нахлобучил шляпу, повернулся к женщине спиной и пошел прочь. Ноги его, правда, отказывались слушаться. Он пересек двор и подошел к сараю. «Что это, черт возьми, со мной? Косноязычный Трей Бранниган? Вот умора! Мычал, как новорожденный теленок. Только и выдавал что «мы-ы-ы» да «му-у-у»! Позорище! Даже мои братья, что Дев, что Чак, по сравнению со мной могли бы прослыть красноречивыми ораторами! Я никогда не допускал их встречать гостей, но сегодня они, пожалуй, лучше меня справились бы с этой задачей!» Трей решил, что сейчас ему необходимо выпить чего-нибудь покрепче. И он непременно это сделает, как только обойдет ранчо и проверит, все ли в порядке. Расслабиться и подумать о произошедшем ему бы точно не помешало. Ни разу за все его тридцать один год жизни женщины не производили на него такого впечатления. Хотя нет, неправда, один-то раз это все-таки было, но тогда Трей поклялся себе, что больше он такого не допустит. Так что произошло с ним сейчас?


Ошеломленная странным поведением и внезапным уходом ковбоя, Мэг Чейстен подошла к двери и проследила, как он пересек ухоженный двор и скрылся в хозяйственных постройках ранчо. Понимая, что пялится на пустой двор, Мэг заставила себя закрыть дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело вздохнув. «Кажется, все будет не так просто, как я предполагала, — подумала она. — Боже мой! Небеса милосердные! Какая походка у этого мужчины! И как он, наверное, восхитительно смотрится в седле! Он словно пропитан уверенностью, силой, мужественностью! Настоящий мужчина!»

Еще раз вздохнув и собравшись с силами, будто ей предстояло сделать какую-то невероятно тяжелую физическую работу, Маргарет отошла от двери и стала разглядывать комнату, отмечая удобства и достоинства своего номера, оформленного в сине-зеленых тонах. Но даже здесь, в комнате с кондиционером, ей было жарко. Взяв со столика какой-то буклет, она начала им обмахиваться, но и это не помогло. Маргарет вся взмокла. Но особенно жарко было ее голове. Прядь волос, выбившись из прически, прилипла ко лбу. Недовольным резким жестом Маргарет вернула непослушную прядь на место, а потом аккуратно сняла с себя парик. Ее настоящие, высвобожденные из-под парика волосы мягко легли на плечи. Волосы были мокрыми и прилипали к коже. Неудивительно, два часа в машине без кондиционера, проведенные в парике, — это все равно что быть в шапке, когда на улице сущее пекло. Пожалуй, так жарко ей было впервые за всю ее двадцатисемилетнюю жизнь. Мэг улыбнулась, попытавшись представить, что бы на это сказала ее тетушка. Наверное, что-нибудь вроде: «Все потеют, мужчины потеют, женщины потеют, и ничего в этом странного нет». Нет, Мэг не роптала и не критиковала сотворенный Богом мир, но все же иногда ей казалось, что кое в чем при его устройстве Бог все-таки перестарался. Сняв очки, которые Мэг носила исключительно для того, чтобы поддерживать свой имидж, а не по причине плохого зрения, она небрежно кинула их на кровать. Затем с удовольствием отправилась в душ. Вода произвела на нее успокаивающее действие. Ощущение чистоты и легкой прохлады заставило Мэг воскликнуть: «Ах! Я словно заново родилась! Вот оно, счастье! Зачем люди ищут что-то еще?» Ломота в теле, вызванная долгим сидением за рулем, тоже прошла. Вот только внезапно всплывший образ ковбоя разрушил спокойствие и умиротворение, она вновь почувствовала напряжение. Его потрепанные синие джинсы обтягивали и обрисовывали все то, что так нравится дамам. А его синие, чуть грустные, словно хранящие тайну глаза лишили ее дара речи, превратили в безмолвную простушку. И она ничего не могла с собой поделать: сердце, не слушаясь ее увещеваний, билось в неистовом ритме, язык стал тяжелее свинца. И даже сейчас, просто вспоминая этого ковбоя, она испытывала те же чувства. Ну, может быть, в более легкой форме, чем когда он был рядом. Но сути это не меняло — ковбой, встретивший ее здесь, действовал на нее как дурман. «Делай выводы!» — сказала она себе и глубоко вздохнула.

