Глава 1

Больница скорой помощи «Эдж»,
Чикаго, 4 июня, понедельник, 17:30

Доктор Девон Пирс сидел в своем кабинете перед монитором, принимая участие в телеконференции. Руководители больниц крупных городов со всей страны сетовали на то, что содержать отделения неотложной помощи становится все труднее. Затем началась предварительная дискуссия, как только она завершилась, объявили основной доклад доктора Пирса.

Оставив карьеру практикующего врача, Девон шесть лет разрабатывал концепцию своего центра. Наконец он открыл его в своем родном Чикаго. Прошлогодний успех стал достаточным доказательством того, что его концепция центров неотложной помощи оказалась верной.

Как всегда в подобных дискуссиях, возник неизбежный и неприятный денежный вопрос. Как можно измерить стоимость спасения человеческой жизни? Так он и ответил тем, кто с нетерпением ждал его комментария. Все имевшие отношение к делу знали, во что обошлась ему преданность делу. Он давно перестал вести счета. Работа требовала всего. Ничто не могло быть важнее.

Девон едва успел произнести заключительные слова, когда открылась дверь в его кабинет. К столу подошла его секретарь Патриша Эзелл и с озабоченным выражением лица молча протянула записку.

«Вас вызывают в оперблок».

– К сожалению, я не смогу ответить на все вопросы. Служебные обязанности, – сообщил он коллегам по конференции, – и прервал соединение. – Что происходит? – спросил он.

Патриша покачала головой:

– Доктор Рейган срочно повез пациентку в первую операционную. Говорит, что ему нужна ваша помощь.

Кровь застыла в жилах у Девона.

– Рейган прекрасно знает, что я не…

– Доктор Пирс, речь идет не об операции. Дело в другом… – Патриша глубоко вздохнула. – Пациентку доставили сюда без сознания. Но при ней нашли водительские права. Судя по ним, ее зовут Кара Пирс…

Боль пронзила Девона, и он замер на месте. Придя в себя, медленно закрыл ноутбук.

– Не у многих из нас настолько уникальные имена, что мы не встречаем однофамильцев.

Скорее всего, в стране несколько женщин, которых зовут Кара Пирс. Чикаго – город большой. Конечно, и здесь есть женщины, которых зовут так же, как его покойную жену.

– Один из работников регистратуры открыл список контактов в ее мобильном телефоне и набрал первый номер, названный «Муж».

Девон, стоя на пороге, снова замер. Секретарше явно не хотелось продолжать, и он все больше злился.

– Ее муж уже едет сюда?

Патриша кашлянула.

– Номер… принадлежит вам. – Она протянула его мобильник: – Вызов приняла я.

На время телеконференции Девон оставил свой телефон Патрише. Он терпеть не мог, когда во время дебатов раздавалось жужжание входящего звонка. Обычно он просто отключал телефон и на том успокаивался, но сегодня он ждал важного звонка по работе. Ради него он бы прервал даже телеконференцию. Поэтому Девон поручил Патрише отвечать на звонки и отвлечь его только в том случае, если поступит звонок, которого он ждет, – или если речь пойдет о жизни и смерти.

Он взял у нее телефон.

– Спасибо, Патриша. Пожалуйста, попросите парамедика, который доставил пациентку, зайти ко мне в кабинет, когда у него будет свободная минутка.

Путь от кабинета в административном крыле до оперблока занимал две минуты. Одной из особенностей «Эджа» было то, что в каждое отделение можно было попасть из любого другого места не больше чем за две-три минуты. Пирс помнил, сколько времени они с архитекторами провели над чертежами круглого в плане здания, просчитывая логистику. Центральная часть была отдана отделению первой помощи; в глубине располагались отделение неотложной помощи, рентгенологическое отделение и оперблок. Каждый квадратный метр больницы должен быть максимально эффективен, так же как и сотрудники центра. Пирс лично отбирал их; все они были лучшими из лучших.

Приближаясь к оперблоку, он вспоминал, что говорила его секретарша о пациентке. Сама идея казалась ему нелепой. Произошла ошибка. Какая-то путаница.

Кара… Его жена. Он похоронил ее шесть лет и пять месяцев тому назад.

Девон вошел в центральное помещение, откуда просматривались все три операционных. Коснулся клавиатуры и поднял черный защитный экран, закрывавший верхнюю часть стены. Теперь он видел все, что происходило в операционных, а те, кто там находился, получили возможность увидеть его. Две операционных были пусты. В третьей находилась женщина, которую, судя по документам, звали Карой Пирс.

Волосы пациентки закрывала шапочка, и он не видел, какого они цвета. Лица не было видно из-за кислородной маски. Он включил аудиосвязь с первой операционной.

– Добрый вечер, доктор Пирс! – приветствовал его доктор Рейган, не поднимая головы. Его руки двигались быстро; продуманные, отточенные движения были хорошо знакомы Девону. – Разрыв селезенки. Сотрясение мозга. Кровотечения не обнаружено, – Рейган по-прежнему сосредоточенно смотрел на видеоэкран, манипулируя с лапароскопическими инструментами, – он произвел резекцию поврежденного органа и накладывал швы. – Будут небольшие кровоподтеки, и, конечно, ей не понравятся шрамы, которые останутся после нас, но в остальном скоро она будет как новенькая.

Прошло пять или десять секунд, прежде чем Девон сумел ответить или шевельнуться.

– Посмотрите, нет ли внутричерепного кровоизлияния, – сказал он, затем выключил аудиосвязь, опустил защитный экран и зашагал прочь.

Его жена умерла от внутричерепного кровоизлияния. Спасти ее было некому, его усилий не хватало, и он опомнился слишком поздно. И вот теперь его скрутила старая боль.

Но неизвестная тезка Кары – не его жена.