Выключив воду, Мэг вернулась в комнату. Натянув на себя одежду, она оставила напоследок сомнительное удовольствие надеть парик и очки с простыми стеклами. Придирчиво посмотрев на себя в зеркало, она осталась довольна своим видом. Все было сделано для того, чтобы не привлекать к себе внимания. «Я этакая серенькая мышка, незаметная и невзрачная, вниманием обделенная и ничего про ранчо не знающая, — сказала себе Мэг. — Так что любые вопросы, какие бы я ни задала, будут казаться совершенно нормальными. Праздное любопытство несведущей женщины — что в этом такого? — Мэг усмехнулась и подмигнула своему отражению в зеркале. — А теперь нужно найти господина Бафорда Браннигана».

Вечер все больше забирал власть. И хотя еще не совсем стемнело, солнце уже спрятало свои палящие лучи. Мэг, ссутулив прямые плечи, чтобы придать своей внешности еще более нелепый и непривлекательный вид, направилась в сторону двухэтажного дома.

— Не желаете ли перекусить? — прервал ее мысли вопрос, заданный знакомым голосом.

Мэг вздрогнула, волнение охватило ее. Обернувшись, она сказала себе: «Ну вот, мой ковбой идет сюда. — И тут же возмутилась: — Мой ковбой?» Тряхнув головой, словно пытаясь выкинуть нежелательные мысли, она отругала себя за «мой ковбой». Учитывая ее реакцию на этого мужчину, спросить о Бафорде Браннигане было бы разумнее кого-то другого, а не этого ковбоя. От него ей стоило держаться подальше. В конце концов, она приехала на это ранчо не затем, чтобы увлечься. У нее есть задание, и она должна его выполнить. Маргарет заметила небольшую группу людей, стоящих около какого-то фургона, они о чем-то оживленно говорили, смеялись. И оттуда же доносился восхитительный аромат барбекю, вызывающий спазмы в желудке. И тут ковбой оказался в нескольких шагах от нее.

— Вы не голодны, мисс Чейстен?

Маргарет внимательно пригляделась к мужчине. «Настоящий ли он ковбой? — подумала она. — У него красивое, сильное тело, темные волосы слегка вьются на концах, но, возможно, все это лишь маскарад, чтобы гости ранчо были уверены, что здесь работают и живут только ковбои. Может, это вовсе и не ковбой, и не коренной житель Техаса, а приезжий, нанявшийся на работу? Ну, докажите мне, что я не права!»

— Запах очень заманчивый, — вслух отозвалась Маргарет.

Мужчина посмотрел куда-то вдаль, потом снова перевел взгляд на Маргарет:

— Ну, тогда могу заверить вас, что там хватит еды еще на нескольких человек, так что вы можете присоединиться к остальным и насладиться не только запахом, но и самой едой.

— Вы тоже присоединитесь к трапезе? — спросила она, моля Бога о том, чтобы это было не так, иначе ей кусок в горло не полезет. Этот человек пробуждал в ней чувства и желания, в которых именно сейчас она не нуждалась.

— Возможно, позже, — сказал ковбой и тут же перевел взгляд с Маргарет на девчушку, которая подбежала и потянула его за рукав рубахи. — Привет, — ласково сказал он девочке.

Она с недетской серьезностью посмотрела на него своими огромными карими глазами и выпалила:

— А ты действительно настоящий ковбой?

— Да.

— И ты весь день ездишь на своей лошади?

Трей добродушно усмехнулся.

— Нет, не весь день. Есть много другой работы на ранчо, кроме как скакать на лошадях.

— Какой другой работы?

— Ну, например, заботиться о животных.

— Заботиться о животных?

— Конечно. Ведь на ранчо есть не только лошади, а еще и коровы. И за ними нужно присматривать. Кормить их, чистить — в общем, ухаживать за ними и за их потомством.

— Ух ты! — девочка потупилась, вычерчивая носком своей туфли полукруг на земле. Она ничего больше не спрашивала, но и не уходила.

Мэг решила прервать неловкую паузу и протянула девочке руку.

— Меня зовут… — она запнулась на мгновение, быстро напомнив себе, почему она здесь и почему должна казаться окружающим не той, кто она на самом деле, — Маргарет Чейстен, но ты можешь называть меня Мэг. А как тебя зовут?

— Кэрри Уинстон.

— А ты умеешь ездить на лошади, Кэрри? — спросил ковбой.

Та отрицательно покачала головой и снова потупилась.

— А как насчет вас, мисс Чейстен? — спросил он, поворачиваясь к ней. — Вы любите ездить верхом?

Мэг постаралась ответить как можно спокойнее, хотя это было не так просто, потому что губы ее пересохли, а слова застревали в горле.

— Я не знаю. Наверное, не очень, — выдавила она.

— Вам нужен хороший преподаватель, и тогда езда верхом вам может понравиться, — сказал ковбой.

А у Мэг тотчас перехватило дыхание. Она подумала, что под этими словами он подразумевает нечто другое. Дело было не в том, что он сказал, а в том, как он это сказал. Его голос манил и обещал, поддразнивал и предлагал, а в его глазах Мэг заметила откровенное желание, заставившее ее вздрогнуть, заволноваться, почувствовать жар во всем теле.

— Может быть, Кэрри захочет получить несколько уроков верховой езды? — предположила Мэг, как только смогла совладать со своим голосом.

Девочка тотчас же снова ухватилась за рукав Трея и потянула его на себя.

— А мне правда можно покататься на лошади? — она умоляюще смотрела на мужчину. — Правда можно?

— Уверен, что можно. У нас два инструктора учат ездить на лошадях. Я поговорю с одним из них, чтобы он взялся учить тебя. Согласна? Ты готова начать занятия с завтрашнего утра?

Кэрри посмотрела на Мэг, потом на Трея, глаза ее сияли от радости.

— Да! Да! Я только должна сказать об этом своей бабушке! — И девчушка со всех ног побежала прочь.

Трей улыбнулся, проводив девочку взглядом, потом снова повернулся к Маргарет:

— А как насчет вас, мисс Чейстен? Вы не хотите взять несколько уроков верховой езды?

Мэг не знала, что сказать. Идея была, конечно, очень заманчивой. Маргарет сразу представила, что можно было бы совершить прогулку к тем холмам, которые она заметила, когда подъезжала к ранчо. Но ее поездка сюда предполагала совсем другое, и от ее результатов зависело очень многое. Вряд ли стоит тратить время на пустые развлечения. С другой стороны, могло бы выглядеть странным, что Мэг отказывается от того, для чего люди приезжают на ранчо. И она решила согласиться.

— Да, я, пожалуй, не отказалась бы составить компанию Кэрри, — наконец ответила она.

— Хорошо, я обо всем договорюсь, — кивнул Трей и, коснувшись на прощание края шляпы, развернулся и пошел прочь. А Маргарет не удержалась, чтобы не проводить его взглядом. Только когда он скрылся из виду, она повернулась в сторону шумной компании, наслаждающейся барбекю, и желудок требовательно напомнил ей, что пора бы и поесть. За длинным пластиковым столом пустых мест осталось немного, и она поспешила занять одно из них. Маргарет чувствовала себя не очень уютно, ведь, кроме маленькой девочки Кэрри, она еще ни с кем не успела познакомиться. Так что атмосфера дружбы и веселья, которую обещала рекламная брошюрка этого ранчо, пока была для нее недоступна. Но Маргарет надеялась наверстать упущенное во время походов и вечернего сидения у костра, которое также было включено в программу пребывания на ранчо.