Девон глубоко вздохнул и вернулся в свой кабинет. Заперев дверь, он подошел к окну, выходящему на тщательно ухоженный больничный парк. Он лично принимал участие в разработке дизайна. Он делал все, чтобы облегчить страдания пациентов и их близких.

Девон долго смотрел в одну точку. Когда ему удалось немного успокоиться, он сел за стол. Вошел в портал пациентов. Открыл историю болезни женщины, которую недавно доставили в операционную. Внимательно прочел все записи, в том числе замечания доставившего ее парамедика. Травмы, которые получила пациентка, оказались тревожно похожими на те, что получила его покойная жена в автокатастрофе.

Пирс, Кара Рис, 37 лет. Адрес – его дом на озере Блафф… Этот дом Девон построил для жены больше десяти лет назад… но последние шесть с лишним лет обитал в нем один.

Ниже поместили скан ее водительского удостоверения.

Девон посмотрел на монитор, и у него сжалось сердце.

Волосы светлые, глаза голубые. Рост – метр семьдесят, вес – пятьдесят килограммов… Дата рождения – 10 ноября… все показатели совпадали с теми, что были на водительском удостоверении Кары. Но самым поразительным оказалось фото. Шелковистые светлые волосы до плеч. В глазах пляшут лукавые огоньки…

На фото была Кара. Его Кара!

Девон вскочил. Снимок был сделан восемь лет назад, когда Кара продлевала права. Как будто то сентябрьское утро было лишь вчера. Он живо помнил, как она вдруг осознала, что ее водительское удостоверение просрочено. Кара увлеченно планировала очередной отпуск и совершенно забыла посмотреть дату на правах… Он еще долго ее поддразнивал.

Разумеется, его покойная жена – не единственная Кара Пирс в стране и даже в городе. Даже физические данные и день рождения могут совпадать. Но фото…

В дверь постучали, и он раздраженно крикнул:

– Войдите!

Дверь открылась, и в кабинет просунул голову молодой человек.

– Доктор Пирс, вы хотели меня видеть?

Лица Девон не узнал, но по форме: темно-синие брюки, голубой верх – определил, что посетитель относится к элитному подразделению скорой помощи.

– Вы доставили пациентку после автомобильной аварии?

Парень кивнул:

– Да, сэр, на вызов поехали мы с напарником. Авария с участием одной машины на шоссе Кеннеди. Очень странное дело.

Девон жестом указал на два стула перед своим столом; молодой человек сел. Судя по бейджику на нагрудном кармане, его звали Уоррен Эккерт.

– В каком смысле странное, мистер Эккерт?

Дождавшись, когда Девон тоже сядет, Эккерт заговорил:

– Свидетелей происшествия нет. На переднем бампере со стороны водителя большая вмятина, но после подобных аварий не бывает таких травм, как у нашей пациентки.

– Какая у нее машина?

– Новенький «лексус». Черный. Полностью укомплектованный. – Эккерт покачал головой. – Одним словом, тачка у нее крутая.

Кара тоже водила «лексус». Девон подарил ей машину на ее последний день рождения перед смертью.

– Что вы обнаружили в салоне? Были у нее вещи? Может быть, чемодан или сумка?

– Не помню. Извините, – вздохнул Эккерт.

– А полицейские, которые прибыли на место происшествия, не заметили ничего подозрительного?

– Первым приехал полицейский, Джо Телли. Он вызвал сначала нас, а потом подкрепление.

– Когда прибыли вы, женщина была без сознания?

– Да, сэр.

– Она говорила с полицейским до вашего приезда? – Девон все больше тревожился. Как могла участница такого на первый взгляд легкого ДТП получить такие серьезные травмы?

– Когда Телли наклонился к ней, она была без сознания.

– Как бы вы ее описали? – Девон вспомнил снимок на водительских правах. – Вы, конечно, примерно определили ее возраст и так далее.

Его собеседник кивнул:

– Волосы светлые, глаза голубые. Рост средний. Стройная. Я бы дал ей лет тридцать пять.

– Хорошо одета?

Перед тем как везти пациентку в операционную, ее раздели.

Эккерт медленно кивнул:

– На ней было платье. Короткое черное платье. Она как будто ехала на вечеринку или… ну, скажем, на званый ужин. В таком платье не ездят на работу, если только вы не работаете в шикарном ресторане или другом таком заведении.

– Спасибо, мистер Эккерт. – Девон встал. – Спасибо, что уделили мне время.

– Вы ее знаете?

Слухи уже поползли по больнице.

– К сожалению, нет.

Когда парамедик вышел, Девон снова вывел на монитор карту этой Кары Пирс… женщины, которая никак не могла быть его женой.

Предварительные пробы не выявили в крови пациентки никаких наркотических веществ. И все же, если нет внутричерепного кровоизлияния, почему она была без сознания, когда ее доставили в больницу?

Девон взял свой мобильник и набрал номер, по которому ему следовало позвонить несколько недель назад. Когда ему ответили, он без предисловий приступил к делу.

– Виктория, мне все же понадобятся ваши услуги.

Его старый друг Виктория Колби-Кемп сказала, что следователь будет у него дома в восемь вечера.

Девон нажал отбой и положил телефон на стол. Месяц назад кто-то оставил ему зловещее послание. Записка с текстом «Я знаю, что ты сделал» лежала на столе в его кабинете. Он даже обратился в «Агентство Колби», но потом отказался от его услуг, потому что решил ничего не предпринимать.

Доктор Пирс и сам прекрасно помнил, что он сделал, и не собирался с кем-либо это обсуждать. Однако, если автор записки таким образом снова пытается с ним связаться, ему явно что-то нужно.

Воскрешение мертвых – верный способ заявить о себе.

Загрузка...