Оглядевшись, Маргарет увидела, что стол расположен так, что видны практически все главные постройки ранчо, исключая хозяйственные. И тут она заметила, что, пересекая площадку, по периметру которой были расположены домики для гостей и хозяйский дом, к обеденному столу приближается тот самый ковбой, который непонятно почему выводил ее из равновесия. И снова он приковал ее взгляд. Она заметила, что он тоже пристально смотрит на нее. Надо быть внимательнее и осторожнее с этим человеком. Он смотрел на нее так, словно видел насквозь, словно ее маскировка нисколько не мешала ему увидеть ее такой, какой она была на самом деле. И значит, он может догадаться о правде скорее, чем ей бы того хотелось. Надо держаться подальше от этого ковбоя. И, если повезет, у нее появится шанс помочь своей тетушке. Как только будут средства, она перевезет ее туда, где климат для тетушки с ее астмой более благотворен, и они заживут весело и счастливо. Только пока это все мечты, мечты. И чтобы воплотить их в жизнь, Маргарет нужно остерегаться очаровательного ковбоя и не думать ни о нем, ни о его сексуальности.


После того как Трей убедился, что на ранчо все идет как надо, он решил присоединиться к гостям, собравшимся поужинать. Стол был расположен очень удачно. И сама идея ужинать на свежем воздухе была отличной. Солнце, заходя, окрасило холмы золотистой краской. И от этой красоты дух захватывало. Но желание есть победило-таки желание любоваться окружающей природой. Он много работал, и теперь его организм требовал вознаграждения за выносливость. Взяв тарелку с едой, Трей подошел к столу и обнаружил, что единственное свободное место — в конце стола, как раз напротив Маргарет Чейстен. Он мог бы устроиться где-нибудь на сваленных возле сарая досках. Но не избегать же встреч с этой женщиной в течение всей недели, что она будет здесь. Ему надо привыкнуть к ее зеленым чарующим глазам, научиться спокойно на них реагировать, а если не получится, значит, признаться себе, что эта женщина лишает его рассудка, пронзает его тело пламенем желания, и дальше действовать по обстоятельствам. Но убегать от проблем это как-то не по-мужски.

Маргарет разговаривала с молодой парой, когда Трей подошел к свободному месту. Его соседкой за столом, помимо Маргарет и тех, с кем она разговаривала, была еще какая-то пожилая дама, тоже участвовавшая в оживленной беседе.

— Привет, — сказал Трей, усаживаясь на свободный стул и надеясь, что женщина, сидящая напротив, будет весь ужин увлечена разговором со своими соседями и не станет обращать на него внимания. Но его надеждам не суждено было сбыться.

— Привет, — отозвалась Маргарет, — я вижу, вы решили присоединиться к нам в конце концов.

Трей не мог отвечать, уставившись в свою тарелку, и ему пришлось поднять голову. Оказавшись во власти глаз Маргарет, он был не в силах отвести взгляд. Он пристально смотрел на Маргарет, не замечая больше никого и ничего вокруг. Пожилая дама, что сидела рядом с Треем, встала из-за стола и ушла, но он не обратил на это никакого внимания. Понимая, что невежливо и даже глупо вот так пялиться на женщину и при этом молчать, Трей проговорил:

— Дела. Мне нужно было закончить некоторые дела.

Женщина, сидящая слева от Маргарет, улыбнулась Трею:

— Здесь так красиво! Нам с Тедом здесь очень нравится! И повар у вас просто волшебник!

Мужчина, обнимавший ее, кивнул:

— Это точно. Снимаю шляпу перед тем, кто готовил этот замечательный ужин!

Трей едва сдержал вздох облегчения, когда Маргарет перевела взгляд с него на сидящую рядом с ней пару. Теперь у него было несколько секунд передышки, чтобы собраться с мыслями, взять себя в руки. И ответить этим милым людям на их комплименты.

— Ну что же, — улыбнулся Трей, — благодарите за ужин Терезу. Она мастер своего дела. — В уме он перебрал список гостей, вспоминая имена сидящих за столом. — Мистер и миссис Эндерсон, правильно?

Они улыбнулись ему.

— Да, именно так, — ответила миссис Эндерсон.

Возможность думать и спокойно говорить была для Трея недолгой. Маргарет снова устремила на него взгляд. Вступая в общий разговор, она улыбнулась семейной паре, и эта теплая улыбка лишила Трея возможности ровно дышать. Он начал задыхаться, сердце его екнуло.

— А давно Тереза здесь готовит? — спросила она.

— Всегда, — сказал Трей. — Нам не хотелось бы, чтобы этим занимался кто-то другой:

Мистер Эндерсон поднялся из-за стола и помог встать своей жене, потом заметил, усмехнувшись:

— Я вас понимаю. Но меня не удивило бы, если бы кто-нибудь попробовал переманить ее у вас, — он захихикал. — Питаясь такой божественной пищей, можно просто не вставать из-за стола и к концу недели отъесться так, что потом невозможно будет влезть в свою машину. Надо увеличить физическую нагрузку. — Он снова добродушно усмехнулся. — Вы не будете против, если мы с Джанет немного прогуляемся вокруг ранчо?

— Конечно, уверен, вам понравятся окрестности. — Трей встал и протянул через стол Эндерсону руку. — А если вам что-нибудь понадобится, только скажите об этом любому из служащих. Надеюсь увидеться с вами обоими позже, у костра.

Они обменялись рукопожатием, и Тед Эндерсон кивнул:

— Спасибо, мы обязательно там будем.

Эндерсоны кратко переговорили с Маргарет, попрощались и ушли. Выглядели они счастливыми и довольными. Итак, Трей и Маргарет остались как бы наедине. За столом еще сидели люди, но поодаль от них. Возникла неловкая пауза. Оба — и Трей, и Маргарет — уставились в свои тарелки, словно пытались разглядеть там что-то очень важное. Трей решил нарушить затянувшееся напряженное молчание.

— Хорошие люди, — сказал он.

— Все люди — хорошие, и здесь я еще не встретила никого, о ком можно было бы сказать дурно. Кстати, Джанет Эндерсон права, здесь удивительно красиво.

— О, я был бы дураком, если бы не согласился с этим, — усмехнулся Трей и снова сосредоточился на еде, хотя в присутствии этой дамы ему не очень-то хотелось есть, аппетит пропал, и кусок не лез в горло. Медленно прожевывая мясо, Трей все-таки не мог удержаться от того, чтобы исподтишка, украдкой не поглядывать на Маргарет. Он пытался определить, к какому типу женщин она принадлежит. По его мнению, типов было всего два. С женщинами первого типа Трей чувствовал себя прекрасно, потому что они от мужчин ничего не требовали, довольствуясь хорошо проведенным временем. А Трей ценил свою свободу, и с женщинами второго типа ему было сложновато. Не то чтобы он их не любил, скорее, немного опасался. С первым типом женщин можно найти общий язык и рассчитывать на понимание. А вот со вторым типом постоянно нужно держать ухо востро, так как в любой момент можно оказаться загнанным в угол, лишенным своей свободы, связанным по рукам и ногам. К какому типу принадлежала Мэг?.. «По сути, это не имеет никакого значения, — решил Трей, — все равно сейчас у меня абсолютно нет времени на женщин, так что не важно, какой тип. Мне все равно!»

Оставаться при таких мыслях Трей собирался как можно дольше. Он не представлял, что сумеет наслаждаться жизнью, будучи женатым. Доев ужин, вытерев руки салфеткой и кинув ее в пустую тарелку, Трей должен был бы встать из-за Стола, а он продолжал сидеть, молча обдумывая, что сказать на прощание этой женщине — не важно, какого типа. Обычно он не задумывался, что говорить, тем более женщинам, слова находились сами. Но с Маргарет все было по-другому, Трею с ней было непросто. Она тоже переставила тарелку на поднос, промокнула губы салфеткой, а он все продолжал наблюдать за ней, не в силах отвести взгляд.

— А когда это ранчо стало использоваться для туристического бизнеса? — спросила Маргарет.

Трей постарался глядеть как бы сквозь женщину, повторяя про себя: «Только не в глаза, только не смотри в ее глаза!»

— Восемь месяцев назад, в декабре прошлого года, — ответил он.

— А правда ли, что зимой здесь довольно холодно?

— Довольно холодно. В общем, ощутимо, но не смертельно. Крутых морозов, конечно, не бывает. А как с зимой там, откуда вы приехали? — спросил он, надеясь таким образом узнать, откуда она.

— О, там холодно, — сказала она с какой-то странной улыбкой, — очень холодно.

— Так вы с севера?

— Можно сказать и так.

Маргарет посмотрела прямо на него, и прятать взгляд было уже бессмысленно, Трей снова оказался во власти этих зеленых очей, заставивших его затаить дыхание. Всего лишь одно мгновение — и он уже безвольный и безмолвный. Всего лишь один взгляд — и он не может уже контролировать себя.

— Ну хорошо, — сказала она, беря в руки поднос с пустой посудой, — я, пожалуй, пойду. Спасибо, что составили мне компанию.

Он почувствовал себя одновременно и освобожденным, и лишенным чего-то, когда она перевела свой взгляд с его лица куда-то вдаль.

— Позвольте мне позаботиться об этом, — сказал он, вставая, и взял поднос с посудой из ее рук. — И, кстати, не забудьте про посиделки у костра, они начнутся примерно через час. — Он коснулся края своей шляпы на прощание и развернулся, чтобы уйти. Но, удаляясь от нее, кожей чувствовал, что она следит за ним. Это ему было не в новинку. Женщины частенько замечали его, провожали взглядом. И ему нравилось, что он вызывает интерес у противоположного пола. Он даже добивался его. Без ложной скромности он мог сказать о себе, что привлекателен как мужчина, в нем есть и мужская грация, и мужское обаяние. К тому же в отличие от всей породы ковбоев он не был молчалив и груб. Всегда старался быть разговорчивым, вежливым и учтивым, чем, конечно же, зарабатывал себе дополнительные очки. И одежду выбирал со смыслом. Конечно, не столь щепетильно, как женщины, но понимал, что дамам нравится. Джинсы должны быть с заниженной талией и легким клешем и обтягивать все то, что так нравится обозревать прекрасному полу. И ворот рубахи он никогда не застегивал наглухо, чтобы видна была темная поросль на груди. Он был готов поклясться, что дамам это нравится. Хотя, может быть, такое мнение сложилось у него из-за того, что сам он любил, когда на женщинах была обтягивающая одежда, а глубокие декольте дразнили сладкой ложбинкой.

Так или иначе, но Трей чувствовал, что Маргарет смотрит ему в спину. И то, что он испытывал, не походило на его обычное самодовольство, когда он понимал, что на него заглядываются. Сейчас было нечто другое. Ускорив шаг, он поспешил отнести грязную посуду и скрыться от чарующих зеленых глаз Маргарет.

В целом Трей мог сказать, что день прошел успешно. Начался он, конечно, не самым лучшим образом. Прямо с утра пришло сообщение, что на одном из пастбищ от быка пострадали двое ковбоев, и туда пришлось отправить дополнительно людей, так что все хлопоты легли на плечи Трея. Он один, без помощников, должен был разместить и устроить прибывавших гостей и позаботиться об уже приехавших. Но он справился, хоть это было и нелегко. Вероятно, его странную реакцию на зеленоглазую Маргарет можно объяснить именно переутомлением, и не более того. К завтрашнему дню, когда он как следует выспится, все будет по-другому. Есть более важные вещи, чем думать о странных глазах, словно глядящих ему прямо в душу. Нет, ранчо — это самое главное в жизни Трея. Ранчо всегда на первом месте.

Загрузка...